Смежный балкон - подарок или наказание?

      Просыпаться без будильника оказалось до ужаса приятно – ничего не прерывает твой сон, пробираясь противными звуками в глубину сознания, и не изгоняет тебя из прекрасного царства Морфея. Ты просто просыпаешься тогда, когда организм чувствует себя отдохнувшим и полностью заряженным на предстоящий день. Вот он – истинный кайф этой жизни.       Чимин сладко потянулся в постели и открыл глаза. За окном уже вовсю светило яркое солнце, пробираясь лучами сквозь занавески и играя зайчиками на сонном чиминовом личике. На губах сама по себе появилась улыбка, когда мозг стал восстанавливать события прошедшего дня. Да, вчера он безумно сильно вымотал себя сначала в танцевальном зале, потом дома, потом у него случилась истерика прямо на глазах у хёна, но… Впервые за все время Юнги с ним полноценно разговаривал, нежно обнимал и даже называл милым прозвищем. А его тихий голос и вовсе действовал лучше всякого успокоительного, его словам хотелось верить. И Чимин поверил. Если Юнги сказал, что все получится, значит, так оно и будет!       Было так приятно ощущать эту заботу, чувствовать, что тебе искренне пытаются помочь, ощущать прикосновения, приносящие умиротворение. То, что Юнги заботливый, Чимин понял еще в ту ночь у клуба, когда тот обрабатывал подбитый нос младшего. Но все же тогда Мин сам и был причиной этой небольшой травмы, он тогда просто свою вину заглаживал. А теперь же он в самом деле обеспокоился состоянием своего соседа по балкону, и не просто успокоил, но и нашел правильные слова, чтобы вдохновить.       И все это заставило Чиму только сильнее влюбиться в своего хёна… У них обязательно все получится, нужно только осторожнее себя с ним вести, чтобы его мягкая шерстка вновь не вставала дыбом на загривке, а самому же Паку не приходилось потом царапины от когтей этого неприрученного зверька залечивать. Но, если это цена за свою будущую счастливую жизнь, то он согласен и на раны. До свадьбы ведь заживут.       С приятными мыслями, Чимин поднялся с кровати, проверяя время на телефоне, и направился в гостиную, чтобы открыть балкон и впустить свежего воздуха в квартиру. Необходимо было соблюсти все ночные рекомендации старшего, и в первом пункте – выспаться – можно было ставить галочку. Второй пункт – пробежка.       Открыв балконную дверь, парень вновь обнаружил приклеенную к стеклу записку, только конфетки с ней уже не было. Неужели, сообщение хёна было правдой, и он больше не будет ему конфетки дарить? Вот же… Сняв записку, он быстро прочитал написанные аккуратным (вовсе не врачебным) почерком слова и вновь растянул губы в улыбке: «Не переусердствуй с репетициями и после отборочных напиши, как прошло». Заботливый хён. Хоть и без конфет, но все же лед в самом деле тронулся, и всего-то нужно было заплакать. Горячие слезы растопили замерзшее сердце Герды?       Спустя два часа пункты два и три в списке рекомендаций Юнги можно было тоже вычеркивать. Утренняя пробежка на свежем воздухе хорошо его взбодрила, напитала организм кислородом и отвлекла от волнений, которые уже начали подкрадываться к спокойному как удав Чимину. Ему не хотелось переживать, бояться, ведь страх способен заковать в крепкие оковы и лишить любого шанса на успех. А потому физическая нагрузка пошла на пользу, развеяв дурные мысли в голове.       А потом еще час Чимин провел за тренировками, репетируя свой танец и вспоминая все то, что говорил ему хен. Но особых усилий прилагать для этого было не нужно, ведь слова Юнги навсегда выгравировались в его памяти. «Танец – это искусство, а любое искусство – это не про правильность, а про искренность и чувственность» – говорил ему старший, и Пак во время репетиции полностью отключил голову и просто отдался музыке, растворился в ней и станцевал не просто хорошо, а идеально. И на всякий случай прогнал еще несколько раз, убеждаясь, что все сделал правильно.       Так что ему оставалось принять душ, перекусить что-то и привести себя в порядок. На часах уже полдень, а значит на все процедуры у него оставалось два часа, и Чимин искренне надеялся, что этого ему хватит. Телефон, который Пак как раз держал в руке, пиликнул новым сообщением. Кто-то из чата решил о себе напомнить. Мамочка Джинни Чимини, милый, удачи тебе сегодня! Мы все верим в тебя! Джун-хён Да, хоть ты и бесишь иногда, но в танце тебе равных точно нет. Удачи, Чимин! Мамочка Джинни Обязательно потом напиши нам, как прошло! Мы, безусловно, не сомневаемся в тебе, но хотим знать подробности! Чон Гук Мы с Тэ для вас даже видео запишем!

Чимин-и Спасибо, парни! Гук, вы со мной планируете ехать?

ТэТэ Ты серьезно думал, что мы оставим тебя одного в такой момент? Пф! Наивный! Чон Гук Тэхен, оставь телефон и собирайся, я заколебался тебя в машине ждать! Уеду один и будешь добираться на такси. ТэТэ Пять минут, студенты зачет дописывают, и я иду. Чим, я даже пару ради такого события отменил!

Чимин-и Тэ, это удобно? Я не настаиваю, я бы и сам справился.

Чон Гук Зато мы настаиваем. Я из-за этого конкурса превысил скорость, проехал на красный и получил по шее от Тэхена за то, что чуть не сбил собачку (спойлер: собачка в порядке, а у меня стресс). Так что твоя плата за мои штрафы – успех на конкурсе. Мамочка Джинни Я у тебя ключи отберу, гонщик малолетний! Джун-хён Чон Чонгук! Угробишь мне мелкого, я сам тебе по шее дам, а потом ты окажешься вместо собачки на дороге, только я уже объезжать тебя не буду. Чон Гук Да чего ты начинаешь, хён, все же в порядке. И это Тэ виноват, он меня гнать заставил, засранец такой. Мамочка Джинни ВЫ ЧУТЬ НЕ СБИЛИ СОБАЧКУ?! ИЗВЕРГИ! ЕЩЕ И ОТ МЕНЯ ПО ШЕЕ ПОЛУЧИТЕ!

Чимин-и Чонгук, спасибо за такие жертвы, постараюсь их оправдать. Жду вас, ухожу собираться. Джуни-хён, Джинни-хён, спасибо за поддержку, я сделаю все возможное!

      Убрав телефон, Чимин-таки отправился в душ. Читать препирательства этой компашки он мог часами, ведь нет книги интересней, чем чат под названием «Пирожочки», но все же сейчас нужно было поспешить.       Поддержка друзей всегда была для него важна. Даже простое «Удачи!» вселяло больше уверенности, чем часы самокопания и самоубеждения, что лучше тебя никого нет. А тут еще и друзья работу откладывают, чтобы быть рядом в такой важный момент. И хоть это просто отборочные, а не финал, знать, что за тебя держат кулачки и в тебя верят, очень приятно. А еще в него верит хён, но это уже отдельная тема.       Душ приятно освежал и приносил какое-то облегчение не только организму, но и мыслям, и из него даже не хотелось выходить, но все же время поджимало и в дверь уже кто-то ломился. Интересно, это он так долго в душе проторчал или друзья так быстро до его дома добрались? Чимин искренне надеялся, что в этот раз ни одна собачка не пострадала.       Он наскоро вытер тело и, нацепив полотенце на бедра, поспешил открывать. Два парня на пороге окинули его удивленными взглядами, присвистнули, а потом ревностно посмотрели друг на друга.       – Чимин, в таком виде будешь встречать Юнги, а не нас с Гуком. Чонгук, отвернись! – скомандовал Тэ и взял своего парня за плечи, разворачивая его в другую сторону.       – Слышишь, блин! Ты тоже давай отворачивайся, нефиг глазеть на это подкачанное тело, – фыркнул Чон в ответ, пытаясь теперь и Кима развернуть спиной к квартире. Да, лестница, ведущая наверх, казалась им сейчас более интересной.       – Подкачанное тело? Ты пялился все-таки на него? При живом-то парне! Чонгук, ты сегодня спишь на диване! И даже больше! Ты сегодня спишь в своей квартире!       – Ну не начинай, Тэ, ничего я не пялился. Но он реально подкачанный, что я сделаю то? Нужно было сказать, что он толстая свинка? – прилетело в ответ, на что Чимин хотел уже было возмутиться, но после ответа Тэхена появилось желание убить их обоих.       – Он не свинка, он хомячок! И ты мог бы просто промолчать.       – Кхем… я вам не мешаю? Я вообще-то опаздываю и мне некогда слушать ваши семейные разборки, и уж тем более не хочу слушать спор о том, свинка я или хомячок, – встрял Чимин, отходя от двери и пропуская внутрь друзей. Те продолжали пинать друг друга, но в квартиру все-таки вошли. – Я сейчас правильно понял? Вы приревновали друг друга ко мне?       – Ничего подобного!       – Вовсе нет! – одновременно ответили парни, а Чимин лишь глаза закатил. Они точно друг друга стоят, два сапога – пара. Нужно было гораздо раньше Тэхена на балконе закрывать, чтобы он со своим принцем из соседней квартиры познакомился.       – Так, все, хватит. Чонгук, приготовь кофе, пожалуйста. Тэ, достань из шкафа мои черные кожаные брюки и рубашку в полоску, что ты мне год назад подарил. А я пока приведу себя в порядок. И прошу вас, не убейте друг друга, мне никто из вас не интересен.       Раздав указания, Чимин снова скрылся в ванной, чтобы закончить с водными процедурами, сделать укладку и нанести макияж. Ничего супер броского и яркого он решил не делать, потому что брать членов жюри он планировал хореографией, а вовсе не внешностью. Так что, он лишь слегка подвел глаза, чтобы выделить их, и добавил на веки тени светло коричневого оттенка, стараясь оставаться при этом максимально естественным. Волосы же он привычно уложил по обе стороны, придав им объема у корней. На сцене сегодня должен быть Пак Чимин, а не модель с глянцевой обложки, которую из него частенько пытались сделать на всякого рода конкурсах в студенческие годы.       На все у него ушло еще минут двадцать, даже как-то еще быстро справился. А все, наверное, из-за друзей, которые могли в равной степени поубивать друг друга, либо же устроить в его квартире траходром. От этих кроликов можно чего угодно ожидать, так что Чимин не удивится любому исходу, но все же, хотелось бы обойтись сегодня без этого.       Чонгук сидел на кровати Пака и наблюдал за тем, как его парень гладит ту самую рубашку в полоску. Челюсть Чимина слегка отвисла от такой картины, и он даже головой мотнул, чтобы убедиться, не снится ли ему все это. Само собой, лучше Кима рубашки не гладит никто, ведь он только в них и ходит, но все же…       – Тэ, а ты чего делаешь? Я же, вроде бы просил просто достать мои вещи из шкафа. Я сам все поглажу.       – В спешке ты точно бы все испортил, я тебя знаю, – ответил Тэхен, не отвлекаясь от занятия. Нет, Чимин, конечно, не против, чтобы за ним так поухаживали, но блин…       – Не испортил бы, я умею гладить рубашки, – надулся Пак, в самом деле начиная походить на хомячка.       – Чим, я жил с тобой долгое время, я все помню, – протянул Тэхен, припоминая события столетней давности. И вообще, это было давно и неправда, вот!       – Кстати, насчет этого… – оживился Чонгук, молчавший до этого. – Чимин, а ты мне не расскажешь, что…       – Нет, не расскажет! – горячий утюг и убийственный взгляд были направлены на хозяина квартиры, предупреждая держать рот на замке.       – Ой, да там и рассказывать нечего, не понимаю, почему Тэ так беспокоится. А что, Чонгуки, выведать самостоятельно не удалось? – хитро улыбнулся Пак, вспоминая тот самый разговор в день переезда, когда Тэ обещал сам все рассказать, если Чон очень постарается.       – Я пытался… но он молчит как партизан. Эксперименты в сексе я, конечно, люблю, но в последний раз я вывихнул ногу! – обиженно буркнул младший, бросая недовольный взгляд на своего парня, который уже развешивал идеально выглаженную рубашку на плечиках.       – А нечего было извиваться, как уж на сковородке, – Тэхен, закончив работу, уселся на кровать и толкнул младшего в плечо. – Мне тогда тоже досталось, ты мне коленом по почкам заехал.       – Парни, а можно попросить вас избавить меня от подробностей вашей половой жизни? Я не очень хочу знать, как в сексе можно вывихнуть ногу! – Чимин скривился и ушел на кухню, где на столе его ждал ароматный кофе. Завтрак готов, рубашка выглажена – чем не сервис? А можно этих Золушек нанять на постоянной основе, чтобы по хозяйству помогали?       Быстро запихнув в себя булочку и запив ее крепким кофе, Чимин оделся, еще раз перепроверил макияж, поправил прическу и стоял практически готовый к выходу. Кажется, он планировал сегодня проявлять свои таланты, но вырядился как на подиум. Да уж. Может, переодеться пока не поздно?       – Как я выгляжу? – обернулся Пак к друзьям, отвлекая их от любования друг другом. Три месяца уже вместе, а никак не наглядятся, уф…       – Только за внешний вид можно в проект брать, – кивнул Чонгук, окидывая старшего оценивающим взглядом. – А если серьезно, то смотря что ты танцуешь? Хип-хоп в этом лучше не танцевать, а вот, если что-то чувственное, то сгодится.       – Ты точно веб-, а не фэшн-дизайнер? – хмыкнул Чим. – Чувственное танцую, вроде бы. Ладно, в таком случае я готов, поехали?       – Поедем на моей машине, мы потом подкинем тебя обратно домой, – Чонгук поднялся с кровати, перебирая в руке ключи, и пошел на выход. У танцора еще и личный таксист появился? Интересно. А что, он не против.       Забрав свою сумку, что была собрана еще с вечера, Чимин вышел с друзьями из квартиры, бросив быстрый взгляд на соседнюю дверь, и уже через десять минут они ехали по направлению к студии, где проходят отборочные. Времени было достаточно, так что можно было не спешить.       На удивление, Чимин не чувствовал волнения. Было чувство уверенности в своих силах, ведь он танцует практически с самого детства, занимается этим профессионально, так почему у него должно что-то не получится? Главное, чтобы к его приезду не успели набрать нужное количество конкурсантов, а с остальным он справится, ведь будет пропускать свою хореографию не через мозг, а через сердце. «Танец – это искусство», так ему сказал хён. А еще он сказал, что Чимин со всем справится, и Чимин ему верит. Просто не видит причин этого не делать.