На территории сердца

Багира открыла далеко не сразу. И, бросив на нее профессионально-считывающий короткий взгляд, Астанин догадался, в чем дело. Он был взрослым мужиком, к тому же опытным бойцом спецназа — быстро оценивать обстановку и делать выводы зачастую являлось жизненной необходимостью. А иногда, вот как сейчас, могло привести к огромной неловкости… Ведь не нужно было экстрасенсорных навыков, чтобы по расслабленному виду, легкому румянцу и наспех запахнутому халату догадаться, что кап-три в номере не одна.       — Алексей?.. Кошкина недоуменно приподняла брови. И, почувствовав на себе несколько растерянный, но явно заинтересованный мужской взгляд, плотнее запахнула халат. А Астанин мысленно похвалил себя за то, что не прихватил еще и букет — тогда двусмысленности оказалось бы в два раза больше. Ведь не свататься же он к ней шел, в самом-то деле!       — Слушай, Багира, я наверное, не вовремя, — сделикатничать не получилось, и подполковник раздражился на себя еще больше. Торопливо протянул ей нарядно упакованную бутылку вина. — Но… в общем, вот, возьми. Ты ж мне сегодня жизнь спасла, как-то неправильно не поблагодарить…       — Да это вовсе не обязательно… — начала было Рита.       — Возьми, — настойчиво повторил Астанин. — Это от чистого сердца.       — Спасибо, — несколько скованно пробормотала Багира и все-таки забрала презент. А подполковник, скомканно прощаясь, подумал, что давно не оказывался в столь глупой ситуации. Разве что в далекие школьные годы, когда ловкий одноклассник увел у него девчонку прямо у дверей кинотеатра…

***

      — И что хотел товарищ подполковник? Кот, обернувшись от окна, вопросительно взглянул на Багиру.       — Поблагодарить зашел, — Рита продемонстрировала коробку, слегка пожав плечами. — Ничего особенного. Ионов выразительно хмыкнул.       — О как! По-моему, он к тебе подкатывает.       — Да ну перестань, — отмахнулась Багира. Убрала вино на столик, подошла к Коту, остановившись совсем рядом. — Обычная вежливость.       — Ну-ну, — скептически протянул Вася. — Видел я, как он на тебя сегодня весь день таращился… Прямо глаз не сводил. Рита, слегка отстранившись, иронично вскинула брови.       — Товарищ каплей, — протянула лукаво, — да вы никак ревнуете?       — Точно, — и не подумал отрицать очевидное Кот. — За тобой вообще глаз да глаз нужен, оглянуться не успеешь, как уведут… Тем более такой бравый товарищ, да еще подполковник.       — Балда, — весело фыркнула Рита, слегка ткнув его кулаком в плечо. — Не нужен мне никакой подполковник. У меня свой каплей есть. Кот хитро прищурился, смотря на нее. Нахально потянулся пальцами к поясу халата.       — Вот как? Звучит обнадеживающе… Хотя для тебя я готов стать хоть адмиралом, — и на этой многообещающей ноте решил прервать дискуссию, отвлекаясь на нечто куда более приятное. То есть на поцелуи.

***

Пронзительный душераздирающий писк, казалось, разносился на всю округу — но приморский город уже крепко спал и до несчастного животного, свившего гнездо где-то в кроне раскидистого дерева, никому не было дела. Никому, кроме… В конце концов, не всегда же спецназу спасать людей, о братьях наших меньших тоже не стоит забывать.       — Бизон, ну давай его снимем! Он же такой маленький, испуганный, упадет, разобьется… — умоляющие нотки в голосе Умановой очень быстро превратились в жалобные. Видимо, в своем воображении она уже успела представить, как несчастное существо срывается вниз, где его поджидает не только мягкий газон, но и острые камни, бродячие собаки, вредные дети, голодные акулы, злые аллигаторы и бог весть кто еще.       — Говоря «давай его снимем», ты имела в виду, что мне надо забраться на дерево, схватить этот мяукающий кактус и спуститься обратно так, чтобы он не успел выцарапать мне глаза? — занудно уточнил Тарасов.       — Не хочешь — не надо! — независимо фыркнула Уманова. Задрала голову вверх, оценивая размер бедствия, то есть высоту дерева, а также наличие крепких веток, способных выдержать нехилый вес тренированного бойца, обладающего стальными мышцами. — Я и сама справлюсь, — и с самоуверенным видом поплевала на ладони, намереваясь совершить вертикальный марш-бросок по ветвистой местности.       — О господи, ну ты-то куда? — тяжело вздохнул Бизон. Судя по интонации, вопрос изначально должен был звучать совершенно иначе: «За что мне все это?» Видимо, Коты, котята и прочие кошачьи — это его карма…

***

Рыжий и невероятно пушистый комочек, свернувшись клубком, раскатисто мурлыкал на коленях Умановой, которая с блаженной улыбкой перебирала его шерстку и выглядела самой счастливой на свете. Котенок, нареченный Альпинистом, тоже казался абсолютно довольным жизнью, и немудрено — спасли, приласкали, сметаной накормили от пуза… Возмущенное бухтение Тарасова: «Куда? В казарму? Уманова, ты с ума сошла!» солдат удачи попросту пропустила мимо ушей. И после этого возмущаться тем, что Леська скормила котенку почти всю банку сметаны, было и вовсе глупо…       — Я в детстве всегда о животном мечтала, — сонно заявила Уманова. — О щенке. Или о котенке. Но в детдоме, конечно, даже хомяка не спрячешь… А с нашей работой куда уж…       — А мне, знаешь, кошачьих и в отряде хватает, — хохотнул Бизон, пытаясь скрыть дурацкую умильную улыбку. Как-то невероятно мило, просто и совершенно не колюче выглядела сейчас Уманова, тиская пушистое создание. — Да и себе взять тоже не могу, меня ж дома вечно не бывает. Хотя… — добавил задумчиво. — А знаешь, я его сестре Ирке подарю. Пусть учится заботиться о ком-нибудь до того, как замуж выскочит. Олеся что-то невнятно пробормотала и, прикрыв глаза, судя по всему задремала. Тарасов переложил возмущенно муркнувшего котенка на стул, накрыл Уманову тонким казенным одеялом и бесшумно вышел за дверь, надеясь, что неугомонный Альпинист хотя бы до утра никак себя не обнаружит. В конце концов, спецназ он или где!