Enter to the Moon

То, что ты сделал тем вечером, тихим стоном раздается у меня в голове раз, за разом, до боли сжигая кислород в груди. То, что ты сделал тем вечером останется в моей памяти навсегда. Я не забуду, как мои руки тянулись к сигарете всю ночь. Ты. Во всем виновен ты. Я принял все свои чувства в ту же секунду, как ты накрыл мои губы своими. Мои чувства – это твои чувства. Почему? Потому что мое сердце у тебя в руках. Я жалею, что они в твоих, до боли любимых мною руках. Точнее, скоро пожалею. Значило ли это что-то? Может ты был пьян? Хотя вкус твоих губ был вполне понятен. Сигареты. Ты ушёл, просто ушёл. Не сказав ни слова. А когда ты вернулся, меня уже не было. &*&*&*&*&*&*&*&*&*&*& Последнее, что услышал Денис, перед тем, как погрузится в небытие – звук входной двери, что захлопнулась. Коломиец молча зашёл в квартиру. Масса тела и посторонние звуки перестали существовать, остались только мысли, что разрывали сердце в клочья. Теперь Денисом управляли эмоции. «Я больше не смогу смотреть тебе в глаза» Дрейк подорвался с места, быстрым шагом заходя в свою комнату. В свою бывшую комнату. В рюкзак он небрежно запихнул все свои вещи, а именно рубашку и брюки. С чем пришел, с тем и уйдёт. На улице погода далеко не для одежды, что сейчас была на нем. Но главное уйти. уйти, и как можно дальше отсюда. Убежать и потеряться, главное – не смотреть ему в глаза. Он бежал по лестнице так быстро, как мог. По его лицу стекали слёзы, тут же оставаясь за ним. Хотелось просто сесть на лавочку рядом с Колей в парке, и плакать тому в плечо. Коля.. Новая волна грусти обволокла Дрейка, он замедлил шаг, пока не остановился. Стоял, просто разрезая пустоту своим взглядом. Хотелось кричать. Но сил хватило лишь на сиплый стон, параллельно сползая по стене, закрываясь руками от этого мира. Сегодня вечером молчала только Луна. Вышел на улицу на последних силах, завернул в незнакомый частный сектор. Денис стал просматривать свои контакты. Думать долго не пришлось. Гудки. – Алё, Вова.. – Коломиец сказал тихо, едва улавливая хоть какой то звук. – Ден, ты че? Пьяный что ли? – Можно я к тебе приеду? – Вова собирался что-то спросить, то Дрейк его прервал. – не спрашивай, очень прошу.. – ..жду. «Жду» – было последним, что слышал Денис. Идти долго, но пошёл пешком. Два раза чуть не попал под машину, четыре чуть не упал. Но дошёл, на удивление, живым. Все очки белокурого парня были в снегу. Звонок в дверь. – Денис, ну что с тобой? – Семенюк заглянул в глаза. – не пьяный вроде. Ну так что случ.. – Можно я у тебя поживу? – слёзы подступали к глазам, но Денис твёрдо решил, что при Вове, при его самом близком друге, нельзя плакать. Почему самом близком? Да какой Илья ему друг после такого? – Проходи.. Вова жил один. По наследству осталась квартира от бабушки. Его родители живут в Германии, с ними у Семенюка отношения не очень. Буквально в соседнем подъезде жил Хес. —————————— Вова тепло принял друга, но до сих пор прибывал в шоке от того, что случилось. Спросить не решался, по Денису было видно, что не стоит. Они сидели на кухне, Дрейк ждал Вову, что заваривал чай. – Даже как-то спросить что случилось язык не поворачивается. – всё же решился. А ведь правда, что случилось? Ну поцеловал, ну ушёл, ну ни слова не сказал. Почему Денис ушёл? – Я бы не вывез, я слаб. – Ты о чём? – Семенюк повернулся лицом к Дрейку. – Давай не сейчас, пожалуйста.. – даже простой взгляд друга не вывез, отвернулся. – Как скажешь. Вова поставил две кружки с горячим чаем на стол. Тогда Денис впервые заметил в Вове странность - он всегда добавляет в чай 3 ложки сахара и одну половинку. – Как можно пить чай без сахара?! Ден, ты что, с другой планеты? Коломиец просто промолчал, попивая из большой кружки и смотря в пол. – Ну Денис, ну блять, ну.. ну не могу я на тебя смотреть, когда ты.. вот такой! – Дрейк поднял на Вову взгляд, в котором не играло ни одной эмоции. – ты пришёл ко мне, а где Илья? Почему ты такой рассеянный и пустой? Вы поссорились? – Да. – проще было соврать. – А.. тогда ясно. Они посидели недолго, почти всегда молчали, редко бросая грустные взгляды. Вова проводил Дена до его комнаты. Квартира Ильи стала роднее, чем собственный дом, а тут все казалось таким незнакомым и чужим. Пожелав спокойной ночи, Семенюк вышел. Ден достал тетрадь и ручку из рюкзака. Вырвав все листы, где написано хоть слово, написал крупно: ————————

ДЕНЬ 1 Сильно влюбился. Так влюбился, как в девушек надо влюбляться. А ты, чувствуешь тоже самое? Или я для тебя игрушка? Я ушёл, слабак. Я бы просто не смог смотреть тебе в глаза, понимаешь? Не знаю, как я в универ пойду. Не буду ходить туда, точно не буду! Нахуй надо! Все таки, я правда люблю тебя.

———————— Ден усмехнулся. «Личный дневник, Денчик из первого "Г", кто зайдёт – тот какашка!» У пьяных соседей играла музыка. Та самая Лобода. Та самая «а может к черту любовь», что они пели с утра. Ден начал тихо подпевать, чувствуя, как по его щеке стекает горячая слеза. И даже сегодня ночью, молчала только Луна.