Рубиновое болото

Я срываюсь с места, едва успевая схватить лямку упавшего с плеч рюкзака, и мчусь прочь от стражников, замедлившихся из-за моего подслеповатого спутника – это я понимаю по его реакции и возмущению на слова стражи о том, что рядом с ним человек, хоть он и видел меня вблизи и мог легко заметить мои неправильные по местным меркам уши. Кеды скользят по влажным каменным плитам, образующим подобие дороги, потому на поворотах мне приходится туго – не раз врезаюсь в стену соседнего здания и больно ударяюсь плечом о твёрдую породу. Сбегаю вниз по лестнице, чудом успеваю удержать равновесие и не ударить с размаху мимо проходящего косматого демона с забавным пушистым хвостом как у кроликов. Оборачиваюсь: погоня продолжается, пусть уже и не так уверенно. Сворачиваю в небольшой переулок, набитый торговцами. В нос ударяет запах гнилой плоти, вызывая рвотный рефлекс – кое-как успеваю задержать дыхание и пытаюсь не думать о том, что может быть в корзинах у искалеченных жизнью истощённых демонов, возможно, пытающихся увидеть ещё хотя бы один рассвет.   Отталкиваясь от стены и избегаю столкновения с маленьким бесом. Тот разбирает коробки с чем-то, отдалённо похожим на фрукты, покрытые, возможно, мёдом – вязкой жёлтой субстанцией, имеющей сладковатую ноту в аромате.   Мысленно благодарю своего учителя по физкультуре и наконец исчезаю среди разнообразных повозок, запряжённых кем только душе угодно, начиная жукоподобными созданиями, и заканчивая грифонами. Сбрасываю, чуть ли не срывая с себя, больно заметную синюю худи, на дно одной из мимо проезжающих упряжек – послужит отвлекающим манёвром в случае чего. Отбежав на достаточное расстояние от фальшивого убежища, прячусь за старыми гнилыми досками, когда-то бывшими коробками для продовольствия, и наблюдаю. Мои преследователи осматриваются и начинают допрашивать прохожих о человеке, пробегавшем здесь. Некоторые открыто смеются в ответ, другие лишь равнодушно пожимают плечами – у них явно есть дела важнее, чем наблюдение за созданием, которого тут просто-напросто не должно было быть. Стража медленно удаляется, решая, скорее всего, допросить Сэфа о произошедшем.   В груди становится тяжело от одной лишь мысли об этом, но тешу себя надеждой, что всё обойдётся. В конце концов, ни я, ни, думаю, Сэф, не знаем, почему представители Императорского ковена вдруг ополчились на меня. Из-за того, что я человек? Но почему? Люди разве под запретом в этих землях? А может, они хотят вернуть меня домой? Нет. Я уверена, что не в этом их цель. Не знаю почему, просто... нехорошее у меня пока сложилось мнение об Императоре и его слугах, ой, не хорошее.   Сворачиваю за угол, ухожу с людных улиц и стараюсь найти подходящее для ночлега место. И нахожу. В одном из двухэтажных домов вниз по улице, параллельной главной, как я понимаю, есть подобие подвала. Дыра в стене, ведущая в него, была скрыта за деревянными досками и довольно тяжёлыми бидонами, которые пришлось аккуратно отодвигать несколько минут. Сыровато, мрачновато, стоит неприятный запах, конечно, но в надежде, что искать меня здесь не станут, ложусь спать, достав из рюкзака забытую белую футболку – ей уже всё равно, а мне нужно переодеться хоть во что, лишь бы не заболеть.   Именно это место и служит моим укрытием последующие несколько дней. Несколько раз, ночью и на рассвете, я возвращалась к тому озеру, но всё тщетно – оно пересохло, словно кто-то или что-то истощило его. Несмотря на то, что иного пути домой, скорее всего, у меня просто-напросто нет, я всё равно не собиралась идти и сдаваться стражникам. Я буду искать другую дверь в мир людей. И любой ценой найду. А пока моя задача – выжить в этом месте, так как порой кажется, что каждое второй создание, цветок, зверь или даже почва под ногами хочет тебя сожрать, испепелить или разобрать на органы. Стоит ли заикаться о том, что бóльшая часть продуктов питания (многие из которых такими назвать можно с натяжкой) непригодна для потребления людьми? Из подходящего я нашла для себя фрукт – соломенную грушу, если правильно поняла, хотя с другим плодом схожего названия он не имеет ничего общего, – грифоньи яйца, которые, стоит сказать — дорогой деликатес и, к тому же, сложный в добыче, и сваренные рыбьи потроха, которые, если закрыть нос и не думать об их зловонном душке, в целом, ничего так на вкус. Само рыбье мясо я не могу есть – оно отдаёт цинком, потроха же подобного в себе не имеют. Плоть местных зверей на вкус отвратительна – горчит и вяжет, и даже после трёх часов тушения остаётся несомненно слишком жёсткой для человеческих зубов. И яйца, и требуху я могу достать с рынка – обменяв на полупустую зажигалку, старый шнурок, резинку для волос, игральный кубик, забытый старый ключ, что ни к одному из замков даже в реальном мире навряд ли подойдёт, маленькую железную баночку из-под леденцов или открытую пачку жевательной резинки со вкусом мяты. А вот с соломенной грушей всё несколько сложнее – она растёт в лесу, рядом с гнёздами пауков, в небольших углублениях в земле, с виду отличить её от обычной кочки можно только по длинным жёлтым листьям. Сам плод внешне напоминает дыню – круглый, желтоватый, в плотной кожуре, а на вкус – вылитый киви, терпковатый, вязкий, с кислинкой и немного водянистый. Почему его обозвали грушей – я так и не могу понять, ну, и Белос с ним. Из растений в пищу также могут идти зеленоватые ростки, напоминающие по вкусу стручки гороха, тёмно-синие листья небольших кустов с белыми ягодами (сами ягоды пробовать не стала – без энциклопедии о ядовитых растениях в такое лучше не лезть) и ярко-красные плоды шиповника, которые, как я заметила, собирали маленькие демонята – дети, – ловко бросая себе в рот на манер игры. Конечно, сравнивать человеческий организм и демонический бессмысленно, но я всё же рискнула попробовать съесть что-то из того, что потребляют в пищу местные жители, и не прогадала. Хотя бы дары природы в свободном доступе, а то товары на обмен у меня постепенно заканчиваются. Стражники продолжают патрулировать город, их меньше в разы, ходят группами по два-три человека, сменяются трижды за день, и особо не следят за порядком – почти всегда заняты то разговорами о долгожданном отдыхе, то спорами, кто в этот раз разнимает каких-то Джерда и Петро после обеда. И всё же я лишний раз на улицах не показываюсь: набираю еды – и бегом в домик, как мышка. Но это лишь временное решение проблемы. Когда-нибудь они могут найти моё убежище, потому стоит сменить укрытие, а ещё лучше – место пребывания. Изредка мне удавалось перекинуться парой фраз с торговцами и в течении одного из разговоров узнать, что школа Хексайд, которую упоминал Сэф, находится неподалёку от Костеграда. Туда-то мой путь и будет лежать. Но для начала нужно завершить кое-что. Не один день вожусь уже с одной хитростью – кожаные накладки на уши, которые крепятся на манер клипс и создают впечатление остроконечных ушей. Так, надеюсь, в новом городе смогу передвигаться в дневное время с меньшей вероятностью обнаружения. Кожу обменяла на серебряные монеты у торговца поношенной обувью, а скобы для крепления стащила из оружейной лавки, когда продавец в лице сурового демона, чьё бледно-голубое лицо было покрыто множественными шрамами, отвлёкся на очередного «уж больно подозрительного мальца, ошивающегося рядом», и повезло, что этим мальчишкой оказалась не я. Обрабатывать неизвестную науке грубую кожу, конечно, занятие такое себе – сложное, трудоёмкое и не самое приятное. С утра до полудня сижу за работой, поскольку в это время почему-то солнце наиболее яркое и тёплое, конечно, если погода благоволит этому. Погодные явления на Кипящих островах сильно отличаются от наших, земных, – пока мне удалось застать только кипящий дождь, капли которого разъедают кожу, оставляя ожоги, подобно кислоте, но слышала и о глиняном граде, и о кронадо, с которыми, признаться, столкнуться не желаю. После первого неожиданно опасного (для меня) ливня я осталась без нижней половины правой штанины вплоть до колена, и локоть с той же стороны отныне был плотно укутан бинтами. Но это нисколечко не мешает работе – достаточно лишь найти удобное положение, и строгать себе дальше. Заканчиваю наконец вторую накладку, примеряю и гляжу на себя в чёрный экран телефона – выглядит очень даже реалистично. Подпрыгиваю, трясу головой, резко поднимаю её и опускаю, имитируя разнообразные ситуации, но крепления надёжные – фальшивые ушки не спадают. Уголки моих губ сходятся в улыбке – всё готово, пора приступать к новой части плана. Снимаю накладки, убирая в рюкзак, бросаю туда же остатки вчерашнего ужина – пару фруктов и бутылку с водой из речушки неподалёку, затягиваю на груди самодельную кожаную портупею и прикрепляю к ней рюкзак – теперь он надёжно закреплён, так что при побеге точно не спадёт. Заправляю футболку в джинсы, натягиваю чёрные сапоги, доставшиеся в обмен на любимые кеды – увы, тканевая обувь не подходит для путешествия по болотам и лесам, так что пришлось с ними попрощаться – и проверяю бинты: плотно замотаны, свежие. Резко выдыхаю, и приоткрываю выход из укрытия, как обычно прислушиваясь. Издалека доносится гул с рынка, топот запряжённых работой зверей и больше ничего. Это определённо не может не радовать. Осторожно выползаю из убежища, возвращаю всё на свои места и робко выглядываю из-за угла, проверяя: нет ли поблизости последователей Императора. Среди повозок различаю белые плащи, но достаточно далеко, чтобы проскользнуть незамеченной. Осторожными перебежками я перемещаюсь, стараясь не попадаться никому на глаза, и так ухожу дальше – на отступ, откуда можно забраться наверх. Дальше – лес. Карты, увы, добыть мне не удалось, но я мельком видела одну. Конечно, я никогда не была картографом, да и географию в школе не любила, но то, что нужный мне город находится севернее Латиса – и дурак бы понял, вот и я понимаю. Поднимаюсь по каменным ступеням, спешно, страшась возможной погони, и в конце неожиданно для себя оборачиваюсь, в последний раз глядя на этот странный, но по-своему прекрасный городок с чудоковатыми и при этом довольно отзывчивыми жителями. Невольно вспоминаю Сэфа. По спине пробегает табун мурашек – после побега от стражи я его ни разу не встретила. Конечно, он может быть в порядке, но разве в подобном мире, где всё подчиняется тоталитаризму, судебная система разбирается кто прав, а кто нет? Что, если за связь с человеком – пусть то и всего один не очень длинный разговор – на него возложили обвинения в предательстве? А какое наказание за ним последует? Вдруг, это что-то серьёзное? И ведь даже узнать не у кого! Безмолвный лес встречает меня слабым хвойным ароматом и густыми кронами – чем дальше я ухожу в лес, тем небосвод прорезается реже, а листва становится всё более яркой, алой, напоминающей густую кровь. Словно кроны деревьев стали такими, пропитавшись ею. Вопреки моим опасениям, здесь довольно спокойно, даже диких демонов нет, или кого похуже. Осматриваясь, замечаю на одном из тёмно-бордовых стволов улей с красными пчёлами. Значит, мёд в этих местах всё же есть. Приближаться я боюсь – от того места идёт жар, возможно, ещё одна причуда этого мира. Да уж, огненные пчёлы... Как будто их жал было мало. Выхожу к небольшой песчаной дороге и, поскольку никого вокруг не вижу, решаю следовать по ней. И не ошибаюсь! Дорога выводит меня прямо к Костеграду. Город, конечно, поражает воображение даже самых чудоковатых путников. Посреди улиц возвышаются костеобразные светлые отростки, на некоторых крышах виднеются глаза и даже рты, оформление других не менее жуткое – как насчёт огромной руки, покрытой чешуёй, которая удерживает небольшой дом между большим и указательным пальцами? Мосты, которые сами собой меняют направление, рассыпаясь прямо под ногами незадачливых демонов, и брусчатые дорожки, местами заколдованные уж больно умными шутниками. Стоит наступить на определённую плитку, как тебя может поглотить скрытое под землёй создание, напоминающее громадного черве-крота, или прибить внезапно появившийся из стены соседнего здания стальной топор. Стоит ли говорить о разнообразных, более ухоженных по сравнению с жителями мрачного Латиса, жителях Костеграда? Хвостатые, рогатые, пушистые и нет, антропоморфные или же напоминающие скорее зверей – я уже не удивляюсь никому. Опомнившись, достаю из рюкзака свою причудливую задумку, уверенно нацепляя на уши. Так, просто притворяйся, что всё хорошо. Ты такая же, как они. Ничего страшного не случится. Может, что выйдет узнать об Императоре? Или даже о том закодованном озере? Делаю глубокий вдох, расслабляюсь, опуская плечи, и наконец направляюсь в сам город, внимательно осматриваясь по сторонам, изучая новое место с нескрываемым интересом. – Лучшие талисманы! Уберегут от любого проклятья! – слышу крик справа: высокий демон с шестью чёрными глазами костлявыми пальцами протягивает мне маленькое серебряное колечко. – Возьми, дитя. Никогда не знаешь, когда судьба с тобой сыграет злую шутку. – Его тонкие губы растягиваются в пугающей улыбке, обнажая ряд кривых жёлтых зубов. – С-спасибо, не нужно, – качаю головой и ускоряю шаг, трусливо пряча голову в плечи. Всё ещё слишком сложно свыкнуться с реальностью этого места. – Только сегодня, ларбсы! И всего шестнадцать улиток! Проходите, не стесняйтесь! – маленький мальчишка, чуть младше меня, с яркими жёлтыми глазами, скачет у магазинчика, на витрине которого расположились причудливые создания, похожие одновременно на одноглазую собаку и слизняка. У каждого из них по два ряда зубов, но жуют они не гостей, а подушки, на которых, скорее всего должны были сидеть. Магазинчик домашних питомцев или необычной живой еды? Мимо с радостными криками пробегают мальчишки, годом-двумя младше меня, в забавных серых туниках, отдалённо похожих на школьную форму, с плотной накидкой на плечах того же оттенка, стёгнутой золотой пуговицей с рельефной буквой «Х» в центре. Один из мальчишек больше похож на демона – густые соломенного цвета волосы закрывают глаза, уши и объёмными прядями струятся по спине и плечам, достигая талии. За счастливой улыбкой скрываются белые острые зубы и тёмно-синий язык. На макушке проглядывается пара маленьких чёрных рогов. Его же товарищ походит на загорелого человека. Смуглый, с тёмно-шоколадными глазами и чёрными волнистыми волосами, с выбритыми висками. Он немного ниже друга, и фигура у него заметно тоньше. Провожу их равнодушным взглядом и вдруг замираю, увидев в руках последнего банку с обычными канцелярскими скрепками. – Постой, мальчишка! – срываюсь с места, чем, кажется, пугаю их, хватаю за плечо, слегка его сжимая, и смотрю широко распахнутыми глазами. – П-простите? – испуганно бормочет ведьмак. Его друг замирает, сжимаясь, испуганно глядя на меня сквозь пряди густых волос. – Откуда это у вас? – указываю на банку и её содержимое. – Разве это не из мира людей? – Конечно! – Мальчик широко улыбается, а в его тёмных глазах загорается какая-то искра. – Совиная Леди продала мне это почти задарма! Всего две улитки! Супер-полезные человеческие штуки! Они... – Где эта Совиная Леди? – спешно перебиваю его. – Т-там, – мальчишка указывает на мост с левой стороны, – там рынок, она там. Чудоковатая женщина с большими жёлтыми глазами, в красном платье. – Спасибо. – Отпускаю его, но, немного поразмыслив, достаю из кармана джинс неоткрытую пачку мармеладок, на всякий случай проверяя срок годности, после чего протягиваю его мальчишкам. – Это сладости. Их надо долго жевать, и тогда из центра вытечет густой фруктовый сок. – Это же из мира людей! – обрадовался парнишка передо мной, аж подпрыгнув от переизбытка чувств, перенимая мармеладки. Он с интересом разглядывал упаковку и русский текст на ней. – Откуда оно у вас? Вы тоже бываете в мире людей, как Совиная Леди?! Расскажите мне побольше, пожалуйста! – Его друг заметно нервничает, начиная тянуть парнишку за рукав туники. – Тише, тише, – успокаиваю его, опускаясь на корточки, – если не успокоишься, я ничего не скажу. – И он тут же смолкает, смущаясь собственных действий. – Возможно, я бывала там однажды. Но мне интересно вот что: за время правления Императора на Кипящих островах не было замечено ни одного человека? – Мальчишка отрицательно качает головой. – А раньше они бывали здесь? – Да, я слышал что-то такое... – Хватит, Августус, – с опаской шепчет демонёнок, оттягивая ведьмака в сторону, – нам нужно идти, мы опоздаем на занятие по мерзостям! – Но я ещё не... – Ничего, всё в порядке. Спасибо. И удачи на занятиях! Не забудь перекусить, – вежливо улыбаюсь вслед, взмахнув ладонью на прощание. Стоит мальчишкам удалиться, как на моё лицо возвращается маска равнодушия и безмятежности, и я продолжаю свой путь, слегка изменив маршрут – нужно поскорее встретиться с этой Совиной Леди. Протискиваюсь меж лавок в небольшой переулок, который уже выводит меня к нужному мосту. Сворачиваю, как указано, и вижу перед собой небольшие самодельные лавки с различными товарами – прям обычный выездной рынок, к нам такие в город приезжают раз в месяц. Тут и одежда, на манер островов, мало что общего имеющая с современной из человеческого мира, и разнообразные артефакты – даже солнечные часы есть, заколдованные, правда, но всё же – и отличные от привычных нам безделушки – разные механизмы без магии – и книги, и зверьё, и глиняные изваяния – горшки, скульптуры, вазы – и даже шатры с «мошенниками» имеются! Правда, в этом месте, возможно, эти мошенники могут оказаться очень даже и настоящими. Рисковать не стану – не за тем пришла. Поворачиваю голову налево и замечаю свою цель. За столом, заваленным различными человеческими вещами – от обуви (причём в единственном экземпляре, а не в паре) до техники, которая в этом месте, увы, не работает, стоит ведьма средних лет, весело зазывая посетителей. Её длинные седые с едва заметными рыжими прядями волосы не причёсаны, потому пушатся, густой кроной венчая изящное лицо с большими и яркими золотистыми глазами. Заметны длинные остроконечные уши, украшенные круглыми янтарными серёжками, золотой длинный клык, виднеющийся даже при плотно сомкнутых губах, и острые, напоминающие когти, ногти – это выдаёт в ней нечто демоническое. Одета в тёмно-бордовое платье без рукавов, подол которого будто специально неаккуратно надорван, подчёркивая взбалмошный характер хозяйки. На груди – драгоценный янтарный овальный камень. Я замираю, поддавшись волнению, не отвожу взгляда от Совиной Леди, нервно сглатываю и понимаю – она совсем другая. Она не похожа на остальных демонов и ведьм, которых я уже встречала. Такая энергия, аура, зовите как хотите, но она – особенная. В ней есть что-то такое... неукротимое, дикое. И речь идёт даже не о магии. Собираюсь с силами, делаю глубокий вдох и направляюсь к лавке человеческих безделушек, мельком разглядывая товар. – Добрый день, – здоровается ведьма, – чего желаете? Может, бессмертный цветок? – Она достаёт из-под стола неживой фикус, проходясь тонкими пальцами по неестественно светлым листьям. – Или, может, причудливые серьги? – В ход идут вешалки для белья. Я прикрываю рот в улыбке, сдерживая смех. – Нет-нет, я не совсем за этим. Не могли бы вы подсказать, как именно вы достаёте все эти вещи? Совиная Леди заметно напрягается, прищуривается, и бросает любопытный взгляд на моё правое запястье, будто пытаясь что-то там разглядеть. Скрещивает руки на груди и осматривает меня с ног до головы, на мгновение останавливаясь на уровне ушей. – Откуда надо. – Простите, но можно подробнее? Она отрицательно качает головой, отмахиваясь от меня. – Не хочешь покупать, ребенок, иди, куда шёл. Резко выдыхаю и всё же отхожу в сторону, пытаясь придумать что-то. Может быть, предложить обмен? Или помощь с продажей? Прежде чем я успеваю попробовать хоть один из вариантов на практике, замечаю движение рядом с её лавкой, и отвлекаюсь от мыслей, понимая, что передо мной – стражники Императора. – Идалин Клаторн, Совиная Леди, вы арестованы за незаконное использование магии! Вам предписано отправиться с нами в Репрессариум! – заявил командир отряда из трёх стражников, вскидывая ладонь с листовкой «разыскивается». – Да что ж такое, третий за месяц, – закатывает глаза Ида, нетерпеливо цокая языком. Просто смотреть за происходящим бессмысленно, потому, понимая, что могу потерять единственный путь домой, решаю вмешаться. Присаживаюсь, поднимаю с земли довольно увесистый камень и ловким броском метаю его в голову одному из ведьмаков, попадая в затылок, отчего тот падает на землю. Двое других оборачиваются, но уже никого не видят – исчезаю за соседней лавкой, прохожу дальше и, когда второй страж отходит проверить товарища, выскакиваю из убежища, сбивая его с ног и удерживая руки, сведя вместе лопатки, чтобы не мог подняться. – Ты! Стоять! – рычит командир, грубо хватая меня за плечо, но не успевает ничего больше сделать и падает наземь – ему хорошенько так прилетает посохом от Идалин. – А ты молодец, девчонка, хорошо их отделала. Как звать? – Я... ам, Дж... Женя, – виновато улыбаюсь, смущённо пожимая плечами, – теперь вы расскажете мне о... – Да, но для начала нам стоит убраться отсюда как можно скорее, пока эти не пришли в себя, – ведьма задорно хрюкает, делает взмах своим волшебным посохом с наконечником в виде небольшой совы и всего одним движением собирает все вещи в небольшой зелёный мешок, закидывая его на спину. – Ну, ты идёшь? – поторапливает она, замечая моё замешательство. – Д-да. Меня усаживают на тот самый посох, и мы взлетаем одним уверенным рывком. Едва не падаю вниз – приходится ухватиться за ведьминскую талию, крепко прижаться к тёплой спине и зажмурить глаза. Пора признать, я боюсь высоты. До жути боюсь! – К-куда мы летим? – выпаливаю, так и не открывая глаза. – В мой дом. Или у тебя есть другие варианты, девочка-бродяжка? – усмехается Идалин. Я качаю головой, пусть и понимаю, что это движение всё равно, скорее всего, останется незамеченным.