На территории сердца

План оказался простой, как все гениальное: пока Уманова на встрече с Соболевым морочила ему голову разговорами, Бизон дома у полковника должен был покопаться в его гаджетах в поисках компромата и почистить все так, чтобы не осталось следов. Потом, обнаружив утерю данных, Соболев, конечно, обо всем догадается, но догадки, как известно, к делу не пришьешь. Да к тому же предусмотрительный Тарасов не поленился подключить к делу Дакара — Илья Петрович запустил полковнику через спам-рассылку какой-то зловредный вирус, который должен был потереть файлы на компьютере и в облаке. Так что теперь правила хорошего тона оказались соблюдены: даже при всем желании предъявить «Смерчам» будет нечего. Мало ли кто балуется взломом компьютеров офицерского состава ФСБ… Быстро пролистывая файлы и папки в поисках нужного, Бизон ворчал про себя: и как только он согласился на эту авантрюру… Хотя зачем лукавить, когда разомлевшая сонная Уманова прижималась к его плечу, просительно заглядывая в глаза и робко убеждая, что помочь ребятам нужно обязательно… Суровый, категоричный и бестрепетный командир поплыл моментально. Да и как тут не поплыть, когда к твоему боку прислоняется легко одетая девушка, одним своим присутствием напоминая о недавней приятной ночи. И кто только ее научил всем этим штучкам… Женька, не иначе… Так или иначе, Тарасов дал добро на эту сомнительную тайную операцию, и когда Соболев позвонил Умке снова, скрипя зубами выслушивал, как Олеська воркует с этим типом, соглашаясь на встречу. А теперь, пока Уманова распивала кофе с полковником, Бизон рылся в его ноутбуке, пытаясь найти нужное. Удача улыбнулась далеко не сразу — не имей Тарасов нужных навыков и парочки полезных программ, взломать архивы Соболева шансов бы не было. Полковник оказался тем еще педантом — все материалы оказались аккуратно рассортированы по отдельным папочкам с фамилиями в алфавитном порядке, причем были и видеозаписи, и аудио, и сканы каких-то документов… Но чужие тайны Бизона сейчас не волновали — пришел-то он совсем не за этим. В папке на букву И нужной фамилии не нашлось — видимо, Кот пока полковника заинтересовать не успел. А вот Кошкина в нужном разделе нашлась сразу — и, в отличие от других досье, из компрометирующего на нее был один-единственный видеофайл. Бизон покосился на обложку, где на стоп-кадре маячили обнимающиеся Кот с Багирой, и тихо фыркнул: голубки… Пока ловко стучал по клавишам, бесследно стирая информацию, даже немного пожалел Котяру: еще неизвестно, что он сам бы испытал, если бы его тщательно засекреченную личную жизнь собирались выставить на всеобщее обозрение. Каплей, небось, жаждет полковнику голову открутить, но нельзя: приказ есть приказ. Да и Ритка не позволит глупостей натворить… Телефон едва слышно тренькнул в кармане — пришло сообщение от Умановой. Полковник уже направлялся прямиком домой, так что самое время выметаться… Быстро уничтожив все следы своего пребывания в чужой квартире, Тарасов незамеченным выбрался из подъезда и направился к автобусной остановке — как раз в противоположную сторону от оживленной улицы, чтобы даже ненарокком не столкнуться с полковником. И, пристроившись у окна автобуса, с усмешкой подумал: забавная штука жизнь. Еще недавно возмущался, как так Ритка умудрилась вляпаться в служебный роман, а сам-то… Не устоял. И теперь Уманова будет вить из него веревки, добиваясь всего, чего заблагорассудится. Теперь, если что, солдата удачи даже по нарядам лишний раз не погоняешь — обидится… Телефон снова звякнул. «Борь, хочешь жареную картошку на ужин?» — прилетела короткая эсэмэска, сопровождаемая забавным смайликом. «Задобрить пытаешься?» — отбил Тарасов ворчливое сообщение, улыбаясь до ушей. «Нет, просто есть очень хочется», — последовал бесхитростный ответ. Бизон, усмехнувшись, убрал мобильный и посмотрел в окно. Где-то неподалеку должен был находиться небольшой магазинчик со свежей выпечкой — захватить чего-нибудь к чаю тоже не помешало бы.

***

      — … Нет, ты можешь себе такое представить?! Новицкая в бешенстве металась по тесной казарме, не обращая внимания на ноющую боль в ноге. Врач из санчасти к учениям ее пока не допустил, так что у курсантки было предостаточно времени, чтобы посмаковать свою обиду и осознать всю степень унижения, которому она подверглась со стороны красавчика-инструктора. Нет, вот если бы он был женат на юной красавице и имел пару-тройку детей, она бы еще как-то смирилась со своим поражением — там, по крайней мере, все бы было понятно… Но такое! Как, как молодой красивый офицер мог предпочесть ей какую-то старую кошелку, которой сто лет в обед!.. Да еще и в том разговоре отчитал таким тоном, как будто она покусилась на святое…       — Господи, Свет, да наплюй ты, — пробормотала Кира, перекатываясь на другой бок. — У тебя таких Ионовых еще сто будет… Ну на что он тебе сдался? Вернешься домой, тебе парни прохода давать не будут…       — Ну уж нет, — сквозь зубы процедила Новицкая. — Ты бы слышала, как он со мной разговаривал, когда понял, что я в курсе… Еще и заявил, что в другую группу переведет! И все из-за этой!.. Ничего, он мне за это ответит… И, схватив с вешалки камуфляжную куртку, выскочила на улицу. Нужно было остудить голову, успокоиться и как следует продумать план действий. Спускать Ионову такое оскорбление она не собиралась… Фонарь у офицерского корпуса по-прежнему не горел. Новицкая, бросив взгляд на широкое крыльцо, до боли прикусила губу, вспомнив трогательную сцену между инструкторами. К жгучей обиде примешивалось и абсолютное непонимание, если не сказать изумление. Нет, ну как такое вообще возможно?! Ладно, если бы Ионов был каким-нибудь некрасивым замухрышкой, которому не светит подцепить нормальную девушку, но уж каплею с его внешностью, обаянием, умением сходиться с людьми… Что он вообще нашел в этой старухе! Приворожила она его, что ли… Под влиянием невеселых, раздраженных мыслей углубившись дальше по гладкой асфальтированной дорожке, Новицкая не сразу заметила в темноте чью-то фигуру. Собственно, вообще не заметила — только когда чьи-то руки галантно ее поддержали, вздрогнула, чуть постыдно не взвизгнув от неожиданности.       — Что же это вы, милая барышня, в темноте по вечерам бродите? — раздался над ухом бархатный голос. — Свидание? Или несчастная любовь?       — Почему сразу несчастная? — по въевшейся привычке начала кокетничать Новицкая и только потом вспомнила, почему этот приятный голос ей знаком. Этого мужчину она определенно где-то встречала… Ну конечно же! Инспектор, проверяющий их учебный лагерь. Полковник Соболев, вот как его звали…