Дай мне тебя коснуться

В этот день в ванную комнату Гарри прорывался с боем. Несколько раз он пробовал проскользнуть мимо Тома — сбоку или у его ног — но тот в итоге попросту встал в дверях, загородив собой все пространство. — Ты этого не сделаешь! — грозно произнес он. — Сделаю, еще как! — Гарри еще раз попробовал протиснуться между Томом и дверью, но наткнулся на его бесплотную руку. — Я не позволю! — Ты вынуждаешь меня пойти на крайние меры! — предупредил парень, но, поскольку Том так и не уступил, все же зажмурился и прошел сквозь него. — Поттер! В голосе Риддла послышались нотки паники, но Гарри, не обращая на них внимания, сгреб в охапку все бритвенные принадлежности, а затем парой свободных пальцев выудил из коробки чистый станок. Том помрачнел еще больше. — Смерти моей хочешь? — Всего лишь привести тебя в подобающий вид! — Гарри примирительно поднял руки. — Тем более, я уже договорился с Макгонагалл! Том со стоном возвел глаза к потолку. — Не понимаю, как тебе удалось. Гарри тоже не понимал, потому что заведующая сперва посмотрела на него так же, как сейчас смотрел Том: с недоверием и крохотной ноткой страха. А он всего лишь сказал ей, что собирается избавить своего парня от ужасной — по меньшей мере трехнедельной — щетины. Сколько на самом деле за Томом никто не ухаживал, Гарри не знал, но Макгонагалл убедила его, что раньше медсестры этим все-таки занимались. «Просто в данный момент…» — начала говорить она, но запнулась. Гарри знал почему. Собственно, ради того, чтобы вытянуть из нее именно эту правду, он и затеял все это мракобесие. Но заведующая не поддавалась. В какой-то момент в его голову даже закралась крамольная мысль: подойти с этим к Снейпу… но такая глупость грозила ему куда большими неприятностями. Поэтому Гарри просто решил играть до конца, несмотря на контраргументы заведующей и яростное сопротивление Тома. — Мне будет помогать Гермиона, — улыбнувшись, произнес Гарри. — Она ради этого взяла выходной! На заведующей это как ни странно сработало. На Риддле — нет. — О, я польщен, — кисло процедил Том. — И, конечно же, мне стало гораздо легче от этого. С прохода он так и не отошел, и Гарри за неимением выбора подступил ближе. Если бы Том не был такой высоченной шпалой, они бы оказались нос к носу. — Слушай, все пройдет хорошо, — мягко произнес он. — Просто доверься мне. Риддл одарил его долгим внимательным взглядом, который Гарри тут же вернул ему, приправив солидной долей упрямства. Мужчина прищурился, но затем со вздохом навалился плечом на дверной косяк. — Я доверяю тебе, — низким шепотом сказал он, из-за чего все Гаррины внутренности вновь превратились во что-то плюшевое, — но не настолько. Гарри качнулся на месте, после чего его улыбка стала шире и самую каплю — ехиднее. — Значит, пора выводить наши отношения на новый уровень! — торжественно изрек он и прошмыгнул мимо под запоздалое рычащее «Поттер!».

***

После утренних фокусов Том устроил ему что-то вроде бойкота: молчал, держался на расстоянии и неизменно прожигал его взглядом. Он даже не сел в такси — Гарри, как дурак, простоял минуту с открытой дверью. Но он радовался, что Том хотя бы не стал исчезать совсем и вновь появился рядом, пока он околачивался у дверей «Мунго». Какая-то его часть понимала, что Том беспокоится не из-за самого бритья, а из-за того… что Гарри с трудом мог себе представить. Том чувствовал что-то. Что-то, заставлявшее волноваться даже такого чурбана, как он (на этой мысли Гарри растянул губы в смешливой полуулыбке). Насколько сильными были эти его ощущения? Можно ли добавить еще? Неизвестность подстегивала. Но он был уверен, что копает в нужную сторону: если Том дойдет до своего «предела», не сможет ли это вернуть его? Да, в процессе Том злился, но Гарри решил, что будет прыгать на этих граблях до тех пор, пока они не расколются об его лоб. — Гарри! Гермиона тоже наконец объявилась, вбежав по ступеням и тут же оказавшись в его объятиях. Она выглядела взволнованной, но не злой: значит, Макгонагалл так и не рассказала ей, что он снабдил Рона убойной порцией запрещенки. — Ты как? — Нормально, — машинально ответил Гарри, но, подумав, что это звучит не совсем уместно, исправился: — Немного лучше. — Хорошо, — Гермиона крепче сжала его в объятиях. — Надеюсь, Макгоналл не передумает и не погонит меня взашей. Гермиона вскинула голову, и Гарри осторожно ей улыбнулся. Он не хотел нагнетать. Друзья и так распереживались из-за его воображаемого парня — сильнее давить на жалость было совсем ни к чему. — Она не станет, — девушка покачала головой. — Но почему ты отказался от помощи медсестер? — Как бы ты себя чувствовала, если бы Рон был в другой больнице? — вопросом ответил Гарри. — Если бы не могла видеть его каждый день? Гермиона смущенно поджала губы. — Я не сижу с ним дни напролет, — возразила она. — У меня вообще-то много работы… Слишком неуверенно, чтобы Гарри поверил в то, что она ни капли не превышает служебные полномочия. В конце концов она была лечащим врачом Рона. — Я поняла, — со вздохом произнесла она, сдавшись под его прямым взглядом. — Идем скорее. Гарри смотрел на нее — не на Тома, но был готов поклясться, что слышал его страдальческий вздох.

***

Он, как и обещал самому себе, принес медсестре в регистратуре конфеты и передал их с самой обескураживающей улыбкой, на которую был способен. И тут же почувствовал на себе прожигающий взгляд. Гарри обернулся. Гермиона смотрела на него с легким недоумением, но ровно до момента, когда Астория — он наконец додумался посмотреть на бейджик, — отпустила его к палате, даже не упомянув Снейпа или Макгонагалл. Подруга с пониманием усмехнулась. — Обычная благодарность, — тихо прошептал Гарри, на что Гермиона вернула ему его собственный прямой взгляд. Мол, я вижу, что ты тоже мухлюешь. Но странный испепеляющий взгляд не исчез и, как с запозданием понял Гарри, принадлежал вовсе не Гермионе. Он закрутил головой — Тома рядом не оказалось. Мелькнула мысль, что он, должно быть, уже переместился к палате, не желая находиться рядом с источником собственных неприятностей, но хорошенько обдумать ее он не успел. Гермиона настойчиво потянула его за руку: за ним собиралась очередь из других посетителей. Гарри сдался и пошел следом, но чувство, что за ним наблюдают, никуда не исчезло.

***

— Ты уверен? — в третий и, вероятно, контрольный, раз спросила у него Гермиона. Гарри ответил не сразу. Его уверенность заметно подыспарилась, стоило ему открыть дверь палаты и наткнуться взглядом на чертовски сурового Тома-призрака. Он не пытался остановить его в этот раз, но Гарри всем нутром чувствовал, как сильно натягивается нить доверия между ними. И все же он был готов проверить ее на прочность. — Да. Всего одно слово, и губы Риддла тут же дернулись в раздражении, а Гермиона смиренно выдохнула. — Я принесу тебе воду, — тихо произнесла она и вышла быстрее, чем до Гарри дошел смысл сказанного: он обернулся уже на звук закрывшейся двери. — Горячую! — поспешно крикнул он вслед в надежде, что подруга еще не телепортировалась в подсобку и успела его услышать. Гермиона всегда была очень деятельной. Гарри вновь повернулся к Риддлу. Тот продолжал молчать и сверлить его острым тяжелым взглядом. Набравшись смелости, Гарри шагнул вперед. — Ты не сможешь обижаться на меня вечно. — Верно. Губы призрака исказила кривая ухмылка. Гарри почудился в его словах тот самый тревожный смысл, думать о котором ему решительно не хотелось. Он нервно закусил щеку, но подошел к кровати и перевел взгляд на настоящего Тома. «Неужели это все — один человек?» — рассеянно подумал Гарри, глядя на его спокойное, лишённое эмоций лицо: обманчиво тихое, обманчиво… милое. Эта мысль, а точнее то, что Том уже кажется ему милым, поразила его с внезапностью стрелы купидона. Когда это успело произойти? Раньше он смотрел на Риддла с некой абстрактно-эстетической точки зрения, может быть, любовался, но теперь… Черт, он действительно чувствовал к нему что-то. В подтверждение этому по его внутренностям прокатился мягкий клубок тепла. Гарри вздохнул: похоже, Тому уже даже не нужно было подключать свои пикаперские замашки — он прекрасно справлялся сам. Гарри прикрыл глаза. Хорошо, ладно, это должно было когда-то случиться. Том ведь нравился ему, да? Пусть в его животе не порхали бабочки, но зато скручивалось в узлы нечто большое и теплое. Он почему-то вспомнил о змее Тома, про которую всегда забывал спросить, и не к месту крякнул. Том-призрак уставился на него с недоверием. Гарри почувствовал себя идиотом. Ему было необходимо сделать что-то, чтобы почувствовать себя увереннее, заземлиться. Немного поколебавшись, он бросил сумку на стул у кровати и присел рядом с Риддлом. Томом-не-призраком, как он осторожно обозначил его в своей голове. — Быстрее начнем — быстрее закончим, — вслух подбодрил он скорее себя, чем кое-кого еще в этой палате, и аккуратно взял Тома за руку. Призрак тут же дал о себе знать, скупо выдохнув через нос. Гарри осторожно посмотрел на него. Лицо Тома оставалось все таким же сердитым. Видимо, он решил стоически сносить все посягательства на собственную неприкосновенность. — Я клянусь тебе, Гарри Поттер, — сухо процедил он, — если ты умудришься перерезать мне горло, не знаю как, но я утащу тебя за собой. Губы Гарри дрогнули в неловкой улыбке. Дверь снова хлопнула. — Гарри, не поможешь мне? Ой. Гарри обернулся на ее резкий вздох. Гермиона застыла в дверях, держа в руках дымящийся тазик с водой и чистое полотенце. Ее взгляд остановился на нем — на них — на руке Тома, лежавшей поверх одеяла, и Гарриных пальцах, мягко ее державших. — Э-э, да, сейчас! — Гарри подскочил с места, чувствуя себя так неловко, будто Гермиона застала его за чем-нибудь непристойным. Он почти бегом пересек комнату, чтобы освободить подругу ото всех тягот разом: и от тяжелого таза, и от необходимости держать дверь. Гермиона смерила его нежным, но обеспокоенным взглядом. — Я вам помешала? — О, нет-нет… я просто… Гарри неловко отвел взгляд в сторону, не зная, что ей ответить: Гермиона, как и все остальные, в любом случае поймет все по-своему. Но ее «вам» приятно его согрело — не важно, было ли это сказано только ради поддержки или Гермиона, и правда, не списывала Тома со счетов. Тот меж тем не удержался и фыркнул — так же, как когда Гарри мялся перед дверью Ромильды. — Ладно, — девушка вновь вздохнула, но в этот раз — с готовностью, и улыбнулась ему чуть озорной улыбкой. — Тогда руководи, капитан. И в этот раз Гарри точно услышал сердитое сопение Тома.

***

Что бы себе не навоображал Том, это не было так ужасно. То ли из мимолетной вредности, то ли из простого ехидства Гарри не сказал ему главного: в череде его временных мест работы был барбершоп. И хотя его пальцы покалывало от волнения, виной была вовсе не неуверенность в собственных силах. В свое время он перебрил столько шей и щек, что одно единственное лицо совершенно не вертлявого парня не могло стать проблемой. Наверное, это было забавно: перепробовать столько различных мест, чтобы потом забросить все, чему научился. Он работал в кофейне и пил растворимый кофе, превосходно орудовал ножницами и бритвами и ходил с взъерошенным гнездом на голове вместо нормальной прически, бросил столько сил на учебу… Гарри невольно хмыкнул: каким-то образом Том заставлял его вспоминать все былое, пусть порой и сам был не рад этому. А Гарри… Честно говоря, ему нравилось. Он будто возвращал потерянные частички себя. Поэтому щеки Тома он распаривал и натирал пеной с особой нежностью. Под пристальным взглядом призрака, разумеется. Благо, только его: Гермиона только помогла с подготовкой и поколдовала над проводками и трубками, чтобы Гарри ничего не мешало и, в особенности, чтобы он случайно ничего не задел, а после пристроилась на стуле у окна и уткнулась в книгу. «Мило с ее стороны», — подумал Гарри, орудуя помазком. Это напомнило ему Луну: она тоже знала, как дать ему пространство, не выходя из комнаты. От Тома подобных жестов ждать не приходилось: призрак едва ли не над душой стоял, прожигая сердитым взглядом. «Волнуется», — решил Гарри и усмехнулся. Хорошо, что у него с собой была только обычная бритва: выпендрись он с «опаской», Тома бы на месте хватил удар. Интересно, призраки могли падать в обморок? От его улыбки взгляд Тома ожидаемо потяжелел. Гарри постарался придать себе достаточно серьезный вид и взялся за бритву. О, как же ему хотелось посмотреть на лицо этого упрямого придурка… На «придурке» по его внутренностям снова прокатился клубок тепла, и Гарри мысленно дал себе отрезвляющую оплеуху. …когда лезвие заскользило по коже. Ровно и гладко. Это, должно быть, очень тонкие ощущения. Но отворачиваться было нельзя, а боковое зрение не давало никакой информации. Казалось, Том-призрак просто молча стоял. Гарри разочарованно выдохнул и сконцентрировался на том, чтобы не оставить на лице Тома-не-призрака ни одного лишнего волоска.

***

— Он выглядит… намного лучше, — внезапно сказала Гермиона. Гарри едва не вздрогнул: он почти забыл, что она была тут. С ним такое бывало, когда он сильно погружался в работу. Казалось, он только недавно начал — и вот уже промакивал шею Тома полотенцем, аккуратно придерживая его голову за подбородок. — Почти как раньше, — мягко улыбнулся Гарри и наконец бросил взгляд на призрака. И в самом деле: теперь настоящий Том отличался от него только остротой скул, длиной волос (трогать их Гарри все-таки не решился) и болезненной бледностью. А также тем, что призрак до сих пор стоял истуканом. Взгляд его, правда, больше не искрил злостью — скорее уж напряжением, но линии его губ и плеч были настолько ровными, что их можно было запатентовать как новую измерительную единицу. — Я пойду сообщу Макгонагалл, что обошлось без несчастных случаев, — прервала его мысли подруга. — А?.. — Гарри повернулся на ее голос, чтобы вновь встретить немного грустный, но понимающий взгляд. — Только она, наверное, сейчас на обходе, — добавила Гермиона. — Вряд ли я найду ее быстро… К эмоциям в ее взгляде примешалась лукавая искорка, и Гарри сперва вскинул брови, но затем тихо хмыкнул. — Ага… спасибо. — Минут двадцать, — шепнула ему подруга, подхватив свою сумочку, — черт возьми, как туда поместилась книга?! — и почти беззвучно выскользнула из палаты. Призрак наконец шевельнулся. — Удивительно, — буркнул он, — твоя подруга знает о тактичности гораздо больше, чем ты. — Кто бы говорил, — в ответ бросил Гарри. Хорошо, что без раздражения, потому что линия губ мужчины уже начала искажаться под очень неприятным углом. — Ты ходишь по лезвию скальпеля, Гарри Поттер, — слишком спокойно для того, кто совершенно не сердится, произнес Том. Гарри нервно хихикнул. — До сих пор «хожу»? — ухмыльнулся он. — Я думал, ты в своей голове уже меня разобрал на органы… — О, — ответил Том, улыбнувшись достаточно жутко, чтобы ухмылка сползла с Гарриного лица, — я препарировал тебя очень неспешно… Гарри неловко прочистил горло. — И как, помогло? Том лениво приподнял брови. — В чем? — Ну, как там советуют все эти успокаивающие практики? — Гарри все же вернул себе ухмылку. — Закрой глаза, досчитай до десяти, представь, что все это время душишь своего врага… — И это должно успокаивать? — Наверное. Том на секунду задумался. — По-моему, это должно иметь обратный эффект. — Почему это? — Гарри удивленно моргнул. Том улыбнулся шире и медленно двинулся в его сторону. — Представь, что ты голоден, Гарри… Шаг. — И начинаешь воображать себе, будто ты стоишь с закрытыми глазами и ешь ту самую еду, которую так сильно хочешь… Шаг. Голос призрака звучал очень мягко и по ощущениям походил на милую плюшевую подушку, набитую синтепоном вперемешку с иголками. Шаг. — Скажи мне, Гарри, — произнес Том, подойдя впритык и наклонившись к его лицу, — уймет ли это твой голод? Или тебе захочется есть еще больше? Признак протянул вперед руку. Гарри дернулся, но под пристальным взглядом его гипнотических глаз — застыл, не решаясь даже посмотреть вниз, на свою грудь, к которой уже прикоснулись тонкие холодные пальцы. Последовавшее за этим даже не покалывание — жжение — между ребер заставило его окаменеть еще больше и широко распахнуть глаза. — Что ты… Судя по ощущениям, Том буквально забрался пальцами внутрь него и непринужденно водил ими, заставляя Гарри дрожать от странного — в равной степени пугающего и приносящего удовольствие — чувства. Это не было похоже на боль, которую он неминуемо зарабатывал, когда Том «пробивал» его голову кулаком. Скорее на вихрь внутри, возникающий в момент спуска — читай, падения — с вершины американских горок. Но на такую чертовщину Гарри в любом случае не подписывался. — Том… пере… стань… — запротестовал он, но голос неохотно ему подчинялся. Окончательно испугавшись, он резко дернулся, натолкнувшись на лежавшего позади него Тома. — Хватит! Риддл замер. Гарри, громко дыша, сел на краю кровати и обхватил руками живот, в котором все еще чувствовалось нечто пугающе постороннее. — Какого хрена… Краем глаза он видел, как призрак медленно распрямился. — Неужели тебе не понравилось?.. — скучающе спросил он. — Конечно же нет, придурок! — буркнул Гарри, бросив на Риддла яростный взгляд и успешно игнорируя легкое возбуждение, оставшееся после варварского вторжения в его внутренности. — Как вообще такое может… — А я чувствовал это на протяжении… — перебил его призрак и лениво перевел взгляд на часы, — получаса. — Ты… что? Гарри ошарашенно замер и медленно — шея ворочалась неохотно, — перевел взгляд на Тома-не-призрака. Оу. Оу. — Но ты говорил… — Гарри так же медленно повернулся обратно к призраку, — что это просто покалывание… Риддл дернул бровами. — Это было так неприятно? — Н-нет… — Гарри сконцентрировался на своих ощущениях, — нет, но «покалывание» даже близко не передает… — он опустил руки и неохотно выпрямился, все еще чувствуя, как сердце в его груди беспокойно колотится, — это. — Так и есть, — подтвердил Риддл и чуть погодя его взгляд наконец смягчился. — Ладно, я понял, — буркнул Гарри. — Но я не лез к тебе во внутренности! В этот раз. Гарри насупился, но сделал мысленную пометку: не бегать больше сквозь Тома. И извиняться не стал. Риддл на такое бы не расщедрился: он угрызений совести за ковыряния под ребрами, ясное дело, не испытывал. Оставалось надеяться, что тот хотя бы перестанет посягать на его «внутренний мир». Однако стоило Гарри подумать об этом, как он почувствовал тонкое покалывание у загривка. Он вздрогнул и поднял на призрака рассерженный взгляд. — Ну-ну, не дуйся, олененок, — мягко произнес Риддл, поглаживая его пальцами. — У меня нет намерений причинить тебе вред. — Я не дуюсь, — Гарри и отклонился вбок, пытаясь уйти от прикосновения. — И… что еще за «олененок»?! Полный смысл слов как всегда доходил до него с запозданием. И именно с этим запозданием Гарри теперь зарделся. — У тебя были такие глаза — словно у испуганного оленя, — Риддл хмыкнул, и в его глазах вспыхнули лукавые огоньки. — И замер ты точно так же. — Будто ты знаешь, как выглядят испуганные олени, — обиженно буркнул Гарри. — Знаю, — спокойно ответил Том. — Я в свое время на них охотился. — Э… что?.. Гарри удивленно хлопнул глазами. — В длительных экспедициях не всегда есть возможность покупать себе еду где-либо, — размеренно пояснил Том. — Нужно охотиться. — О. Но разве это не запрещено? Том снова хмыкнул. Мысли в голове Гарри медленно заворочались, — да, Том уже упоминал как-то, что ходил в экспедиции, — и чуть погодя привели его к некоторым неловким выводам. — И ты сравнил меня с без пяти секунд убитым оленем?! — Испуганным, — с лукавой усмешкой поправил Том. — Убивать тебя в мои планы пока не входит. — Очень обнадеживает, — ответил Гарри своим наиболее саркастичным тоном. Взгляд Тома посерьезнел. — Я не буду делать то, что сделал сегодня, если ты не будешь делать это со мной, — строго произнес он. Гарри слегка удивился и на мгновение почувствовал облегчение, но после — укол тоски. А затем неуверенно оглянулся на лежавшего рядом с ним Тома. — Прикосновения тоже тебе неприятны? Я просто думал, что… — Что? — Что это может вернуть тебя, — сознался Гарри. — Я подумал, что если ты испытаешь что-нибудь яркое… — То чудесным образом вернусь в тело? — закончил за него Том, вернув ему весь сарказм с процентами. — И ты решил, что бритье будет достаточно ярким? — Ну… нет, не совсем, — Гарри забрался пальцами в гнездо волос на своей голове и взлохматил их еще больше. — Но надо же было начать с чего-то? Том прошелся взглядом по комнате, будто размышляя над сказанным. — А чем ты собирался закончить? Этот вопрос поставил Гарри в тупик, и он невольно взглянул в глаза призраку, будто ожидая, что тот сам за него ответит. Он никогда не планировал наперед: лишь делал шаг и только после этого — следующий. Чем он хотел закончить? — Эм, не знаю, — неловко признался он. — Тогда придумай сейчас, — спокойным тоном приказал Риддл. Гарри снова хлопнул ресницами. — Что? Зачем? — Я не думал над таким способом возвращения, но, кто знает, может, ты достаточно удачлив, чтобы это сработало, — медленно произнес призрак. — Можно попробовать. — Ты серьезно? Сейчас? — Пока время, которое великодушно отвела нам твоя подруга, не кончилось. Гарри заволновался. Том предлагал ему сделать… сделать… — Что я должен сделать? — спросил он, мысленно уткнувшись в тупик. — Решай сам, — твердо ответил Том, обрубив надежду даже на самую маленькую подсказку. — Если я предложу тебе, это уже не удивит и не испугает меня слишком сильно. Это было разумно, но… — Я не хочу слишком сильно пугать тебя, — так же твердо произнес Гарри. — Но тогда разве твой план сработает? Гарри вгляделся в лицо мужчины. Нет, сейчас он не издевался — просто, по видимому, понимал задумку Гарри… мягко говоря, по-своему. «Тем лучше, — подумал Гарри. — Тогда он точно не будет ожидать того, что я могу сделать. Но что?..» Этот вопрос все еще создавал в его голове огромную черную дыру, куда мгновенно засасывались все разумные мысли. Остались только сцены из сериалов, которых он насмотрелся по горло в период проверки его ориентации Роном и «свиданий» с его, в общем-то, милой, если бы не сопутствующие обстоятельства, сестрой. Гарри зажмурился и, сдвинув очки, потер глаза пальцами. Что за черт? Думать о Джинни сейчас вообще не входило в его намерения. Ни о ней, ни об их неловких, нисколько не возбуждающих, поцелуях. Не то что с Малфоем… — Да какого хрена… — произнес Гарри и, уткнувшись лицом в собственные ладони, обессиленно застонал вслух. — Забавно видеть, как в твоей голове ворочаются извилины, — хмыкнул Риддл. Гарри растопырил пальцы и посмотрел на Тома сквозь них. Призрак так издевательски ухмылялся, что это вызывало неистовое желание двинуть ему по лицу или… Или поцеловать, в самом деле, чтобы этот придурок на себе ощутил, что случается, когда прерываешь чужой «скрип извилин». — Ну, ты сам напросился, — с запалом произнес он, замечая, как в глазах Риддла выцветает усмешка, сменяясь волнением. Гарри уверенно распрямился. Риддл замер, возвращая себе идеально ровную линию плеч. Понял ли он? Гарри решил, что спросит об этом позже, и, повернувшись, сгреб Тома за плечи и чуть смазанно — мешала тянувшаяся из-рта трубка — впился поцелуем в его тонкие губы под удивленно-испуганный возглас призрака.