Следуя сердцу

Сначала Сун решил, что приготовленный лекарем Ваном лечебный отвар обладал сонным действием. Оживления Чангэ хватило после его приема лишь на то, чтобы написать сестре, где следует искать наследного принца. Объяснив Сюй Фэну, вызвавшемуся послужить посыльным, куда доставить письмо, принцесса удовлетворенно вздохнула и, не успел тот покинуть комнату, заснула, как была, сидя. Она даже не шевельнулась, когда Сун осторожно укладывал ее. Утром он наткнулся на выходящую из комнаты Чангэ Ло Шибу. «Она спит», — сказала ему стражница. Немного позже лекарь Ван провел некоторое время с Чангэ, осматривая раны и меняя повязки. Он также изготовил новую порцию отвара для Чангэ, и вышел от нее с пустой чашкой. Но Чангэ спала, когда Сун заглянул следом в комнату. «Сон — это не плохо. Так иногда бывает, когда спадает долго копившееся напряжение», — успокоил встревоженного Суна лекарь Ван, когда Чангэ не проснулась и к обеденному времени. — «Раны молодой госпожи хорошо обработаны и не представляют опасности. И я без труда разбудил ее, чтобы она могла принять лекарство. Просто дайте ей отдохнуть. Когда организм будет готов, она проснется сама». Чангэ проспала почти три дня, неохотно на несколько минут открывая глаза, когда Сун приносил очередную порцию лекарства, чтобы морщась послушно выпить его, пробормотать, что с ней «все в порядке», и отказаться от предлагаемой еды. А потом вдруг, как ни в чем ни бывало, появилась в зале особняка, где Сюй Фэн как раз зачитывал Ло Шибе и Суну распространенный в городе императорский указ о помощи пострадавшим от природных катастроф и военных действий. Император обещал предоставление беженцам наделов из государственных земель и их освобождение от налогов и принудительных работ; строительство ирригационных установок, запасников воды и общественных амбаров в часто страдающих от засухи областях; помощь пострадавшим регионам за счет привлечения туда ремесел. Улыбаясь обрадованным ее появлению друзьям, Чангэ, не заботясь о приличиях, села рядом с Суном, чуть привалившись к нему спиной. — Выспалась, соня? — тихо и ласково спросил Сун, почти касаясь губами ее уха. — Чувствуешь себя лучше? — Прости, заставила тебя волноваться, — виновато отозвалась Чангэ. — Не знаю, что случилось, но я давно так хорошо не спала. И раны почти не болят. — Что ты думаешь обо всем этом? Ли Шимин, он может быть хорошим императором, согласись. — Водный поток может нести лодку, а может перевернуть ее, — ответила она. — Посмотрим, как он сдержит свои обещания. Если посмеет расслабиться — пусть не надеется на пощаду! Я убью его. — Оставить его в покое — не такой плохой выбор. — Возможно. Хотя я этому не очень рада, но понимаю — сейчас для Тан он лучший… Сюй Фэн, — обратилась она к стражнику, — ты что-нибудь слышал о наследной принцессе? — Конечно! — с готовностью откликнулся Сюй Фэн. — Наследную принцессу теперь называют Ангелом Лояна. Благодаря ей несчастные люди, едва избежавшие смерти и испытавшие множество бед и страданий, обрели утешение и уверенность, что их судьбы не безразличны тем, кто правит в Чанъане. Люди говорят, это благословение, что принцесса оказалась в Лояне в одно время с Наследным Принцем и смогла исправить созданное им вначале неблагоприятное впечатление. Кстати, как раз сегодня императорский конвой, сопровождающий принца и принцессу в миссии милосердия, покинул Лоян. — Покинули Лоян… — Сун расслышал легкое сожаление в голосе Чангэ. Он накрыл ее ладонь своей и несильно сжал в жесте поддержки. — Военный министр уехал с ними? Сюй Фэн кивнул и важно поднял вверх указательный палец, обращая ее внимание на следующие слова: — Господин Цинь сегодня вернулся из магистрата с необходимыми документами, так что мы тоже можем наконец покинуть Лоян. Теперь, когда молодая госпожа проснулась, можем отправляться хоть прямо сейчас. — Правда? Так быстро? — обрадовалась Чангэ, которую внезапно обуяло нетерпение покинуть оказавшийся не слишком гостеприимным Лоян. — Целитель Сунь и Сыту Ланлан заезжали попрощаться, — сказал Сун. — Они возвращаются на север. Господин Цинь решил отправляться завтра с утра, чтобы мы могли догнать их и до границы ехать вместе. Если бы ты продолжила спать, то рисковала проснуться в движущейся повозке. … Обратный путь показался Суну намного короче, чем путь в Лоян. Они действительно нагнали монаха Сунь и Сыту Ланлана и дальше двигались вместе, приноровив скорость движения каравана поступи ослицы монаха Сунь, которая, полегчав после беременности, двигалась довольно быстро. Лекарь Ван с удовольствием обсуждал с целителем вопросы дальнейшего лечения Адо, которого Сунь Сымяо дважды осматривал, каждый раз при этом восторженно углубляясь в научную дискуссию с лекарем Ван. Чангэ, практически не вспоминая о своих ранах, пользовалась возможностью тренироваться с Сыту Ланланом, и легко привлекала на свою сторону Ло Шибу и Сюй Фэна, чтобы сразиться втроем против одного. Сун старался оставаться в стороне, по-прежнему проводя много времени с малышкой Юань и с Адо. Но совсем избежать заразительной энергичности Чангэ ему не удалось. Он согласился еще раз биться с Сыту Ланланом, чтобы она могла посмотреть на это своими глазами. Но неожиданно в середине сражения Сыту Ланлан перебросил свой меч Чангэ и вытолкнул ее вперед продолжать поединок, а сам спокойно уселся рядом с Адо, вместе с ним подбадривая ее. Это было завораживающе. Сун не мог сдержать улыбку, следя за полностью сосредоточенной на битве Чангэ, и, конечно, свел к ничьей, немного поддавшись в конце короткого, но интенсивного поединка. — Ты поддался! — обвинила его Чангэ, счастливо улыбаясь. — Совсем немного, — легко согласился Сун. — Ты не посрамила своего учителя. Сыту Ланлан отсалютовал ему обеими руками. … В последний раз караван клана Яньсин остановился на ночлег перед самой границей, простившись с целителем Сунь и Сыту Ланланом, дальнейший путь которых пролегал по приграничной области. — Вот мы и добрались до степных просторов, — стоя возле костра и задумчиво глядя на расстилающееся впереди открытое пространство, скудно освещенное светом неполной луны, проговорил господин Цинь. — Молодая госпожа, куда бы вы ни направлялись отсюда, я последую за вами. — Господин Цинь, — сказала Чангэ, — после многих лет в Шочжоу вы должны испытывать к роду Ашилэ только страх и ненависть. Почему бы вам… — Молодая госпожа, — не дал он ей продолжить, очевидно, угадав, что она собирается предложить. — Я всю свою жизнь следовал за господами, в мудрости которых был уверен. Остальные мне безразличны. — Господин Цинь, — Сун поднялся от дерева, под которым сидел, и подошел к ним, — обещаю, в Соколином войске вы будете в полной безопасности. — Ачжунь. Ты напрасно беспокоишься, — улыбнулся управляющий. — Я хорошо прожил свою жизнь. Чего мне бояться? — Я имел в виду не это, — наклонил голову Сун, тоже улыбаясь. Ему нравился уравновешенный и невозмутимый характер господина Цинь. — Давайте спать. Завтра продолжим… Господин Цинь не договорил, вопросительно посмотрев на Суна, который повернулся, вглядываясь в лесную темноту в той стороне, где они съехали с дороги. С той стороны раздалось конское ржание. — Это Яло, — признал Сун. — Наверно, что-то случилось в Соколином войске. Спустя несколько мгновений из леса появился одинокий всадник, уверенно направивший коня к стоящим возле костра людям. Это действительно был Яло, и вид у него, когда он спешился и подбежал к ним, был встревоженным и измученным. Но первым делом он все же разулыбался, увидев рядом с Суном Чангэ. — Тегин, я не думал, что вы и правда найдете военного советника и вернете ее. — Яло, что случилось? Почему ты здесь оказался? — опережая Суна, спросила Чангэ. — Му Цзинь послал меня разыскать вас в Тан, но вы оказались здесь. Это хорошо. Тегин, вы должны скорее вернуться. Соколиное войско в опасности! — В чем дело? — нахмурился Сун. — Великий шаман говорит, что нас прокляли. Я… я не знаю. Но многие в Соколином войске подхватили болезнь. Их тела гниют заживо… Кто-то уже умер. Великий шаман ничего не может поделать. Возвращайтесь и взгляните сами! — Гниют заживо? Мокрые язвы по всему телу? — уточнил господин Цинь. Яло покивал головой. — Целитель Сунь недавно уехал, — переглянувшись с управляющим, сказала Чангэ. — Господин Цинь, вы можете послать людей, чтобы догнали и вернули его? С осликом они не могли уйти далеко. Целитель Сунь многие годы изучал заболевания в степях. — Конечно, я немедленно пошлю кого-нибудь, — ответил тот. — Не беспокойтесь, молодая госпожа, мы найдем целителя Сунь. — Яло, отдыхай, — распорядился Сун. — Вернемся завтра утром. Он повернулся к Чангэ. — Чангэ… — Даже не думай избавляться от меня, — не дала ему сказать принцесса. — Мы столько всего вместе пережили. И ты обещал, что мы будем преодолевать трудности вместе. Как сейчас. Сун улыбнулся и кивнул, соглашаясь: — Хорошо. Вместе.