Любовь в условиях мирной (и не очень) радиации

Когда черный тонированный джип останавливается у ворот предприятия, Кроули не может не оценить размеры предприятия - больше того, из-за которого вымер целый город, раза в 2-3. И кстати не выглядит, как тайное атомное предприятие - скорее просто как лаборатория. И именно в этом вся опасность этого места - оно выглядит не примечательным, но при этом плотно опечатанно, тоже за городом, а люди ничего не знают. Не то, чтобы Кроули потом побежит рассказывать всему миру о том, что тут скрывается - просто накрывают неприятные воспоминания, но они не настолько сильные, сколько чувство благовенного трепета перед этими зданиями - одно самое большое, видимо и есть само предприятие, рядом более мелкие здания ("Хранилища, видимо" - думает Кроули) и всякие полигоны, а также места, через которые спускаются под землю - и там должны быть пологоны и хранилища. Что же до здания, то оно было белым, с плотными, пластиковыми, пуленепробиваемыми и устойчивыми к температуре и взрывам, а также газонепроницаемыми, стеклами. В прочем, само здание тоже выглядело прям бронированным, так и чувствовалось, что белые плитки, вмонтированные металлическими шурупами, были рассчитаны на экстренные условия - землетрясение, наводнение (хотя для этого города и выбранной местности это не естественно), пожар или обстрел. А выходившие в разные места трубы, видимо, были рассчитаны на задержку выброса и очищение ядовитых паров, если такие имеются. Хотя на таким местах они должны быть просто по определению, - не самый справедливый расчет Энтони. Чтобы рассмотреть место чуточку лучше, он даже чуть припускает очки, сначала журится от яркого света, а потом оглядывает всю эту картину ещё раз, и натянув очки обратно, грубо выбивает у коллеги из рук табель, где ставит положительный балл в копилку здания. - Ладно, пошли, они явно нас заждались, - тянет, аки мурлычет Кроули, и чуть ли не бежит к открытому для них входу - что-то тянет, только если даже сам себя спросит, не сможет ответить, что же именно. Внутри же здание было отделанно преимущественно металлом, везде были дозиметры, специальные датчики, всякие системы безопасности, много всяких потайных ходов, много народу, аж глаза разбегались. Только вот было очень холодно, видимо включили режим охлаждения, и именно эта система и приводит его в себя, а потом даже начинает раздражать - Кроули любит тепло, видимо радиация действительно наделила его змеиными чертами, и он начинает мёрзнуть сразу, как и его коллеги. И всё-таки, несмотря на такое неудобство, - хотя на него явно был повод, - Кроули мог оценить по достоинству предприятие, правда его оскал и недовольная морда не давала никакой надежды на положительный исход. А потом выплывет Азирафаэль, абсолютно не изменяя свои вкусовые предпочтения в одежде - светло-кремовые штаны (оттенка G394), белая накрахмаленная блузка с манжетами, примерно похожего оттенка бабочка на шее, сверху на плечах болтался врачебный халат, ещё на плече был бейджик с именем, а на ногах были мужские туфли темно-карамельного оттенка с черными шнурками. Белые волосики чуть растрёпанны, на лице - миловидная и приветственная улыбочка, за которой был нервоз. Он не успел привести предприятие в надлежащий вид - Гавриил так часто напоминал ему об этих урановых хвостах, что Азирафаэль обо всем забыл, а о проверке ему напомнили в самый последний момент. И настолько контрастно выглядел с ним Кроули - у него были темно-рыжие волосы, подстриженные под новомодную прическу и залаченые, глаза скрыты под черными очками, скрывающие глаза от слова "совсем", черные обтягивающие джинсы, ботинки из змеиной кожи, черная водолазка и черная кожанка, что-то вроде серого графита, а сверху ещё был белый, как и у Зиры халат, правда было понятно, что нужен он только для фона. - Здравствуйте, я - Мистер Фелл, заведующий отделением по изучению уран-плутоневого и REMIX-топливов, - говорит Азирафаэль, однако протягивать руку для пожатия не спешит - боиться, что Энтони в его конечность вцепиться. А потом он замечает, что этот эколог одет во все чёрное, и максимально аккуратно спрашивает: - Простите... У вас траур? - на что получает резкое и грубое: - Траур будет у вас, если я найду нарушения! Все, мне надоело здесь стоять, начинаем экспертизу! Эй, вы, врубайте счётчики Гейгера! И помещение наполняется слабым потрескиванием прибора. Сначала они достаточно долго петляли то по самому зданию, то по хранилищам, то он пытался, простите за выражение, доебаться до всего, что попадало в поле его зрения - дозиметры, люди, костюмы и респираторами... Но вроде особых претензий у него было, и пусть ангел и пытался успокоить свои нервы, сердце так и норовило взорваться у него грудине, особенно в те моменты, когда Кроули издавал задумчивое "Хммммм..." или как сейчас, старательно изучал документы. - А теперь, дайте мне ваши, осталось пару сверок и мы уедем, - вдруг сказал Кроули и внимательно посмотрел на радиохимика, который от такой резкости аж отшатнулся. - М-мои что? - немного опешил Зира, сглотнув стоящий в горле ком. - Ваши документы тоже, - чуть более спокойнее поясняет эколог, а потом, чуть склонив голову, сказал: - И самые личные тоже. Я должен убедиться, что вы более чем честны, - и говорил это все таким тоном, что Фелл как-то сразу поспешил подчиняться, отдав самое личное. Спустя несколько минут, Кроули с деланным интересом издал скучающее: - Вау, так вы ещё и контролер поставок? - Ну да, так, веду учеты, правда документации слишком много, - признался Азирафаэль и даже позволил издать себе нервный смешок, который, в прочем, остался без особого внимания. Наверное, это было лишним. Когда Кроули уходит, он весь какой-то злой, на взводе, правда и сам не знает почему, просто внутри что-то обглодало его, оставило лишь обоженные нервы. А ещё его желчь пропитывает и это место, и его работников, и на душе у всех почему-то остаётся неприятный осадок. Но терпят - не хотят попасть под горячую руку друг друга и комиссии, и как только Энтони с другими уходит, они все выползают и дальше работают - заказы, ГОСТы и нормы никто не отменял. И такое что-то обрывается и в душе у самого эколога - ему вдруг становится настолько тоскливо, а голову наполняют мысли о своей малой родине, которую он даже и не вспомнит, да и как говорила мама, их увезли практически сразу, так что Кроули по своей сути там даже и пожить не успел. Мама говорила... Родительница, в общем-то, не много рассказывала ему про город, больше стремилась навязать сыну своих мух, которых он не любит - невольно ассоциируя себя со змеей, эти рептилии ему и нравились больше, и судя по скудной информации, в городе было якобы ужасно, но зная ее перевернутые взгляды на прекрасное и ужасное, место должно было быть очень красивым, солнечными, теплым... Жаль только, что воскресить город невозможно - ещё никто не создал в этом мире препарат, который мог раз и навсегда вывести радионуклиды из почвы, воды, атмосферы... Да даже если такой и был бы, то на одни лишь сады им понадобились годы. А люди? Никто за просто так туда не поедет, да и городу нужны инфраструктура, магазины, работа, деньги, учебные заведения... Это тоже все быстро не возведешь, даже если очень сильно захочешь. Энтони это знал, и от того было ещё хуже - от ощущения, что он пережил эту трагедию, но ничего не может сделать. Подавив в себе тяжкий вздох, эколог начинает таращиться в окно, все сильнее уходя в какие-то свои, очень далёкие мысли, и приходит в себя лишь тогда, когда его довозят до следующего пункта проверки, и за доли секунды придя в себя, он натягивает нужную маску на рожу и ведёт свою группу к заданию. Повторно "Змей" и "Атомный Ангел" встречаются много позже, на созванном по теме радиоэкологии собрании, и вот ведь ирония, за длинным и причудливо-закругленным столом Кроули и Азирафаэль сидят напротив друг друга, и честно говоря, втихую следят друг за другом, но в открытую не решаются идти на контакт, если честно - боятся. Повод заговорить находится чисто случайно - после собрания, которое закончилось чуть ли не часов в 11 вечера, пошел сильный ливень, а у Энтони не было с собой зонта, и по этому он беспомощно стоял на крыльце, чуть вытянув руку, не особо желая мокнуть. "Может его здесь переждать?" - подумал эколог, а потом отбросил эту мысль - это очень долго, а стоять и охлаждать тут свои облученные яйца ему не очень хотелось. А потом над его головой расцветает бежевый зонт, и чуть ли не над ухом раздается добродушный голосок: - Могу ли я поделиться с вами своим зонтиком? - и если честно, Кроули чуть ли не током бьёт, сразу узнает, кто же это. - Ну... Если вам не трудно, - издает хрипло Энтони, невольно чувствуя, как по его бледным щекам расползается довольно здоровый румянец. - Я - Мистер Фелл, кстати. А вообще, Азирафаэль. Приятно познакомиться, - говорит радиохимик все таким-же приятным тоном чуть ли не над ухом. - Да знаю, виделись уже, - хмыкает "змей", а потом, чуть подумав, добавляет: - А я Кроули. Энтони Кроули... И потом они в такой дружной делегации достигают машины эколога, где рыжий предлогает своему новому-старому знакомому познакомиться чуть ближе в одной хорошей кафешке, правда, когда Кроули начинает вести машину, он гонет так, что у Зиры сердце чуть не выпрыгивает из грудины. В кафешке, которая реально оказалась достаточно уютной, Кроули делает им обоим заказ - Азирафалю горячий шоколад и несколько эклеров, а себе черный и крепкий кофе. Сначала, правда, хотел заказать какой-нибудь алкоголь, но потом вспомнил, что сегодня он, видимо, будет бесплатно подрабатывать таксистом, и по этому останавливает выбор на не алкоголе. Ну и как-то незаметной разговорившись для них обоих, Энтони и Зира прошерстили практически все темы - начиная от самым основ атомной энергетики и заканчивая своим прошлым. - Я, кстати, не совсем местный, - выдает Фелл и делает глоток шоколада. - М? В каком смысле? - решает уточнить Кроули, все также прибывая в какой-то своей глубокой задумчивости, и как даже казалось самому Зире - глубокой тоске и печали. - Меня сюда в свое время направили получать стажировку от института, в котором я работал, а потом смог добиться того, чтобы меня официально перевели на предприятие, в котором ты со своими ребятами был, ну и вообщем-то тут и остался. - А, ты об этом... - рыжий как-то неоднозначно потирает свой затылок и вякает: - Я, кстати, тоже. Я с родителями переехали сюда по... - Кроули осекается - честно говоря, до последнего хочет сохранил в тайне тот факт, что его эвакуировали из облученного города в далёком прошлом, и по этому издает слабое и неуверенное: - По, кхм, работе... А до эколога работал в цеху ручной переработки отходов. Не сказать, что мне это нравилось, это был по большей части необходимостью, чтобы выжить, - и потом чуть ли не носом утыкается в свое кофе, надеясь, что новоявленный товарищ не почувствует вранья в его словах. Благо, что Зира этого действительно не улавливает. На какое-то время между ними устанавливается неловкая тишина - Энтони не ведает, что ещё сказать, в какое русло увести разговор теперь, а Мистер Фелл прям так и палит на него внимательным, и даже немного придирчивым взглядом - словно в чем-то подозревал его или пытался что-то вынюхать. И вообще-то да, в своих предположениях эколог не ошибся. - Гавриил, будь добр, не названивай мне каждые несколько дней! Документы я уже получил, а до поставки урановых хвостов ещё полно времени! Поверь, выслушай ты меня, ты бы понял, почему АЭС это выгодно и чем могут быть полезны урановые хвосты! Почему я этим раньше не занялся!? Да потому что у меня своих проблем хватало, мне было просто некогда ещё и твои разгребать! - чуть ли не кричал по телефону Азирафаэль, с ненавистью стискивая карандаш своими пухлыми пальцами. Сидящий рядом Кроули со скептично поднятой бровью и немым вопросом следить за своих другом, одновременно с этим разливая им вино. С тех пор они подружились, стали чуть ли не закадычными друзьями, однако по работе, что естественно, часто видеться не могли, но если возможность была - Кроули прихватывал какой-нибудь закуски, алкоголя, запрыгивал в раритетную Бентли и мчал к Феллу, адрес которого уже заучил наизусть. Правда в этот раз все немного отличалось, ведь сегодня Кроули был тут не совсем "по своему хотению", как раз его "призвал" Азирафаэль, как выразился сам учёный - "для дружеской посиделки и мне нужна одна твоя помощь" - и этого уже хватило, чтобы Кроули бросил все свои дела и помчался к другу, перед этим забежав в магазин, но не то, чтобы у эколога сегодня было прям до одури много дел. А если говорить откровенно, то дел у него сегодня не было вовсе. Как только довольно нервный разговор заканчивается, Энтони выдерживает буквально минутную паузу, прежде чем спрашивает: - Что-то случилось? - Случилось. Мой старший брат случился, - нехотя признался Азирафаэль, сложив пальцы домиком, а телефон - экраном вниз, да ещё и отложил, видимо, боялся на эмоциях с ним что-то сделать, разбить например. Кроули издал цыкающий звук, как-бы призывая Атомного Ангела говорить. - Ну вообщем... В город, откуда я родом, хотят свезти урановые хвосты, уже даже полигон нашли для этого. А мэром там сидит мой старший брат, - Гавриил, - и он вообще радикально против всей атомной энергетики, и не хочет их размещения в нашем, - хотя для меня уже бывшем, - городе. И вот ему кто-то напомнил, что я по профессии радиохимик и контролёр, только забыли рассказать, что я не брал под свой оборот контроль за урановыми хвостами, хотя такая возможность у меня была, но я отказался, и он хочет, чтобы я покопался в документах и перенаправил отходы куда угодно, лишь бы не к нему. Ну вот и... Он мне постоянно напоминает об этом, - признался Зира, а потом, не успев сказать что-то ещё, был перебит довольно решительным Кроули: - Ладно, тащи сюда, помогу тебе с документами. С бумагами они сидели уже 2 часа, и не то, чтобы их было много, но лично Кроули выявил уже достаточно много нарушений, чего не сказать об Азе, для которого они все выглядили грамотно-составленными, и с каждой строчкой Энтони становился все темнее и темнее, и это все отражалось у него на лице. - Знаешь, идея взять и подтереться этими бумагами мне кажется все более хорошей, - признался Кроули, а потом глянул на непонимающего Зиру, и вздохнув, сказал: - Двигайся ближе, сейчас объясню, - раздался скрип стула и эколог затянул: - Начну издалека. Ты же отказался от бумаг, по которым ты прописан в своем прошлом городе? Ну, грубо говоря, отказался от прошлого местожительства? - Ну не то, чтобы прям отказался... - замялся Азирафаэль, но услышав знакомое цыканье, поспешил себя исправить: - Но в общих чертах - да, отказался. - Вот от этого и надо отталкиваться. Если у тебя нет причастности к своему прошлому городу, а ещё ты не контролируешь поставки хвостов, ты тем более не можешь приложить сюда свою руку. Так и напиши своему брату, - разъяснил ему на пальцах Энтони, тихонько придвинувшись ближе к другу. Или не совсем другу... Правда Кроули до сих пор боялся даже себе признаться, что запал на Зиру, так что нет, только к другу. - Ну не знаю, это как-то грубо, - издал Фелл и неловко потёр затылок. - Поверь, когда это вскроется и вскрывать уже будут тебя, проверки и скандалы будут более грубыми, а от Гавриила не убудет, если бочки расположит на полигоне в его городе, они все равно никому не помешают, да и не опасны, Ангел ты мой Атомный. Кстати, а почему "Атомный Ангел"? - ответил и спросил одновременно Кроули, поставив немного запотевшую бутылку на документы. - Да так, это смешная история, - нервно хихикнул Азирафаэль и сначала отпил немного вина, его аж передёрнуло от прохлады и градуса, а потом он в наглую выхватил у Кроули его телефон и что-то набрал, а потом уже вместе с запросом вернул гаджет его хозяину. - Вот. Там есть видео, которое все объяснит, - с милой улыбочкой сказал радиохимик и отпил ещё вина. Энтони тем временем открыл первое видео на эту тему, а по итогу понял, что прозвище, вообщем-то, довольно оправдано. А потом он обратил внимание, что Фелл довольно сильно стал налегать на вино, и совершенно не закусывал. - Ты бы с этим по аккуратнее, тут градус почти как у водки, - сделал выговор Кроули и отправил в рот кусочек острой, но уже холодной куриной грудки, а потом тоже отпил. - Сойдёт, - отмахнулся радиохимик и тоже защипнул себе курочки. "Хорошая политика", - подумал Энтони и тоже сделал глоток.