Indelible / Неизгладимый след

Неизгладимо — оставлять следы, которые невозможно забыть.

У тебя есть я

Миранда сидела на очередном мероприятии Парижской недели моды, и размышляла об исчезновении Андреа Сакс. Ее Андреа. Милой, доброй, верной, яркой, непревзойденной в своей способности предугадывать потребности, очаровательной в своей неуклюжей неловкости и настолько красивой, что у редактора замирало сердце. Особенно когда она ослепительно улыбалась или смотрела на нее огромными, разрывающими сердце шоколадными глазами лани. Глаза, которые так разительно контрастировали с идеальным фарфором ее алебастрового цвета лица. Близость между ними существовала уже несколько недель, хотя никто из них не говорил об этом. Конечно, она не говорила и никогда не скажет Андреа ничего из этого. Нет. То, что она сказала ей меньше часа назад, было то, что она видела себя в своей помощнице. Это должен был быть комплимент. Но вместо того, чтобы искренне признать богатство потенциала Андреа, она позволила гордости, которую она испытывала к молодой женщине, окутаться горькой и ледяной воинственностью доказательства своей правоты. Сравнивая вещи, которые сделала Андреа, вещи, к которым Миранда приложила руку, с самыми резкими и беспощадными аспектами ее собственного характера. Миранда видела это в ее изящных глазах. Ее Андреа потерпела поражение. Она не знала, какой эмоции позволить доминировать в буре, кружащейся внутри нее. Обида на то, что Андреа оставила ее, как только она показала себя с максимально темной стороны, как и все остальные. Возможно, разочарование от того, что ее прекрасная яркая искрящаяся девочка позволила себя раздавить, даже если это сделала сама Миранда с ее позволения. Или чувство тошноты, которое возникло, когда она взглянула на пустое место рядом с собой, которое она так привыкла заполнять теплом Андреа. Идеальная, милостивая и искренняя противоположность ее собственной ледяной и хорошо обработанной социальной оболочке, которая внушала страх, куда бы она ни пошла. — Глупая, сводящая с ума девчонка, — тихо пробормотала Миранда вслух, ни к кому не обращаясь, и вспомнила, как несколько ночей назад Энди зашла к ней в комнату, чтобы застать ее в оцепенении после сообщения Стивена о разводе.

***********


— Дело в том… Дело в том… дело в том, что нам действительно нужно выяснить, где разместить Донателлу, потому что она почти ни с кем не разговаривает. — Мне так жаль, Миранда, — мягко сказала Энди с таким искренним сочувствием и состраданием, что Миранда едва могла посмотреть в ее сторону. Она этого не заслужила. И она не знала, как с этим справиться. Но если она была ошеломлена ее выражением лица, то то, что сделала девушка дальше, полностью поразило ее. Без тени лукавства Энди подошла к тому месту, где она сидела. Грациозно опустившись на колени, ее ассистентка взяла ее за руку и посмотрела на нее с таким пылом сожаления, что она потеряла дар речи. — Я знаю, что твои девочки значат для тебя целый мир, и мне очень жаль, что это повлияет на них. Но когда у прессы будет день открытых дверей, и все они будут избирательно относиться к деталям, ты должна помнить, что этим девочкам повезло с тобой. Ведь каждый день ты встаешь и показываешь им, что значит быть сильной, успешной, цепкой и стойкой. Ты пример того, как побеждать невзгоды и каждый раз выходить на первое место. Благодаря своей удивительной матери, Кэссиди и Кэролайн никогда не согласятся на второе место. На меньшее, чем они заслуживают. Не забывай об этом. А если забудешь, я буду здесь, чтобы напомнить. Миранда не смогла остановить свежие слезы, наполнившие ее глаза, когда она дрожащими руками попыталась поднять Энди на ноги, но ее молодая помощница просто села рядом с ней на диван и осторожно потянулась, чтобы обнять ее дрожащее тело. В редкий момент слабости Миранда позволила Энди обнять себя. Позволила себе раствориться в цветочных нотах духов Miss Dior Cherie, позволила своему подбородку опереться на кашемировое плечо, так мило предложенное ей, запуталась пальцами в шелковистых шоколадных локонах, пахнущих пионами, ища что-то, что угодно в этот момент, чтобы удержать себя на плаву. Нет ничего. Ничего. Просто Андреа. Ее Андреа. — Я с тобой, Миранда. Я держу тебя и не отпущу. Все будет хорошо.

***************


Миранда потягивала шампанское и думала о том, что даже в разгар ее личных потрясений, вид Андреа Сакс, покорно стоящей на коленях у ее ног в своем топе и юбке от Шанель с низким вырезом, не прошел для нее бесследно. Она выглядела прекрасно. Она снова позвонила Энди. Где-то снаружи на краю фонтана сидела Энди Сакс, игнорируя уже седьмой звонок Миранды за последние полчаса. Она уже подумывала бросить в фонтан этот чертов телефон. Миранда была права. Как бы Энди ни ненавидела это, она поступила с Эмили точно так же, как и редактор с Найджелом. Конечно, немного в другой плоскости. Но все же совершила ошибку. И все, о чем Энди могла думать, так это о том, как разочарована была бы ее мать, будь она жива. И как бы это убило ее. Настолько, что она уже сделала круг вокруг здания, просто чтобы уйти от своего разочарования в том, как далеко она позволила вещам зайти во имя этой работы. Во имя того, чтобы угодить Миранде Пристли. Ее Миранде, которая за последние несколько недель все больше и больше впускала ее и открывалась ей. Которая всего несколько ночей назад дрожала в ее руках, делая неровные вдохи. Которая отнеслась к ее попыткам предупредить ее о восхождении Жаклин на трон Подиума как к раздражающему неудобству, а затем использовала похвалу как оружие, чтобы причинить боль. Да. Она почти убежала. И если многие девушки хотели быть ими, как спокойно уверяла Миранда и если это означало, что Андреа становится или близка к тому, чтобы стать таким человеком, то она этого не хотела. Но потом она вспомнила еще кое-что, чему ее учила мама. Когда что-то стоит того, или, в данном случае, когда *кто-то* стоит того, даже когда шансы складываются против тебя, даже когда все рушится, ты остаешься и борешься. Встав и поднявшись по лестнице с новой решимостью и проталкиваясь мимо толпы прессы, Энди направилась на мероприятие с высоко поднятой головой. Она оглядела комнату и мгновенно заметила Миранду, задумчиво сидящую в углу. Вокруг нее не было подхалимов. Она была совершенно и нехарактерно одинока, и хотя для неподготовленного наблюдателя это выглядело как классическая скука Миранды Пристли, Энди знала, что это действительно редкое событие. Она была потрясена. Ее уход по какой-то причине шокировал Миранду. Сейчас она выглядела взволнованной и по меньшей мере испуганной, когда кто-то направился к ней через всю комнату, и по привычке она оглянулась по сторонам, но не было никого, кто бы прошептал ей имя незнакомца. Взяв с подноса два бокала шампанского, Энди сделала большой глоток, чтобы успокоиться, и глубоко вздохнула. «Так!» — сказала она, быстро пересекая комнату и проскальзывая за спиной Миранды. — Марсель Дю Понте, возглавляет французский филиал благотворительной организации по борьбе с неграмотностью, который финансируется Подиумом. Книги — его жизнь, а его дочери так же одержимы Гарри Поттером, как и близнецы. Миранда замерла от знакомого и неожиданного голоса, а затем вздохнула с облегчением. Облегчением от спасения в критический момент, но больше всего с облегчением от того, что она вернулась. Она не могла смотреть на нее. Она не могла рисковать. Если бы она это сделала, Андреа могла бы увидеть все намерения, которые она не могла позволить себе раскрыть в этот конкретный момент. Поэтому она поставила теплый бокал шампанского, который держала в руке, и слепо потянулась за свежим, который, как она инстинктивно знала, должен был быть у Андреа. — Марсель! — сказала она с широкой улыбкой, рожденной годами практики, — Так приятно видеть вас сегодня вечером. Ваши девочки все еще так же очарованы всем, что происходит в Хогвартсе, как и мои? Марсель разразился искренним смехом, расцеловав обе щеки Миранды: — Поглощены, говорю вам, Миранда! Абсолютно поглощены. Они давят на меня, чтобы я занялся квиддичем! Даже когда она стояла там, зная о предстоящей схватке, Энди почувствовала, что немного расслабляется под музыкальные ноты смеха Миранды. Настоящего искреннего смеха, который Энди слышала только когда у редактора была возможность поговорить о своих любимых близнецах. Ее самый лучший смех. Такой смех, ради которого ты остаешься. За который сражаешься. Когда обмен репликами закончился, Миранда устремила свой самый леденящий взгляд на Энди: — И где, скажи на милость, ты была, Андреа? Неужели ты споткнулась о собственную самоуверенность, поднимаясь по лестнице, и тебе понадобилась медицинская помощь? Впервые Энди не съежилась. Вместо этого она встретила лед в глазах Миранды собственным огнем. — Нет, я пошла прогуляться, чтобы проветрить голову, дабы не наговорить лишнего и не натворить делов, о чем, уверена, мы обе пожалеем, судя по твоему выражению полного недоумения минуту назад, когда ты знать не знала, кто такой Марсель Дю Понте. Глаза Миранды расширились от шока, она была явно взволнована совершенно неожиданным уколом Энди. Быстро придя в себя, она закатила глаза. — Ты останешься здесь до тех пор, пока я не сочту тебя ненужной, а затем мы с тобой поговорим о твоем поведении этим вечером, — ответила Миранда своим самым опасно-спокойным и мягким тоном. — О, сказочно, жду не дождусь! — огрызнулась Энди. Миранда сузила глаза: — Принеси мне Пелегрино. Ох… — Охлажденный, без льда, с половинкой лимона. Я займусь этим, — закончила Энди и ворвалась в бар. Она не осмелилась оглянуться, так как была уверена, что огонь от одного только наносекундного взгляда в глаза редактора превратит ее в пепел. Однако, если бы она оглянулась, то увидела бы, как недоверие на лице Миранды сменилось совершенно другим выражением. Гордостью.

***********

— Я просто чувствую себя униженным и смешным, — уныло размышлял Найджел, пока они сидели в пижамах, попивая вино и поедая блинчики, которые заказали в номер. — Ты имеешь полное право чувствовать себя так, Найджел, но я клянусь, что ты не смешон. Ты так помог мне вырасти. Без тебя я не продержалась бы и недели на Подиуме! — Энди говорила так искренне, что Найджел, несмотря на свое горе, улыбнулся. Он взял ее руку в свою, крепко сжимая: — Малышка, наблюдать за тем, как ты расцветаешь, зная, что я был частью этого, было честью для меня. Моя малютка Шесть. Четыре как-то не так звучит. Могу я по-прежнему называть тебя Шесть? — Энди рассмеялась. — Я расстроюсь, если ты перестанешь! Знаешь, завтра, если полет будет скучным и неудобным, у меня есть эти новые современные беспроводные наушники, которые не понравились Миранде, и электронная читалка, полная аудиокниг. — О, ты хороший друг! — с благодарностью воскликнул Найджел, притягивая Энди к себе — Насколько хорош бекон? — спросил он, размышляя о еде, которую он обычно не позволял себе есть. — О, бекон-это жизнь, — решительно ответила Энди. Миранда распахнула дверь в номер Энди и оглядела представшую перед ней сцену. Ее самый близкий друг и ее Андреа лежали на полу в объятиях, привалившись к дивану. На полу стояла пустая бутылка вина и половина мини-бара, и они явно приступили ко второй. Скорее всего, они использовали ее, чтобы запить половину десертного меню. — Пьянствуете? — холодно воскликнула Миранда, на что Найджел пьяно съязвил: — Дерьмо. Мама дома! Энди захихикала, а Миранда недоверчиво покачала головой. — Вы оба? Найджел посмотрел на Миранду. — Нет, Миранда, только я. У Маленькой мисс Легкий Вес толерантность к алкоголю, которая соответствует ее заднице четвертого размера, и она мудро проявила немного больше сдержанности, чем я. — Да, я только немного навеселе! — объясняла Андреа, глядя на Миранду огромными сверкающими глазами, и Миранда отчаянно пыталась не замечать, как очаровательно она выглядела в своей голубой атласной пижаме, со взъерошенными волосами и вызывающей улыбкой с капелькой нутеллы на нижней губе. Она хотела слизать ее, и эта мысль одновременно ужасала и чрезвычайно возбуждала. — Ну разве это не уютно? — саркастически заметила она. — Нам не нужен третий лишний, если ты поэтому поводу! — Найджел закатил глаза. Миранда недоверчиво уставилась и уже собиралась ответить совершенно уничтожающей бранью в адрес своего пьяного и раненого товарища, но с удивлением заметила, как Андреа успокаивает его. — Шшш, милый, не заходи слишком далеко и не говори по пьяни то, что не сможешь взять назад, когда протрезвеешь, — она пыталась говорить достаточно тихо, но после нескольких бокалов вина связки явно ее подводили. Это моя девочка! — с гордостью подумала Миранда. — Тебе стоит послушать Андреа, Найджел! — предупредила редактор, не ожидая презрительного взгляда Энди. — Не делай этого. Не стравливай нас друг с другом. Он имеет право на утешение и поддержку. И я рада, что он пришел ко мне, — Энди повернулась к Найджелу и нежно погладила его по голове, — Чтобы я могла дать ему это. Миранда разочарованно вздохнула. Доброта Андреа и нежность. Слишком мягкая смесь для ее жестокого мира. В этом редактор была уверена. Может быть, именно поэтому она изо всех сил старалась раздавить ее. — Нам с тобой нужно поговорить, Андреа! — потребовала Миранда, и Найджел поморщился. — На этой ноте, красавица, я пожелаю тебе доброго вечера! — Найджел неохотно поцеловал руку Энди, на что она мягко улыбнулась, встала и помогла ему подняться на ноги. Проводив до двери, она крепко обняла его и улыбнулась, в этот момент он прошептал: — Стой на своем, малыш. Открою тебе маленький секрет. Ты нужна ей больше, чем она тебе. Энди отстранилась и с изумлением уставилась на Найджела, а он просто подмигнул ей, после чего, пошатываясь, вышел из комнаты и направился через холл в свой номер. Энди подождала, пока он окажется внутри, закрыла дверь и начала убирать остатки их парижского отельного пикника на полу. — Андреа, ты не собираешься предложить мне выпить, или ты сегодня полностью утратила свои манеры вместе с рассудительностью? — обвиняюще спросила Миранда, и Энди резко поставила на стол недопитую бутылку вина. — Вино! — указала она на бутылку, — Бокалы! — жестом указывая на бокалы, — Пей! — вызывающе вскрикнула Энди. Миранда в недоумении покачала головой. — Что на тебя нашло? Куда ты ходила сегодня? Я заслуживаю объяснений. — Я пошла прогуляться, чтобы проветрить голову. Я была расстроена! — девушка пожала плечами. — Ты была расстроена? Ты бросила меня без предупреждения во время самой важной недели Подиума, потому что была расстроена? — недоверчиво спросила Миранда, и Энди, словно защищаясь, обхватила себя руками — Да, я была расстроена. Ты была права. Ты забрала у Найджела работу мечты, как я забрала у Эмили Париж. И это заставило меня разочароваться в себе. Я знала, что моя мама тоже будет разочарована. Она не так меня воспитывала. Она не учила меня идти по головам, добиваясь своего. Причинять людям боль. Мне нужно было время. Поговорить с ней и перестроиться, — объясняла Энди. — Ты услышала от своего босса оценку своего поведения, которая тебе не понравилась, и побежала к маме? Боже, Андреа, ты никогда так не демонстрировала нелепость своей молодости больше, чем сейчас, — она насмехалась над ней. — Да, Миранда, но знаешь что? Однажды у Кэссиди или Кэролайн будет такой же момент, и они побегут прямо к тебе, и ты будешь рада, что они это сделали. Что они доверяют тебе настолько, чтобы помнить об уроках, которые ты им преподала, и верить в то, что ты всегда была и будешь их безопасным местом, если что-то пойдет не так. Или ты забыла, что я тоже чей-то ребенок? Что у кого-то были надежды и мечты для своей дочери так же, как у тебя для своих? Миранда, несмотря на себя, чувствовала себя соответственно наказанной, и она ненавидела, что девушка… права. Если бы она не была так эмоционально заряжена, она могла бы уловить прошедшее время «были», когда Энди проговорилась. — Дело в том, Миранда, — продолжила Энди, — что я правда не хотела так поступать с Эмили. Я просто знала, что зашла слишком далеко и вложила слишком много, чтобы все развалилось, и когда ты поставила мне ультиматум, да, я сделала то, что нужно, чтобы сохранить свою работу. Как и ты. Но я просто так не могу... Голос Энди задрожал, и Миранда была уверена, что она вот-вот заплачет, но она этого не сделала. Она сдержала слезы, и глаза Миранды потеплели от уважения. Ее девочка была намного сильнее, чем казалась. Это было то, чем она восхищалась больше всего. Но почему-то ей показалось, что Андреа собиралась открыть что-то очень важное, но остановилась. — Не могу что, Андреа? — Миранда подбодрила ее немного мягче, но Энди замкнулась, и Миранда видела, как перед ней возвелась стена. — Это не имеет значения, — удрученно сказала Энди, и Миранда вздохнула в отчаянии. — Ну, я полагаю, что у твоей матери было больше здравого смысла, чем у тебя, и она сказала тебе вернуться и делать свою работу. Поскольку ты более чем впечатляюще восстановилась после своего маленького приступа гнева. На самом деле твое обаяние и внимание к деталям было положительно отмечено многочисленными гостями! Миранда сделала все возможное, чтобы это прозвучало как случайный комментарий, но Энди изумленно уставилась на нее, совершенно потрясенная неожиданной похвалой, какой бы неожиданной она ни была. Она подумала о том, чтобы рассказать Миранде о своей матери, но в тот момент она была слишком измучена для такого разговора. Тем более, когда она чувствовала себя такой ранимой. — А, нет, на самом деле, она мне этого не говорила. Я вернулась сама, — не похоже, что Энди лгала. Мертвые ведь не разговаривают. — Почему? — спросила Миранда, подойдя ближе к Энди, которая долила себе вина, осушив половину бокала. — Потому что еще одна вещь, которой меня научила мама: когда что-то стоит того - ты борешься за это, даже если это трудно, даже когда это почти невозможно. Ты крепко держишь это в своих руках и не позволяешь выскользнуть. Ты остаешься и работаешь дальше! — на последних словах Энди словно умоляла. Миранда почувствовала, как в животе зарождается беспокойство. Она испугалась, что Энди говорила не только о борьбе за свою работу, и ужаснулась, что так оно и есть. — Бороться и остаться за место помощника? — спросила Миранда. — БОРОТЬСЯ И ОСТАТЬСЯ РАДИ ТЕБЯ, — крикнула Энди, заставив Миранду замолчать и шокировать саму себя, если судить по ее пораженному выражению лица. — Ради меня? … Но почему? Я не, — Миранда заикалась, и Энди снова обхватила ее за плечи. — Когда я сказала тебе пару ночей назад, что я с тобой, я имела в виду именно это. Это что-то значило для меня. Я бы просто так не ушла от тебя. Я не смогла бы так поступить, — Энди говорила с убежденностью, от которой у Миранды перехватило дыхание. — И ты не ушла. Даже когда у тебя, возможно, были на то причины, — грустно размышляла Миранда. — Я не знаю точно, когда это случилось, Миранда, но я знаю, что в последнее время между нами все изменилось. Я не думаю, что могу притворяться, что не чувствую этого. Я не могу вернуться к тому, что было раньше. Но я не знаю, как двигаться дальше, — Энди устало села на подлокотник кресла в гостиной, выглядя такой нервной из-за слов, которые она только что произнесла. — Андреа. Моя прекрасная храбрая девочка, — подумала про себя Миранда. Если бы девушка только могла представить, как сильно она разрушила ее арктические стены своей смелостью и честностью. — Что ж, — аккуратно начала Миранда, прекрасно понимая, что ей нужно действовать осторожно, — Ты могла бы пригласить меня на эту маленькую импровизированную вечеринку в честь смерти от калорий, — Миранда нащупала безмолвное приглашение и была вознаграждена улыбкой удивленного восторга, а затем слегка хихикнула. — Я не знаю, Пристли, мы едим углеводы в пижамах и смотрим второсортные телепередачи в этой комнате, — бросила ей вызов Энди. — Хмммм, — задумчиво произнесла Миранда, уголки ее рта превратились в легкую улыбку, — Только на этот раз, я думаю, это будет приемлемо. Я пойду переоденусь. Энди в полном недоумении наблюдала, как Миранда вылетела из комнаты. — Она, конечно, не всерьез! — сказала себе Энди, подхватив пару пакетиков с печеньем и усевшись на диван. Переключив канал на одно из своих любимых развлечений, «Настоящие домохозяйки округа Ориндж», она увлеклась их последней перепалкой. Она уже потеряла счет времени, когда Миранда снова появилась в ее номере. Видением в халате из шелка цвета шампанского. Энди почувствовала, как у нее пересыхает во рту. Она выглядела просто восхитительно. Миранда увидела восхищение Энди и сдержала улыбку, грациозно присев на другой конец дивана и взяв предложенный Энди бокал вина. — Спасибо, Андреа, — тихо сказала она, поднеся бокал к губам и удовлетворенно хмыкнув. Она не ожидала, что вино окажется таким вкусным, и если она была удивлена, то Энди совершенно потрясена тем, что она поблагодарила ее. Миранда Пристли никогда не благодарила. — Что это за бессодержательный бред ты смотришь, Андреа. Я никогда не понимала, почему эти женщины устраивают такие недостойные истерики из-за бывших супругов, которые явно не хотят иметь с ними ничего общего, — пренебрежительно воскликнула Миранда, и Энди слегка усмехнулась — Такое заявление наводит на мысль, что ты смотрела Домохозяек! — поддразнила Энди, и Миранда серьезно попыталась подавить улыбку, но потерпела неудачу, когда ее губы, казалось, дернулись сами собой. Это было что-то новенькое — легкие подтрунивания между ними, которые начинали жить собственной жизнью. — Полагаю, это несколько неприятно — быть отвергнутой после того, как попыталась построить с кем-то счастье! — заметила Миранда, изо всех сил стараясь казаться безучастной и равнодушной, но Энди не могла оставить это без внимания. Несколько мгновений между ними царило молчание, и Энди заставила себя быть смелой. — Миранда, тем вечером я вторглась в твое личное пространство в таунхаусе и услышала, как Стивен говорил, что все смотрят на него в ресторане с жалостью и сочувствием, потому что он в очередной раз сидел в одиночестве. На самом деле, большинство из них, скорее всего, смотрели на него с завистью лишь потому, что ты в конце концов придешь. И если он этого не знал, значит, он тебя не заслуживает. Миранда резко вдохнула, когда сладость слов Энди, произнесенных так искренне, захлестнула ее. Похоже, эта девушка могла просто видеть ее, как никто другой, и это облегчало, сбивало с толку и пугало ее. Поэтому она заставила себя ощетиниться. — Как ты можешь говорить об этом после ночи в компании Кристиана Томпсона. Он вряд ли достоин тебя, Андреа. Энди поморщилась. Она почувствовала, как глаза Миранды закатились с другого конца дивана. — Я не спала с Кристианом. То есть я спала с ним в одной постели, и он хотел этого. Но я заявила о сомнительном согласии из-за чрезмерного употребления алкоголя. Он был не в восторге от этого. Но сейчас я рада, что решилась на это. Особенно учитывая то, что он пытался сделать с тобой Миранда наблюдала за тем, как Энди слегка растерялась, вспоминая события своего вечера с Томпсоном, и чувствовала, как гнев наполняет ее вены. Гнев, который, как она знала, она не имела права чувствовать, но все равно чувствовала его. — Андреа, он давил и принуждал тебя? — Нет, ничего подобного, но я могла сказать, что он был недоволен этим, — быстро прервала Энди. — Потому что если он причинил тебе боль, я прикончу его, — непреклонно заявила Миранда, и Энди шокировано посмотрела на нее. Миранда заставила себя отвести взгляд и занялась тем, что наполнила свой бокал. Она должна была спросить Андреа. Она должна была узнать. Невысказанные ранее слова, которые она не могла выбросить из головы. — Андреа, раньше ты собиралась мне что-то сказать, ты сказала, что просто не можешь…а потом остановилась. Я настаиваю, чтобы ты сказала мне, что это было, — твердо приказала Миранда, наблюдая, как Энди подтянула колени к груди и обхватила их руками. — Я жду Андреа, — подтолкнула ее Миранда. — Эм….Я просто хотела сказать, что не могу отключить эту врожденную силу, которая заставляет меня доставлять тебе удовольствие и делать тебя счастливой. Миранда почувствовала, как в ее животе зародилось желание, а рука так и чесалась дотронуться до девушки. — Да, возможно, тебе стоит прекратить попытки, поскольку это одна из тех вещей, которые делают тебя довольно хорошей в работе и… Это очень поразительное качество… для меня, — немного неловко уточнила Миранда. — Ох, — тихо пробормотала Энди, и когда Миранда увидела ее, сидящую на диване и выглядящую такой уставшей и подавленной, ей захотелось заключить ее в объятия. Она прекрасно помнила, как ей было спокойно и тепло в ее объятиях. — Андреа, иди сюда! — приказала Миранда и наблюдала, как Андреа повиновалась и осторожно начала придвигаться к ней вдоль дивана. Редактор положила подушку себе на колени и потянула Энди вниз, чтобы та легла на нее. Миранда чувствовала ее напряжение и позволила своей руке мягко погладить густые мягкие локоны Энди, и была рада, когда та мгновенно расслабилась. — Все хорошо, — прошептала Миранда, — У тебя есть я.