На территории сердца

Генерал Голицын встретил Багиру как родную. Пригов сдержал обещание, при первой же возможности позвонил своему знакомому, занимавшему немаленькую должность и способному «решить вопрос» — а это, как известно, в подобных ситуациях уже полдела. Генерал, моложавый, солидный, представительного вида мужчина, чем-то напоминал Булатова — и Багира как-то сразу почувствовала к нему расположение, проникнувшись доверием. И про себя решила, что расскажет ему если не все, то многое. Горький опыт подсказывал, что в таких случаях скрытничать себе дороже… Голицын выслушал посетительницу не перебивая, лишь изредка кивал и задавал уточняющие вопросы.       — Понятно, — произнес наконец, побарабанив пальцами по столу. — Да, непростая ситуация… На данный момент, Маргарита, Степановна, я вижу только одно решение, которое хоть как-то может помочь вашей проблеме.       — И какое же? Генерал слегка улыбнулся.       — Весьма очевидное. Думаю, вы и сами о нем догадываетесь. Нужно всего лишь передать дело другому следователю. Тому, кто не будет так пристрастен, как этот…       — Шестаков.       — Да, Шестаков. Если следователь будет готов рассмотреть дело объективно, примет во внимание все ваши улики… думаю, тогда все прояснится, Ионова выпустят. Багира вскинула на генерала полный надежды взгляд.       — И вы можете нам в этом помочь? Голицын снова ободряюще улыбнулся, слегка кивнув.       — Отчего же нет?.. Минутку, — и потянулся к телефону, стоявшему на столе. — Михал Борисыч, приветствую… — начал непринужденно, когда ему ответили на том конце провода. Багира, напряженно слушая разговор, старалась ничем не выдать себя — поэтому, поудобнее устроившись на стуле для посетителей, незаметно осматривала кабинет, отличавшийся весьма строгой сдержанной обстановкой — немного выбивались разве что фотография в рамке на столе да пара картин, висевших на стене. Манера Пригова была вполне узнаваема, и Рита мысленно усмехнулась. Кроме того, что генерал оказался «мужик хороший, порядочный, и профессионал, каких поискать», они с Приговым, похоже, сошлись и на почве живописи… Голицын наконец положил трубку и повернулся к Багире, удовлетворенно кивнув.       — Ну вот и все, Маргарита Степановна. К счастью, начальник Шестакова — мой хороший знакомый, он понял проблему и готов помочь. Дело в ближайшее же время передадут другому следователю, объясните ему ситуацию, расскажете, как все было, предоставите все улики, уверен, все благополучно решится. Лицо Риты вмиг просветлело, она едва не вскочила, чтобы в порыве благодарности обнять генерала, который с такой простотой и пониманием отнесся к весьма щекотливой проблеме людей, которые ему были даже незнакомы.       — Спасибо вам, Кирилл Александрович! — выпалила горячо. — Спасибо большое, я…       — Да бросьте, — перебил генерал, добродушно рассмеявшись. — Дело-то пустяковое, всего один звонок сделать. А уж если вашего бойца оговорили, то помочь вообще святое дело… Так вы говорите, это все устроил полковник Соболев? — спросил после паузы. Багира поспешно кивнула.       — Да, он. Понимаете… Генерал жестом остановил ее. Нажал на кнопку селектора, и когда секретарь откликнулась, коротко бросил:       — Леночка, кофе нам принеси. — И ободряюще улыбнулся Багире: — Я так понимаю, Маргарита Степановна, разговор у нас с вами будет долгий…

***

Последний автомобиль, довольно урча мотором, выехал со стоянки — и небольшое пространство перед клубом наконец опустело. Двери уже минут десять как захлопнулись за последним посетителем, охранники скрылись в здании, разнузданное веселье затихло. Как-никак, почти четыре часа утра, даже самым стойким хочется спать, а те, кто прилично под градусом, и вовсе не в состоянии продолжать развлекаться… Новицкая покосилась на телефон, но такси вызывать не стала. Вместо этого свернула за угол клуба и на ходу раздраженно закурила. Настроение было испорчено в ноль. Вот же Витька, гад! Мало того, что притащился со своей шваброй в тот клуб, куда водил ее саму, так еще и заявил, что собирается жениться! И это Витька, который категорически утверждал, что никогда в жизни не наденет на себя ярмо в виде брака, штампа в паспорте и выводка спиногрызов!.. Нет, Света, конечно, и сама не планировала выскакивать замуж… лет до тридцати уж точно, но сам факт… Всего-то несколько месяцев не виделись, а этот предатель уже успел найти себе какую-то мымру крашеную… И вообще, почему ей в последнее время так не везет? Сначала Ионов, теперь вот Витька. А еще Соболев… При мысли о полковнике Новицкая слегка поежилась. Спору нет, мужик красивый, обаятельный, судя по повадкам — далеко пойдет… Но шутить с таким себе дороже. Опасный тип, как бы ни силился производить впечатление, будто он «отец солдатам»…       — Какая цыпа!.. Новицкая рывком обернулась на сиплый голос, встретив кривую ухмылку. Машина, незаметно выехав из узкого переулка, встала поперек дороги, преграждая выход обратно к площадке возле здания клуба. Трое быковатого вида парней несколько старше нее самой, столпившись возле автомобиля, бесцеремонно оглядывали Новицкую, мерзко похохатывая.       — Может, прокатимся? — предложил второй парень, буквально сверля взглядом смелое декольте припозднившейся посетительницы.       — Отвали! — грубо отозвалась Светлана, стряхивая пепел на асфальт. И без того отвратительное настроение от стычки с этими придурками прорвалось вспышкой бесконтрольной злости — и молчать Новицкая нужным не посчитала. — Я с обезьянами даже в зоопарке не разговариваю! Парень побагровел. Его приятель ухмыльнулся, делая шаг к Новицкой.       — Какая плохо воспитанная девочка, — протянул издевательски. — Парни, может, поучим ее хорошим манерам? — и обернулся на своих друзей.       — Накажем, — заржал третий, молчавший до этого. — Всеми доступными способами…       — Да пошел ты! — выплюнула Новицкая и дернулась, пытаясь высвободиться от хватки державшего ее приставалы.       — Щас ты у меня пойдешь! — оскалился тот. — Уточнить куда, или сама догадаешься? Остальные одобрительно заржали. Парень, вцепившийся в ее руку, немного расслабился — этого Новицкой хватило, чтобы воспользоваться моментом и нанести удар. Все-таки инструктор по рукопашке получал свою зарплату не зря… Юморист, взвыв, согнулся пополам.       — Ах ты сука!.. — только и смог прохрипеть, хватая ртом воздух. Однако Новицкая не стала выслушивать, какими еще эпитетами захочет наградить ее пострадавший. Не дожидаясь, пока опомнятся его дружки, метнулась в переулок — оттуда, она знала, есть выход на широкий оживленный проспект. Однако не успела даже перемахнуть через невысокий бордюр — впереди, словно из-под земли, нарисовался еще один бугай. Сзади уже пыхтели очухавшиеся приятели потерпевшего юмориста — а в руке бугая мелькнул нож.       — Не дергайся, — прошипел он, надвигаясь на Новицкую. Та не успела даже уклониться — лезвие хищно ткнулось в шею. — Пикнешь — глотку перережу! В этом можно было не сомневаться — такая тупая бессмысленная злоба отражалась в маленьких глазках. Да и при всем желании Новицкая не смогла бы вырваться или закричать: чьи-то руки цепко ухватили сзади, пропахшая дорогим табаком ладонь крепко стиснула рот. Новицкая отчаянно замычала, забыв о лезвии у самого горла — и шею тут же обожгло острой болью.       — Какая резвая, — с ухмылкой произнес тот, кто ее держал. — Ну, сейчас проверим, на что ты сгодишься… Новицкая обмякла безвольной куклой, цепенея от страха. Все навыки, еще недавно так усердно оттачиваемые на учениях и тренировках, кажется, напрочь забылись, как будто никогда и не отрабатывались. Осталась лишь одна отупляющая паника. Одновременно хотелось бежать, рваться, кричать от затопившего сознание ужаса — но голос внезапно пропал. Чья-то рука нырнула под юбку, без особых усилий втиснувшись между бедер, затем раздался довольный смешок:       — Горячая штучка нам в этот раз попалась, пацаны… А дальше начался ад.