Ледовое Шапито

Женя с Алиной, с горем пополам, сумели доползти до дома. День был жутко изматывающим и девушки завалились в свою квартиру еле живые. Прямо на входе их встретили любимые питомцы: большой акита-ину по кличке Масару сразу же набросился на любимых хозяек, за ним два французских бульдога - миленькая Тофу-Чан и Джерри, и непонятно откуда, медленно плетётся кошка Ириска. Зоопарк, никак иначе. Обе девушки обожали животных, в особенности Загитова, это были не просто питомцы, а настоящие члены семьи, которых она любила всем сердцем. Но больше всего она, конечно же, любила Евгению. Она любила её и серьёзную, и мягкую, и злую, и милую, и весёлую, и грустную, любила её любой, хотя это даже не любовь, а что-то большее. При каждом взгляде, фразе, прикосновении она чувствовала что-то такое возвышенное, непохожее на простую любовь. Влюбилась она, конечно, не сразу. А поняла, что влюбилась еще позже. Поначалу Алине не нравился жёсткий тренер, вечно ругающий за любую малейшую оплошность. Но затем непроизвольно стала задерживать свой взгляд на Евгении Армановне, довольно подолгу. Даже неприлично долго. Рассматривала черты лица, как она сжимает челюсть когда злится, одежду, что так прекрасно всегда сидит на стройном и подтянутом теле, сильные руки, покрытые шрамами и выступающими венами, с изящными длинными пальцами. Непонятно как именно, но Алине удалось взять себя в руки и она призналась в симпатии. К огромному удивлению, взаимной. Конечно, всё было не так гладко, потому что просочившись бы данная информация к рукам ненормальных СМИ, вечно жаждущих разузнать всё возможное о личной жизни спортсменки такого уровня, как Алина Загитова и заслуженного тренера России по хоккею Евгении Медведевой, катастрофы было бы не избежать. Но Жене с Алиной каким-то волшебным образом везло, и (почти) никто еще не догадался об их тайных отношениях. Сначала уживаться вдвоём таким разным девушкам было трудно. Происходили систематические ссоры и конфликты, зачастую - тупые и безосновательные. — Загитова, ты куда положила мои вещи? — суетится Медведева, роясь то в одном шкафчике, то в другом. — Какие вещи? — сидя на кровати вместе с книгой в руках, спокойно переспрашивает младшая. — Алина, ну блять! Документы, ключи от машины? Где они? — резко разворачивается Женя, вся запыхавшаяся, кажется, будто у неё сейчас из ушей пойдет пар от гнева. — Я не знаю.. Я не трогала. — Ну конечно! Ты каждый раз говоришь, что не трогала, а вещи всё равно оказываются не на том месте, куда я их клала, это просто нахуй абракадабра какая-то, да, Алин? — Женя, — Загитова с хлопком закрывает книжку и устремляет свой взгляд на Медведеву. — Ты можешь успокоиться? Зачем орать? — Затем, — уходя в другую комнату, бубнит Евгения. — Боже, за что мне это? — Загитова устало трёт переносицу и встаёт с кровати. Она направляется туда, откуда идёт звук. Подходя к выходу из квартиры, девушка видит как Медведева роется в сумках, ища документы от машины и ключи. Все предметы разбросаны так, словно по квартире прошёлся ураган. И имя этому урагану - Евгения Медведева. Алина осматривает лежащие вещи. Аккуратно поднимает любимую куртку Жени, запускает руку в правый, а следом и в левый карман, где сразу же оказываются водительские права. Затем девушка переводит свой взгляд на стенку, где обычно висят ключи. Решает посмотреть, не упали ли они на пол. И что вы думаете? — Женя, это что? — на пальце у Алины висят ключи от машины. — Да ну, нашлись! Где они были? — В пизде, Женя, — закатывает глаза младшая. — Как можно было не додуматься посмотреть на полу? У тебя что, вместо мозга фасолина? — Я… Не знаю, я вроде смотрела, их там не было. А где лежали? Просто на полу? — Именно, просто на полу, а ты тут мало того, что закатила истерику, так еще и срач развела, дурдом какой-то, — Загитова отдает эти несчастные ключи Жене, та выглядит растеряно. — Прости, Алин… — Ой, отстань, Медведева, забирай свои документы и езжай туда, куда тебе так надо было, — грубо отвечает Алина, а после уходит в свою комнату, захлопывая дверь. — Блять, — тихо произносит Женя, ударяя себя по лбу. Но потом стало легче. Девушки привыкли к характерам и привычкам друг друга. Например, Женя часто забывает свои вещи и Алине вечно приходится переспрашивать, не забыла ли чего она. Также Евгения любит громко слушать музыку, чем часто раньше раздражала Загитову, а ещё всегда подолгу моется, с чем второй нехотя, но пришлось смириться. Порой совмещает всё вместе, громко слушая музыку в душе, сидя там иногда по часу. Алина же, любит всё планировать, развешивая везде графики. Жене, конечно, сначала не понравилось подстраиваться под кого-то, но у неё не было выбора. Ещё любит порядок, постоянно заставляя Медведеву все убирать, мыть, ровно раскладывать. По утрам с Загитовой лучше не разговаривать и не трогать её, потому что та почти никогда не высыпается и всё утро ходит злая, постоянно грубя. — Же-ень, можно вопрос? — Загитова стоит с открытой дверью холодильника. — М-м-м? — Женя завернула на кухню с надкусанным яблоком. — Где, блять, вся еда? Старшая подходит к той сзади, обнимая за талию. — Где-где, в магазине, — Медведева слышит тяжëлый вздох. — Ну вот, что осталось. Девушка суëт Алине свой недоеденный фрукт. — Тебе зарплату в сто раз сократили, или ты жрешь как трактор? — холодильник с хлопком закрывается. — А кто вчера вечером в себя три сета роллов впихнул? — в бок Жени впечатывается локоть. — Куда это мы размахались? — Медведева ловит еë руки и сцепляет за спиной. — А куда это мы распизделись, — говорит младшая, в ответ девушка заламывает еë руки так, что лопатки почти соприкасаются. Загитова выдыхает со стоном от резкой боли. — Алина Ильназовна, прекратите испытывать моë терпение, — Женя мягко произносит той возле уха. — Жень, отпусти! — на последней гласной букве снова вырывается стон. — Дура, не смешно, мне больно. — А по звукам и не скажешь, — Евгения выпускает свою жертву. — Ты в магазин? — Нет, в травмпункт блять, ты мне чуть руку не сломала. — Аль, да ладно тебе, я же играюсь, — Женя ходила за девушкой по квартире. — Ты слишком долго засиделась на вкладке «хардкор», — Алина безуспешно пыталась найти в куче скомканной одежды свои джинсы. — Я вроде сказала тебе сложить тут всë аккуратно. — Когда один говорит, не факт, что второй слушает в тот момент, а не просто повторяет «ага» — Женя, — младшая берëт пару вещей из кучи и кидает в девушку. — Не зли меня. — О, ты опять поиграть хочешь, — Медведева подбирает кинутые в неë «тряпки» и пуляет в, неждавшую этого, Загитову. — Ты мне дашь собраться или нет?! — Женя отходит к коридору. — Дам, но собраться нет, — с хихиканьем, девушка успевает закрыть дверь, в которую тут же что-то прилетает. Но вернемся в настоящее. Загитова вытолкала Женю прочь из комнаты и отправилась в душ, потому что ей хотелось поскорее смыть остатки сегодняшней тяжелой игры. Быстро сполоснувшись, Алина вышла из душевой кабинки. Стала рассматривать себя в зеркале, точнее, своё бедро. На нём красовалась большая сине-фиолетовая гематома. «Видимо, у меня действительно счастливая задница, раз она постоянно так страдает» — думала кареглазая, расчёсывая мокрые волосы. Выйдя из ванной, хоккеистка отправилась на кухню, там девушка увидела интересную картину: Медведева, стоя в коротких шортах и большой растянутой футболке, домашних тапках и с пучком на голове, слушала музыку, двигая бёдрами в такт песне. Младшая на цыпочках подошла сзади, обхватывая талию тренера своими руками. — Ты чего пугаешь, дурочка! — с испугу тараторит Медведева, резко дергаясь от неожиданных прикосновений. — Ничего, мне что, нельзя уже обнять свою любимую девушку? — Можно, — внезапно разворачивается Женя, прижимая Алину к столешнице. — Точнее, нужно, Алин. Медведева тянется за долгожданным поцелуем, но её губам преграждает путь палец Алины. — Может… Пойдем в спальню? — немного неуверенно произносит младшая, громко выдыхая. Женя не ответила. Лишь подхватила Алину на руки и понесла в спальню. От таких резких перемен обстановки, Загитова выдохнула ещё громче, из-за чего у Медведевой закружилась голова. Она аккуратно уложила младшую на постель. Хоккеистка сразу же прильнула к губам тренера, желая как можно скорее ощутить знакомый вкус клубничного блеска для губ у себя во рту. Сладко, даже слишком, поэтому старшая решает разбавить этот приторно-сладкий вкус, добавив немного перчинки. Она грубо кусает губу, оттягивая её, а затем снова нежно целует. Мысли в голове путаются, сил контролировать себя уже не остаётся и Алина прижимается ближе к старшей. Хочется ощущать её каждым миллиметром своего тела. Быть единым целым. Женя отстраняется, получая в ответ разочарованный вздох. Зрачки Загитовой расширены, а глаза чёрные как тьма. В этих глазах прямо сейчас прыгают чёртики, и она тянется к футболке старшей, стягивая её и отбрасывая ненужный кусок ткани куда-то в сторону. Также она поступает и со своей кофтой. Женя не сводит глаз с Алины, прямо-таки поглощая её взглядом. От этого девушка краснеет, ёжится под спортивным телом Евгении Армановны. Ей стыдно, но разве это правильно - стыдится своих желаний? Нет. Вот и сейчас Алина снова притягивает Женю ближе к себе, проводя ногтями по спине снизу вверх. Женя томно выдыхает прямо в губы, заглядывает в душу Загитовой. Она целует. Целует нежно, каждую родинку, царапинку, буквально каждый сантиметр тела Алины не остаётся без внимания. Грудь младшей часто вздымается, сердце колотится с бешеной скоростью, а желание девушки полностью заполняют её изнутри. Поцелуи обжигают холодную кожу, разгоряченные губы Медведевой проходятся от шеи девушки к ложбинке на груди. Женя продолжает смотреть, не отводя взгляда. Она стягивает со своей девушки лифчик, сразу же целуя грудь. Желание все больше дурманит разум, дышать становится тяжело, с каждым вздохом хочется быстрее всё закончить, но Женя не собирается заканчивать, наоборот, хочется ещё больше растянуть этот момент. Конечно она замечает, как с каждым поцелуем и укусом Алина начинает ёрзать чаще, как все ближе и ближе прижимается к старшей, как выгибается и громко вздыхает. — Женя, — еле проговаривает Загитова. — Ты можешь… — Что сделать? — вдруг останавливается Медведева, ухмыляясь. — Ты знаешь что, — бедная Алина еле держится, чтоб самой не вставить пальцы Медведевой в себя же, а та ещё и издевается, ну что за кошмар. — Нет, я не знаю, — какая же сука вы, Евгения Армановна. — Архг, блять! — недовольно хрипит Алина. — Просто трахни меня уже! — Так бы сразу и сказала, — проговаривает Медведева, в ответ получая недовольное лицо Загитовой и закатанные глаза. — Ты бы лучше так глаза закатывала, когда я тебя траха… — Так ты трахнешь или нет? Мне долго ждать, блять?! — Молчи уже, — говорит Женя прямо в губы, от чего Загитова вновь заливается краской. Опускаясь все ниже, Евгения целует живот, точнее рельефный пресс, от вида которого внутри завязывается узел возбуждения. «Какая же она у меня ахуенная» — проносится в голове. Медленно спуская штаны, она вновь вспоминает о травме своей девушки. Совсем мягко прикасается губами к фиолетовому пятну на задней стороне бедра, целует со всей любовью. Бёдра - излюбленное место Жени, их целует с особым энтузиазмом. Алина не может терпеть, сама раздвигает коленки в разные стороны. Её тело, кажется, сейчас просто горит, от него исходит неимоверный жар, а в лёгких совершенно не хватает воздуха, уж слишком часто ей приходится дышать. Медведева видит, как Алине не терпится. Но всё же медлит, оставляя поцелуи сначала на внутренней стороне бёдер, опускается всё ближе к пульсирующему месту Загитовой. Алина делает глубокий вдох. Женя проводит пальцами по намокшему белью девушки, немного надавливая. Обрывистый выдох слышится ей где-то под собой. Старшая снимает с девушки трусы, закидывает ноги хоккеистки на свои плечи, её ровное и горячее дыхание заставляет тело растечься. Поцелуй. С губ срывается сдавленный стон, который Алина всеми силами пыталась сдержать. Не удалось. Для Жени стоны Алины были усладой для ушей, поэтому та целует снова. Очередной стон, она сильнее напрягает ноги. Тренер снова горячо выдыхает, а затем. Тело Алины рассыпается на миллион кусочков, которые невозможно собрать воедино. Хорошо, слишком хорошо, чтоб быть реальностью. Но вот она реальность - главный тренер страны по хоккею сейчас лежит в одной постели со своей подопечной, которая так громко и несдержанно стонет. Больше похоже на сказку. Но все перестаёт казаться сказкой, когда Алина кладёт свою руку на голову Евгении и притягивает еще ближе к себе. Она уже и не пытается сдерживаться, все сильнее изгибаясь под подтянутым телом своей девушки, громче и громче постанывая и сильнее сжимая волосы на голове у Медведевой. — Женя! — вырывается у Алины. Секунда Тело напрягается, Женя с Алиной перестают дышать, И в миг тело младшей рассыпается под умелыми пальцами Медведевой, устало падая на постель. Алина тяжело дышит, точнее, пытается дышать. Голова кружится, а в ушах громко звенит. Тело все еще потрясывает. Женя ложится рядом, обнимая возлюбленную. Не говоря ни слова, мягко гладит ту по голове и целует в лоб, замечая, что девушка уже почти засыпает. — Люблю тебя, милая, — шёпотом произносит Медведева куда-то в макушку младшей и засыпает вместе с ней.

***

Последние дни Камила пребывала в некой эйфории от того, что её кумир обратил на неё внимание и пару раз в день пишет. Конечно, всё равно ужасно больно и неприятно за подругу. В качестве поддержки основную часть времени школьница проводила вместе с той в больнице, спрашивала, а может ли помочь чем? Рассказывала прошедшие события и новости из мира, сплетничала про общих знакомых, что являлось для неё своеобразным ритуалом после того, как Аню отправила в поликлинику. Но тем не менее, всей душой и сердцем, Камила находилась рядом с Евгенией Армановной, хоть и никогда не подходила к ней ближе чем на метр. Постоянно пребывала в раздумьях: а что же сейчас у неё в голове? О чём она думает? Что любит готовить? Есть? А умеет ли вообще та готовить? А какой именно помадой пользуется Женя? И желательно ещё номер оттенка, чтобы купить точно такую. Как же хотелось обо всём этом узнать и обговорить непосредственно с ней. Медведева - стала манией для Камилы. Это уже реальная нездоровая зависимость, как сказала бы её мама, не дай бог узнавшая о столь запретных думах своего несовершеннолетнего ребёнка. Но девушка этого не понимала и понимать не хотела. Это нормально - иметь интересы. Её друзья, вон, смотрят футбол. Бабушка любила фигурное катание, мама - вышивать. А у неё - хоккей. Хотя и весь интерес к спорту начался с случайно увиденного репортажа, где брали интервью известного тренера. Зазвучал телефон. Камила моментально подскочила с места и подобралась к объекту вибрации. Евгения 16:05 «Привет. Чем занимаешься? Аню сегодня проведывала?» Девочка аж пискнула от того, что ей снова написала Медведева, подпрыгнула от счастья и принялась писать обратно. Ками 16:06 «Приветик! :) Да, уже приходила, вечером не пойду. У Анюты всё хорошо, анализы в норме, врачи говорят, что она еще не сильно ушиблась. Вот. А у меня.. У меня тоже все хорошо! : 3 Спасибо, что спросили)» И нервно отбросила средство связи на другой конец кровати. — А-а-а-а, блин, — Камила закрыла лицо руками, ускоряясь на вымышленном велосипеде. Иначе описать эти возбуждённые дрыгания ногами в воздухе невозможно. — Я такая тупая! — хлопнула себя по лбу. Вновь завладевая устройством, девушка настрочила следующее: Ками 16:08 «А как ваши дела?) Все нормально на тренировках? Что делаете? :D» Надо же было, хотя бы из уважения, тоже спросить такие обыденные вещи. Смиренно глядя в экран, Камила запоминала каждую секунду в ожидании ответа от собеседницы. Но та вовсе не торопилась отчитываться перед мелочью. Да и младшая в глубине души знала, что сиюминутного ответа не последует, поэтому не обижалась. Евгения 16:20 «Рада, что у вас все хорошо. Напиши мне завтра про состояние подруги, пожалуйста. А у меня все замечательно)» Ками 16:21 «Обязательно! Это круто :) Хорошего вечера! ; D» Евгения 16:34 «А хотя, если хочешь, приходи завтра к нам на тренировку, во дворец спорта. Там и поговорим» Ками 16:36 «О, ого! Конечно приду! Спасибо за приглашение :) Я очень рада» Естественно, Камиле хотелось более развёрнутого сообщения от столь занятой женщины, но ничего предъявить она не могла. И так с ней поддерживают общение, знают по имени, мало того, ещё и на тренировку лучшей команды пригласили! А девочка уже размечталась о совместных каникулах в Геленджике. Настроение после нескольких строчек от хоккеистки поднялось в разы, даже зашкаливало, так что наша воодушевленная героиня отправилась мыть зеркала в доме, что её мать просит сделать ещё с прошлого месяца.

***

Проснулась Саша от великолепного аромата чего-то жжёного. И да, это - тот самый чайник. — Блять! — Александра даже при сдаче ГТО так не бегала, как сейчас бежала до плиты, судорожно выключая газ. Хотя там идти всего два шага. Ну да ладно. Лиза сонно разлепила глаза, не понимая величины своего проёба. И зачем, спрашивается, нужно было пить чай ночью? Тем более когда его и не пили. Печка напоминала непонятное кровавое месиво, правда ничего из данного материала там не было. Просто по-другому назвать этот ужас невозможно. — И что нам делать теперь? — Саша злобно выдохнула, подглядывая на часы. Время-то уже не раннее, выезжать надо. — Сашуля, я вызову клининг службу, давай? Чтобы Армановна не бесилась, а то она и так злая. — Ладно, собирайся. Оно вообще отмоется? — Думаю, да. — Больше меня своими «чаями» не пои, лучше воду из-под крана попью. — Ты лучшая! — Лиза чмокнула свою девушку в щеку и они стали собираться на тренировку, иначе их туда вообще не пустят.

***

За окном прекрасный солнечный день, всё цветёт и пахнет, загляденье. Но не на Ледовой Арене ЦСКА. За дверьми слышится крик, пройдя немного вперёд можно увидеть и их причину. Камила заходит в зал с большим катком, где уже началась разминка. Вдали, за бортиком, она видит Медведеву, кричащую что-то в сторону девочек, не обращая внимание на гостью. — Нугуманова и Трусова, вы будете работать или нет? Просто так пришли покататься сюда? — вопит Медведева через весь каток. — Да работаем мы! Сука, я тебе что, сварщик, — проговаривает недовольная и уставшая Саша. — Давайте, отрабатывайте технику бросков! Усачёва, ну господи, я тысячу раз объясняла как бросать, а ты всё равно как курица лапой! — кричит тренер и поворачивая голову направо, замечает пришедшую Валиеву. — О, привет, Камил, — Женя открыла руки для объятий. — Прости, что не встретила. Валиева бы запищала в эту секунду от радости, если бы не умела быть сдержанной в нужные моменты. Слегка потупив, девушка прибыла в крепкие и мимолëтные объятия Евгении. Раньше она и представить не могла, что такое произойдëт именно с ней. Как бы не было жалко Аню, еë жертвоприношение дало свои плоды: Камила обнимается со своим кумиром, которая лично пригласила посетить тренировку. Глупая улыбка не сходила с лица. — Как ты? Как Аня? — Медведева следила за движениями каждой ученицы. — Всë просто замеч… — ответ Камилы прерывает цокание тренера. — Прости, подожди секунду, — Евгения Армановна опирается на бортик. — Саш, сюда иди! Реакции не последовало. Трусова так сильно увлечена абсолютно неправильной отработкой элемента, что даже не обращает внимания. — Трусова, блять! — нападающая в ту же секунду впечатывается в бортик на всех порах. — Чего тебе надобно, старуха, — Саша постукивает по ограждению, смотря в глаза Жени. — Спасибо, что не плесень, — Медведева берëт обе руки Саши, беспорядочно двигая их. — Что вы делаете? — Руки вроде из плеч растут, а двигаешь ими как из жопы, — еë пронзают выразительные зелëные глаза. — Ага, как обычно. А это кто ещë? — Саша смотрит на Камилу. — Подруга пострадавшей, знакомься, — Камила, в ответ на свою искреннюю доброту, получает закатанные глаза Трусовой. — Я что-то не то сделала? — Валиева виновато метает взгляд между девушками. — Нет конечно, просто у входа надо повесить табличку «Внимание, вечно недовольная Трусова», — Камила улыбается, вновь получая тот самый взгляд Саши. Без всякого желания продолжать бессмысленный разговор, Саша улетает обратно на лëд. Тренировка, в целом, шла нормально. У всех, кроме Саши. По-началу не получались передачи, потом была какая-то проблема с лезвием, а сейчас и броски. После того падения за бортик, девушка, несмотря на то что сказала всем, что у нее всё в полном порядке, чувствовала себя немного неважно. Иногда ощущала некую дезориентацию в пространстве, терялась или забывала о том, где она. Вот и сегодня так. При броске шайба летела куда угодно, но не в ворота. «Чёртова шайба, да что не так-то!» — думала зеленоглазая при очередном неудачном броске. Хотелось своими руками раздробить это изделие на миллион мелких кусочков. Но нельзя, поэтому Саша сделала глубокий вдох и… Бросок, Попадание в сетку. — Ну наконец-то ты собралась, Сашка, так держать! Не расслабляемся! Она и не собиралась расслабляться. Ещё крепче сжав клюшку в руках, девушка продолжила отрабатывать броски. Попадали, конечно, не все, но уже было лучше. Саша была крайне сосредоточена сегодня, что даже удивительно, учитывая какой у неё идиотский (по мнению тренера) характер. Голова затрещала, а в ушах зазвенело громче обычного. Шайба летит в не пойми какую сторону, а Трусова этого даже не видит. В глазах, почему-то, резко потемнело, и ей пришлось отъехать к ограждению, чтобы восстановить дыхание. Она оперлась руками о бортик, предварительно сняв с себя шлем, потому что он еще сильнее давит на череп, усугубляя состояние. Товарищи по команде заметили это, но подъезжать не стали, вдруг ещё прилетит от этой рыжеволосой фурии. Все, кроме Даши. — Ты чего, живая нет? Что-то случилось? — сзади послышался женский голос и Саша резко обернулась. — Живая, живая, всё в норме, иди к остальным, — пытаясь скрыть дрожь в голосе, Трусова обратно отвернулась. — Ты точно в порядке, Сань? Может тебе воды или пойдешь посидишь? — Усачёва, все нормально. Что ты распереживалась-то так? Не в первый раз ведь уже такая хуйня. — Не в первый, но сегодня тебе как-то хуже, нет? Обычно ты даже после серьезных травм выходила и все получалось, а сегодня… — Сегодня тоже получается, или ты хочешь сказать, что нет? — Саша поддалась вперёд, немного выгнув бровь. От этого действия Даша нервно сглотнула. — Нет, нет, ты что! Я имею ввиду… Если ты себя плохо чувствуешь, может стоит сказать Жене? Или к врачу сходить? — Если я ещё раз попаду в каморку Косторной, то выйду я оттуда только по частям. — Да не про эту дуру, я говорю про нормального врача. Ты же ведь сама понимаешь, что если тебе плохо и у тебя что-то не получается, ты и команду вниз потянешь. — Не потяну я вниз никого, Даша, я сказала уже, все в норме, просто давление упало может, не стоит так волноваться. Езжай давай, вон, Армановна уже недобро косится на нас, а её криков слышать мне не хочется. — Эх, ладно, Саш… Жду тебя на отработке передач. — Буду через минуту, — крикнула она отъезжающей Усачёвой и вновь отвернулась. Приведя все мысли в порядок и отойдя от внезапно нахлынувших последствий сотрясения, Трусова вернулась на каток. Как и сказала Даша, сейчас они повторно отрабатывают передачу и прием шайбы. У Саши и Даши всегда отлично это получалось, поэтому и сейчас они выполнили данные действия идеально. — Так как вы там? — У меня всë хорошо, Аня поправляется, я еë навещала недавно, — глаза Камилы с каждой секундой загорались всë ярче, при виде искренне переживающей Евгении. — Простите за такое ещë раз, — Медведева складывает ладони, слегка наклоняясь. — Боже, что вы, пустяки же, — Ками одновременно провалилась под землю от стыда и вознеслась на седьмое небо от счастья: перед ней в живую извиняется сама Медведева. — Пустяки - это Сашка, которая после матча мгновенно очухалась, со мной поссорилась и даже уборщика загнобить успела, — Валиева звонко рассмеялась. — Кстати, секундочку, Трусова! — на этот раз орать не пришлось. — Я тебе чë, джин с тремя желаниями? Тогда тебе ещë два осталось, — Саша томно дышала в сторону тренера. — О, как раз. Вспомни день инцидента с болельщицей. — Снова ты про это. Ну вспомнила, дальше что? — Ты нагрубила мне, первое желание смекаешь? — Нагрубить вам повторно? Бог любит троицу? — Извиниться передо мной. — Пф-ф, а второе? — Извинись перед уборщиком, его из-за тебя скоро с инсультом увезут. — А, перед Дантесом что ли? — Судя по вашим дуэлям, ты тогда альтернативный Пушкин, который каждый раз застреливает оппонента, — Саша ехидно улыбается. — Извините меня, о великая Евгения Армановна, — Трусова кладëт руку на сердце, медленно протягивая другую в сторону Медведевой. — Если вы меня не простите, я этого не переживу и пойду вновь обсуждать план вашего уничтожения с госпожой Косторной. — Эх, а так всë хорошо начиналось. Принято, шуруй давай, отрабатывай, — отыграв свою роль на ура, Саша возвращается в центр льда. — Загитова, иди к Сане, попробуйте тоже приём и передачу! Усачёва к Нугумановой. «Блять, ну вот только этого мне не хватало для полного счастья» — подумала рыжеволосая, когда напротив неё встала Алина. Трусова, в принципе, хорошо относилась к своему капитану, ценила и уважала её, просто делала это по своему. Никак не проявляя это уважение. Просто её раздражало отношение Медведевой к Алине, ей всё прощалось, а Саше - нет. Даже сейчас, Алина неправильно приняла передачу, но Женя будто специально сделала вид, что не заметила, но как-то только Трусова затупила и передала не очень чисто.. — Саша, у тебя руки откуда растут? Что это было?! Ещё раз! — прокричала Женя через весь лёд. Саша сжала клюшку настолько сильно, что у неё заболели руки. Но отступать не собиралась. Приём, передача, Просто превосходно! — Молодец, Саш! Давай снова, — радостно проговорила Алина. — Ага, да-а-вай, — незаинтересованно протянула младшая. Передача, Алина потеряла шайбу. Ну всё, это была последняя капля, Медведева как раз сейчас смотрит за другими. — Алина, что ты делаешь?! Ты не можешь просто принять эту дебильную шайбу?! — подъезжая вплотную к капитану, грубо язвит Саша. — Ну прости, Саш… Я просто.. — Что ты просто? Криворукая? — Ну я тут не одна такая, ты же ведь тоже теряла шайбу, еще и отдавала неточно! — Алина начинает злиться, чем ещё больше злит и без того разгневанную Трусову. — Ты, просто блять, невыносимая! Мало того, что хуёво играешь, так еще и… — Я хуёво играю? Трусова, за языком следи, я тут капитан, а не чёрт знает кто, тем более я старше! — Мне всё равно, старше ты или младше, ты не умеешь принимать, это факт, — отъезжая обратно на свое место, бубнит Саша. — Да, поэтому в прошлый раз я забила две шайбы, а ты одну, так ещё и слегла с травмой своей тупой башки. Зря она это сказала, ой как зря. Услышав эти слова, Саша развернулась к девушке. Злости не было предела, та подъехала к Алине и грубо оттолкнула её, что-то крича. Наконец, Медведева отвлеклась от своей нудной лекции о том, как правильно держать клюшку и перевела взгляд на бушующую Сашу. И лежащую на льду Алину. — Трусова, ты что творишь?! — тренер вышла на лёд и подбежала к своим подопечным. — Ничего, просто твоя любимая Алина не умеет разговаривать! — у Саши само как-то вырвалось это «любимая» и она сразу же пожалела о сказанном. — Это я не умею? Ты, блять, просто шутишь наверное! Ты назвала меня криворукой за то, что я один раз потеряла шайбу! — поднимаясь со льда, кричит Алина. — Один раз?! Не смеши, как минимум три! — Вы можете обе заткнуться?! — очень громко и строго крикнула Медведева, скрестив руки на груди. — Что за детский сад вы устроили, а?! Вы можете хотя бы одну тренировку не сраться? У нас, тем более, гостья сегодня, не забыли?! — Женя перевела взгляд на, стоящую в шоук, Камилу. — Поэтому прошу вас, успокойтесь и прекратите этот сюр, идиотки, что одна, что вторая. А вы что столпились тут? — поворачиваясь к остальным девочкам, говорит Женя. — А ну все марш дальше приёмы поправлять, Загитова, тебя это тоже касается. — Но Жень, я не винова… — Потом, Алина, езжай отрабатывать свои передачи. — Ладно.. — закатывая глаза, Алина отъехала. Саша тоже уже хотела уезжать, как твёрдая рука тренера её остановила. — А ты стоять! У меня к тебе отдельный разговор. — Ну что, будешь отчитывать за то, что я твою любимку избила? — Это потом, у меня поважнее разговор. Ты написала той девочке, Ане? Которую сбила на прошлом матче. — Да, — смотря вниз, мямлит Саша. — Хватит пиздеть, ты не написала, я уверена в этом. — Да что ты пристала ко мне с этой девчонкой, если так надо - иди сама и напиши! — Я уже писала и даже ходила к ней, осталась ты. И ты помнишь, что будет если ты этого не сделаешь, — Медведева грозно посмотрела на младшую. — Помню.. Ой блять, напишу после тренировки! — Хорошо, я верю тебе. — А зря, — отъезжая к девочкам, тихо сказала рыжеволосая. — Трусова! Не напишешь - убью! — Она такая странная, — Камила произносит в слух, а после прикрывает рот, смотря на тренера. — Из крестьянина аристократа не сделаешь, как не крути, — Медведева уже давно не фокусируется на льду и ученицах. — Вот, какая есть. Сашка заноза ещë та, но люблю не могу еë. Мысленно подставив вместо имени ученицы своë, Камила завитала в облаках. Что сделать, чтобы она произнесла в еë сторону также? Поссориться с ней? Выиграть пару матчей? Чуть не убить Аню? — Эй, ты чего? — из мыслей еë выводит Евгения, тормошащая девушку за плечо. — Я задумалась, простите пожалуйста, — поправив выбившуюся прядь волос за ухо, Камила уставилась в пол. — Ну так, ты придëшь на следующую игру? — Я? Куда? Какую игру? — Камила будто сидела на уроке в телефоне и еë внезапно спросила учительница. — Ты. Сюда. Игра против команды «Китай», — тренер была гораздо лояльнее и терпеливее к той же Трусовой, еë не смутила не слушающая фанатка. — Да, конечно приду, спрашиваете ещë, — опять мониторить сайт, в попытках поймать билет на первый ряд. Ладно, это того стоит. — Прекрасно, ну, тогда всë, передавай там Ане скорейшего выздоровления от меня, — Женя вновь обняла Камилу. За это время Медведева стала ей уже как родной, будто они встречаются так каждый день, душевно болтая на различные темы. Валиевой так не хотелось уходить. Навсегда остаться с ней рядом, вглядываться в еë лицо, смеяться с шуток, а также много чего другого, на что не хватит времени до полного описания. Увы и ах, мечты остаются мечтами. — До свидания, — бросает на прощание Камила, выходя из помещения к турникету и заветному выходу на улицу.

***

Саша заходит в раздевалку позже всех. Пустая комната полностью в еë владении. «Точно, надо ещë и девке той написать» — вспоминает Трусова, почти переодевшись. «Ладно, сейчас чего-то начеркаю, чтобы Медведева уже отстала» Саша листает контакты в поиске номера пострадавшей, как ей приходит уведомление. «** теперь в Telegram» Изучив цифры номера, Трусова поняла, что это та самая, которой сейчас придется писать. «М-м, ладно, так даже удобней» Перейдя по уведомлению, ей открылся абсолютно пустой диалог. Пользователь в сети. «А как написать… — Привет — Нет, блять, пока. — Прости, что врезалась — Так меня толкнули, мне зачем извиняться-то. — Как ты? — Боже, я же не переживаю за неë. …Ладно, придумаем» Думать долго не пришлось, Саша быстро набирает сообщение и блокирует экран. Саша 17:34 «если бы ты не села в первый ряд, то я не влетела бы в тебя» Боже, Саша, ты как всегда. На удивление той, уведомление об ответе приходит молниеносно. Аня 17:34 «Я тебя не прощаю, Трусова.» «Сразу по фамилии? В неë вселилась Женя? Интересно» Саша 17:35 «я и не извинялась, меня тренер заставила написать» «По выработанной тактике, сваливаем всë на Армановну, ей не привыкать» Аня 17:35 «Ну, она в этом деле явно поумнее тебя будет.» «Звоночек - она пишет с большой буквы, с точками, так ещë и выкобенивается. Может в чс добавить, пока не поздно?» — палец Саши уже был над функцией, но всплыло новое уведомление с мелодией. «**** Видеозвонок для Telegram» «Боже, почему это всë не закончилось ещë на моëм первом сообщении, лучше бы она меня в чс кинула» — наигранно похныкав, Саша нажимает на заветную кнопку. — Зачем ты позвонила? — Включи камеру, — произнëс нежный голос. — Может сначала ты? — войти в видеозвонок, обеим выключив камеры, умно. — Ладно, — на экране мобильного из пикселей собирается изображение. — Видно? — Да, — Саша ещë несколько секунд рассматривала девушку, обращая внимание на каждую черту. — Теперь ты, — глаза Ани забегали по экрану. «Зачем я в это ввязалась… Какого хрена я играю по еë правилам?» Повозмущавшись про себя ещё пару секунд, Александра включила камеру. — Вблизи ты ещë красивее, — Аня встала на путь комплиментов. — М-м… Да, спасибо… — общение не вживую было самым сложным, твой собеседник это набор пикселей. — Ты тоже, хоть я и не видела тебя с трибун. Аня сверлила Сашу глазами, словно пытаясь разговорить партизана. — Меня Аня, кстати, зовут, — девушка вытянула руку в жесте рукопожатия к камере. — Угу, понятно, — из семи минут их диалога, многообещающая тишина забирала большую половину. — Так ты извиняться будешь? — глаза Трусовой округлились. — Ах, да. Стоп, ты не оборзела ли? — Саша перестала избегать взгляда собеседницы. Нападающая вступает в игру. — Ты не выполняешь просьбы тренера? Какая плохая девочка, — Аня демонстративно покачала головой. — Пока я жду, могу тебе палату показать, хочешь? — Ну давай, — фронтальная камера сменилась на основную. — Вот койка моя, это тумбочка, это фрукты, которые один дебил принëс, — Трусова хихикнула. — Смотри какой вид из окна. — На стройку? Он вдохновляет тебя больше работать? — Ага, когда интернет чинят, за ними так прикольно наблюдать, — стабилизация камеры поплыла из-за смеха Ани. — Так мне стоит ждать извинений? «Блять, не успела заговорить про этих таджиков. Сейчас Александра Вячеславовна придумает как выкрутиться» — Стоит. Прости, что меня толкнули на тебя, поправляйся, — Саша быстро отключается от звонка, выходит из сети и пулей вылетает из раздевалки. «Ахуенно придумала, идея - просто во, я даже так от надоедливых парней не сбегала, как от простого извинения» Смотря на экран диалога после сброшенного звонка, Аня громко рассмеялась. — Боже, какой ребëнок, — откладывая телефон в сторону произнесла Щербакова.

***

В дверь постучали. — Да, войдите. Дверь открылась и на пороге показался незваный гость. — Привет, — сказал Женя, положив пакет с вкусняшками на койку. — Я тут тебе купил всякого разного, чтоб ты не скучала. — Спасибо, мне и вправду здесь скучно, — улыбнулась Аня. Семененко улыбнулся в ответ и, сев на кровать, накрыл ладошку девушки своей. — Как прогнозы? Говорят когда выпишут? — Да, сказали, что скоро, — Щербакова аккуратно вытащила ладонь из его руки. — Сегодня вечером придёт врач и скажет когда точно. Парень кивнул и, положив пакет к себе на ноги, принялся вытаскивать покупки на одеяло. — Подумал, что фрукты помогут тебе быстрее выздороветь. Вот бананы, яблоки, — доставая из пакета, произнёс Семененко. — Также знаю, что ты не откажешься от сладостей, ну и там ещё по мелочи, посмотришь сама. — Спасибо, — Аня улыбнулась и, взяв мармеладки, принялась открывать упаковку. — Стой, давай помогу! Темноволосый перехватил пачку сладостей из рук девушки и начал открывать. Аня странно на него посмотрела, но, ничего не сказав, взглянула на телефон. Пришло сообщение от Камилы. Камилёнок 18:15 «Анют, я приеду через часика два к тебе, хорошо?» Усмехнувшись, девушка вновь посмотрела на парня. — Держи, — протягивая открытую упаковку девушке, сказал Женя, но в последний момент убрал руку. — А давай я тебя угощу? — В каком смысле угостишь? — Вот, смотри. После этого Семененко, засунув руку в пачку, достал мармеладку и потянул руку ко рту Щербаковой. Аня недоуменно моргнула. — Открывай ротик, — произнёс он и начал пихать сладкое Ане в лицо. — Да стой же! Что ты творишь? — Аня была в гневе. Что он себе позволяет? — Я подумал тебе понравится… Обычно все парочки так делают, не так ли? — отступая, спросил Женя. У Ани округлились глаза. Ей послышалось? — Какие парочки? Что ты несёшь? — Ну, мы же встречаемся, разве нет? — приподняв одну бровь, спросил Семененко. Аня оторопела. Мысли как будто выбило из головы и она не понимала, что происходит и что делать дальше. — С чего ты вообще взял, что мы встречаемся? — А разве нет? Разве не ты соглашалась гулять со мной, ходить в кино? Не ты? Ситуация становилась всё более абсурдной. — Я, но… — её перебили. — Тогда зачем? Зачем ты это делала? Просто погулять? — он был в гневе. — Разве не видно, что ты мне нравишься? Все эти подарки, цветы, ухаживания, для тебя в порядке вещей? — А тебе разве не видно, что ты мне нахуй не сдался? — Женя раскрыл рот, но не мог выдать ни слова. — Ты реально тупой или прикидываешься, думая, что я сжалюсь над тобой? — Давай, сделай вид, что ты не при делах, конечно же, — парень до последнего не может поверить еë словам. — Так все девушки делают, главное - выставить парня виноватым. — Дебил, ты фильмы хоть смотрел? Там во всех парочках девушка избегает парня, убирает его руки с себя и пытается смыться домой при любой возможности? — Я думал ты так заигрываешь со мной, — Аня впервые увидела человека с 47-ю хромосомами. — Если бы я на тебя заявку в ментовку накатала, когда ты мне чуть в трусы не залез, тоже бы подумал, что это от большой любви? — Семененко вскипал от несправедливости, невзаимной любви и своей слепоты, которую он не мог принять. Всё. Это была последняя капля. — Знаешь что? Иди-ка ты нахуй, — захватив пакет со сладостями, он зашагал к двери. — Скатертью дорога, и это ещë не забудь, — Щербакова метает в Женю его же апельсином, точно попадая в затылок. — Шлюха, — на секунду обернувшись, Семененко вылетает из палаты, захлопывая дверь за собой со всей силы. Когда эхо от мощного удара проходит, Аня, с улыбкой до ушей, берëт телефон, записывая голосовое для подруги. — Ками-ил, я официально могу жрать апельсины, принимать цветы и свободна от одного надоедливого парня. Жду тебя скорее. Под сообщением моментально появляются две синие галочки. «Камилëнок печатает…» Камилёнок 18:40 «У нас появился повод отметить, уже выезжаю))» Аня 18:41 «Если мимо охраны у тебя «что-то» зазвенит в рюкзаке и его переворошат, то я не виновата.» Камилёнок 18:45 «Не первый раз проношу в такие места, скоро буду)»

***

Александра не любила готовить. В основном это делала либо Лиза, поселившаяся в её квартире спустя месяц после начала их отношений, либо мама, которая перестала приходить после одного громкого скандала с дочерью. Сегодня - странный день, и не только потому что Сашенька решила порадовать свой гастрит нормальной пищей, но и из-за череды необъяснимых событий, происходивших ранее. Это все порядком вымотало, но при этом дало сил для домашних дел. Да, это непривычно слышать, но Саша успокаивалась, занимаясь уборкой. После сложной тренировки включала любимые песни и энергично мыла полы. Для неё это своеобразный релакс. Не всем, конечно, понятный. Вот и сейчас, под какой-то ремикс, Трусова обжаривала куриную грудку, параллельно выключая сварившиеся макароны. В задумках - паста. Какая именно? Да никто и не задумывался. Главное - вкусная. И это, пожалуй, единственное блюдо, которое получалось у Саши действительно вкусно. — Бу! — Лиза подкралась сзади, обнимая девушку за талию. Саша вздрогнула, обернулась и задела локтем сковороду. Отскочила. — Ну ебаный в рот, Лиза! — Трусова побежала к крану, подставляя пострадавшую часть тела под холодную воду. — Ты можешь не материться так много? Подумаешь, ударилась! — та возмущено всплеснула руками. — Сколько можно уже? — Ты не видишь?! Я готовлю! Тут раскалённая посудина! — Ясно, — Лиза ушла в единственную комнату, в которую можно было уйти в столь маленьком жилье - ванная. Закрылась на замок. Саша все ещё мочила раскрасневшийся ожог, забывая про подгорающее мясо. Характерный запах всё-таки почувствовался. — Блять. Спустя время Лиза высунулась из укрытия и, как ни в чём не бывало, села за барную стойку. Жующая Саша посмотрела на девушку исподлобья, но не смогла противостоять своим тёплым чувствам к ней. Поэтому встала, наложила той еду в тарелку и поставила перед голодающей. Лиза молча ковырялась вилкой в пасте, рассматривая темно-коричневые кусочки курятины. Спустя долгие десять минут, отложила прибор и сказала: — Я это есть не буду. Саша злобно подняла голову. — Не ешь, — и продолжила принимать ужин. Лиза ожидала какого-то другого ответа, поэтому сделала крайне удивлённую физиономию, демонстративно смотря сожительнице прямо в лицо. Но Саша не хотела продолжать этот цирк, поэтому взгляд не поднимала, также тихо жуя свой испорченный кулинарный шедевр. Казалось бы, отсядь на диван, посмотри дебильные видео в социальных сетях, но нет, Нугумановой было мало. Та взяла блюдо и выскребла содержимое в мусорное ведро, громко царапая керамику. Саша перестала есть. Всё ещё с набитым ртом, обернулась на объект звука. В её глазах читалось всё. Ненависть. Боль. Разочарование. Ну не нравится, оставь тарелку, действительно, не давись. Никто не заставляет. Но не выкидывать же продукты! Вот и Трусова разделяет такую же позицию. И это действие стало только вершиной айсберга. — Ты меня бесишь! Тебе всё не нравится! Всё не так! То не говори, это не делай. Сколько можно так, Саша? С тобой невозможно жить. Мы не живём, а играем в молчанку. Детский сад какой-то, честное слово. И давно такое пошло, а? — Нугуманова поставила руки на бока, приняв выжидающую позу. — Я тебя совсем перестала понимать. Зачем такие отношения? Если всё не устраивает. Я уже не могу просто, — плечи Лизы несколько раз вздрогнули туда-сюда, а сама она поникла. Саша ещё несколько раз прожевала пищу, и, наконец, проглотила, запивая водой. — Ну почему ты опять молчишь? Сказать нечего? Как всегда, — Лиза взмахнула руками, подтверждая свои слова жестом. — И зачем ты это сделала? — послышался хриплый голос. — Ты про свои жалкие макароны? Такое даже коням на корм не дают, а ты мне ставишь! И ладно бы ещё ты нормально общалась, а так.. — Иди нахуй, Лиза, — Саша продолжила медленно пить жидкость из стакана. — Чего? — Ты все прекрасно слышала. Иди нахуй отсюда, раз я такая плохая и тебе всё не нравится. — Нет уж, Саша, послушай! — Это ты меня послушай! — наконец Саша со звоном бросила сосуд на поверхность, подорвалась к возлюбленной. — Ты уже всех заебала! В команде от тебя чуть ли не вешаются, ты думаешь просто так в раздевалке замолкают, когда ты заходишь? Нет, не просто так, для тупорылых. И да, Лизонька, твои концерты и мне уже надоели. Нет бы меня поддержать, сама знаешь, как меня все ебут из-за той девки, так ты только хуже делаешь! Давишь, давишь, ради тебя стараюсь, а в ответ одно говно из тебя льётся! За-е-ба-ла, — по слогам произнесла Александра, приближаясь к лицу Елизаветы. Нугуманова стояла в шоковом состоянии. Конечно же она не ожидала, что Саша ей ответит, да ещё и таким образом. Поэтому в момент девушка задрожала, судорожно вздыхая, ещё чуть-чуть и казалось, заплачет. После очередного злобного вздоха, Лиза собралась и со всей силы замахнулась, готовясь нанести Трусовой пощёчину. — Ну уж нет, — с реакцией у второй было все в порядке, так что вовремя перехватив кисть обидчицы, хоккеистка начала с особой силой выворачивать ту. — Это у тебя нет совести, Ли-и-за, — глаза полыхали неистовым пламенем. Бедная Нугуманова аж испугалась и в мгновение перестала дрожать. По спине покатились капельки пота. — Саша, отпусти! Ничего не изменилось. Трусова продолжала держать руку оппонента, с садистской улыбкой испепеляя ту своим «уберите кашу». — Саша, мне больно! — вскрикнула, сорвавшаяся на слёзы, Лиза, задёргалась, пытаясь выдернуть конечность. И это тоже не подействовало на бушующую. — Я с тобой расстаюсь! Дура! Саша в миг опомнилась, разжала пальцы и отстранилась. Ощущалось это для неё так, будто тот удар всё же долетел до адресата, а вместе с тем и испарил все мысли из головы. Опустошение. — Ты ненормальная! Ты об этом ещё пожалеешь! — истерично визжа, орала девушка, впопыхах собирая вещи в ту самую дорожную сумку. — Будь ты проклята! — как можно чётче проговорила всхлипывающая Нугуманова, сталкиваясь с полным отвращения взором с, уже бывшей, наверное, любовницей. Трусова никак не отреагировала на выпады любимой, продолжая стоять на месте. Оглушающий хлопок двери. В квартире поселилась тишина, и в свою очередь, выселилась Елизавета Нугуманова. Возможно теперь в этом доме будет спокойно.

***

На новом месте тревожно. Лиза долго обдумывала своё поведение, сделала ли она всё правильно? Каждый раз приходила к выводу - «я красотка, а Саша хуесоска». Вот. Хотя с предпочтениями Александры, таким словом её назвать - равно обозвать, ибо в этом плане девушка чиста и непорочна. Лиза уже три дня специально не приходит на тренировки. Удивительно то, что за всё время тренер ей позвонила только один раз и оставила пару сообщений, которые гласили буквально: «Ты где?», «Заболела?». Как же всё осточертело. Сил больше нет. — Лизавет, будешь? — её новый молодой человек помахал бутылкой дорогого виски, от которого девушка ну просто не могла отказаться. Тем более, в столь тяжелые времена. — Конечно, милый, — и снова вспомнились предыдущие отношения. Саше ой как не нравилось, когда её называли чем-то подобным не в шуточном контексте. Та бесилась, показывала всем своим видом недовольство. Опять про это. Спрашивается, зачем? Мужчина подал ей бокал с алкоголем, не забывая и про себя. Лиза уже была подшофе, поэтому от ещё одной порции напитка ничего не изменится, разве что станет хуже. В привычное время, Нугуманова вообще старалась не пить, придерживалась правильного питания, занималась йогой и пыталась приучать к этому Сашу. Иногда успехи проскакивали, но взрослого человека трудно изменить, тем более, когда он сам этого не хочет. Вот это и есть случай с Трусовой. Нынешнего избранника она не любила, нет. Как так быстро возможно вообще влюбиться? Он удобный. Предоставил жильё, обеспеченный. Многие девушки просто мечтают о такой возможности в жизни - найти богатого мужика. Лизе даже искать не пришлось, он нашёл её сам. В ночном клубе. Хорошее место для встреч, не правда ли? Для него Лиза - алмаз, который можно огранить так, как лишь одному ему угодно и счастливо дожить остаток своих лет вместе с ней. И не смущало его даже то, что молодая любовница уже третий день ходит пьяной. А что? Не буйствовала, ей можно воспользоваться когда душе угодно, чем и занимался этот некто. — Вот знаешь, как бывает больно, когда тебя бросают? Бизнесмен сначала опешил, но усмехнулся и ответил: — Конечно знаю. Лиза перевернулась на спину, глядя в темный потолок. — И что мне делать? — язык заплетался, придавая своей обладательнице курьёзный вид. — А что ты можешь сделать? Кто же тебя так обидел? — мужчина отстранёно разглядывал медового цвета жидкость под разными градусами, поворачивая стакан туда-сюда. — Саша. И не только Саша. Не знаю… Они все меня ненавидят, понимаешь? — снова слёзы, хриплый голос. — Особенно тренер, всегда восхваляет Сашу, будто мы этого не видим. Будто она главная в команде, единственная, а это не так! Согласен? Ничего не понимающий человек кивнул головой, пытаясь поддержать собеседницу. — Может есть какой-то компромат? Она тебя могла физически обидеть? У меня есть хорошие адвокаты, разберёмся в случае чего. У тебя есть доказательства? Фотографии, к примеру? — Фо-то-гра-фи-и, — Елизавета словно на вкус попробовала это слово, хмуря брови. Залезла в телефон. Галерея. О да, у Нугумановой целая коллекция из разных снимков, число которых превышало цифру в пять тысяч. Вот она. Её (а точнее её мамы) кот. Солнце. Лето. Саша. Закат. Совместные снимки в зеркале. Поездка в Санкт-Петербург. Столько всего. На лице, казалось не осталось ни одного сухого места, расставание даётся тяжело. Но так будет лучше. Наверное. И вот, та самая вечеринка по случаю победы команды. Загородный дом. В ту ночь все изрядно напились, а на следующий день похмелялись. Лучшие спортсменки страны, что говорить.. На коленях у тренера удобно расположилась Загитова, которая, судя по фото, беспорядочно исследовала рот своей партнёрши, касаясь её лица. А руки Медведевой, тем временем, абсолютно по-свойски, сжимали ягодицы Алины, поглаживали. Картина маслом. И как это оказалось у Лизы? Она и не помнит. На лице заиграла ой какая нехорошая улыбка. Сникший ранее хозяин квартиры, заметил изменения в гостье, и сам наконец успокоился, залпом допивая остатки виски. — Ты гений! Тот только рад услышать похвалу, весь засветился аж, но Лизе до него вовсе не было дела. Инстаграм - уникальная соцсеть. Нужная, популярная. И именно туда, в историю, Елизавета выложила ту самую фотографию, найденную ранее. В тот момент не было никаких страхов и сомнений. Всё будет хорошо, так надо. К утру её телефон взорвется от уведомлений, а страничка станет чуть ли не самой обсуждаемой в интернете.