you can’t take me

— Да, поставьте этот стол туда, за ним сядут друзья и знакомые, — Тэхен, облокотившись о локоть правой руки, деловито раздавал приказы, следя за тем, чтобы подготовка ко свадьбе, к которой осталось буквально ничего, проходила хорошо. Появившийся на горизонте Чимин, кутаясь в свою курточку белого цвета, углубившись в свои мысли, выглядел так, будто у него что-то случилось, поэтому Тэхен, когда знакомый подошел ближе и присел на стульчик, поставленый в сторонке, обеспокоено оглянул того, мысленно предполагая, что могло произойти. К счастью, октябрь радовал своей солнечной погодой, несмотря на холодный ветер, и Киму настроение испортить ничего не могло. Свадьба с Чонгуком буквально на носу, но он считает это не геморроем, свалившимся на голову, а наоборот, омега рад, что занимается хоть чем-то. Они решили устроить свадьбу неподалеку от дома Кимов, найдя красивую лужайку в самом лесу Делиона. Это место омега давно приглянул, оно находится так же неподалеку от Филы, а отказать ему никто не посмел. Праздник через два дня, поэтому несколько столов, гостей ведь будет мало, и остальные мелочи уже организовывались самим Тэхеном, который хватает из стола неподалеку кружку с еще теплым зеленым чаем и движется к Паку. — Тебя спасать надо. Что уже произошло, м? Выглядишь так, будто ты делал операцию, а пациент все равно не выжил, — Тэхену смешно, а вот Чимину не очень, поэтому второй бросается колким взглядом, и Ким вмиг стирает улыбку с лица, тормозя рядом и предлагая зеленый чай, от которого приятель отказывается. — У твоего друга свадьба буквально с дня на день, мне казалось, ты должен был бы радоваться за него, — не унимается, отпивает напиток и оборачивается, чтобы оглянуть людей, которые доставляют стульчики к столам. — Да не туда! В другую сторону! — кричит, от чего Чимин морщится, косо взглянув на него. — Не думал, что лечение этого идиота в моей больнице понесет для меня такой вред, — начинает Пак, облокотившись о спинку и сложив руки на груди, пиля взглядом пространство перед собой. Тэхен с недопониманием в глазах замирает, оставив руку с чаем у губ и пытаясь в мыслях угадать о ком речь. — Я о Юнги, — сразу пояснительное следом. — А, ты о том, что между вами произошло... — хмыкает Тэхен, глядя на суетившихся помощников, и сам утихает, не зная, что подсказать. Чимин не любит скрывать что-либо от Тэхена, поэтому всегда рассказывает все. Вот и несколько дней назад, посреди белого дня Пак заявился к нему домой, заставил отлипнуть наконец-то от Чонгука и уделить ему время для разговора, а затем, за чашкой кофе рассказал, что случилось. Случился Юнги. За время, пока альфа лечился, Чимин буквально каждый день, а иногда даже ночь, сидел в больнице, присматривая за ним. И хоть это, отчасти, была просьба Чонгука, Пак все равно бы по-другому поступить не смог бы, но дело не в этом. За эти дни они сильно сблизились: ночные дежурства превращались в откровенные разговоры с Юнги, хотя работы валом, а за обычным взглядом горели глаза. Омега видел, как Мин на него смотрел, и прекрасно понимал, но прятал голову в землю и делал вид, что ничего не происходит. А перед уходом, который состоялся в одно утро, ночью Юнги пришел и просто сказал все, как есть. Что уходить не особо хочется, что небезразлично, и предложил не плеваться колкими фразами, как обычно Чимин любит делать, а подумать над этим. Паку много времени не понадобилось, он и так ощущал, что тоже привязался, хотя признаваться даже себе в этом не хотел, но ему не сказал об этом, а просто разрешил поцеловать. Показалось, что все могло наладится, пока Юнги не рассказал о предложении Чонгука. «Переезжай ко мне в Честер, обещаю, я позабочусь, чтобы у тебя там все было», — заявил альфа, но Чимин поставил вопрос ребром и сразу дал понять, что, куда-куда, но в этот ужасный город возвращаться уж точно не будет. Юнги поделился тем, что ему предоставилась крутая возможность стать главным в Честере, да и к тому же он сильно любит свою родину, поэтому другого выбора нет, или омега соглашается на предложение или... они остаются просто знакомыми. Альфа не давил, не заставлял, просто попытался забрать Чимина с собой, но тот отказался напрочь, и Юнги следующим утром уехал, даже не попрощавшись. Пак знает, что старший не злится и не обижен, потому что они ведь не ссорились, но у самого остался неприятный осадок, удушающий по ночам. И вроде все нормально, Чимин осознано выбрал остаться дома и до сих пор не передумал, но все равно дерьмово. Тэхен не знал, как поддержать, потому что, отчасти, Чимин сам твердо сказал, что не готов ради кого-то оставлять Делион и переезжать жить в тот ужасный город. Отпив чая, блондин лишь нехотя поглядывал на Пака и следил за работой людей. — Не строй из себя жертву, ты сам сделал выбор в свою пользу. Если бы мой Чонгук настоял на том, что нам нужно жить в Честере, я бы поехал с ним даже туда, хотя, к счастью, он хочет оставаться в Делионе, — говорит Ким, сунув одну руку в карман вздутой куртки, чтобы согреться. — Мне, например, не так важно где, лишь бы с ним. Но, видимо, Юнги не настолько сильно зацепил тебя, чтобы ты согласился переехать к нему. — Дело не в самом Юнги, дело в том, что я не хочу жить там. Почему именно Честер?! Нет уж, я не намерен туда возвращаться. Может это и к лучшему. Юнги станет править городом, заживет себе круто, я уверен, забудет обо всем, а я как-нибудь здесь, дома буду, — закинув нога на ногу, тараторит Чимин, коротко взглянув на друга. — Так бывает, ничего страшного. Я не готов ради этого оставлять свою работу и дом. — Кстати, а что насчет работы? Если бы ты согласился и переехал, сидел бы дома? — Нет. Юнги сказал, что намерен там построить хорошую больницу, и пообещал, что если я соглашусь поехать, то он назначит меня в ней главным. Это, конечно, крутое предложение, но ничего не меняет. — У него, кстати, брат, тоже вроде как с медициной связан, наверное, вам пришлось бы найти общий язык, а это не легко, — чуть ухмыльнувшись, поглядывает на него Тэхен, говоря о Раоне. — Я знаю. Это вообще мелочи, Раон адекватный и довольно веселый, я с ним уже имел пару встреч, — отмахивается рукой. — Напомню, что он еще и бывший Чонгука, — вздёрнув бровь, бубнит Тэхен. — А, о-оу. Этого я не знал, — виновато усмехается Пак. — Раон такой красивый, если уж откровенно... Хорошо, что он живет в Честере, хотя бы переживать не буду, — делится мыслями Тэхен, уткнувшись взглядом в Чонгука и Демиля, появившихся на горизонте. — Почему на этого мужчину клюют только самые красивые омеги? — Ты сейчас типо себе комплимент сделал? — Разве? — приподняв уголки губ, отпивает напиток Тэхен, а потом ставит почти пустую кружку на стол неподалеку и усмехается, направившемуся к ним Чонгуку. — Что так обсуждаете? — альфа оглядывает Чимина и Тэхена взглядом, а подойдя к любимому осторожно обвивает талию и ловит чужие губы своими, пока Пак закатывает глаза и делает вид, что изучает лужайку вокруг. — Болтали о твоем... — Появлении. О недавних новостях и обо всем случившемся, — перебивает Чимина Тэхен, одарив друга взглядом. — Чимин спрашивал, как так у тебя получилось выбраться из домика живым, а я ведь даже толком рассказать ничего не могу, — отлипнув от родных крепких рук альфы, тараторит. — Тебе не кажется, что эти столики лучше было бы поставить на вторую линию? — прищурившись, хмурится. — Не нравится мне это, пойду скажу, чтобы поменяли. — Признавайся, о чем говорили, — прослеживая взглядом уходящего омегу, складывает руки на груди Чонгук, усмехнувшись. — О Раоне. Но о нем случайно тема зашла, мы говорили о Юнги, — сразу выдает, совсем ничего не стесняясь. Чон на это лишь понятливо мычит. А подумав над словами, Чимин продолжает: — Если серьезно, как ты выбрался из дома? Юнги, и даже Тэхен мне рассказывали многое, но ответ на этот вопрос я все равно не получил, хотя очень интересно. — Донгиль — мой дядя, перед своей смертью явился ко мне, чтобы рассказать важную новость, — начинает Гук, наблюдая за Тэхеном, что неподалеку раздает приказы. Чимин знает, что кроется под этим «важную новость», поэтому не спрашивает, позволяя договорить. — Он не успел передать мне ключ от браслета, но специально выронил его, оставив у входа в дом. Я видел это. Но тогда мне было все равно и я думал, что военные заберут его, но парни не заметили даже, — позволив себе усмехнуться, хоть и натянуто, Чонгук вздыхает. — Это благодаря Юнги. Он выкрал ключ, рискнув своей жизнью, и передал Донгилю. У меня до сих пор в голове не укладывается, как он умудрился это сделать. Чимин слабо усмехается, изучая взглядом свои ногти. — Так ты мог сбежать еще тогда с Тэхеном? Зачем остался? — немного поразмышляв, догадывается. Тэхен похоже об этом даже не думал, раз Чонгук до сих пор цел и невредим. — Да, мог, — спокойно кивает Чон, посмотрев на знакомого. — Но если бы я сбежал, ничего бы не изменилось. Я хотел посмотреть ему в глаза в последний раз, перед тем, как избавить Делион от адских мучений. И себя, тоже. Я понимал, что Элио никто не остановит, кроме меня. Ничего, что Тэхену пришлось помучиться. Другого выхода не было, — внимательно следя за любимым омегой, тише заканчивает, пока Чимин мысленно соглашается. — А те несколько дней, где пропадал? — Я был с Юнги, пока он не отправился к тебе. — Понятно. — О чем болтаете? — вернувшийся Тэхен вешается на плече Чонгука, внимательно оглядывая знакомых. — О Раоне, — издевательски тянет Чонгук. — Ты зачем мне врешь? — ухмыльнувшись, дергает вопросительно бровью. — Зачем ты рассказал ему? — хмурится Тэхен, одарив недовольным взглядом Чимина. — Он сам догадался. — Солнце, ты не умеешь врать, — прямо заявляет Чон, а усмехнувшись, получает от Тэхена слабый толчок в плечо.

🐎

— Мы переночуем один день у вас, если вы, конечно, не против, и завтра выедем в Честер, — говорит Чонгук, стоя перед Демилем и Миеном, а потом отпивает шампанское, пока довольный Тэхен под боком осматривает гостей. Праздник в самом разгаре. Чон одет в темно-синий свадебный костюм, его запястье украшают красивые часы, а волосы необычно роскошно заложены наверх. Стоящий бок о бок Тэхен, наконец надев на себя белый костюм, улыбался всем, кто проходя мимо поздравлял пару с состоявшейся свадьбой, и держал мужа под руку, не отходя ни на шаг. Гостей присутствует немного, только хорошие знакомые Кимов и друзья, а с чонгуковой стороны лишь семья Минов и пару старых приятелей из Честера. Солнце освещало красивую лужайку, на котором размещены в ряд столы. — Даже Раон здесь. Я удивлен, думал, он не захочет приехать, побоится, — отойдя чуть в сторону к Чимину, негромко, чтобы никто не услышал, начинает Тэхен, окинув взглядом стоящего неподалеку нового знакомого. — Но, похоже, он чувствует себя нормально. Хотя мне, например, было бы неловко прийти на свадьбу своего бывшего. Пак безразлично смотрит на омегу, подперев рукой вторую, и отпивает из бокала шампанское. Раон одет в черные брюки и шелковую карамельную блузку, а в руках, что украшены двумя кольцами, у него тоже шампанское. Тэхен еще что-то болтает тихо под боком, но Чимин останавливает внимание на блузке и мысленно хвалит себя за то, что не умудрился одеть такую же сегодня, а то было бы неловко. Чонгук куда-то отошел в сторону и стал разговаривать с Демилем, поэтому их не слышал. — Они остались хорошими знакомыми, к тому же, Чонгук дружит с Юнги и его семьей, не вижу здесь особой проблемы, — хмыкает спокойно Пак. — Это тебя беспокоит? У вас сегодня свадьба, никакие проблемы не должны тебя волновать. Раон будто бы ощущает на себе эти внимательные взгляды, поэтому натыкается на их и улыбается, приподняв бокал, якобы приветствует, хотя они уже сегодня разговаривали. Тэхену и Чимину тоже приходится улыбнуться едва заметно, а потом Пак отворачивается к Киму и отпивает шампанское. — Неловко получилось. Надеюсь он не понял, что мы о нем болтали, — пропихивает ком из горла Тэхен и слабо ухмыляется, тоже поворачиваясь и рассматривая других гостей. Протерев невидимые пылинки со своего белого пиджака, он вздыхает, оставив уже пустой бокал на столик неподалеку. — Меня это не беспокоит, но все равно... Как по мне, его поступок непонятен. — Не точи на него зуб, он неплохой человек. Мы успели познакомиться пока он был с Юнги в больнице, и первое мнение о нем оказалось ошибочным, — бесцветными эмоциями делится друг. — Лучше расскажи, как тебе праздник? Ты доволен? — Ты еще спрашиваешь? Я ждал этот день больше, чем свое совершеннолетие, хоть здесь и скучно, если честно, — смеется Тэхен, слабо толкнув в плечо, а затем переводит внимание на своего болтающего с людьми мужа. Чон встречается с его взглядом и коротко усмехается. Ким начинает лепетать о том, как он любит Чонгука и счастлив с ним, переодически стягивая со стола под боком сладкие закуски, а Чимин пропускает почти все мимо своих ушей, помешивая шампанское на дне бокала и иногда зависая взглядом на Юнги, стоящем на другом конце лужайки. Альфа на него не смотрит, хотя умудрился сегодня нацепить на себя улыбку и подойти поздороваться и даже спросить как дела. Это заняло буквально пару минут, и только когда Мин отошел, омега понял, что ему категорически мало с ним общения, но никого в этом не винит, кроме самого себя. Он часто за день выискивает Юнги в толпе людей, смотрит, кусая губу и желая поймать чужое внимание, но все напрасно, старший на него старается не натыкаться, притворяется, что между ними нет той невидимой нити, связывающей взгляды. Альфа одет в черные штаны и красивую темно-синюю рубашку, верхние две пуговицы которой расстегнуты, а ворот поднят доверху. В такой завидной одежде он настолько привлекательный, что у Чимина немеют кончики пальцев, удерживающие бокал, стоит посмотреть в ту сторону. Ему приходится связать себя цепями равнодушия и продолжать делать вид, что почти все равно, хотя внутри неясно ноет. Омега сам ему отказал, он это знает, поэтому винить здесь некого. Ведущий праздника оповещает о законченном перерыве и просит гостей рассесться по местам, поэтому Тэхен, закончив свой монолог, который Чимин уже практически выучил наизусть, возвращается на свое место, ожидая Чонгука, сразу следом опускающегося на кресло рядом. Не все гости садятся, некоторые остаются на ногах, но Чимин, оставив пустой бокал и заменив его на новый, все же решает отправиться к своему креслу. Это уже третий бокал, поэтому он даже не замечает, как ноги начинают покачивать, и именно из-за неаккуратности он по-случайности сталкивается с незнакомым альфой, сразу извиняясь. — Ничего страшного, было бы хуже, если бы вы пролили на меня шампанское, у меня, к сожалению, не нашлось бы сменной одежды, — придержав за локоть омегу, после чужих извинений парирует альфа, а затем поправляет свой пиджак. У него аккуратный острый подбородок, серые глаза и раскиданы черные волосы, он симпатичный, и Чимин, смутившись, неловко усмехается, поэтому прячет взгляд. — Муж Ким Тэхена мой друг, я думаю, если бы я успел бы что-то подобное вытворить с вашей одеждой, мы как-нибудь загладили бы эту проблему. — О, так вы со стороны Чонов? Я тоже знаю Чонгука, он мой старый приятель, мы вместе учились в старшей школе. — Нет, я со стороны Тэхена, — поспешает пояснить Чимин, сложив руки на груди. — Или, в принципе, можно решать, что и со стороны Чонгука. Тэхен мой лучший друг. — Вы очень необычный. Рядом со мной есть свободное место, если вы не против, мы можем присесть там и познакомиться поближе? — приглашает рукой к столику неподалеку, приветственно улыбаясь, а Чимин от этого теряется. Омега отпивает шампанское, колеблется пару секунд, вновь почему-то бросает взгляд в сторону Юнги, ожидая, что наткнется на его спину, но неожиданно попадает на глаза. Мин смотрит недолго, и это второй раз за вечер, а потом приподнимает невысоко бокал, усмехается и отворачивается, делает вид, что все прекрасно. Чимин чует, как скребет где-то под грудью, переводит внимание на незнакомца и соглашается на предложение. Они уходят в сторону, присаживаются за столик, за которым еще сидят незнакомые люди, и продолжают увлеченно знакомится. Стоит только Юнги отвернуться, он сразу меняется в лице, улыбка слетает, как будто ее и не было, а на замену приходит легкая раздражительность. Разговор, в котором он принимал участие, стал не интересен, хотя и раньше ему приходилось делать вид, что слушать отца любопытно. Стоящий бок о бок Раон поглядывает на него, а потом возвращает внимание на Чимина, снимает со шпажки клубнику и откусывает, хмыкнув. Младший брат прекрасно понимает, что происходит между этими двумя, поэтому решает помочь. — Он тебе нравится? — Ты о ком? — альфа делает вид, что ничего не понимает, отпивает вино и облизывает губы, рассматривая Чонгука и Тэхена, что между собой мило общаются. — Чимин. Он от тебя целый день взгляд не уводит, ты хотя бы это заметил? Я даже не видел, чтобы вы разговаривали сегодня, подойти к нему не хочешь? — откинув шпажку на столик, подхватывает рюмку с газированной водой омега, заглянув за спину брата, и пьет. — Ты же знаешь, какой Итэвон придурок, почему позволяешь ему пожирать Чимина глазами? Кого-то здесь нужно спасать. Он уже позволил себе положить свою руку на плечо Чимина, — рассказывает, пока Юнги со всех сил удерживает себя и не оборачивается, но сжимает кулаки так, что, кажется, стекло в руках может посыпаться. — Это меня не касается, я Чимину ничем не обязан. Он принял решение, которое я уважаю, даже если оно мне не понравилось. — Да, я понимаю, но кажется, его правда нужно спасать, Юнги, — вздёрнув бровь, внимательно наблюдает за ними Раон, позабыв о газировке, которую так хотел поскорее выпить. Чимин действительно пожалел, что согласился. Стоит им только сесть, немного пообщавшись, новый знакомый внезапно стал придвигаться ближе, а затем и вовсе уложил руку на плечо, что не очень понравилось омеге. Хорошее мнение о нем разбилось на осколки сразу в ту минуту, а взамен этому пришло недопонимание и некое волнение. Последней каплей стало то, что альфа позволил себе даже коснуться колена, Чимин хочет попросить его не трогать, но зависает, не в состоянии подобрать слов. Итэвон продолжает о чем-то рассказывать и даже не замечает, что его омега не слушает, а пытается уйти от прикосновений. — Согласитесь, ведущий попался скучным, а вот музыка хорошая, — внезапно напротив присаживается Юнги и громче нужного ставит бокал, привлекая к себе внимание других. — Чимин, а ты что скажешь? — Мне все нравится, — бесцветно отвечает, переводя взгляд на Тэхена, лишь бы не ощущать напряжения. — А ты, Итэвон? — О, вы знакомы, — альфа придвигает к себе коньяк, но вторую руку с чужой ноги все равно не убирает, усмехается, глядя на Мина. — Ведущий слишком много вопросов уделяет женихам, вместо того, чтобы общаться с гостями, это мне не очень нравится, — посмотрев на седого мужчину, возвращает внимание к ним. — И как давно вы знакомы, поделитесь историей? — Нас познакомил Чонгук, — отвечает Юнги, пытаясь будто бы одними глазами испепелить напротив сидящего альфу. Чимин хмурится и смотрит на Мина, якобы собираясь опровергнуть ложь, ведь на самом деле познакомились они не совсем так, но решает промолчать. Настроение ниже плинтуса, не хочется совершенно ничего, поэтому омега вздыхает и лишь отпивает немного алкоголь, стараясь делать вид, что рассматривать гостей очень интересное занятие, лишь бы не натыкаться на Юнги, а то сердце предательски начинает выскакивать из груди. — Будь любезным, убери свои руки от него, а то скоро все гости свадьбы будут вглядываться на то, как бесцеремонно ты его лапаешь. Тебе должно было быть стыдно, — вот так прямо выпаливает Мин глядя на знакомого, пока Чимин в шоке застывает с преподнесенным ко рту шампанским, а Итэвон выгнул бровь в немом вопросе. Некоторые гости действительно уже стали засматриваться на их столик. — А я думаю почему же ты сюда подсел. Решил помешать нашему общению? — в лоб ухмыляется Итэвон, но руку убирает, хотя и медленно, освобождая застывшего омегу из клятых прикосновений. — Иди развлекайся, Юнги, какое тебе вообще дело? Мин как ошпаренный вскакивает с места, пока Чимин напрягается, поняв, что обстановка становится все острее, и тоже поднимается на ноги собираясь если что разнимать альф. — Фото на память! — откуда не возьмись появляется Тэхен со своим фотиком, красиво улыбается и собирается запечатлеть момент, совсем не заметив вспыхнувшей перепалки между знакомыми. — Ненужно меня фотографировать, обойдусь, — ворчит Итэвон, отворачиваясь, чтобы камера не завидела его лицо, и поднимается с места, собираясь уходить. Не забывает одарить Юнги презрительным вниманием и попрощаться с Чимином перед уходом. — Вовремя ты конечно, — шепчет про себя, говоря о друге Пак, снова плюхаясь на кресло. Юнги провожает взглядом Итэвона, что стал удаляться за людьми, и тоже умостился на стул. Тэхен все еще пытается словить ракурс для красивого снимка, крутясь вокруг стола. — Ким Тэхен, кого-кого, но нас фотографировать тоже ненужно, — бесится. — По моему выйдет отличное фото на память. Фотографируй, — Юнги тянет к себе свою рюмку и отпивает напиток, ухмыльнувшись омеге с фотоаппаратом, пока Чимин закатывает глаза. — Не сутулься, Чим! — визжит Тэхен, а затем щелкает их двоих. Фото выходит забавным, в нем альфа едва заметно улыбается в камеру, а Пак глядит на него, чуть недовольным взглядом, только им этой фотки не видеть. — Так, а где Чонгук? Пойду искать своего мужа, а вы можете присоединиться к нам за столик через пару минут, поболтать, когда оттуда отойдут родители. Чимин не хочет, чтобы Тэхен уходил, потому что оставаться с Юнги наедине это катастрофа, которая закончится явно чем-то не радостным, но и остановить его не может, понимая, что долго не удержит. Юнги говорит, что обязательно подойдет, и провожает взглядом, пока Пак напротив помешивает от неловкости шампанское и увлажняет им губы. За столиком больше никого нет, все как будто назло разошлись, и от этой тишины хочется провалиться сквозь землю и там спрятаться, хотя омега давно в своей жизни не ощущал такой робости. — Спасибо, что отогнал того придурка, еще немного и я бы устроил здесь разборки за его поведение. Откуда ты его знаешь? — блондин начинает первым разговор, а потом стаскивает с общей тарелки за столом маленький кексик, за чем альфа наблюдает, откинувшись на спинку стула. — Он живет на моей улице в Честере, а так же мы учились вместе в школе. Этот, как ты выразился, идиот, не лучшая компания для тебя, как мне кажется. Итэвон пользуется людьми. — Оу, я понял, — пытается куда угодно деть взгляд, только бы не на него. — Ты не передумал? — постукивая пальцами по стеклу бокала, все-таки интересуется альфа, пробираясь своими глазами в душу. — О чем ты? — Тебе все известно, не заставляй меня повторять, — коротко говорит, оглядывая гостей. — Если насчет того, о чем я думаю, то нет, я не передумал. Я не оставлю Делион, это окончательное мое решение, — нехотя оповещает, глядя на свои руки, протянутые к столу. — Очень жаль. Ну ладно, хорошего дня, — Юнги после этого ничего не говорит, поднимается на ноги, сухо выдавливает что-то похожее на улыбку и уходит к Чонгуку, пока его Чимин провожает взглядом. Больше они друг к другу за весь праздник не подходят. Юнги знал, что Чимин вряд ли поменяет свое решение, но дал слабину и решил все-таки спросить, о чем пожалел. Чтобы как-нибудь отвлечься, альфа подошел к Гуку, поздравил, пару минут поговорил с ним о пригородах и дальнейших планах, а затем вернулся к Раону и семье. — Что это с ним? Он такой кислый из-за Чимина? Жаль, что все так получилось, но это же Чимин, я даже не удивлен, он уже в какой раз проморгал свое, — Тэхен, который сидел под боком, но в разговор Чонгука и Юнги не вмешивался, провожает Мина взглядом и отпивает алкогольный коктейль, облокотившись на заваленный едой столик. — Он сделал выбор, главное, чтобы потом не пожалел. Если для него играет важную роль в жизни место жительства, тогда его можно понять. И к тому же, у Честера не самая лучшая репутация, чтобы появлялось огромное желание туда переезжать, — Чон невесомо поглаживает плечо омеги, обняв за спинку стула, и переводит на него взгляд. — Забудь. Это заботы, к которым ты прикасаться не обязан. — Отныне никаких забот, — вздыхает соглашаясь блондин, оставляет на столе бокал, а потом скучно цокает и переводит на мужа внимание. — Предлагаю уехать, что скажешь? Я ничего не делал, но уже устал, поэтому с удовольствием свалил бы домой, а там сходил бы в ванную и расслабился. А еще хочется застать дом без родителей, — тише добавляет, чтобы никто больше не услышал, кроме альфы. — Хочешь сбежать? Ты такой неугомонный, — Чон измеряет его глазами и усмехается, помотав головой в стороны, пока Тэхен останавливается на мысли, что тому эта идея не очень нравится. — Чо-о-он, — недовольно фыркает, опять отпивает напиток и думает, что план провалился. — Ты ещё здесь? Тэхен чувствует себя самым счастливым человеком на планете, потому что Чонгук согласился свалить из их свадьбы домой. Гости и родители продолжают праздновать, веселится, а они прямо-таки покидают всех и отправляются в особняк, никому ничего не объясняя. Свадьба планировалась к девяти, поэтому Демиля и Миена дома не будет еще долго. Рядом с особняком никого, даже работникам и прислугам они предложили разделить в этот день с ними радость, поэтому вокруг гуляла тишина. Тэхен хочет остаться с Чонгуком наедине, и он не скрывает этого, хотя и не говорит. Когда они попадают в дом, немного уставшие, но довольные этой спокойной обстановкой, альфа находу стягивает с себя пиджак и оставляет его на диване в гостиной, пока Тэхен достает вино, что сам припрятал для особого случая, только недавно распробовав алкоголь, и бокалы. От мысли, что теперь они женаты, становится тепло на сердце и в то же время неловко, хотя омега мысленно твердит себе, что нужно отбрасывать смущение в сторону, он ведь уже повзрослел, и прекратить стесняться. А вот от раздумий, что у них должна состояться первая брачная ночь, Тэхен готов привалиться сквозь пол, хотя сам же этого давно хочет. — Завтра выезжать нужно в пять утра, я без понятия, как мы должны подняться так рано, — говорит спокойно Чонгук, растягивая две верхние пуговицы на рубашке, пока взглядом измеряет стоящего у кухонной столешницы блондина. — Спасибо, что согласился поехать со мной. Тебе верится? — Ты о том, что мы уже семья или ты о поездке в Честер со мной? — разворачивается, облокачиваясь о столешницу, и отпивает небольшой глоток вина, чтобы успокоить свое разбушевавшееся сердце, которое так реагирует на альфу. Чонгук так прекрасен, когда в белой рубашке, а расстегнут воротник обнажает ключицы, и с этой необычной прической, при которой волосы заложены назад. — Плевать на поездку, — коротко и легко отвечает Чон, медленно подходя ближе, и Тэхен, заглядывая в его глаза, уверен, что там тоже читается желание. — Хотя, я думаю, и там мы неплохо проведем наше время. Только представь, рядом ни родителей, никого из знакомых, никаких забот и проблем, только ты и я, — заложив аккуратно светлую прядь за ухо, добавляет, ухмыльнувшись едва заметно, отчего омега уже готов распасться. — Ты об этом мечтал. Я вижу тебя насквозь. — Говори за себя, — умничает, отодвинув деловито от себя Гука, хотя вниманием и застрял на его расстегнутых пуговицах на рубашке. — Демиля и Миена не будет еще долго, можно чувствовать себя расслаблено. Не знаю почему, но от мысли, что мы будем сегодня спать в этом доме, мне неловко, — признается, двинувшись к гостиной. Чонгук отпивает вино, оставляя бокал прямо там же, и следует за ним, массажируя чуть затекшую шею. — Это только на одну ночь, мы договаривались. На время поедем в Честер, поживем там, а когда Сангвис более-менее станет похожим на город, родители переедут туда, а мы вернемся, чтобы заехать в этот дом, как и планировали. Или ты боишься, что они будут тебя ночью слышать? — ловит с поличным, вынуждая запылать от смущения, а сам ухмыляется, сложив руки на груди. Тэхен останавливается у лестницы и поворачивается, не спуская зрительного контакта. Непонятно от чего внизу живота разливается приятное легкое потягивание, стоит только растянуть тишину между ними, позволяя дом погрузится в такую необычную для двоих атмосферу. — Думаю, до их прихода мы будем спать. Не забывай, рано утром нужно быть на ногах. — До их возвращения еще куча времени. Не забывай, сейчас только четыре часа дня, — подкалывает альфа. — Я иду в ванную, — Тэхен сам не знает, почему говорит об этом, но промолчать не удалось. — Хорошо, отдыхай, — нежно бросает вслед Чонгук и остается в гостиной, пока омега поднимается на второй этаж за одеждой, чувствуя, как выпрыгивает из груди сердце. На втором этаже в ванной комнате у них только душ, а на первом есть ванна, где блондин любит зависать. Проходя мимо Чонгука, тот лишь улыбнулся и проводил взглядом, а омега не позабыл прихватить с собой вино и бокал, так же Тэхен мигом берет пижаму, полотенце, а когда попадает в ванную, перед зеркалом стирает с себя макияж и размышляет об альфе. Только опустившись в полную ванну воды с пеной, которая служила одеялом для голого тела, Тэхен стал расслабляться, когда прикрыл тяжелые веки. В голове само по себе всплыл образ Чонгука, вернее, момент, когда они только пришли домой, ведь старшему чертовски идут рубашки, он в них выглядит так мужественно и сексуально, что у омеги в горле пересыхает и сердцебиение учащается. Чтобы отогнать мысли, блондин пьет вино, даже не обращая внимание на то, что вода с пеной стекая вдоль вытянутой руки образовывает небольшую лужу прямо рядом с ванной. В теплоте и тишине он проводит полчаса, после чего собирается намазать руки и ноги гелем, и потянувшись за тюбиком, даже не замечает проникнувшего в ванную альфу, отчего пугается, когда опять откидывается на спинку и поворачивает взгляд в сторону дверей. Чонгук стоял у прохода, сложив руки на груди, и просто осматривал, но чтобы сойти с ума от этой картины перед глазами больше минуты и не понадобилось. Даже если эта пена скрывает за собой то, что давно хочется видеть на свои глаза лично, то, к чему давно хочется прикоснуться, альфа умело держит над собой контроль, чтобы не подойти и не расколотить воду, хотя это удается с трудом. Он скользит взглядом по стоящему на полочке рядом с ванной бокалу вина, потом натыкается на острые ключицы, плечи, шею, губы, и только находит слегка напуганные от неожиданности глаза. Тэхен, как всегда, так шикарен, что выдавить из себя ничего не получается, хотя так хочется сделать комплимент. — Ты как сюда пробрался, я же закрыл двери на замок, — омега делает вид, что он не сильно заинтересован в происходящем, намазывает гель спокойно на руки, хотя ноги сплетаются под водой, а пальцы непослушно немеют, ведь Чонгук смотрит так неотрывно. — Ты меня недооцениваешь, — кривит губы альфа и подходит ближе, притягивает к ванне стульчик, стоящий в углу, и мостится. Тэхен замечает, что его рукава рубашки закатаны по локти, и лижет сухие губы. — Хочу понаблюдать за тобой, мне все равно нечем заняться, а идея вернутся раньше домой была твоей. Тебе очень идет ванна. Тэхен хмыкает, ничего больше не говорит, а решает протянуть тюбик с гелем, намекая помочь, садится к нему спиной, и Чонгук без проблем соглашается, придвигаясь ближе. В комнате постепенно натягивается воздух, из-за чего стены и даже зеркало потеет; становится так тихо, что омега ощущает, как покрывается смущением. Чонгук теплыми руками осторожно массажирует чужие плечи, иногда спускаясь к спине, ловит носом сладкий запах геля и от мысли что так будет пахнуть каждая клеточка омеги, начинает сходить с ума. — Ты так прекрасен, — делится тем что на сердце Чон, чуть приблизившись к его шее, вызывая мурашки по коже. Тэхен этого ждал — давно хотел видеть, как Чонгук будет смотреть на него с желанием, и преградой этого ничего не сможет стать. Тэхен этого ждал — хотел вернуться поскорее домой, чтобы только он и Чонгук, пустой дом и тишина, ладонь в ладонь, поцелуи и страсть, затемняющая на своем фоне все. И альфа сейчас водит крепкими ладонями по хрупким плечам, наклоняется едва заметно, чтобы вдохнуть запах, желает поцеловать, но сдерживается, а Тэхен прикрывает веки и мысленно просит не тянуть. — Ждешь? — с ухмылкой, тихо спрашивает Гук, глядя на правый профиль омеги, глаза которого тут же открылись, но выражение так и остается спокойным. — Не боишься? — Нет, чего мне боятся, мы ведь заключали условие, — умничает, чуть повернувшись, пока старший замечает во взгляде разрешение. — Ты прав. Ты ведь знаешь, я никогда не причиню тебе боль, — нежно говорит Чон, коснувшись наконец губами частичку кожи у плеча парня. Где бы Чон не касался, кожа везде горит. Тэхен, не поднимаясь из ванной, разворачивается к нему лицом, и под звук хлюпающей воды, наклоняется ближе. Даже не верится в то, что такое происходит с ними, омега готов кричать от радости. Он смог добиться Чонгука, пройти столько всего с ним, а теперь пришло время наслаждаться жизнью вместе, и Тэхен готов поклясться, что выбрал бы тысячу раз такую дорогу, лишь бы всегда чувствовать любимые губы альфы на своих губах, его руки на своем теле и шепчущее его голосом свое имя. Уже их никто не может остановить или запретить что-нибудь. Поэтому Чонгук мастерски усугубляет поцелуй, притягивая за волосы к себе, отстраняться не позволяет даже когда не хватает воздуха. Становится плевать на все планы, которые омега хотел выполнить за этот оставшийся вечер, и он поближе льнет к старшему, чувствуя, как по телу стекают капли воды, когда Чонгук поднимает его с ванны и ставит на ноги на ковер. Никому из них впервые не хочется много говорить. Тэхен топится в новых, совсем неизвестных ранее ему чувствах, когда Чонгук разворачивает его к себе спиной, водит руками по телу, пусть и мокрому, прислоняется губами к уху, но не говорит совершенно ничего, а целует. Тэхен топится во всем этом, потому что ему так хорошо еще никогда не было. Как бы он не представлял раньше, какого это так горячо целоваться с Гуком и вытворять что-то подобное, реальность оказалась куда слаще. Веки тяжелеют, мысли о быте испаряются по щелчку, хочется только чтобы альфа не останавливался, как обычно делал раньше. А Чонгук об этом даже не думает, наоборот, уносит блондина в комнату, которую они сегодня разделят на двоих, и только больше распаляет, хотя тот уже прячет глаза от смущения. Альфа рассматривает его прямо так без одежды, впервые задыхаясь от нереально красивой картины перед глазами, и в своей голове повторяет, как тот идеален, и в какой раз признается в любви этому омеге. Он никогда не думал, что захочет Тэхена взять как можно быстрее и глубже, что сможет едва контролировать себя, хотя в голубых глазах напротив читается то же желание. Чонгук снимает с себя рубашку и остальную одежду быстро, хотя губ практически с любимыми не разрывает, тот ему помогает. И если Тэхен думал, что страстные поцелуи, которые дарил Чон, это самое нереальное, то когда этот же Чон проникает в него, уже после растяжки и пережившего дискомфорта, ему кажется, что он просто утопает в неземном кайфе. Кусая губы от наслаждения, Тэхен не сдерживается, стонет, хоть и не громко, зато на ухо Чонгуку, и так, что альфа слушал бы это на репите следующие несколько часов подряд. Он давно его хотел, и наконец получил полностью. Омега отдается без остатка и, не смотря на хорошо скрытый страх на глубине глаз, всего себя в руки Гуку доверяет. — Ты — это я, а я боли натерпелся. Не бойся, отныне ее никогда не будет, — нежно повторяет Чонгук несколько раз на ухо, и ему бесповоротно верят. Отныне у них впереди счастливая семейная жизнь, одно на двоих кофе по утрам, одна на двоих постель по ночам, одна на двоих фамилия, один дом, в котором будет царить только любовь и забота, потому что Чонгук для этого почти всю свою жизнь отдал, и не жалеет. Отныне прошлое остается позади, только в самом дальнем ящике памяти, который открывать никто точно в будущем не будет. И осознавая все это, Тэхен так счастлив, что это никакими словами не передать. Когда Тэхен счастлив — счастлив и Чонгук.

🐎

Демиль и Миен возвращаются со свадьбы в особняк после девяти вечера, когда Тэхен, сидя на коленях у Чонгука, весело разгадывает вместе с ним кроссворды на старой газете. Они шикарно провели вечер: сначала около двух часов не слазили с кровати, занимались любовью по несколько раз, после этого сразу пошли перекусить и заодно убирать забрызганную ванную, а сейчас допивают остывший один на двоих чай. На вопрос Демиля, почему они сбежали из праздника, Чонгук ответил, что Тэхену стала болеть голова и они ушли, чтобы он отдохнул. И хоть старшему альфе не очень верилось в это, он больше ничего не спрашивал, а забрал Миена, и они вместе ушли спать. Чонгук, поглаживая чужое бедро и наблюдая за шепчущим какие-то глупости омегой, наконец ощущал себя на своем месте, дома. Тэхен — это все, что ему нужно. Пусть он каждый вечер будет его слушать, видеть его глаза и улыбку, иногда может даже злость, зато Гук уверен, что такое ему никогда не надоест. В ту ночь ложатся они поздно, засыпают в объятиях друг друга и впервые с мыслью, что это не конец, это только начало. Для кого-то это конец, для Ким Тэхена из Сангвиса и Ким Чонгука из Делиона — только начало. Однажды, Демиль сказал, что он родился в Делионе, а Миен в Сангвисе, поэтому эти города разделять нельзя. Тэхен тоже родился в Сангвисе, как и Миен. Чонгук тоже родился в Делионе, как и Демиль. Поэтому, эти города не разделились.