В объятьях Зверя

Утром я просыпаюсь от того, что Стас нежно целует меня в висок, устроившись рядом на постели. Его прикосновения вызывают приятный трепет, а аромат кофе, заполнивший собой все пространство небольшого номера, дурманит мозг. Когда я усаживаюсь в постели, парень протягивает мне пластиковый стаканчик, в котором оказывается еще теплый латте. Я решаю не спрашивать, где он его взял, а лишь благодарно улыбаюсь, наслаждаясь вкусом напитка. — Что дальше? — все же решаюсь задать вопрос, который мучает меня настолько, что это кажется невыносимым. Даже вся волшебная атмосфера утра рассеивается на фоне нависшей над нами неопределенности. — Они ведь наверняка так просто не отстанут от нас… — Ты ведь хотела всю жизнь бежать, — фыркает Стас. Он укладывается на бок рядом со мной и подпирает голову рукой. В отличие от меня, мой муж остается расслабленным, что немного вселяет уверенность. — Как насчет того, чтобы сделать это со мной? Поверь, так у тебя будет гораздо больше шансов и возможностей. Скажем, мы могли бы затеряться где-нибудь в Европе или на островах… — Что-то я не увидела у тебя в штанах пару увесистых золотых слитков, — хмыкаю я, подумав о том, что у него там есть только кое-что другое, но тоже увесистое… Зверь, очевидно, думает о том же, потому что на его губах появляется ухмылка. Это заставляет меня покраснеть. — Не думаю, что денег, вырученных с продажи браслета, будет достаточно… — Ты ведь знаешь, что за любую работу полагается оплата… И мне батя тоже платил, причем довольно щедро, но как-то не было ни повода, ни желания всё это тратить, — произносит Стас, и я невольно вспоминаю его пристрастие ко всем этим полузаброшкам. Значит, деньги на что-то более приличное все же были. — За годы скопилась приличная сумма, которую может хватить на размеренную жизнь лет так… на тридцать, наверное. Если, конечно, мы не будем покупать яхты и дома. Тогда особо не разгуляешься. Я вздыхаю, снедаемая совестью, напоминающей о том, каким путем заработаны эти деньги. Почти то же самое, что и отец с его кровавой империей, только в меньшем масштабе. Мне безумно хочется сбежать, но в то же время кажется, что это как-то… нечестно. — Ну, либо мы останемся здесь и будем жить, как в боевике. Периодически попадать в засады и отстреливаться, как Бонни и Клайд, но только в условиях российской провинции, — он усмехается, и я замечаю в его словах одновременно манипуляцию и легкий шантаж, из-за чего закатываю глаза. Но Зверь не смущается. — Но если убежим достаточно далеко, может, мне даже больше не придется убивать… Стану каким-нибудь скучным… фермером, который выращивает страусов где-то в Колумбии. Фраза вызывает одновременно улыбку и какую-то глупую надежду, что наша жизнь когда-то станет нормальной. Не в привычном смысле, но все же. Мы сможем найти обычную человеческую работу, друзей… создать семью, ведь если бы не вся эта ситуация, я бы обязательно ее хотела. С ним. — Если у нас и правда есть шанс, то… давай попробуем, — выдыхаю я, придвинувшись к нему, чтобы отставить кофе на тумбочку и обнять парня за шею. В этот момент мне ничего не хочется так сильно, как ему верить. — Вместе… Навсегда… Пару минут мы лежим в тишине, но затем я заставляю себя отстраниться и встать, чтобы пойти в ванную и начать собираться, ведь мы по-прежнему не можем надолго задержаться на одном месте. Когда прохожу мимо зеркала, замечаю новый след от засоса на своей коже, что заставляет меня нахмуриться. — Прости… — выдыхает Зверь, поймав мой взгляд в отражении. Но в его голосе нет ни капли вины или раскаяния. Он встает с постели и подходит ко мне, чтобы встать за спиной и мягко коснуться шеи кончиками пальцев, из-за чего вспыхиваю. — Мне слишком нравится видеть следы своей страсти на твоей коже… Я фыркаю, закатив глаза, и оборачиваюсь к нему. На губах Зверя играет нахальная ухмылка, что провоцирует на дурацкие поступки. Помедлив пару секунд, подаюсь вперед и привстаю на носочки, чтобы прижаться губами к его шее. Нежно целую, а затем прихватываю зубами и посасываю, чувствуя, как напрягаются мышцы на груди парня. Когда отстраняюсь, на шее проявляется едва заметный багровый след, и я довольно усмехаюсь. — В этом и правда что-то есть, — произношу, поймав его потемневший взгляд. Вместо ответа Зверь крепче сжимает меня в объятьях и припадает губами чуть ниже подбородка, оставляя нежный поцелуй. — Эй, ты ведь помнишь, что нужно собираться?! Мы должны спешить! — Задержимся буквально на пять минуточек, — обещает он между поцелуями, увлекая меня в сторону постели. Мое желание сопротивляться ему растворяется в нежных прикосновениях и полных желания взглядах, из-за чего лишь робко упираюсь ладонями Стасу в грудь, не то отталкивая, не то притягивая еще ближе. — Ты не уложишься в пять минуточек, — бормочу, собирая в кучку остатки выдержки. Но пальцы уже исследуют его крепкое тело, а губы размыкаются в ожидании поцелуев. Я порывисто вздыхаю, когда Стас укладывает меня на постель и нависает сверху, продолжая покрывать тело поцелуями. Мысли обволакивает пеленой наслаждения, и я забываю все аргументы, которые собиралась ему привести. — Уложусь, — шепчет он, снимая с себя футболку. Взгляд тут же опускается к его прессу, и я совсем не контролирую себя, когда касаюсь его рукой, сгорая от жара кожи. — У меня есть эротическая фантазия, что ты моя жена и лежишь передо мной голая и согласная на всё… Черт, это ведь уже реальность! Значит, придется еще что-то придумать… Например, ты могла бы назвать меня своим мужем… В пять минут мы ожидаемо не укладываемся… Когда все же встречаемся возле машины, Таня косится на нас чуть смущенно, из-за чего мне тоже становится неловко. Остаток пути мы преодолеваем почти в молчании. А дорога выдается долгой, с несколькими остановками и сменой машин. Стас решает уехать достаточно далеко, чтобы осесть на несколько дней, пока нам делают фальшивые документы для выезда. На границе меня трясет, словно в лихорадке, но всё проходит благополучно. Уже когда самолет приземляется в Германии, где в итоге остается Таня, у которой там оказываются очень дальние родственники родителей, я позволяю себе немного выдохнуть. Через месяц она рожает дочь, которую решает назвать в честь моей мамы Эмилией, ведь считает себя перед ней виноватой и обязанной за то, что та была добра к ней в детстве… Нам же приходится продолжить путь, перебираясь из страны в страну, что напоминает бесконечную гонку, но я постепенно начинаю входить во вкус, исследуя места, о которых когда-то и не мечтала. Азия, Южная Америка, Африка, где оказывается красиво и опасно, но это одинаково захватывает дух… К счастью, на наш след нападают лишь раз, и то нам быстро и без жертв удается затеряться. Мы продолжаем бежать даже когда не чувствуем погони, просто потому, что привыкли и разучились жить по-другому. Но я понимаю, что пора остановиться, когда спустя пять лет бесконечного пути вдруг вижу две полоски на тесте. Это событие застает нас на острове Занзибар, где мы поселяемся в небольшом домике на берегу Индийского океана. — У этого ребенка будут самые неадекватные родители на свете! — выдыхаю, выходя к Стасу на берег, чтобы показать ему тест. В его взгляде появляется странная настороженность, и он встает из плетеного кресла, чтобы подойти ко мне и мягко взять за руку. — Но будут же? — спрашивает он тихо и осторожно, словно бы боясь спугнуть. Его тревога передается и мне, и я поднимаю на него вопросительный взгляд. — Мы же оставим его, да? — Да, — киваю, ведь уже всё решила. Потому что устала бегать, потому что устала бояться, потому что действительно готова стать матерью и знаю, что он сделает всё, чтобы стать хорошим отцом. Иначе и быть не может, ведь этот ребенок — часть меня, а всё, что связано со мной, он любит безусловно. — Конечно, да! — Охренеть, у нас будет ребенок, — на его губах мгновенно расцветает улыбка, и он подхватывает меня на руки, чтобы закружить. Я не могу сдержать смех, чувствуя эту удивительную легкость от того, что будущее уже не пугает меня так, как раньше. Только не сейчас. — Наш с тобой ребенок, малышка… Я уже говорил, что с каждым днем люблю тебя только больше? Конечно… Каждый день. Как и я влюбляюсь в него всё сильнее, ведь за эти пять лет он и правда доказал, что может справиться не только с любой проблемой, но и с внутренним монстром, который показывает себя разве что в моменты страсти и то с лучшей стороны… И хоть кажется, что моя жизнь напоминает хаос, я как никогда уверена: дальше — только лучше, а прошлое больше не имеет над нами власти. Я вспоминаю о нем только в редкие моменты, когда мне кажется, что кто-то все еще присматривает за нами из тени… Но каждый раз убеждаю себя, что мне это только чудится, не позволяя памяти вновь оживлять образ мальчика с разными по цвету глазами, когда-то решившего пожертвовать собой ради того, чтобы дать мне эту лучшую жизнь… От автора: Что ж… пора прощаться с этой историей. В ноябре 2025-го исполнилось ровно год, как я возобновила «Зверя», после того как отредактировала и дополнила ранние 12 глав, но впервые он был опубликован на Книге еще в далеком 2022-м. Удивительно, но первым вдохновением для сюжета послужил малоизвестный рассказ «Пляшущие человечки» Артура Конан Дойла из серии о приключениях Шерлока Холмса. История женщины, скрывающейся от своего жениха, показалась мне довольно интригующей, и так в моей голове появилась Рина, убегающая от Зверя. После возобновления я больше вдохновлялась сериалом «Древние» («Первородные») и образом героини Фиби Тонкин (Хейли) в настоящем, и Даниэль Кэмпбелл (Давина) в прошлом. При первом написании сюжет планировался более легким и даже легкомысленным, в то время как после возобновления я, наоборот, решила добавить ему мрачности. В ранней версии Стас (из общежития) вовсе не был злодеем, а действительно был просто милым парнем, влюбленным в Рину, да и девушек в общежитии никто не убивал… А еще там не было флешбеков, которые, как мне кажется, помогли раскрыть персонажей и подарили сюжету особый шарм. На самом деле уже тогда, в 2022-м, я обожала эту историю, но… в какой-то момент просто поняла, что мне нечего ей дать. У меня нет хороших идей для сюжета, у меня нет той атмосферы, тех чувств и эмоций, которые я хотела бы прописать, а «Зверь» этого заслуживал. Тогда, в прошлом, я приняла одно из самых правильных решений в своей жизни, и вы представить себе не можете, как я сейчас себе за него благодарна! Мне было тяжело, но я убрала «Зверя» в черновик «до лучших времен», и вот они наступили. Может, со мной и не согласятся, но я думаю, что теперь действительно дала этой истории всё, что могла. Да, есть неточности и огрехи, но я безумно ею горела, постоянно фонтанировала идеями и вкладывала в нее все чувства. Это на самом деле было «лучшее время» для нее, и большего ей я не смогла бы дать в прошлом и вряд ли дам в будущем. Более 300 страниц, чего нет ни у одной моей другой истории, 40 частей и множество ярких романтичных, драматичных и даже трагичных сцен. Я считаю, что на данный момент это самая продуманная и самая полная книга, которая у меня когда-либо была… И зная это, я отпускаю «Зверя» со спокойной душой и с большой любовью, ведь мы с героями сказали всё, что хотели, и теперь время для других сюжетов, которые, верю, получатся не менее увлекательными. А вам спасибо, что прошли со мной этот путь и дочитали до конца. Your Kate П. С. Финал для Дана я решила оставить открытым… Вы можете сами решить — погиб ли он еще тогда, в главе 32, либо выжил и сейчас из тени присматривает за героями. А может, он и вовсе тусит где-то без них, а Рине просто хочется о нем помнить.