Чудовище под кроватью

      Предположение Андрея подтвердилось, и на парах он присутствовал лишь физически, засыпая с открытыми глазами. Ночью ему опять ничего не снилось, и по этому поводу вяло барахталась мысль, которую было тяжело оформить во что-то дельное, но все сводилось к тому, что если Миша не будет ему кошмары устраивать, то с голода помрет. Снова отвлекшись от размышлений, Князь мысленно посмаковал теперь уже известное имя. Миша. Хорошее имя, приятное, теплое и на первый взгляд Горшку не подходящее, но это было не так, стоило только увидеть его улыбку добрую, то все вставало на свои места. А вот когда он клыкасто скалился, довольный какой-нибудь выходкой, после которой Андрею нужно время на восстановление нервной системы, то… Вот оно! Князь резко дернулся, привлекая к себе внимание преподавателя, но это абсолютно не важно, ведь сейчас в его голове произошла сенсация — Миша пугает его за пределами снов, чтобы получить порцию страха, в обмен оставляя ночи спокойными.       В принципе, довольно оправданная сделка, хоть они ничего не обговаривали, но за долгие годы ярких, насыщенных снов Андрей привык к интересным сюжетам, неосознанно каждый раз их ожидая, а теперь, получив наконец тихие спокойные ночи, не мог отделаться от чувства, что потерял что-то важное… Покрутив эту мысль с разных сторон, Князь пришел к выводу, что не хочет своих, как сказал Горшок, «сказок» лишаться, сроднились они уже с ним, многие свои работы он им посвящал, как изобразительные, так и стихи. Даже сейчас на нем кофта, им же раскрашенная, с лешим, деревьями и другими прелестями его кошмарных грез, выделяющими его из серой массы одинаковых людей.       Пара окончилась чуть раньше, так что никуда не спеша, Андрей направлялся на остановку, когда его ловко под руку взяли и повели в совершенно другом направлении.       — Ах, Андрюша, как не хорошо убегать от друзей! — Саша хоть и шутливо причитал, называя Андрея бессовестным, но держал крепко, что и шагу лишнего не ступишь.       — Да никуда я не убегал! — Оправдывался Князь, даже не принимая попытки дернуться, все же сейчас ситуация изменилась и сказать ему есть что, да и просто это было бы уже свинством.       — Да? А мы с Яшкой видели, как твои пятки сверкали, чуть ли не быстрее автобуса умчался, уже ставки думали ставить, — весело улыбаясь, Балу мог заболтать даже мертвого, незаметно, поступательно, иногда даже в буквальном смысле за ручку ведя в нужную ему сторону. С таким коварным человеком только дружить, подумалось Андрею, что уже стоял на пороге Шуриковой квартиры, куда тот его притащил. Из глубины коридора раздалось протяжное мяуканье, а следом вышел и большой черный кот, сверкая желтоватыми глазами.       — Ой, а кто это нас встречает? Ты ж моя пушистая сволочь, — проговорил Саша с такой трогательной интонацией, что слово «сволочь» приобретало новый оттенок безграничной нежности.       — А почему сволочь? — Князь не смог, да и не особо пытался сопротивляться притягательной мягкости кота и уже наглаживал ему спинку.       — Потому что он меня погрыз с утра, да? — Обращаясь к коту, Балу не выглядел расстроенным этим происшествием, — а сейчас вон какой миленький, но ты ему не верь, мохнатый манипулятор хочет, чтобы ты его покормил. Пошли, сиротинушка ты моя, и ты, Андрей, проходи, не стесняйся, — приглашающе махнув, Шура вместе с котом скрылись в проходе.       Князь, разувшись, неуверенно прошел за Сашей, осматриваясь. Он был у него однажды, но только на пороге, забежав буквально на минуту, торопились они тогда на рок-фестиваль, так что было не до разглядываний. Но стандартная советская двушка ничем особым удивить не смогла, обычные светлые стены, внушительный шкаф с книгами, рядом с которым гитара лежала, дальше Андрей не смотрел, потому что уже сел за небольшой стол, на который тут же приземлились две чашки чая, источавшие приятный аромат. Глубокий запах летних трав возвращал в детство, будто снова в деревню к бабушке приехал, а впереди еще три месяца беззаботности. Сделав глоток, Андрей ощутил, как по телу разлилось умиротворение и приятное спокойствие, физическая усталость кубиком сахара растворилась, освобождая зажатые в напряжении мышцы, а дышать стало легче.       — Вкусный чай, да? Яшка тоже оценил, — болотные глаза блеснули лукавством, пока Сашины руки почесывали лоснящуюся шерстку облизывающегося после трапезы кота, расположившегося на коленях.       — Ага, — заторможено протянул Андрей, убаюканный такой домашней обстановкой.       — Итак, родной, расскажи-ка мне, кто та зазноба, твоё сердце похитившая? — Поставив локоть на стол, он уперся подбородком в ладонь, не пряча лисью ухмылку.       Двухсекундная пауза прервалась громким хохотом Князя, в голове которого возник образ Горшка в аляпистом платье в цветочек из маминых мелодрам — типичная Тургеневская дама, но вместо клишированного — «Ах! Мы не можем быть вместе!» — воображаемый Миша крыл его трехэтажным матом, отчего становилось еще смешнее.       — Саш, если бы ты зна-ал, дай мне секунду, — Андрея не отпускало, сжав руками колени, он лбом лег на край столешницы, плечи все еще тряслись в беззвучном смехе.       — О, я тебя никуда не тороплю, пока все не расскажешь — не уйдешь, — многообещающе улыбнулся Балу, а кот, будто в подтверждение, мяукнул.       — У меня украли не сердце, а печенье. Вообще странная история получается.       — О, именно так и начинаются истории настоящей любви!       — Да подожди ты со своей любовью, — Андрей закатил глаза, — это вообще парень.       — А когда это кому-то мешало? Или у него девушка есть? Ну да девушка не стенка, подвинется, — откровенно веселился Саша.       — Ой, да ну тебя. В общем, по-человечески познакомились мы только вчера, а то до этого он Горшком представился, представляешь?       Если бы Князь не отвлекся на чай, то заметил бы как подозрительно сверкнули зеленые глаза, всего на долю секунды мелькнуло что-то под поверхностью и скрылось, оставшись в тени зрачка.       — Ночным? — Хмыкнул Шурик, вызывая новый приступ смеха.       — Ой, почти! Мы просто ночью столкнулись. А так, его Мишей зовут, — мягко улыбаясь, Андрей наслаждался моментом. Закат за окном красивыми огненными мазками ложился на светлые волосы Саши, отражался в стекле чашек и немного доставал до его руки. Тихая, но цепкая мысль возникла в голове — а видел ли Горшок хоть раз солнечный день, или всю жизнь он живет во мраке бесконечной ночи?       — Тогда я рад, что все хорошо. Ну и как он тебе? — Балу заинтересованно сощурился.       — Очень…необычный, живой. Знаю, что звучит странно, с мертвым я бы не особо поговорил, но ощущения от него такие смешанные, темное золото в изумрудном, я бы так раскрасил его энергию, хотя в нем столько красок, что и моей палитры не хватит, — Андрей всегда свои ощущения в виде красок представлял и мир вокруг тоже раскрашивался, а те, кто в себе сочетали множество оттенков всегда завораживали его, — он сначала показался мне жутким таким, напугал меня до чертиков, а потом мы поговорили, в карты поиграли, и я понял, что это только маска такая мрачная и зловещая, а на самом деле в душе он добрый, хоть и признавать не хочет.       Теперь Балу действительно выглядел довольным, словно это он вместо кота всю сметану съел, и хотел что-то сказать, но его прервал звонок в дверь, который напугал животину, резко спрыгнувшую на пол, оставив кровавый след на ноге.       — Твою ж ма-ать, кого там принесло, — прихрамывая, поплелся тот в коридор. Андрей тоже пошел за ним, застав процесс открывания двери, за которой оказывается скрывался Яков, солнечно улыбнувшийся хозяину квартиры и было потянувшийся того обнять, но, наткнувшись взглядом на Князя, стушевался и просто пожал Сашину руку, приветливо помахав и ему. Андрей понятливо усмехнулся и оперативно собрался домой, напоследок погладив пушистую «сволочь» и поблагодарив Шуру за чай. В конце концов, ему еще до дома добраться надо.       По пути случилась небольшая беда, которая в дальнейшем привела к очень неприятному моменту, и это чистое везение, что Андрей добрался до дома на своих ногах. Сначала сломался автобус, что уже способствовало приятному настроению, ведь до дома топать и топать, а на улице уже сгущались сумерки, пахло дымом, видимо кто-то что-то жег. Свернув во двор, Князь хотел срезать путь, но понял, что это была фатальная ошибка, когда услышал позади громкий свист и улюлюканье. Светлые волосы, серьга в ухе и яркая кофта привлекали внимание вот таких подворотных гиен. Не став дожидаться новых эпитетов в свою сторону, Андрей резко сорвался вперед, петляя по дворам, но, видимо, в этом стаде был местный интеллектуал, так как тот побежал ему параллельно и из-за следующего поворота налетел, сбивая с ног. Отплевываясь от песка, Князь с трудом различал в полумраке лица, но их там точно было больше трех.       — Ну что, пидарок, добегался? — Мерзкий гогот вторил главарю этой шайки. Андрей судорожно продумывал пути отхода, но его рука была быстрее. Нашарив на земле крупный камень, он запустил его со всей силы в сторону голоса и подорвался вперед, в проеме между домов спасительным маяком шумела улица. Чудом ему удалось вырваться вперед, видимо, гопники не ожидали сопротивления, и, увидев остановку, к которой подъезжал автобус, Андрей в него буквально залетел. Проехав не в свою сторону, еще час ему пришлось возвращаться.       Родители уже спали, поэтому не увидели ужасно растрепанного грязного сына с ссадиной на лбу. Андрей в ванной заперся, осматривая масштаб повреждений в зеркале, но ничего смертельного — пара синяков, лоб и стертые ладони. Смыв с себя пыль, он воровато прокрался в свою комнату и, переодевшись, искал хоть что-то спиртосодержащее, но пока безуспешно.       — Оп, вечер добрый, опять что-то потерял? Андро, ты хоть убирайся иногда, а то…       Миша как всегда возник внезапно, заставив Князя вздрогнуть и обернуться, чем оборвал его болтовню.       — Что за хуйня? — В миг растеряв все благодушие, Горшок смотрел цепко и подавляюще, выхватывая взглядом все новые синяки и ссадины.       — Нарвался на стаю дегенератов, бывает, — пожал плечами Андрей, не видя смысла сильно переживать, главное, что все закончилось.       — Вот уебки, — как Миша умудрился прорычать слово без единой «р», Князь не понял, но почувствовал странное тепло, от того, что тому не все равно, — Так что ты искал?       — А, ну спирт… — Андрей не успел закончить предложение, как Горшок снова слишком быстрым для человечьего глаза движением куда-то испарился, но также быстро вернулся с двумя бутылками в руках.       — Это что?       — Вот это — ром, а это — вино хоббитов, очень хорошее, сам пробовал, — поочередно демонстрируя бутылки, он поставил их на стол.       — Да я спирт то для ран искал, — с приятным удивлением рассматривая стеклянные бока, пояснил Князь.       — Ну вот и обработаем. Снаружи и изнутри, чтоб наверняка, понимаешь?       — Ага, спасибо тебе, — теплый ком благодарности скреб стенки горла, так что вышло хрипловато, но искренне. Особенно приятно стало от вида смущенного Миши.       — Да было бы за что, емое…