Король.

***

      — Король…       Педро преклонился перед ним, упав на колени. Лишь когда только Кэйа махнул рукой, выражая разрешение, он встал.       Альбериху нравилось править. Ему приносило это наслаждение.       — Ваш план продвигается так, как вы и планировали… В Каэнри’ах приходит все больше и больше монстров. — Педро облизнул губы, закончив.       — Благодарю за благие вести, Педролино.       Мужчина ушёл только с позволения Альбериха. Кэйа же, когда в тронном зале более людей не осталось, поднялся и вышел из него. Прошло уже две недели с коронации.       Он любил сад их семьи. Это место приносило ему тёплые и приятные воспоминания, но Кэйа подавлял их, дабы не стать мягче.       Иначе он сломается. Провалит месть. Подведёт его семью и народ Каэнри’ах, с которыми так ужасно подступили.       Кэйе нельзя было быть мягче. Или добрее. Он должен быть жесток и строг. Его должны считать злым. Беспощадным.       Потому что таковым он и является.       То, как он себя вёл и была его истинная личность. Но и счастье пряталось в памяти тоже.       Но он таил его, не давал просочиться наружу. Кэйа хоронил своё счастье, дабы позволить себе вспоминать только после победы.       Но он уверен, что выигрыш за ним.       Сейчас же этот сад был сущим уродством. Никакой красоты, что была раньше, не осталась.       Тут издавна пропахло кровью, болью и страданиями. Сколько людей Каэнри’ах, приближенных ко дворцу, погибло в этом саду?       Никто не знал.       Наверняка их было больше тысячи. А может, больше десяти. Кэйа провёл ладонью по волосам, усмехаясь, позволив себе вспомнить…

***

      — Кэйа!       Голос матушки он узнает издалека. Из него сочится ласка, любовь, забота и некая гордость, нотки которой Альберих младший всегда замечал.       Он очень любил матушку, а она — его.       — Мама!       Мальчишка подбежал к женщине, обнял её за колени. Она обхватила руками его худые плечи, прижала к себе ещё ближе.       — Здесь прекрасно, не так ли?       Божье наступление ещё не дошло до замка в те времена, однако многие люди уже умерли. Тревога в стране была поднята, а большинство солдат отправлено на защиту Родины.       Сад и впрямь был красив. Мраморные фигуры членов династии, огромные клумбы белых, синих и золотых цветов, большие деревья таких же оттенков, под которыми Кэйа любил лежать.       — Да, мама. Здесь очень красиво.       — Однажды и он перейдёт к тебе во владения. — Она потрепала его по голове, нежно посмотрев на него. Кэйа одарил женщину ответной ласковой улыбкой. — Кэйа?       — Что?       — Ты понимаешь, какая ответственность на тебя ляжет? — Она присела на корточки, дабы быть с ним одного роста, — Понимаешь, что ты должен будешь сделать?       — Понимаю.       — Ты готов на это? Спасти нашу Родину и возвести её вновь на самый высший пост в мире?       — Я готов, мама. Я хочу этого.       Женщина вновь улыбнулась. Несколько тревожно, но и уверенно. Наверняка, хоть она сына безмерно любила, за Каэнри’ах беспокоилось не меньше. Альберих старшая отпустила его, предлагая прогуляться по саду…

***

      — Король? — Кэйа обернулся, а Дайнслейф поклонился чуть ли прямо не в пол, — Нужно ваше мнение.       — Что-то случилось?       — И да и нет. Посмотрите?       Альберих кивнул, следуя в замок обратно за Хранителем. Дайн повёл его в отдельную комнату для заседаний армии. Все солдаты прямиком встали, отдали честь и поклонились.       — Вольно. — Все сели обратно. — Что случилось?       — Король Альберих… — Начал какой-то светловолосый парень. — Мы, разведотряд, заметили странную активность около портала в бездну…       — На территории нашей страны?! — Они кивнули, — И почему тогда вы не устроили эту угрозу?       — Это…человек. — Кэйа вопросительно посмотрел на них, что они сжались под одним его взором, — Обычный человек. Мы не знаем, как он здесь оказался, но он точно из Тейвата. У него глаз Бога… Оформлен как будто из Мондштадта.       — Ясно. Покажите на карте. — Они указывают и впрямь на то место, где ныне стоит портал в бездну. Кэйа ухмыляется, отдавая приказ. — Схватить этого человека. Живьём принести мне.       — Есть!       Никто и не спорит. Потому что не могут. Если они осмелятся отказать, то лучшее, что их ждёт это быстрая смерть. Худшее — казнь в виде превращения в монстра.        Потому что Кэйе будет уже все равно, кем они там были. Это предательство королевского рода, а значит и Родины. Солдаты мигом выходят из кабинета, обсуждая план захвата.       — Король… — Тихо начинает Дайнслейф, — Вы поняли, кто это?       — Думаю, да. И я рад. Повеселюсь.       Хранитель хмурится, но ничего не говорит. Дайну, в случае чего, была уготована такая же участь, как и возможных предателям.

***

      — Джинн. Прекрати. — Дилюк пытался вырвать её от бездыханного тела сестры, но магистр была не в какую.       — Я… Я даже не знаю, как это произошло! — Она прижимала Барбару к себе, будто бы таким образом могла ее спасти.       — Джинн, милая… Всякое могло случиться в этом Аду.       Лиза, некогда носившая яркие наряды и шляпы сейчас была еле заметна среди остальных. Коричневые штаны, серая рубаха и плащ с капюшоном. Джинн мотнула головой, как бы выражая своё несогласие.       — Почему это случилось… Именно с ней?!       У Барбары был вспорот живот, а на ране виднелись электро частички. Следовательно, её убил либо монстр с такой способностью, либо человек с таким глазом Бога.       — Я даже не видела, как она пропала… — Розария потёрла почти лысую голову. Волосы она отстригла под корень для удобства на войне, — Вроде была в церкви со мной, а потом испарилась…       Смерть её настигла быстро. Как и остальных жертв. Это произошло именно в самом городе, что пугало оставшиеся единицы горожан неимоверно.       — Джинн… Её нужно похоронить. Мы не можем оставить…труп в городе. — Лиза вздохнула, признавая ужас их положения, — За церковью. Рядом с остальными.       Магистра от тела отцепить было сложно, что аж пришлось применять физическую силу. Дилюк поднял Барбару, понёс в сторону кладбища, а остальные трое пошли за ним.       Он передал тело в руки Розарии, пока Лиза что-то шептала Джинн, а сам он копал яму, стараясь не наткнуться на чужой, ещё почти свежий труп.       Когда все было готово, он кивнул Розе, а та, без тени сомнений, подошла и бережно уложила Барбару в ее могилу. Рагнвиндр принялся закапывать.       Примяв лопатой землю, он устало оперся о неё. Когда тело было закопано до конца, все остальные стали около. Наверняка молились. Но в чем был смысл, если они уже точно проиграли эту войну?       — Кстати… — Спустя минут пятнадцать подал голос мужчина, — А кто-то видел Барбатоса?       Личность Венти вскрылась для всех с начала войны, но и Архонт не очень то и помогал. Не потому что ничего не делал, а просто даже он был бессилен перед мощью Каэнри’ах.       — Да. Он недавно помогал детям, что остались без родителей. Показывал им какие-то фокусы и одарил силой. — Розария потёрла глаза. — Он говорил мне, что не может убить новых монстров. Потому что это его народ.       — И вот какие плоды они приносят… — Дилюк вздохнул. — Я пойду. Мне нужно навестить…одного человека.       — Иди. Будь осторожен. — Лиза не повернулась к нему, но попрощалась.       — Буду. До свидания.       Сия мысль пришла резко из-за эмоций. Он на выезде из города уселся на лошадь, поскакал сразу в сторону портала. Если его теория верна, то так он сможет попасть в Каэнри’ах.       Никаких толковых припасов он не брал. С ним была буханка хлеба, фляжка воды, повязки и двуручный меч. Во первых ему большего и не выдадут, а во вторых это все, в чем он нуждался.       Лошадь он оставил на берегу. Потом пришлось плыть. Около, на благо, была большая доска, больше похожая на плот. Как можно быстрее он смастерил из палок нечто, похожее на весло и уместился на своём новом транспорте.       Плыть было долго, а морской запах сводил с ума. Дилюк тоже подстриг свои волосы, но лишь на половину, чтобы они сильно не мешались.       Когда Риф Маска стал приближаться, Рагнвиндр увидел нечто неожиданное.       Там светило солнце.       Во всем Тейвате были эти проклятые облака, созданные пару недель назад Кэйей, из которых шёл чёрный дождь, а здесь все было как раньше.       Тут цвели цветы, росла трава и деревья не высохли, оставив лишь палки за собой. Позже он обязательно расскажет об этом, но сейчас его цель одна — найти и убить Кэйю.       Да, он ещё верил в то, что сможет его переубедить, но не исключал возможности бойни. С другой стороны, Кэйа сейчас сильнее его в разы. И у него явно есть армия.       Рагнвиндр не знал, как попасть в Каэнри’ах через открытую территорию, поэтому устроил себе пытку бездной. Спускаться в самый низ было муторно.       Он позволил сделать себе глоток холодной воды меж битвами. Когда, Дилюк ощущал, будто бы вечность прошла, он наконец оказался в Каэнри’ах, то лишь скептически хмыкнул.       Здесь было страшно. Ещё больший Ад, чем у них в Мондштадте.       Дилюк принялся бродить, слушая, как хлюпает кровь под его ногами, но пытался не обращать внимания ни на что вокруг.       А как, собственно, найти Альбериха? Где он вообще может быть?       Это была самая правильная мысль за последние пару часов. Зачесав сальные волосы в хвост обратно, ведь во время бойни он распутался, Дилюк пошёл куда глаза глядят.       Может, это была и не лучшая тактика, но первое время было все спокойно. Но потом, через часов десять, его повалили наземь со спины.       Рагнвиндр принялся брыкаться, вырываться, но перед его лицом оказалось мрачный мужчина в солдатской форме.       — Ну что? Рад будешь повидаться с нашим королем? Он то сделает из тебя… Нормального человека! — Все вокруг мерзко рассмеялись. — Вырубите его и несём во дворец.       — Есть!       Дилюк почувствовал укол в шею, а после принялся терять весь мир вокруг себя, погружаясь в сон. Но он ведь и хотел этого… Повидаться с Кэйей. Только вышло чуть-чуть в других обстоятельствах.