Проект «Ганнибал»

      В фургоне для перевозки опасных преступников было тесно для четверых человек, но таков уж был регламент. Ехали молча. Уилл сидел лицом к лицу с Ганнибалом, прикованным наручниками к стальному держателю. Его нижнюю часть лица закрывала маска, делая его похожим на свирепого пса в наморднике. Осторожно! Злая собака! Не кусает, а откусывает. Уилл невольно улыбнулся, и Ганнибал в неозвученном вопросе слегка склонил голову набок. Двое скучающих охранников тут же отреагировали, с подозрением оглядев заключённого, а затем вновь погрузились в собственные думы.       Судя по простирающимся за окном пашням, они двигались по шоссе в сторону Вашингтона. Уилл проверил маршрут в телефоне и незаметно кивнул Ганнибалу — пора. Тот уже должен был освободить руки от наручников с помощью специальной скрепки, которую Уилл тайком передал ему во время погрузки в фургон.       Вдох — три, два, один, — выдох.       Вскочив с места, Уилл ударил по носу ближайшего охранника. Вытащил у того шокер и зарядил по бедняге. Второй схватился было за пистолет, но Ганнибал оказался быстрее. Свернул ему шею одним молниеносным движением и, подхватив падающее оружие, застрелил обоих водителей через металлическое заграждение. Фургон тут же вильнул, съехал в кювет и перевернулся на бок.       Очнулся Уилл с раскалывающейся от боли головой. С ужасом осмотрел кровавый беспорядок в фургоне и выбрался из него. Рядом на асфальте валялись «намордник» и стреноги. В груди запоздало ёкнуло. Неужели Ганнибал оставил его и смылся?       Снаружи плавилось жаркое июльское солнце. От ослепительно яркого света Уилл болезненно прищурился и огляделся. Никого. Только весёлое пение птиц и… металлический скрежет. Обойдя фургон, он нашёл Ганнибала, забравшегося на машину в попытке вскрыть водительскую дверь.       — Не получается, — перевёл он дыхание. — Похоже, бронированная.       — Конечно, — усмехнулся Уилл, втайне обрадовавшись, что тот и не думал сбегать. — Я вообще удивлён, что ты смог застрелить водителей. Кстати, этого можно было не делать. Они всего лишь выполняли свою работу.       Ганнибал спрыгнул с фургона и поглядел на него так, будто услышал полнейший бред.       — Они бы вызвали полицию, — подошёл он к Уиллу. Внимательно осмотрев его голову, оторвал кусок от своей футболки и заботливо вытер кровь у него на лбу. — К тому же Фрэнсис не поверил бы в побег без жертв.       Звучало до противного логично.       — Спасибо, — хмуро буркнул Уилл, стараясь не обращать внимания на то, как мгновенно смягчился взгляд золотистых глаз.       — Рана уже затянулась, — будничным тоном заметил Ганнибал и провёл подушечками пальцев по ней. Кожа под его прикосновением горела.       — Да. С некоторых пор моя регенерация… сильно повысилась.       «Ну всё, хватит! — мысленно сказал он себе. — Пора бы уже убраться отсюда». Вздохнув, неохотно убрал руки Ганнибала от своего лица и направился в сторону леса.       — Стой здесь! — бросил он через плечо. — Я сейчас вернусь.       В пролеске за раскидистым дубом Уилл нашёл машину, заблаговременно припрятанную. Она обошлась ему совсем недорого. Подержанная и неприметная — именно такая и нужна была для поддельного побега.       Подъехав к Ганнибалу, с наслаждением греющемуся на солнце, Уилл опустил окно и ухмыльнулся.       — Подвезти?

***

      На вокзале было как всегда много народу. Шумно и грязно. Хоть Ганнибал и переоделся в одежду, которую для него подготовил Уилл, всё равно выделялся на фоне серой массы. Он шёл вперёд с гордо вскинутым подбородком, так уверенно, будто бывал тут и раньше. Шёл, не замечая никого вокруг, а толпа расступалась перед ним, как лёд у ледокола.       — Мы тут как на ладони, — недовольно пробурчал Уилл, поглядывая на расставленные повсюду камеры из-под козырька кепки. — Зря ты не согласился надеть шляпу. Нас уже, скорее всего, объявили в розыск. Теперь мы сами по себе.       — Не волнуйся, Уилл, — рука Ганнибала как бы невзначай коснулась его собственной и на мгновение сжала. — Люди слишком поглощены своими проблемами, чтобы обращать внимание на нас.       То ли дело было в его спокойном голосе, то ли в мимолётном прикосновении, но нервозность отступила. Уилл вздохнул и расправил плечи.       — Всё ещё не понимаю, почему Беделия нам помогает. Она не из тех, кто жертвует на благотворительность. Разве что напоказ.       — Она помогает не нам, а мне.       Секунда задумчивости сменилась озарением.       — Так значит… — начал Уилл, нахмурившись. — У неё связь не с Фрэнсисом, а с тобой. Но как?..       — Спасибо за планшет! — сверкнула улыбка, полная острых зубов. — Он очень помог мне тогда.       Ага, понятно. Он сам вручил Ганнибалу орудие и научил им пользоваться. Стоило ли теперь удивляться, что тот сумел применить его себе во благо?       — Всегда пожалуйста! — проворчал Уилл и указал на постаматы. — Нам туда.       Найдя нужный ящик, Ганнибал ввёл код, и дверца открылась. В ячейке обнаружился конверт с адресом и ключом.       — Что это?       — Ключ от загородного дома, Уилл. Там мы сможем отдохнуть и подождать.       — И как это поможет найти Дракона?       — Нам не нужно его искать, он сам найдёт нас. СМИ поднимут шумиху, Фрэнсис узнает о случившемся и свяжется с Беделией, а та направит его прямиком к нам.       — Какой сложный план, — почесав голову, Уилл хмыкнул. — И вместе с тем простой.       — Я тоже считаю, что лучше дожидаться врага в условленном месте, нежели гоняться за ним по всему городу, — проговорил Ганнибал, и они вернулись к машине.       Дорога заняла чуть больше часа, но она того стоила. Жара сменилась прохладой, бетонные джунгли — милыми уютными домиками, а затем и вовсе диким лесом.       Дом стоял на побережье Атлантики у самого обрыва. Одноэтажный, с асимметричной авангардной крышей и стеклянными стенами, он выглядел необычно, но, как ни странно, не особо выделялся среди раскидистых лиственниц и сосен. В округе не было ни души — идеальное место для кровавой расправы.       Подойдя к самому краю утёса, они заглянули вниз, и термальный поток воздуха обдал их морским бризом.       — Цветок на краю пропасти, — проговорил Уилл и указал на одинокий лютик, желтеющий в высокой траве.       — Хватит ли нам отваги сорвать его? — подхватил Ганнибал, кротко улыбнувшись. Ветер разметал его идеально уложенные волосы, придав очарование простоты, настоящности.       Уилл знал, что вопрос скорее адресован ему, чем им обоим, но ответа всё ещё не нашёл. Он не решил, что будет делать после. Или чего не будет делать.       Войдя в дом, они забили продуктами холодильник, и Уилл отправился в душ. Честно говоря, он намеревался перекусить бургером по дороге, но Ганнибал настоял на полноценном ужине. Перечить ему не хотелось. Кормёжка в Центре была такой же безвкусной, как и в прочих больницах. Да и ужин мог оказаться последним.       После душа он прилёг ненадолго отдохнуть и незаметно для себя провалился в глубокий сон. Проснулся, когда на улице уже стемнело. Сел в кровати и чертыхнулся. Складывалось впечатление, что только рядом с Ганнибалом ему спалось спокойно, словно тот мог уберечь его от кошмаров дня и ночи. Отмахнувшись от этих мыслей, он оделся и поспешил на кухню.       — Уилл! — воскликнул Ганнибал, заметив его в дверях. — А я уж было хотел тебя будить. Поможешь накрыть на стол?       — Да, конечно! — спохватился Уилл и пришёл на помощь.       Волосы Ганнибала выглядели мокрыми. Значит, он недавно закончил готовить ужин и принял душ только сейчас.       — Надо было разбудить меня раньше, — произнёс Уилл, пытаясь справиться с лёгкими угрызениями совести. — Я бы помог тебе с ужином.       — Всё хорошо! — уголки губ потянулись вверх. — Я хотел сделать тебе сюрприз.       Эта обыденная, повседневная забота казалась немного наигранной. После всего произошедшего она вызывала одни лишь подозрения и злость.       — А вдруг Фрэнсис нагрянул бы в гости? Или ты хотел справиться с ним в одиночку?       — Думаю, он появится не раньше полуночи, Уилл.       Настало время последнего ужина. В столовой горел приглушённый свет, а аппетитные запахи гуляли по всему дому. Несмотря на скопленный за день голод Уилл угрюмо ковырялся в тарелке. Кусок в горло не лез. Как и всегда перед ответственной операцией, волнение окутывало его, скручивая низ живота в тугой комок.       — Ты едва ли притронулся к еде, — заметил Ганнибал, чуть сощурив глаза. — Тебе не понравилось?       — Нет, всё вкусно, просто… — он вздохнул и откинулся на спинку стула. — Я всё думал, почему Беделия дю Морье помогает тебе?       Ганнибал опустил вилку и с любопытством поглядел на него.       — И что же тебе подсказывает твоя интуиция?       — Что наиболее безумный вариант обычно и есть верный, — Уилл немного помолчал, взвешивая в уме догадки на весах правдивости. — Она… твоя мать, не так ли?       Лицо Ганнибала словно светом озарилось. Ему определённо нравилось то, с каким мастерством Уилл раскалывал его загадки. Но упрощать ему задачу не собирался, естественно.       — Мать — слишком громко сказано, — сказал он и закинул в рот маленькую помидорку. — Просто передала мне свой генофонд, заморозив яйцеклетки. Чем и воспользовался дядюшка Джек.       — Но другая женщина на её месте не стала бы ввязываться… в ход эксперимента.       «Во всю эту опасную херотень», — подразумевал он, но рядом с Ганнибалом почему-то не хотелось высказываться слишком грубо. Только иногда.       — Ты недооцениваешь силу любопытства, Уилл.       — В таком случае у вас с ней больше общего, чем тебе кажется, — проговорил он, на что Ганнибал невинно пожал плечами. — Не понимаю, как ты можешь оставаться таким спокойным?       Ганнибал призадумался. Медленно прожевал кусочек мяса и в своей привычной манере выдал философский ответ:       — Я принимаю всё, что даёт мне жизнь, ничего не требуя и не ожидая. Ожидания зачастую порождают разочарования.       В последней фразе почувствовалась горечь. Вспомнился тот вечер на кухне. Слёзы, застывшие в глубоких тёмных глазах, и нож, вспарывающий живот. Боль физическая и боль душевная. Жизнь обоим преподнесла жестокий урок, но каждый справлялся с этим по-разному. Один, не обременённый прошлым, принял реальность такой, какая она есть. Другой же до сих пор боролся с ней, не желая расставаться с собственными иллюзиями. И вот судьба вновь свела их вместе. К счастью ли?       Убрав со стола, они перебрались в гостиную. В хозяйских запасах нашлось отличное красное вино. Терпкое на вкус, как предвкушение смерти. Кровь, разлитая по стеклянным сосудам. Если отпить из одного бокала, убудет ли из второго?       — За славную битву! — Ганнибал поднял бокал, и в глубине его глаз вспыхнул огонь.       Уилл молча отсалютовал своим и, не отрывая взгляда от этого пламени, сделал глоток.       — Почему ты так уверен, что Дракон заявится сюда?       — Для того, чтобы перелететь Атлантику, ему понадобятся силы.       — Хм. И потому он хочет перекусить кем-то сильным, — подытожил Уилл, задумчиво покручивая ножку бокала.       От внутреннего волнения он довольно быстро опустошил его. Ганнибал подошёл и долил ещё вина.       — То, кем мы с тобой являемся, Уилл, действительно может быть оружием. Фрэнсис способен переработать человеческую плоть в чистую энергию, но лишь поглощение наших тел дарует ему желаемую трансформацию. Если только мы не поглотим его сами.       Уилл всмотрелся в окно за спиной Ганнибала. Там стояла абсолютная тьма, затаённая, наблюдающая. По телу пробежали мурашки. Волоски на теле вздыбились, предупреждая об опасности.       — Он следит за нами, — прошептал Уилл. Ганнибал же совсем не выглядел удивлённым.       — Я знаю.       Раздался звон стекла, и что-то насквозь пробило бок Ганнибала. И тьма разверзлась перед ними! И вышел из неё Великий Красный Дракон, осыпанный дождём из осколков стекла! Полностью обнажённый, он был покрыт красноватой толстой кожей. За спиной его колыхались громадные кожистые крылья, а по полу влачился здоровенный длинный хвост с заострённым концом, покрытым кровью. Кровью Ганнибала.       — Не беги, я догоню! — предостерегающе прогремел нечеловеческий голос. Уилл медленно отошёл, не выказывая сопротивления, и Фрэнсис обратил свой взор на Ганнибала. Тот сидел на полу, схватившись за раненый бок, и тяжело дышал. — Здравствуй, Ганнибал!       — Здравствуй, Фрэнсис! — последовал хриплый вдох. — Или лучше называть тебя Великим Красным Драконом?       — Это уже не важно, — Фрэнсис присел перед ним на корточки. — Важно то, что вы послужите лучшей цели. Умирая, вы сольётесь с силой Дракона!       — Это великолепная и довольно пугающая идея. Есть ли вероятность того, что тебе хватит лишь меня?       Он торговался за его жизнь? Как мило!       Уилл поднёс к губам бокал, хладнокровно наблюдая за Ганнибалом, сидящим в луже красного вина и собственной крови. Что, если дать Дракону разобраться с ним, а потом пристрелить? Это было бы самое логичное и правильное решение в его жизни.       — Нет! — отрезал Фрэнсис. — Вы нужны мне оба. Лучше не сопротивляйтесь. Не хочу причинить вам ещё больше боли.       Несмотря на все доводы рассудка, Уилл нащупал спрятанное под столом двуствольное ружьё. Недолго думая вскинул его и выстрелил. Он целился Фрэнсису в сердце, но промахнулся. В последний момент тому удалось уклониться, и разрывная пуля вошла в плечо. Взревев от боли, Дракон сграбастал его за грудки одной рукой и швырнул во двор, как тряпичную куклу. Не успел Уилл опомниться, как его начали душить со спины. Хватка оказалась смертельно крепкой. Попытки разжать когтистые пальцы или дотянуться до лица врага остались безуспешными. В глазах стало темнеть. Когда он уже почти потерял сознание, сзади раздался тихий рык и тиски на горле ослабли.       Уилл упал ничком на землю, ноги не держали. Судорожно хватая ртом воздух, он видел, как Ганнибал набросился на Дракона в дикой ярости. А в следующее мгновение острые когти уже раздирали рубашку и грудь Ганнибала. Нет, нет, этого нельзя допустить! Если кто и убьёт этого ублюдка, так это он сам!       Дотянувшись до ружья, Уилл прицелился и нажал на спусковой крючок. На этот раз пуля попала в кость, разорвав кожистое крыло. Громогласный нечеловеческий вопль заложил уши. Одним взмахом Дракон выбил двустволку из рук Уилла и располосовал щёку. Заострённый конец хвоста пронзил правое лёгкое. Изо рта хлынула кровь. Из последних сил Уилл вцепился зубами в руку Дракона и укусил, что есть мочи. Дракон взвыл, ударил его по голове и отбросил в сторону. Он бы обязательно добил его, но тут на смену пришёл Ганнибал с топором. На секунду сознание отключилось.       Вкус чужой крови на губах. Вкус плоти. Волнующий, живительный коктейль разлился по телу электрическим током. Уилл проглотил откушенный от Дракона кусок, облизал губы и приоткрыл глаза. Чистая сила заструилась по жилам, а боль и усталость рассеялись во мраке ночи.       Поднявшись с земли, он вытащил из кармана складной нож и накинулся на Дракона. Вонзил клинок в плечо, а Ганнибал резанул по ноге. Дракон взмахнул хвостом, отгоняя их от себя, но этим только раззадорил. Переглянувшись, они кинулись на врага одновременно. Словно дикий зверь, Ганнибал прыгнул на спину Дракона и вцепился зубами в его шею, а Уилл вспорол ему живот, прорезав брюшную аорту. Алая кровь брызнула в разные стороны, покрывая их лица горячими каплями. Дракон пал на колени.       Тяжело дыша, Ганнибал склонился к нему. Протолкнул руку в зияющую рану у него на животе до самого локтя и вырвал сердце. Оно всё ещё сжималось в предсмертных конвульсиях, истекая кровью. Издав булькающий хрип, Фрэнсис с широко раскрытыми глазами распростёрся на земле, а кровь всё продолжала и продолжала литься из его тела.       В глазах Ганнибала блестела тьма. Он молча протянул сердце Дракона, и Уилл не смог отказаться. Вонзил зубы в горячую плоть и медленно пережевал, не в силах оторвать взгляда от потемневших глаз Ганнибала. В них отразилось облегчение и гордость. Невысказанная любовь… Ганнибал тоже оторвал кусок и прикрыл глаза от удовольствия. Пожирая сердце общего врага, они будто становились ближе друг к другу. Их раны затягивались. По телу разливалось тепло, а в душе нарастал неистовый голод.       Уилл зажал в зубах последний кусок. Вцепившись в Ганнибала, потянулся к его губам. Поделился мясом и кровью, а затем накрыл его рот своим в пылком поцелуе. Сильные руки сомкнулись в объятиях. Проникли под одежду и огладили спину. Окровавленные капризные губы покрывали шею жаркими поцелуями, стирая из головы все мысли. Остался лишь животный голод. Густая липкая похоть, пульсирующая во чреве.       Не сдержавшись, Уилл зарычал и опрокинул Ганнибала наземь. Разорвал остатки рубашки и прижался к желанному телу. Его запах дурманил, сводил с ума! Убивал всё человеческое, что ещё оставалось в нём. Зарывшись носом на груди, Уилл втянул терпкий аромат крови и пота и замычал от переполняющих его чувств. Лизнул солёную кожу и припал к маленьким соскам, обрамлённым тёмными волосками. Терзал губами и покусывал, пока Ганнибал не ответил задушенным стоном. Тогда Уилл спустился вниз, стянул брюки вместе с нижним бельём и уставился на мощный напряжённый член. От его вида внизу живота всё перевернулось и заныло желанием. Он никогда прежде не делал того, что собирался, но сейчас вожделение превосходило все прочие сомнения.       Глаза Ганнибала подёрнулись дымкой, а рот в предвкушении приоткрылся. Когда Уилл вобрал его плоть, он откинул голову и громко выдохнул. Дарить удовольствие было даже приятней, чем получать его. Слышать эти медовые стоны и низкое урчание, когда язык прохаживался по уздечке, а рот с наслаждением посасывал крупную твёрдую головку, едва помещавшуюся внутри. Слышать тихое шипение, когда пальцы, смазанные слюной, проникали в тугой анус. Всё это захлёстывало и распаляло ещё сильней. Уилл методично массировал сжатые мышцы, пока они наконец не расслабились, впуская дальше.       — Уилл! — взмолился Ганнибал, невольно вскидывая бёдрами. Его грудь тяжело вздымалась, а глаза заволокло порочной пеленой.       Ухмыльнувшись, Уилл навис над ним и поцеловал, расстёгивая ширинку. Сплюнув на руку, смазал свой изнывающий член и притёрся к входу. Один толчок, и мышцы растянулись, плотно облегая его. От обилия ярких ощущений Ганнибал вновь запрокинул голову и ахнул. Второй толчок, и Уилл сомкнул губы на его шее. Лизнул и прикусил, не сумев сдержать эмоций. Одной рукой Ганнибал гладил его по спине, а другой зарывался в кудри на макушке, мягко сжимая. Казалось, они сплелись каждой клеточкой тела, проникали друг в друга, не ведая, где начинается один и кончается другой.       Время рассыпалось. Мгновение тянулось бесконечным потоком, и всё же этого было мало. Хотелось дрейфовать в неторопливых водах целую вечность, но нетерпение брало верх, заставляя наращивать темп. Дыхание Ганнибала становилось всё более отрывистым и шумным. Потянувшись рукой вниз, он обхватил член и, хрипло вскрикнув, кончил себе на живот обильными струями. Его подрагивающее в истоме тело вынудило ускориться. Двигаясь безудержными жёсткими рывками, Уилл зажмурился. Вторгся в сжимающийся жар и, затаив дыхание, выплеснулся внутрь с громкими стонами. Так он оставался лежать, пока по телу пробегали волны облегчения, а Ганнибал ласково гладил его по голове, прижимая к себе.       — Я знал, что ты скучал по мне, — исступлённо прошептал голос над ухом. На мгновение Уилл замер, а затем чуть привстал, чтобы заглянуть в карие глаза, кажущиеся совершенно чёрными.       — Да, я скучал, — согласился он и подарил Ганнибалу нежный целомудренный поцелуй. — Ты даже не представляешь…       Глаза Ганнибала на миг расширились, а потом закатились. Тело его забилось в судорогах, неестественно выгнулось и обмякло. Уилл убрал пульт обратно в карман и невесомо коснулся бледного лба Ганнибала, отводя выбившиеся пряди назад.       — Даже не представляешь, как сильно… — проговорил он одними губами.