На территории сердца

Посетитель был колоритный. Дорогой светлый костюм, начищенные ботинки, портмоне, до отказа набитое новенькими хрустящими купюрами… И контрастом — следы не сведенной до конца татуировки на пальцах; на мизинце — массивная печатка с настоящим бриллиантом; на мощной шее — тяжелая цепь, естественно, золотая. Образ дополняла развязно-блатная речь, самодовольный хохоток и непринужденно-нахальная манера держаться. Этакий стихийно разбогатевший бандос из далеких девяностых, убежденный, что теперь ему и сам черт не брат… Клиент занял лучшее место у сцены. На заказ не поскупился — набрал красной икры, омаров, мидий; алкоголь, разумеется, выбрал под стать — самый дорогой виски. Причем, судя по всему, это была только разминка… Вечер потек своим чередом. Первыми, для разогрева публики, на сцену выскочили скудно одетые девчонки — подопечные здешнего хореографа Дашки, которых до серьезных выступлений пока не допускали. Лелик вообще был уверен, что этих стрекоз надо гнать в три шеи, но Дашка, стерва, понятным способом переубедила хозяина, и девки остались. Лелик же твердо считал, что бабло, предназначенное якобы для репетиций, костюмов и прочей лабуды, утекает в карманы «хореографа», но это, в конце концов, его не касается. Тем более что сегодня новенькая, которую отбирал лично он, станет гвоздем программы, и гадкой Дашке с ее дешевыми попрыгуньями останется только курить в сторонке…

***

Легкомысленно-бойкая мелодия изменилась; дискотечно-яркие огни потухли, вместо них по сцене заструился мягкий, серебристо-невесомый свет, сгущаясь в самом центре сцены. Словно модель по подиуму, в луче лунного сияния неспешно вышла из-за кулис девушка в черно-алом шелковом плаще, похожем на мантию какой-нибудь средневековой волшебницы. Лицо было скрыто кружевной маской, так что при всем желании разглядеть танцовщицу не удалось бы даже тем, кто сидел к сцене ближе всех. Зрители замерли в настороженном предвкушении. Ничего подобного за все время существования «Афродиты» завсегдатаям видеть еще не приходилось — максимум, на что хватало фантазии составителям программы, это представить клиентам развратную медсестричку или раскрепощенную училку, ну, еще один раз хозяин раздобыл где-то настоящую негритянку, но на этом воображение дирекции иссякло. А вот теперь перед публикой явно разыгрывалось что-то свежее и весьма не банальное… Под шелковой мантией у танцовщицы (при всем желании девушку не получилось бы назвать стриптизершей) оказалось ажурное черно-красное одеяние, целиком состоящее из кружев и атласа. Причем сконструировано оно оказалось таким хитрым образом, что ничего непозволительного посетители при всем желании увидеть бы не смогли. Над головой вспархивала то одна загорелая рука, то другая, в манящем разрезе мелькала соблазнительно-стройная ножка, в очередном мягком движении выразительно прогибалась изящная спина… Посетители не сводили с танцовщицы глаз. А тем временем свет стал еще более рассеянным, приглушенным — и в очередном повороте незнакомка наконец-то скинула свой наряд, оставшись в ярко-алом белье. Но снова зрителей поджидала не дешевая обнаженка, а распаляющее фантазию зрелище — кружевные шортики на тонких завязочках прикрывали бедра, а верхняя часть тела была скрыта весьма целомудренным корсетом. Над притихшим залом пролетел дружный разочарованно-нетерпеливый вздох — и наконец танцовщица, полуобернувшись лицом к залу, одним движением распустила шнуровку — корсет скользнул на сцену. И все, что могли теперь созерцать посетители — лишь беспомощный изгиб обнаженной спины… Напряжение нарастало, да еще на удивление удачно подобранная мелодия накаляла обстановку, умножая эффект. И вот наконец — медленно-медленно, словно испытывая терпение зрителей — танцовщица, по-прежнему не поворачиваясь, скользнула пальцами к завязкам на нижней части костюма. Посетители — а их абсолютное большинство составляли мужчины — кажется, перестали дышать. Все неотрывно смотрели, как тонкие девичьи пальцы опускаются все ниже и ниже, как алые ногти цепляют шелковые шнурки, как распутываются крошечные, почти невидимые узелки, и вот-вот, уже сейчас, прекрасная незнакомка наконец-то предстанет совсем обнаженной… И в этот момент свет на сцене погас.