Ледовое Шапито

Команда приехала в Челябинск ранним утром, вяло вываливаясь на платформу после бурных ночных посиделок в купе тренера. Им предстоит финальная коммерческая игра, после которой решится их судьба: победителей или же проигравших. Игроки никогда не переживали перед матчами и были довольно самоуверенными, но порой закрадывались нервные мысли по типу: «А что, если…?», почти сразу сменяющиеся полной сосредоточенностью на происходящем. Сейчас же им хотелось только провалиться в сон, которым решили пренебречь ночным рейсом. Одна Косторная, как всегда, была энергична и навеселе, пытаясь раздраконить всех остальных прямиком до самого отеля. Девушки прошли в здание, в котором им придëтся проживать пару дней на момент игры. Забрав ключ-карты от номеров на ресепшене, они поднялись до своих комнат. В этот раз Саше повезло - она находилась в одном номере с Усачёвой, а не неугомонным медиком. Это был отличный шанс нормально отдохнуть, что она и сделала первым пунктом, сходу завалившись на белоснежную кровать. — Блять, тут даже мини-бара нет! — ну, или же не очень повезло. Даша среагировала на крик, попутно стягивая со спины рюкзак и положив его у тумбочки. Достав телефон из кармана, девушка подошла к зеркалу, направляя камеру в отражение. Как же можно упустить шанс снять очередной влог с поездки в другой город и не порадовать любимых подписчиков новым контентом с их жизнью за пределами ледовых арен. — Почему тут так слышно бомжей с улицы? — хрипит Трусова, утыкаясь лицом в мягкую подушку. — Это крик души с соседнего номера, — хихикает Даша и поворачивает камеру в сторону лежащей. — А это заëбанная Шура. Девушка приложилась щекой к подушке, раскрыв глаза. — Опять ты со своим влогом… — буркнула она, отворачиваясь. — Как ты меня назвала?! — Саша оживлëнно подрывается на кровати, чем пугает Усачëву. Рыжеволосая рвётся к жертве, но ей мешает собственный творческий беспорядок, и она спотыкается о чемодан. Даша, смеясь, успевает прошмыгнуть из номера, придавив спиной дверь за собой. «Ну, я и так хотела продолжить обзор в коридоре» — Даша медленно отстраняется, когда частые удары позади прекращаются. — А сейчас мы идëм к алкашне, — весело протянула девушка, покачивая головой, направилась дальше. Спустя пару шагов, Усачëва заходит в соседний номер. За дверью её встречают всюду разбросанные вещи, грустная музыка, тихо играющая из колонки, и движущийся ком одеяла на кровати. — Лил Пип, серьёзно? — усмехнулась вошедшая и подобрала футболку, небрежно валяющуюся на полу, аккуратно уложив на кровать. — Тут нет бара... — тихо донеслось рядом. — Алëн, ну обосраться теперь, три дня потерпи - не умрëшь, — снова послышалось глухое нытьë и, решив оставить тоскующую по алкогольным продукциям наедине, Даша покинула комнату. — Одна меня убьëт, если в номер вернусь, у второй ломка, мне страшно дальше обходить наших, — Усачëва проходит по коридору и замечает тренера, стремительно движущуюся навстречу. — Евгения Армановна, как у вас дела? — Усачëва, я тебе эту камеру, — огрызнулась Медведева, не договорив фразу, и ускорилась, проходя мимо. — А третья, походу, недотр.. — Усачëва! — ученица испуганно дëргается от окрика позади. — Хорошего дня вам, говорю! — развернувшись, крикнула Даша той в спину. — Пиздец, даже шëпотом услышала, — цокнула она, продвигаясь далее по сокомандницам.

***

После первых жалобных криков от соседки, Трусова находилась в полной тишине, но никак не могла уснуть. Все прочие мысли затмевала Анна. Странная ситуация: всего-то врезалась в фанатку, а теперь та с командой гастролирует за бесплатно, так ещë и стала новой закреплëнной строкой диалогов в мессенджерах Саши. Упустим тот момент, что почти все поблажки были сделаны самой Сашей, и даже не под прицелом пистолета в руках Медведевой. Уделять внимание фанатам, кроме как посмотреть отметку или же сфотографироваться - было каким-то лишним до этого момента. — Саша! — она дёрнулась и приподнялась на кровати, метнув взгляд на закрытую дверь. — Са-аша! Было чувство, что кто-то стоял прямо за дверью, хотя имя эхом отдавалось в комнате. Это снова были вопли Алёны с соседнего номера. Саша уже который раз прокляла эти чёртовы тонкие стены в номерах, будто из картонки. Это обыкновенная провинция, а не родная столица с наилучшими условиями, к которым девушка так привыкла. Послышался очередной оклик и Трусова не выдержала, вскочив с кровати. В голове лишь мысли, что неугомонной Косторной снова понадобилось от неё и в таком срочном порядке, судя по крикам. Девушка рывком отворила дверь её номера, захлопнув за собой, и прошла вперёд. На кровати разлеглась коротышка, всеми своими актёрскими навыками изображая больного человека. — Са-аш… — Алёна поднесла руку ко лбу. — У меня температура. — Поздравляю, — Саша испепеляла взглядом актрису напротив, ожидая продолжение цирка. — Ну Са-аш, — вновь жалобно протянула та, закрыв глаза. — Тридцать шесть и восемь.. — Я организую твои похороны после игры, не беспокойся, — она начала уходить и уже коснулась рукой двери. — У меня идея на миллион есть! — Трусова беспомощно уткнулась головой в преграду, легко стукнувшись, перед тем, как вернуться. — Ну, говори. — Давай с коридора кулер сюда притащим? — зеленоглазая уже сидела на кровати, с улыбкой и горящими от собственной задумки глазами. «Умные мысли преследовали её, но она была быстрее». — Это твоё предсмертное желание? — Да-да-да-да, — протараторила Алёна и поднялась с кровати, подбегая к той. — Меньше слов - больше дела, пошли! — Косторная выпихнула Сашу за дверь вместе с собой.

***

Аня и подумать не могла, что обычные, казалось, безобидные уговоры подруги сходить на матч обернутся подобным образом. Ничего не смыслить в хоккее и согласиться лишь единожды составить компанию, а затем без раздумий принять приглашение на финал аж в другом городе. Принять лично от Саши, которую ей стоило бояться, как огня, после проведённого в больнице досуга. Видимо, после сотрясения в голове Щербаковой что-то щёлкнуло, и её даже начало это затягивать. Максимально спонтанная поездка уже и не казалось столь безумной, сколько интересной. И сейчас, заинтересованная Анна с не менее заинтересованной Камилой заселялись в отель. Младшая заприметила диванчик, который сразу использовала по назначению, тем временем, как Щербакова прильнула к стойке, постукивая пальцами по столешнице. — Где у вас можно попить? — девушка напротив подняла светлый взгляд. — По второму этажу стоят кулеры, — улыбнувшись, отозвалась она. Аня кивнула, отойдя от стойки, и развернулась к подруге. — Я отойду. Ты заберёшь ключи? Услышав одобрительное усталое мычание, девушка прошла далее и завернула за угол. Преодолев лестницу наверх, Аня наткнулась на довольно странную картину с уже знакомой персоной. Не высовываясь из-за угла, она приняла роль наблюдателя. — Алёна, ты будешь тащить или нет?! — Саша не на шутку возмутилось такой халтурой со стороны автора данной идеи. — Если ты пальцем еле касаешься этой ебаной шарманки, это не значит, что ты помогаешь мне! — Да ты и без меня вроде нормально справляешься, — улыбнулась Алёна, демонстративно подняв руки. — Я тебе не Халк, блять, чтобы таскать всё это в одиночку! Имей совесть, лепрекон, силы должны быть равны. — Как ты меня назвала?! Ты знаешь кем будешь? — Кем? — А я не знаю, — Алёна призадумалась, отпуская предмет полностью, но тут же махнула головой, отсеивая задумку. — Ладно, потащили. Я несу, Саша, несу. Не зря же с собой «несквик» взяла в конце-то концов! — С пивом? Казалось, что смех двух удаляющихся объектов слышал весь Челябинск. Аня ещё чуть-чуть понаблюдала за тем, как хрупкие особы тащат за собой кулер для, казалось бы, всех гостей. А когда те скрылись, девушка прошла в свой номер, сразу же укладываясь спать. Завтра наших героев ожидает тяжелый день. Решающий.

***

Ледовый дворец «Абхазия», где должна состояться игра против команды «Болонки», находится в двух минутах ходьбы от отеля. Компашка из десяти человек, первых двух пятёрок, медленно шагала по направлению к арке входа. Обшарпанные двери и облупившаяся штукатурка так и навевали серостью, далёких от современности, домов. Челябинск - угрюмый город и не слишком приветливый, что довольно давило на его туристов. Тем более, чувствуешь себя не в своей тарелке, когда ты гость на арене. — Я сейчас умру от холода и допотопности одновременно, это какой-то ужас! Почему мы должны играть здесь, если официальная арена турнира находится в Москве? — возмущению Головач Лены просто не было предела. Она является главной «модницей» команды, и выходить из зоны комфорта в виде города, где нет даже каршеринга, она не планировала. — Блять, можешь успокоиться и потерпеть всего два дня? Ты приехала играть, а не подпиливать ноготочки и гробить очередную тачку правительства. И тут, кстати, воздух чище, так что ты подыши, а то душнишь больно, — в такт ей отвечала Мамилфа. Мамилфа Непейпиво - девушка невысокого роста с голубыми глазами. Она самая молчаливая в команде, но многие её уважают за тактичность и мастерство в игре. Дальше все шли молча. Солнце палило нещадно, но холодный ветер не давал даже задуматься о тёплых майских праздниках. Надежда была только на спасительное помещение холла, в котором надо дожидаться весь штаб Медведевой.

***

Тем временем в номере Евгении Армановны могло стать поистине жарко, так что девушка не шибко беспокоилась о погоде. — Алина, блять, нам выходить на финальную игру через пять минут, — она пыталась отодвинуть от себя неугомонную брюнетку. — Жень, этого времени всегда хватало, с моим-то языком, — девушка усмехнулась и вывела незамысловатый узор между двумя пальцами. Главный тренер тут же залилась краской, не оставляя попытки увернуться от настойчивых губ младшей. — Если мы сегодня победим, то обещаю, что мы испробуем на упругость этот матрас времен СССР, но сейчас, пожалуйста, давай выйдем, иначе я отправлю тебя спать к Косторной с её храпом. — Боже, вот ты всегда умеешь испортить момент. Но я напомню тебе про матрас, когда отдам кубок, а ещё у меня новое кружевное бельё, — Алина быстро чмокнула свою девушку в уголок губ и, взяв за руку, повела из номера.

***

Саша неслась в коньках по коридорам к выходу на трибуны с хоккейной майкой в руках. Ей вдруг взбрело в голову, что Ане может стать холодно и, в принципе, как-то неловко сидеть в окружение ярых фанатов без плаката и даже разрисованного лица, а тут хотя бы будет поддержка в виде майки клуба. Она жутко нервничала и даже не осознавала последствий своих импульсивных действий. Аня стояла возле выхода игроков на лёд, ведь, по просьбе Трусовой, охрана смогла пропустить её дальше, чем положено фанатам. — И снова привет, я знаю, что осталось всего пятнадцать минут до выхода, но мне очень надо было тебе это передать, — Саша замялась, ведь сейчас эта идея ей казалась гораздо глупее, чем пять минут назад. — Что «это»? — Аня была в смятении. Рыжеволосая в полной амуниции, и так близко, казалась ещё красивее, чем на фотках в интернете. Но её недоумённый вид передавал какую-то нервозность. — Я тебе принесла свою игровую майку, ведь подумала, что тебе может стать холодно. Но она всё равно не спасёт тебя, ведь сделана из микроволокна, а ещё потому, что твоя подруга всегда в похожей, а ты сидишь как будто за другую команду болеешь, но сейчас мне кажется это очень глупым. В общем, я, наверное, пойду, чтоб совсем не сгореть со стыда и… Прости. Приятного просмотра, — Трусова уже развернулась, чтобы уйти, проклиная свои бредовые идеи, но Аня схватила её за запястье, заставляя повернуться к себе. — Стой, я не особо поняла, что ты только что пробубнила, но мне несложно принять джерси, — она улыбнулась. Искренне улыбнулась. И у Саши вдруг перехватило дыхание, ведь, когда Щербакова становилась такой простой, была похожа на богиню, ту самую из книжек про древний Рим, которые так любила читать в детстве зеленоглазая. И девушка улыбнулась в ответ. — А, да, хорошо, вот, — Саша, наконец, протянула темноволосой бело-зелёную джерси. — Спасибо, удачной игры, — Аня, всё так же улыбаясь, кивнула и, отпустив запястье, пошла к своему месту. Трусова ещё пару секунд провожала её взглядом, а затем выдохнула с облегчением. На щеках все ещё ощущался жар, а запястье было тёплым от пальцев Щербаковой.

***

После проведения разбора полётов оставалось пять минут до начала разминки. Каждая девушка пыталась настроиться на игру или, так сказать, «словить свою волну», но её поймала только Косторная в туалете за новой электронной сигаретой с повышенной дозой никотина. — Алёна Сергеевна, вы там не утонули случайно? Я, конечно, понимаю, что надо как можно скорее слить все деньги Трусовой на самогонный аппарат, но тут некоторым нужна помощь с перевязкой суставов, а то, как малые дети, делают всё в последний момент, — Женя пару раз стукнула об косяк двери и отошла дожидаться медика на скамейке в кругу команды. — Боже, это так ахуенно, — Косторная сидела на закрытой крышке и пыталась отдышаться, ведь она думала, что если насытить лёгкие большим количеством кислорода, то станет легче. Но её знаний в медицине было слишком мало, чтобы знать, что это не сработает. После нескольких минут такого «дыхания» девушка, наконец-то, начала ощущать свои конечности, а значит - можно выйти из укрытия, что она, собственно, и сделала. — Ну и зачем ты меня зва… — договорить она не успела, так как удачно споткнулась о клюшку и полетела прям на Медведеву. — Алёна, блять, да что с тобой? — Да что Алёна-то опять? Это они раскидываются спортивным инвентарем, а не я. — Клюшки просто стояли. Кто виноват что ты такая кривоногая? — Хорошо, что это всего лишь я, а не кто-то из твои подопечных, — она усмехнулась, но отсутствие улыбки на лице тренера заставило её поникнуть и уйти в противоположную сторону раздевалки. Тишина. — Так кому там нужна была помощь? — Косторная развернулась с виноватой улыбкой к Жене.

. . .

Последняя игра турнира означала только одно - нужна наивысшая степень концентрации. Нельзя витать в облаках или ещё хуже - что-то забыть. Слава Рао, такого не случалось после того, как Евгения Армановна выгнала из команды девчушку, забывшую на тренировку краги. Первый период обещал быть очень интересным. Как минимум потому, что трибуны сильно вопили и слышался треск стекла от попадающих в него шайб. Казалось бы, не главный турнир сезона, но у обеих команд за плечами годы тренировок, которые не позволяли расслабиться даже в играх на дворовой площадке, что уж говорить о мини-турнире. — У меня ощущение, будто я сейчас умру, у нас турниры каждый год, а волнуюсь, блять, каждый раз, как в первый. Если обосрусь, то я сама себе этого не прощу, — сказала Лиза, подъезжая к колонне с защитниками. — А я вот вообще не волнуюсь. Это не главный турнир сезона, а всего лишь коммерческий. Плюс нам даже не сказали какой приз, помимо гонораров, — Нюша усмехнулась и, в очередной раз, поправила шнурки на хоккейных шортах. Нюша - блондинка невысокого роста и с очень худыми бёдрами, так что постоянное подтягивание штанов бесило не только её, но и всю команду. — Я когда-нибудь замотаю нахуй скотчем тебе штаны, чтоб ты их больше никогда не сняла. — Ой да ладно тебе, это гены так сложились и даровали маленькие бёдра, — она стукнула Туктамышеву по щитку и уже хотела поехать на один-один, но прозвучал свисток об окончании разминки. Команда направилась к своим скамейкам слушать наставления тренера, её последнюю речь. Пошла игра, «Ташкент» начал прессовать болонок в их зоне, но совершить бросок по воротам никак не удавалось - игроки стояли плотно, вдоль пятака. Тактика ничуть не изменилась с конца игры за полуфинал, так что держать оборону было в разы легче. Приходилось часто менять местоположение, из-за чего частота смен росла с каждой минутой. Девушки измотаны уже после первых десяти минут. — Евгения Армановна, сейчас только первый тайм, можно играть в четыре равных звена? Мы сейчас в их зоне, поэтому надо чуть передохнуть и встать на убойную позицию. — Усачёва, вот как ты на тренировках выкладываешься, так и выходит в игре, конечно у тебя выносливость на нуле, если ты челноки не добегаешь, а баллон на клюшку нанизываешь. Я сейчас выпущу четвертое, но если потом ты не выйдешь и не отработаешь в свою зону, то будешь сидеть до конца периода. — Хорошо, мой повелитель… — пропела Даша себе под нос. — Я всё слышу, сейчас как Трусова договоришься, — Евгения усмехнулась и покосилась на Сашу, сидевшую на пару метров правее. — Да что я-то опять? Молчу же сижу! — У тебя просто репутация уже плохая, хорошо, что хоть сейчас сидишь и молчишь. Бузова, иди на смену, так же, как и вся четвёртая пятёрка, только попробуйте мне проебаться. Просто постарайтесь, как можно дольше удерживать шайбу в их зоне и не проёбывыйте нападающих за спиной, — Женя похлопала ей по плечу, затем немного отошла для лучшего обзора поля. Ожидания не шибко оправдались, ведь буквально через двадцать секунд прозвучал сигнал сирены и трибуны взвыли - «Болонки» забили гол, словив на ошибке команду гостей. Маргарита Мильпопсова ловко обошла защиту по борту и кистевым броском с синей линии отправила шайбу прямиком под ловушку вратаря. — Блять, а я что говорила?! Четвёртое, нахуй, теперь сидеть будете. Кто вас учил так бегать? Вы будто в штаны насрали! Особенно ты - Нюша, как у тебя опять шорты болтаются на середине щитков?! — Медведева рвала и метала, расхаживая вдоль скамеек. Далее игра шла спокойно, без острых моментов у обеих команд. Второй период начался с удаления игрока противника. Девушка подставила подножку вместо того, чтобы ускориться и выбить шайбу. Сейчас было явное преимущество у «Ташкента», все надеялись реализовать большинство. Мамилфа Непейпиво приняла пас в средней зоне и устремилась вперед. Перед ней только один защитник, можно было совершить финт или прокидку, но ход мыслей прервал неожиданный свисток. Правила игры вновь были нарушены - случился оффсайд. Лена вошла в зону соперника раньше игрока, контролирующего шайбу, так запрещено действовать при атаке. Идёт вбрасывание на точке в нейтральной зоне со стороны зафиксированного оффсайда. Хороший момент для опасного маневра был испорчен и уже вряд ли можно разыграть большинство. Атмосфера во всём ледовом накалялась. Болельщики шумели, подначивая игроков вести борьбу жёстче. Центральная нападающая «Болонок» вела шайбу в средней зоне, намереваясь обойти защиту и совершить бросок, Алина ускорилась в её сторону, дабы предотвратить это. Резко сместившись по направлению к  сопернице, и сильно впечатывая ту в борт, она отобрала шайбу. Отдав пас, Алина отправилась на смену. — Нихуя себе, не знала, что ты так умеешь! — Ага, Трусова, а чё думала ты одна так можешь? — Алина усмехнулась и шандарахнула ту по жопе клюшкой. — Эй, я не любительница БДСМ, ты вон лучше свою девушку отшлёпай, — Саша засмеялась и побежала на смену под грозным взглядом Медведевой. Оставалось семь минут до конца периода, счет всё ещё был в пользу команды противников. Надо сравнивать, но у Маркариты были другие планы. Маркарита Кондратюкова - нападающая третьего звена, высокая и упитанная шатенка, в форме была как шкаф, поэтому многие её опасались. Не дай Бог такая махина припечатает тебя в бортик. Она неслась в чужую зону за шайбой, но её опередила защитница чужой команды, подобрав шайбу прям возле ограждения. Для Марко это не было проблемой и она на всей скорости полетела на неё. Но промазала и влетела четко в стекло возле игрока. Не выдержав такой силы, стекло-пластмасса треснула и по инерции разлетелась. Прозвучал свисток, означающий остановку матча. — Ой бля-ять, — девушка отъехала от бортика, рассматривая масштабы проёба. — Меня точно убьёт Армановна. — М-да, ты как обычно показала себя в лучшем свете долбаёбства. Когда говорят играть осторожно и не нарываться - это, конечно же, означает уебать всё и вся, — Усачева хохотнула и уехала к своей скамейке. Можно сказать, что Кондратюкову недолюбливала почти вся команда, она - эгоистка и слишком много говорила лишнего, за что нередко получала от Трусовой. Был объявлен перерыв по техническим причинам, за это время командам разрешено уйти по раздевалкам. — Итак, сегодня не день, а пиздень. Можно же было провести последнюю игру адекватно без происшествий, но нет, «Ташкент» обязательно должен разнести всё и вся. Я даже не удивлена. Сейчас главное отпустите эту ситуацию и выиграйте матч. Какого хуя прошло два периода, а на табло все‌ ещё ноль - один, и этот один забили не мы?! Собирайте все свои оставшиеся силы и выходите рвать жопы этим болонкам, они оправдывают своё наименование и носятся как псины туда - сюда без четкой цели. Можно спокойно их обыгрывать на мастерстве, главное больше не делайте всякой хуйни! Давайте «Ташкент», на кону что-то очень интересное, ну и деньги, конечно, мы все любим деньги, — Медведева усмехнулась. Технический перерыв должен длиться пятнадцать минут, что почти равнялось перерыву между периодами, из-за чего его было принято сократить всего до пяти минут. Этого хватило только для того чтобы отдышаться и ещё раз свалить все смертные грехи на Маркариту. Третий период обязан быть жарким. Обе команды никак не хотели уступать первенство, ведь на кону большие деньги и звание чемпионов. Преимущество у команды болонок, но было видно, как они уже расслабились и почувствовали себя победителями. Саша отобрала шайбу возле своих усов и отдала передачу на Загитову. Перед Алиной массивная защитница, и она уж думала просто пробросить шайбу, но на кону трусы Армановны, а значит - можно и рискнуть. Девушка ускорилась и прошмыгнула в последний момент в узкий проход между игроком и бортиком. Это личная победа – не получить травму на игре. Сделав ещё три толчка в сторону ворот, она совершила бросок, но попала в штангу. На добивание тут же пошли остальные нападающие звена. Самоделкина ловко вытащила шайбу из-под игрока и, развернувшись на 180°, сделала подкидку с обратной стороны клюшки. Шайба, ударившись о конёк противника, пересекла линию ворот. Из рупки послышался голос диктора. «На пятой минуте последнего периода команда «Ташкент» забивает гол, виновником сия торжества являются Алина Загитова отдавшая голевую передачу и Софья Самоделкина забивает гол!» — Ебать, ты такая умница, — Даша налетела на Софу, сбивая ту с ног, следом навалилась Алина и они уже все вместе радовались равенству счета. Расслабляться было некогда, нужно выиграть и, по возможности, не доводить игру до буллитов. Игра накалялась, а лёд начал «плавиться». Пустые бутылки воды были разбросаны вокруг скамеек. Трибуны пытались как-то поддержать команды, устраивая флэшмобы или же просто пели кричалки. Смены чересчур быстрые. Не всегда можно было успеть посмотреть на количество человек на льду, и, всё же, свисток арбитра означал оплошность. Был назначен штраф команде гостей. — Да какой, блять, плюс один?! Какой плюс один?! Ты глаза из жопы-то вынь! Она успела зайти, я даже видела, а ты нет что ли?! Позови мне Тамкладидзе, ой, блять, Тутберидзе! — Женя хотела уже выйти и набить морду рефери, вот только профессиональная субординация не позволяла. Этери подъехала к тренеру «Ташкента» на безопасное расстояние, потому что знала, что её ответ точно не понравится Медведевой. — Слушай, успокойся, пожалуйста. У неё конёк стоял на льду в момент принятия шайбы игрока со смены, так что тут явный штраф. — Боже, это всего лишь конёк. Нам тут играть всего ничего осталось, почему нельзя было это проигнорировать? — Потому что я - судья, а не слепыш с улицы вязов и от федерации получить не хочу. — О Рао, ладно блять. Маркарита, иди посиди на лавке, а то бесишь одним своим присутствием, — Женя пинком подтолкнула Кондратюкову в сторону скамеек штрафников. — Сейчас выходит второе звено, а после него - первое, только попробуйте проебать квадрат. Квадратом называлось положение игроков при игре в меньшинстве, где каждый должен стоять в своём секторе зоны обороны. Девушки пытались защитить Майю как могли, подставлялись под подкидки и падали под бросающего игрока. Прозвучал щелчок с синей линии, но голкипер успела среагировать и отбить шайбу блином. Защитницы не успели откинуть шайбу в угол и её подобрала соперница. Бросок, болельщики взвыли, шайбу ловит Хромых, совершив прыжок с другого конца зоны вратаря. — Боже, Майя, вот это гипер сейв! Да за такое тебя на руках носить надо, – Саша подъехала, чтобы обнять её. Когда все разъехались по своим местам, игра продолжилась. «Команда «Болонок» снимает вратаря за две минуты до конца матча, сможет ли этот маневр помочь им выиграть?» комментатор сегодня был в ударе. Дудаков, тот самый комментатор, определенно влюблён в хоккей. Было ощущение, что он никогда не покидал свою рупку или ледовый дворец. Пару лет назад, когда он ещё тренировал малышню, то волей случая познакомился с Сашкой. Они сдружились, ведь мужчина часто помогал в трудные периоды спорта, после травм или профессионального выгорания. Ну а сейчас является основным комментатором женских игр и иногда играет в Ночной хоккейной лиге. — Девочки, сейчас выходит второе, и отыгрывают секунд двадцать - тридцать, дальше - быстрей, сменяйтесь и надо не провалиться, постарайтесь с любой позиции прокинуть шайбу в их зону, желательно в ворота, — Евгения была настроена решительно, сейчас все шутки надо было отставить. Второе звено было почти равным по силе первому, только нападение порой проваливалось. И сейчас на поле самыми заметными игроками были Лена Головач – правый нападающий, и Мамилфа Непейпиво - правый защитник. Две закадычные подружки, но в сыгранности их связку не обходили даже Трусова - Загитова. Команда соперниц со вбрасывания сразу начала жёстко прессовать москвичек. Распасовка в правом углу площадки прекратилась только в момент, когда Мамилфа удачно смогла уложить клюшку на лёд, шайба, ударившись, откатилась прямо ей на крюк. Подняв глаза, девушка нашла свободного игрока и в секунду отдала пас на Лену. Сделав пару шагов, она совершила высокую подкидку мимо двух чужих нападающих. Пару секунд все наблюдали за движением шайбы с замиранием сердца. Раз… два… три… «Это гол!» - послышалось где-то сбоку от Медведевой. Радости всех просто не было предела: зрители гостей уже чувствовали вкус победы, а сам «Ташкент» ликовал. На табло горело 2:1 и минута до конца игры. Все думали, что уже выиграли, но опускать руки рано. На поле находилось первое звено. Саша подобрала шайбу перед своей синей линией и решила дать диагональный пас, что, кстати, категорически запрещено, на Загитову, как и ожидалось - её перехватил игрок черно - оранжевых, выходя один на один с вратарем. Щелчок и шайба прилетает прямо в девятку. Счет снова сравнен, а значит матч выйдет в овертайм. — Трусова, блять, ну какого хуя?! Я тысячу раз говорила тебе не отдавать пас через центр, это знает даже ребёнок двенадцати лет! Ты опять обосралась, как вот может это делать буквально лучший игрок сборной? Почувствовала себя всемогущей? Сколько раз говорить не расслабляться раньше времени?! Если мы проебём, то я тебя заставлю вместо Дантеса всю арену драить, а потом закопаю на заднем дворе дачи! — Женя покрывала ассистента матом, так как покрывали говном грядки для посева огурцов. Саша нервно сглотнула, присаживаясь на скамейку, перспектива быть закопанной ей не особо понравилась. За эту ошибку она сама себя покарает ещё дома. Прозвучала сирена окончания матча, обе команды уныло подъехали к тренерам, пока волонтёры собирали лопатами снег с площадки. Был назначен овертайм в пять минут до первого гола, если же никто не забьёт, то начнутся буллиты. Помощник принес воды со льдом, которую тут же опрокинули на себя половина команды, главное - пережить пять минут и не умереть от усталости. Медведева пыталась не ором донести до своих подопечных как не проиграть. Первым должна выйти первая пятёрка без Самоделкиной, затем вторая, так же без нападающего. Спустя пару минут игроки стояли на центре вбрасывания, ожидая судью. — Ну что, с Богом, — сказала Тутберидзе и бросила шайбу. Подбор за соперниками и они начали передвигаться по зоне, пытаясь придерживаться тактики. Так длилось около минуты. Лена смогла перехватить пас в своей зоне и, ускорившись, отдала передачу через борт на Алину, со смены выбегала Саша и дальше подкидка пошла ей. Войдя в зону противника, Трусова начала дриблинг возле усов, ожидая своих сокомандниц, когда удалось встать на позиции девушки начали распасовку. После нескольких передач шайба была у Даши, заметив открытый центр, Саша в миг оказалась там. Пас и в момент броска ей подставляют подножку. В голове проносится лишь «Надеюсь буллит, или хотя бы удаление», но ожидания не оправдались, а стали только лучше, ведь бросок попал точно под перекладину, а значит гол! — Го-о-о-ол! — кричит Даша, наваливаясь на всё ещё валяющуюся Трусову. — Сашка, ты гол забила! Ура, мы выиграли! Следом подлетела вся команда, а рыжеволосая думала, что лишится кишков или же желудок лишится банана. Поднявшись, девушки направились к тренеру. — Блять, Санчоус, тебе повезло реабилитироваться в моих глазах. Вы молодцы, Ташкент! У нас теперь бабки, кубок и ещё что-то о чем мне пока не сказали, но главное - мы надрали зад этим псинам! — она засмеялась, приобнимая Алину за плечи. — Теперь идите на рукопожатие и награждение, а затем отпразднуем, — все уехали, кроме капитана. — Ещё как отпразднуем, дорогая, — она ехидно улыбнулась и показала знак ножниц. — Ты же в курсе, что это миф и мы, блять, даже никогда так не делали? — Медведева снова залилась краской, воображая то, что они устроят в номере. — Ну, ничего, я что-нибудь придумаю, — и, улыбнувшись ещё шире, она уехала на рукопожатие.

***

— Кубок «Красный бублик» достаётся команде «Ташкент»! — глава федерации хоккея писклявым голосом объявлял победителя. — И ещё один дополнительный приз - путёвка на всю команду в одну из пяти точек мира. Вручается главному тренеру - Евгении Медведевой. Женя округлила свои глаза от такого подарка и на ватных ногах стала подходить за конвертом.

***

После удачного окончания турнира, команде лежит путь обратно в Москву. Компания шумела на всю платформу, освещённую лишь фонарными столбами, обращая на себя полное внимание, и скандировала слегка видоизменëнную кричалку. — Ташкент! — Сила! — Всех выебал! — Красиво! — Таш… — Да заткнитесь вы! — гаркнула Медведева, заткнув уши ладонями. Находиться в центре этого ликования было той ещë мукой. — Нам что уже, порадоваться нельзя? — сзади напрыгивает развеселённая Саша, тряся тренера за плечи. — Вы себя как обезьяны в лесу ведëте, мне кринжово, — Женя сбрасывает с себя Трусову, выходя из адского круга. — Бабка тик-токов пересмотрела - новое слово выучила, — рыжеволосая навалилась на её плечо, не переставая зудеть под ухом. — Эй тянка, шаришь за альт? — включилась к насмешкам Усачëва с другой стороны. — Биба и Боба, — дёрнувшись, вздохнула она и пошла к проводнице. — Два долбаëба! — продолжили они, под руку следуя за Евгенией вместе с остальными. Нудная проверка паспортов у всей оравы, перепуганные Косторная с Трусовой, которые не нашли документов, благополучно хранившихся у Медведевой, и вот «Ташкент» уже в поезде. Казалось бы, что может случиться - все после игры уставшие, разойдутся по своим купе, да и мирно уснут. Так было бы с любыми нормальными людьми, но точно не с ними. Самой последней, следом за молчащими подопечными, шла и сама Евгения Армановна, «контролируя» всю очередь. — Всем привет, это мой влог! — все мгновенно поворачиваются назад. — Усачëва, — шикнула тренер, схватив её за руку с телефоном. — Спят все, хули ты разоралась. — Как проснутся, так и уснут, мне надо влог доснять, — обиженно пробубнила Даша, отдëрнув плечо, продолжая кривляться на камеру, но уже почти шëпотом. Медведева идёт в свой вагон, самый дальний от всех девочек, и никак не может понять, почему людей спереди не становится меньше. Никто не собирался расходиться по своим местам и все нагло дошли до купе Жени. Лишь одна Туктамышева, будучи здравомыслящим человеком, поставила сон превыше всего. — Вы сейчас шутите? Вы хотите вчетвером ввалиться к нам? — они молча открыли еë дверь, поочерёдно исчезая из коридора. — О боже.. Хозяйки купе надеятся, лишь бы всё осталось целым и на своих местах. Шансов на это мало, учитывая Алёну и Сашу в компании. Девушки сразу полезли наверх, мешая друг другу. Косторная, учитывая свой рост, с первого раза не смогла занять вершину, поэтому за её тщетными попытками смотрела и ржала свысока Трусова. — Дура, помоги лучше, — прохрипела она, вновь опёршись ногами на койки и вытянув той руку. — Жень, я тут камеру поставлю, ага, — Даша корячилась у стола, пытаясь выстроить нормальный кадр. — Кочерыжка недоразвитая, давай лапу. Ухватившись за руку, Алёна начала готовиться к заветному шагу. Девушка уже делает попытку прыжка, как тут её руку отпускают и она падает вниз. А Усачёва-то всё ещё не разобралась с телефоном. — Блять! — она с грохотом валится под напором Косторной. — Боже ты мой, Алёна, — охает Загитова и помогает ей встать. — Даш, ты как? — На меня будто метеорит приземлился, — с трудом произносит она, поднимаясь с пола. — Ты на что намекаешь?! — возмущённо хмурит брови Алёна и приземляется возле Алины, притянувшей её за руку. — Тс-с-с! Раз хотите тут остаться, то не орите, — все замолкают и лишь с верхней койки достаётся приглушённый смех. — Сука, ты специально меня отпустила?! — Алёна вновь вскакивает и возвращается к капитану. — Да Алина! — Не бухти, коротышка, — ласково отзывается Загитова, обнимая рассерженную девушку. — Карма за дурака и те два косаря. — Ты как всегда, — Медведева лёжа пинает койку над собой, что отдаётся Саше под задницей. У Трусовой вибрирует телефон в кармане. Новое сообщение. Аня 22:34 «Зайди. Я через вагон в сторону машиниста. Вторая дверь.» — Я отойду, — рыжеволосая спрыгивает, получает мстительный шлепок по жопе от Алëны и убегает за дверь.

. . .

Вновь куда-то испарилась вся фирменная уверенность. Руки снова начинают предательски дрожать, а сердце стремится выпрыгнуть из груди. Такое состояние её преследует при каждой встрече с ней. Даже ведь не раздумывала, стоит ли идти и хочет ли этого. Знает же, что подсознательно хочет. С каждым шагом всë ближе к ней. Нужный вагон. Нужная дверь. Стук. Сердце замирает, а дверь тут же открывается. Анна уставшая и сонная. Без привычного выражения лица сходу встречает лëгкой улыбкой. Ни намëка на те переживания, которые приходится испытывать Трусовой. Девушка не прекращает улыбаться, лишь слегка приспускает уголки губ и смотрит на гостью, потирая глаза. Саша стоит, как вкопанная, не осмеливается вымолвить ни слова. На лице отчëтливо читается волнение и страх. Она не боится Аню - ей страшно быть с ней наедине, особенно смотреть в глаза. Трусова кусает изнутри щëки от нервов, но при этом не может отвести взгляда от янтарных очей. — Привет, заходи, — тихо раздаётся голос среди тишины и бесконечного стука колёс. Из четырëх свободных мест занято одно единственное. Вряд ли она пригласила бы к себе Сашу, будучи вместе с назойливой Камилой и еë вечными расспросами вдобавок. Аня присаживается, красиво и элегантно, удерживая зрительный контакт. Трусова скромно занимает соседнюю койку, смущëнно опустив голову. — Почему ты без подруги? — задаëтся девушка, поднимая взгляд. — Захотелось побыть одной. — Поэтому позвала меня? — Ты не столь невыносима, как Камила. — Мы просто мало знакомы, — неуверенно произносит Саша, сжимая кулаки с вспотевшими ладонями. — Хочешь познакомиться поближе? — М-м.. Может быть, — она понимает, что так больше не может продолжаться. Нужно переходить в атаку. — Да. Я хочу познакомиться с тобой поближе, — Трусова поднимает голову и вновь тает, когда встречается с мягким взглядом напротив. Да что ж такое-то. — Хорошо. Я тоже этого хочу. Повисает тишина, разбавляющаяся лишь неровным дыханием девушки напротив. Аня приподнимает уголок губ, всматриваясь в мелькающие виды за окном. — Тебе понравилась игра? — Очень. Я в этом почти не разбираюсь, но.. Ты хорошо играла, — Щербакова резко оборачивается, хватая рюкзак. — Ещë раз поздравляю с победой. — Спасибо. Ты давно хоккеем интересуешься? — С недавних пор, — Аня вытаскивает книгу и протягивает напротив. — Подарок. — М-м…Спасибо, — Саша берëт презент в руки, укладывая на коленях, и опускает голову. — Мастер и Маргарита. — Она мне о-очень понравилась. Надеюсь, что тебе тоже, — кареглазая улыбается, видя, как девушка не выпускает книги из рук. — Ты любишь читать? — Да, у меня с собой много книг. Хочешь покажу? — Щербакова смущается, получая краткий кивок, и снова берëтся за рюкзак. Стол постепенно загружается литературой и Трусова следит за каждым движением увлечëнной Ани. Девушки дëргаются от резко распахнутой двери. — Саша, я телефон утопила в туалете! — Усачëва тяжело дышит, опираясь на проëм. — Не ори в библиотеке, — Аня хихикает, отворачивая голову. — Да блять, Сань, чë делать-то? — Я похожа на аквалангиста? Как ты вообще его утопила? — Решила снять обзор на сральник блять, — из троих присутствующих тихо посмеивается только Щербакова, не знающая, что подобные проблемы происходят с ними чуть ли не каждый день, поэтому Сашу уже ничто не удивит. — В душе не ебу как, но надо его разобрать и высушить. Со всей решаемой и нерешаемой хуйнëй к Медведевой иди, не мешай, — Даша цокает, хлопая дверью за собой. Саша ненавидит читать, помнит лишь школьную программу с начальной школы, да и то не всю, но с интересом расспрашивает о всей макулатуре, выставленной на обзор. Аня же, с не меньшим интересом, воодушевлённо рассказывает об этом. . . . — ..она мне тоже очень понравилась в общем, — Аня отложила последнюю книгу. — Прости, я тебя наверно уже утомила своими рассказами. — Нет, всё нормально, правда. Обязательно прочту, — кивнула Трусова, приподняв подаренную книгу. — Я пойду уже. Спокойной ночи. Не дожидаясь ответа, девушка скрывается за дверью, облегчённо выдыхая. Она ещё раз осматривает книгу, проворачивая в руках. Из ровного ряда страниц выпирает кусок бумаги, отличный по цвету. Саша открывает нужный разворот и видит вырванную страницу откуда-то из тетради. Портрет рыжеволосой в игровом обмундировании, а снизу скромная подпись: А.Щ.

. . .

— Вы всë ещë тут сидите? — Трусова заглядывает в купе тренера. — Вас с соседнего вагона слышно. — О, Саш, мы тебя и ждали, — девушка заходит и закрывает за собой дверь. Наверху расположились Даша, переживающая за жизнь телефона, и Алëна, показывающая средние пальцы «я сверху, лохушка» пришедшей. Саша присела возле Майи на нижней. — Какого ботана обшмонать успела? — Усачëва свешивает голову. — Заткнись, — она откладывает книгу в сторону. — Раз вы все здесь, — начала Медведева, отрываясь от телефона. — Мне вам нужно кое-что сказать. — Тебя уволили наконец? — Заткнись, — пинает койку сверху, слыша тонкий писк. — Так вот. Вы же знаете, что нам подарили поездку, но не сказали куда? Девочки кивнули. — Мне дали выбор из нескольких мест и я могу огласить решение. — Дубайск? — Лучше, Даш. — Что может быть лучше Дубайска? — Геленджик, — произносит Евгения, заранее прикрыв голову руками для защиты. — Что?! — завопили девушки, подскакивая с мест. — Тш-ш, нам сейчас придут пизды дадут, не орите, — шипит Женя, отводя руки. — Ты на выбор, нахуй, выбрала Геленджик?! — Ну-у.. Там был Дубай, Милан, Сочи, Мальдивы и Геленджик. Я тыкнула по зову сердца, — Медведева уворачивается от прилетающей сверху подушки. — Даша! — Что Даша?! Вы Дубайск променяли на обоссаный Геленджик! — бунтует Усачëва, вскидывая брови. — Может как-то договоримся на обмен? Скажем, что Евгения Армановна была невменяема, забыла принять таблетки от шизофрении, — очередной пинок под жопу Косторной. — Я сейчас слезу и ноги тебе переломаю, и не такое в школе делала! — Так, вы тут долго тусоваться собираетесь? — сонно бурчит Загитова, стаскивая со стола телефон. — Почти два часа ночи, дайте людям поспать. — Мы после такого кошмара не уснëм теперь, — возникает Хромых, вставая с места. — Но с целью отпраздновать победу и в качестве извинения за такой подарок могу снова пожертвовать своей дачей, — девушки радостно закричали. — Почему орёте тут вы, а отдуваться потом мы будем.. Алёна слезает с койки, вмазывает Жене щелбан и, хихикая, убегает за дверь. Вслед за ней спрыгивает и Усачёва, поблагодарив за такие уступки. Из гостей остаётся только Трусова, переваривающая такую неожиданную информацию. — Сань, ты книгу в руки в жизни не брала, — Медведева усаживается на койке. — И читать не умеешь даже. Это откуда? — А это вас не ебёт, Евгения Армановна, — огрызнулась Саша с акцентом на инициалах, забрала книгу и покинула помещение вслед за девочками.

***

И всё-таки, дорога изматывает. Особенно после тяжёлого матча. Бесконечные московские пробки только усугубляют ситуацию, а если ещё и таксист не ищет лёгких путей и выбирают самый долгий маршрут, то есть вероятность, что к нужному месту вы доберётесь лишь к утру. В случае Саши почти так и получилось. Дома она оказалась только к полуночи. Спасибо Медведевой, которая оплатила девушке такси, ибо всю наличку хоккеистка оставила Косторной, а карту водитель отказывался принимать. Пару минут размышлений на пуфике в прихожей, и Саша всё же доходит до кровати. Вставать, после удачного приземления на подушку, у неё желания не возникает. Слишком устала. Однако, как минимум, снять верхнюю одежду нужно. Кое-как перевернувшись на спину, девушка начинает переваривать сегодняшний день. Появляется еле заметная улыбка, когда та вспоминает про обещанную тренером тусовку на даче. Такое не может не радовать. Даже появились силы, чтобы встать и привести себя всё-таки в порядок перед сном. Переодевшись, рыжеволосая решается хоть немного разобрать сумку после дороги. На глаза тут же попадается книга, подаренная Аней. Неизвестно, что двигало Александрой в тот момент, но уже через пару минут она улеглась в кровать, открывая первую страницу. Несмотря на то, что она далеко не любитель литературного творчества, страниц пятнадцать девушка всё же осилила. Произведение даже показалось ей интересным. Глаза уже слипались, поэтому было принято решение убрать книгу и лечь спать. Как обычно, в голову полезли нескончаемые мысли всё об одном человеке, и не долго думая, Саша взяла телефон, открывая телеграмм. Саша 00:57 «привет. что делаешь на ближайших выходных?» Девушка поздно поняла, что Аня в такое время, вероятно, уже спит. Поэтому тут же набрала второе сообщение: Саша 00:57 «медведева в честь победы тусовку устраивает. приходите с камилой. адрес скину» 00:57 «кстати книга классная, интересное начало» 00:57 «спасибо» 00:58 «сладких снов» В планах было отправить только первое, но что-то пошло не так. Удалять было слишком поздно, да и глупо. Саша сама не поняла, зачем написала остальное, но погружаться в очередной поток мыслей ей не хотелось. Заблокировав и убрав телефон, Саша повернулась на бок, проваливаясь в сон. «Главное, чтоб не подумала чего...» - последнее, что пронеслось у девушки в голове, перед тем, как окончательно отключиться. Однако, Аня ещё не спала. Её так же атаковали мысли об одной персоне. Увидев последние сообщения в шторке уведомлений, лишь кратко улыбнулась. По телу разлилось некое тепло, чему шатенка не придала значения и просто, погасив лампу около кровати, почти сразу заснула.

***

Дача Медведевой начинает заполняться людьми. Были приглашены, естественно, все члены команды, тренерский штаб, но и никто не запрещал приходить со своей второй половинкой. Так что вечер, а потом и ночь, обещают быть весёлыми. Всё-таки, все наконец смогут отдохнуть после тяжёлого турнира, который забрал у наших хоккеисток немало сил. Вряд ли, конечно, очередное алко-пати вернёт ту потраченную энергию, но хотя бы позволит оторваться по полной и забыть хоть на пару дней о тренировках. Правда, кое-кто в этот раз будет аккуратнее нежиться у всех на виду, но это, как говорится, до первой бутылки. А дальше всё по классике. Да и переживать им особо не о чем, главной звезды инстаграма нет, а значит на следующее утро никто не проснётся в ослепляющих лучах славы. На столах становится всё больше и больше алкоголя, чего не скажешь о еде. А вот здесь ошибка Косторной, которая умудрилась забыть огромный пакет с закусками прямо в магазине. Думаю, не стоит говорить о том пятиэтажном мате, который не прекращался в такси вплоть до конца дороги. А почему пятиэтажном? Просто Алёна была в магазине с Трусовой, которая не стеснялась своих эмоций даже перед таксистом. К счастью для всех, в морозилке у Медведевой осталось мясо с прошлых вечеринок, которое замариновалось сразу же по приезде на дачу, и его уже нанизывала на шампуры Саша. Хотя в её мыслях на месте мяса была Алёна. И это также бы осталось в мыслях, если бы эта недоврач не начала брызгать на хоккеистку из шланга. — Косторная, ты ахуела? Сейчас вместо мяса ты на шампуре окажешься, — рыжеволосая пыталась увернуться от воды, но получалось не очень. — Хотя нет, шашлык мы так унижать не будем, он не заслужил такого. — Да завались ты уже, дай повеселиться, — можно было подумать, что эта дама успела пригубить где-то по дороге, однако это её обычное состояние. — Слышь ты, весёлая наша, если бы твоя тупая башка работала, то мне бы не пришлось сейчас корячиться здесь на корточках. — Ну Са-а-аша, а ради меня? — Косторная, положив руки сзади на шею девушки, ласково проныла ей в ухо. — Фу, съеби отсюда, я за себя не ручаюсь, — скинув с себя подругу, Саша стала жарить мясо, периодически переворачивая шампура. Что-то буркнув себе под нос, Алёна пошла к остальным ребятам, которые, судя по всему, уже стали опустошать бутылки с алкоголем. На веранде стояло пару небольших столиков, которые уже успели занять, однако её взор упал на двух прекрасных, почему-то немного погрустневших девушек. — Привет, девчонки, чего грустите? — позитива у Алёны, как обычно, хоть отбавляй. — Привет, да всё хорошо, просто устали после дороги немного, — включилась в разговор Аня, немного улыбнувшись. — О, кстати, как добрались? Не заблудились хоть? — Ну, как видишь, нет, — засмеявшись, ответила девушка, отпивая вино из бокала. — Супер. Ладно, веселитесь, если что зовите, чем смогу - помогу, — Косторная удаляется, подмигивая девочкам. Камилу этот разговор, к сожалению, не развеселил. Из её мыслей всё никак не хотела уходить Медведева. Девушка прекрасно понимала, что той не с чего тратить на неё своё время. Почему Камила вообще однажды решила, что раз взяла телефон, то это что-то значит? Конечно нет, что за бред. Все мысли смешались кашей в голове у девушки. Она в одно время и всё понимала и не хотела с этим мириться. Из раздумий её вырвала Аня. — Ками, ну чего ты? — нежно спрашивает Щербакова, притягивая в свои объятия девушку. — Давай сегодня просто отдохнём, ни о чём не думая, а? — Да как тут не думать, когда они всё время вместе? — Камила указывает в сторону болтающих о чём-то Жени с Алиной. — Конечно вместе, они же пара, — Аня обнимает её ещё крепче. — Ками, если ты весь вечер просидишь в соплях, тебе легче не станет. — Да понимаю я, — тяжко вздыхает Камила. — Раз понимаешь, то забей на них и просто отдыхай, — девушка выпускает ту из объятий, хватая в руки и допивая бокал вина. Всё бы ничего, если бы в этот момент в голове Ани не поселилась рыжеволосая девушка. Забавно вот так раздавать советы о личной жизни, когда сама не знаешь что происходит в твоей и что вообще с ней делать. Хотя стоп, при чём тут Саша к её личной жизни? Нет, нет, об этом Аня точно не хотела думать. Правда, не очень получалось. Несмотря на это, в данный момент её взгляд был прикован к хоккеистке, которая снимала шашлык с шампуров и выкладывала его на тарелку. Легкий ветерок заставлял волосы развеваться в воздухе, тем самым оголяя накаченные руки девушки. Мышцы рыжеволосой просто не могли не бросаться в глаза, ну а Аня была не в силах противостоять своим желаниям смотреть только и только на неё. Следующие пару часов пролетели незаметно. Аня познакомилась с другими девочками по команде, а с Лизой Туктамышевой так вообще решила посоревноваться в скорости выпивания напитков. Кстати, Аня выиграла. Кто-то удивился, а кто-то «всегда знал, что в тихом омуте...», и так далее. Камила в это время влилась в компанию Усачёвой и Хромых, которые, в отличие от младшей, всё же пили, но не в таком количестве, как остальные. Саша тоже времени зря не теряла. За прошедшие часы она опустошила пару бутылок ликера, в очередной раз дала пиздюлей Косторной, бегая за ней по участку. Да, забытые пакеты она будет помнить ещё долго. Женя с Алиной мило беседовали на качелях во дворе с бутылкой вина. Напиваться Медведева не хотела, всё-таки ответственная за всю эту ясельную группу. Аня и не заметила, как рядом с ней оказалась рыжеволосая девушка, которая уже на протяжении минут десяти прожигала её взглядом. Шатенка обернулась. Установив зрительный контакт, девушки смотрели друг на друга в течение, так, секунд тридцати, словно пытаясь заглянуть в души друг друга, узнать, что там происходит прямо сейчас. Молчание было прервано касанием бутылки стола, которую Лиза просто поставила и ушла. Сашу долго уговаривать не надо, она одним махом открыла виски, наливая им с Аней. Опустошив первый бокал, хоккеистка решила начать разговор. Всё-таки не просто так она сюда пришла. Анна её инициативно опередила. — Давай поиграем. — М-м-м? — Саша вопросительно взглянула на девушку. — Коньяк или виски? — Виски, — рыжеволосая поняла задуманное. — Вино или шампанское? — Шампанское. Редко вино пью. Чай или кофе? — Кофе, — в мыслях у спортсменки зародился ой какой неприличный вопрос. Сдержать себя было сложно. Да и посмотреть на реакцию Ани было интересно. — Сверху или снизу? — Сверху. Меньше суматохи. Никто перед лицом не мелькает каждую секунду. Мы же про поезд говорим? — непоколебимая таким вопросом Анна, с лёгкостью ответила спутнице, заставляя её на секунду смутиться. Хотя щёки и без того были до жути красные. — Конечно, — Саша проговаривает прямо в глаза девушке, после чего переводит взгляд на бокалы, наполняя их в очередной раз. Молчание. И даже не неловкое. Скорее из-за количества выпитого алкоголя. Саша уже и забыла, с какой целью пришла, но разговор всё же решила продолжить. — Знаешь, — девушка медленно протянула, переводя взгляд на Аню. — Вот вроде смотрю на тебя, милая такая девушка, воспитанная, интелеке.. ителгит..ая, — язык уже заплетался, алкоголь ощутимо давил на мозг с немалой силой. — Интеллигентная, — помогла Щербакова, улыбнувшись. — Во, точно. Вот вроде вся такая, да, а вроде и такая сука, — с ухмылкой продолжила Саша. — Какая есть, — ответила шатенка, смотря в плавающую жидкость в бокале, а затем переводя взгляд на рыжеволосую. — Что, тебе такая не подходит? — в глазах зажглись небывалые там ранее искорки, когда Аня посмотрела в туманные очи спортсменки, кратко улыбнувшись. — Улыбаешься... — практически прошептала Саша, не прерывая зрительный контакт. Аня же лишь сильнее ухмыльнулась. Это была другая улыбка. Не та, что показывала шатенка ранее. Не просто дружественный жест, наполненный тёплом, дающий понять, что человек не такой уж и бесчувственный, а более резкий, страстный, манящий. — Ну так, что? Не подходит? — совершенно точно сейчас это говорил за девушку выпитый виски, но сопротивляться было сложно, да и желания особого не было. — Поживём - увидим, — поднимаясь со своего места и наклоняясь к девушке, рыжеволосая проговорила это куда-то в сторону уха, обжигая горячим дыханием шею своей спутницы. Мурашки не заставили себя долго ждать, разбежавшись по и без того разгоряченному телу Анны. Не успев выйти с веранды, Саша практически сталкивается с Алёной, которая уговаривает потанцевать вместе. Спортсменка театрально подаёт локоть подруге, которая тут же его подхватывает, и девушки уходят в центр так называемого танцпола. На деле это просто ухоженный газон, который, по-видимому, потеряет данную характеристику после вечеринки. Когда кто-то под шумок включил медленный танец, в центре оказались наши звёзды всея интернета. Женя расположила руки у Алины на талии, пока та с необычайной нежностью и любовью поглаживала шею своей девушки. Они медленно двигались, стараясь попадать в такт музыки. Хотя на самом деле, в такт попадало только сердцебиение обеих девушек. Зрительный контакт они не разрывали с самого начала танца. Словно разговаривая друг с другом глазами, заглядывая в души друг друга и оставляя там частичку себя. Кажется, Алина хотела что-то сказать, сказать как сильно она полюбила. Но Женя всё понимала без слов, молча затягивая девушку в поцелуй. Он был нежным, спокойным, наполненным любовью и заботой друг о друге. Никто не хотел его прерывать, они просто наслаждались процессом. Однако, воздух в лёгких заканчивался и девушками пришлось отстраниться. Всё также без слов, они улыбнулись друг другу и продолжили плавно двигаться под музыку, слушая лишь своё сердце. Вечеринка была в самом разгаре. Из колонок вновь звучал какой-то джаз, и самые активные не упускали возможность продемонстрировать свои навыки в танцах. Учитывая количество выпитого алкоголя, это должно получиться весело. Саша как раз была одной из тех. Несколько мгновений и она уже энергично двигалась в такт музыки в центре площадки. Аня не могла оторвать взгляд от таких танцев, так ещё и в исполнении рыжеволосой. Движения девушки были слишком завораживающими, даже не в совсем трезвом состоянии. А когда за этим наблюдают не менее пьяные глаза, то танец кажется ещё более невероятными. Музыка кончается, и девушка под аплодисменты других уходит со «сцены». Мгновение, и взгляды вновь пересекаются. В них сейчас невозможно что-то прочесть, однако загоревшийся огонёк что у одной, что у другой утаить было сложно. В эту же секунду в Сашу влетает Алёна, оживлённо что-то рассказывая, и девушки скрываются за толпой. На улице становится ощутимо холоднее, и Аня решает отправиться в дом. Однако, взгляд падает на недопитый виски и без особых размышлений девушка опустошает бутылку, сама не понимая зачем. Аня никогда столько не пила, особенно такие крепкие напитки. Наверное в надежде, что это поможет быстрее уснуть и забыть тот самый разговор с хоккеисткой, как и их не случайные взгляды. Так много вопросов, ответы на которые не может дать даже сама Аня. Но кто ж знал, что самое интересное только впереди... Заходя в дом, девушка видит уже мирно спящую Камилу на небольшом диванчике. Она решает не будить младшую, вроде ей и так удобно. Вроде. Ноги конкретно так подкашивались, но добраться до комнаты Анна всё-таки смогла. Она понятия не имеет, чья это комната, да и ей всё равно. Не в том она состоянии, чтобы думать ещё и об этом. Девушка просто плюхается на кровать, практически сразу проваливаясь в сон. Народ потихоньку начинает рассасываться по комнатам, которых, кстати, в доме Медведевой предостаточно. Уже собираясь зайти в помещение, Женя обращает внимание на Алину, которая, по-видимому, не планирует покидать улицу и тянется к бутылке алкоголя. Такое ощущение, что питьевая часть сегодняшнего меню не заканчивалась, а только прибавлялась. А вот об этом уже позаботилась Трусова, которая, в отличие от Косторной, не страдает аутизмом. Тренер подходит к девушке и буквально выхватывает бутылку из её рук. Удивлённые глаза тут же поднимаются на Женю. — Алин, хватит, пошли спать, — с заметной усталостью проговорила Медведева. — Дай бутылку, — стеклянными глазами младшая глядит на девушку. — Не дам, — отвечает Женя, убирая алкоголь подальше от стола. Попытка потянуться за напитком не увенчалась успехом. Алину забирают в крепкую хватку, сжимая руки за спиной. Обездвиженная уже хочет начать бунтовать, но её перебивают. — Спать, — лишь отвечает Женя прямо в губы, коротко чмокая девушку и уводя в дом. Через десять минут уже никого не осталось на улице, все пошли на боковую. То же самое сделала и Саша. Правда, подняться по ступенькам на второй этаж - было задачей не из простых, но, пару раз споткнувшись об свои же ноги, девушке удается преодолеть лестницу. Пьянющая в щи Саша вваливается в комнату, падая сразу на кровать. Вот только мягкое приземление не получилось - кое-кто этому помешал своим размещением. Больно ударившись, девушка вскочила на ноги, слегка пошатываясь, потянулась к выключателю. Щёлк. Света нет. — Блять. Телефон благополучно затерялся среди наведённого беспорядка в доме, искать его сейчас, в таком состоянии - смысла нет. — Ты кто? — Это ты кто? — нежный голос, знакомый. Не пей Саша столько алкоголя, наверняка бы поняла, кому он принадлежит. Встала на месте, боясь сделать лишнее движение. Тем временем таинственная похитительница спальни подошла к завешенному шторами окну и раскрыла их. Уличный фонарь горел довольно ярко для того, чтобы осветить комнату, и Саша, наконец, смогла рассмотреть лицо не узнанного ранее человека. — Ты что тут забыла? — Саша хотела облокотится на комод, но не выдержав равновесие, с грохотом приземлилась на пол. — Всё нормально, — тут же поднялась с поднятыми руками, отряхивая зад. — Это моя комната, если что, — смотрит прямо в глаза. Растекшаяся тушь придавала еще более грозный образ. Аню такой вид немного устрашил, поэтому она решила с ней не спорить и просто ответила: — Ладно, я поняла, тогда пойду. Но пройти ей не дала рука Саши, схватившая её за предплечье. Снова этот взгляд. — Останься. Аня удивленно приоткрыла рот, собираясь что-то донести, но Саша тут же выпалила: — Комнат больше нет. Если хочешь спать на полу - пожалуйста, иди. Или в туалете. Но там либо наблевали, либо... — Можешь не продолжать. Я буду спать здесь. Саша усмехнулась, качая головой, и максимально спокойно прошла до спального места, падая туда лицом с раскинутыми руками. Аня проследовала за ней, только ложиться не стала. Села с краю, кладя ладони на коленки. Долго так Трусова не продержалась. Снова встала, колеблясь туда-сюда, и начала снимать с себя одежду. Не спеша. Сначала кофту, затем ремень с брюк, а потом и их, оставаясь в одной футболке, еле прикрывающей зад. Аня внимательно следила за действиями соседки, почти не дышала, чтобы, не дай бог, она этого не заметила. Саше же до этого дела не было. Шаркая босыми ногами, ведь носки зачем-то тоже додумалась снять, она благополучно завладела комодом, достала оттуда растянутые семейные шорты с утками. Тем самым и спасла покрасневшую Аню от следующей волны стыда. И бросилась обратно спать. — Ты ложиться собираешься? — кое-как вымолвила эти слова Саша, мысленно борясь со звездочками в полумраке. — А вторые шорты есть? — Там же. Аня тоже разделась, оставаясь в рубашке. Ей достались более приличные бриджи с бабочками, чему она была несказанно рада. Вещи остались на полу, что не характерно для столь аккуратной дамы. Вечер наизнанку, вот как можно назвать эту тусовку. Аня прилегла сбоку от Саши, которая пристально наблюдала за девушкой, словно за вычурной зверушкой в зоопарке. Тяжёлое дыхание не давало и глаз сомкнуть, такое Ане не по нраву. Она чувствовала пронзительный взгляд затылком, всем нутром содрогаясь от осознания такой близости. Ей ещё не доводилось лежать с кем-то так интимно. Момент стал напряжённее, когда Саша потянулась до спины Ани, касаясь холодными пальцами несколько раз. Та обернулась. — Удобно в рубашке? — Вполне, — тихо ответила Аня. — Неудобно, возьми, — приподнявшись, протянула футболку, снятую с себя секундой ранее. — Зачем под футболкой носить майку? — Так надо. Задумка. Отказываться Аня не стала, поэтому, вновь отвернувшись, села посередине кровати, стащила верх, кидая в неизвестном направлении, таким образом оставляя свою кожу вовсе голой. Майка действительно комфортнее для тела. — Спасибо. Ни с того, ни с сего, Саша придвинулась сзади, опаляя шею пламенным дыханием. Несколько секунд. И снова ледяной ладонью накрыла плечо застывшей Ани. — Пожалуйста, — прохрипела она, поправляя лямку на том месте. — Было неровно. Но руку Саша убирать не стала, как и вторая не стала просить сделать это. Туловище Ани, казалось, полностью покрылось выразительными, колющимися мурашками. Еще один огненный выдох и Аня дёрнулась. Нет, с этим точно надо что-то делать. Развернулась, оказываясь лицом к лицу с зеленоглазой искусительницей. При таком освещении её очи темные, почти чёрные. Ни намека на зелень, прежней яркости в них не было, только мерцание чего-то ранее неизведанного, тайного. Желание. Саша стала дышать чаще, ещё громче, и ещё горячее, как показалось её соседке, облизнула свои губы, глядя на чужие, а потом и в глаза их обладательницы. Аня не могла нормально двигаться, атмосфера накалилась до предела, лопая весь здравый смысл происходящего. Кислорода стало не хватать, потому что сделать вдох оказалось пыткой. Слишком сложно. Слишком двузначно. Как только всё до этого дошло? — Можно? — спросила Аня, глядя на уста своей соблазнительницы. — Блять, быстрее, — прохрипела та, наклоняясь прямо к ней, смыкая их губы воедино. Грубо, резко. Саша потянула сначала верхнюю губу, обсасывая, влажно чмокая, а затем и нижнюю. Послышался тихий стон, говорящий о многом. Ещё чуть-чуть и крышу снесет вообще. Губы у Ани мягкие, теплые, сладкие на вкус, после съеденного мармелада с подарков от фанатов. Так и хотелось их тоже съесть, насладиться процессом, повторять тысячу раз подобную операцию. Нельзя. Тут Аня ответила на поцелуй, углубляя его своим наглым языком и исследуя чужой рот. Все давным-давно сдохшие бабочки вдруг запорхали по внутренним органам, щекоча организм, сдавливая в горле все звуки. Слишком настойчиво, интенсивно. Пошло. Звуки в комнате явно достигли отметки «восемнадцать плюс». Эти хрипы, всхлипы, чавкания точно не понравились бы заблудившемуся человеку. И благо, что на втором этаже спали только самые убитые после десятка шотов. Саша слегка погладила спину Ани, и после, не прерываясь, начала в открытую лапать, перемещая свои шаловливые конечности с тонкой талии на ребра, вызывая скулёж. Аня заелозила бедрами, обняла, продолжая шевелить уже усталым языком. Тут она отстранилась, растягивая ниточку слюны между ними, судорожно дыша. Мысли будто испарились вместе с рассудком виновниц произошедшего ужаса. Воздух липкий, передающий терпкий аромат этого нечто. — Нам..надо..остановиться, — задыхаясь, выдавила Аня. Не выпей она сегодня, ничего бы не произошло вообще. Саша разочарованно посмотрела мутными от возбуждения и спиртного глазами. Её грудь тоже часто вздымалась туда-сюда. Губы распухли, даже чуть-чуть лопнули от прежнего напора. И ничего, кроме короткого кивка, Саша не смогла сделать. Заснули они порознь. В комнате было слишком горячо, так и про одеяла девушки забыли. Сейчас все хорошо. Сейчас не стыдно. Стыдно будет утром.

. . .

Проснулась Аня от шума с открытого окна и столовой, располагающейся этажом ниже. Кто-то не мог поделить вилку и громко ругался. Как всегда. На удивление, ни головная боль, присущая такому синдрому как «похмелье», ни прочие гадости её не беспокоили. Только ощущение лёгкой нереальности происходящего не давало покоя. Может ей всё приснилось, переслушала бредни Камилы перед сном про сексуальных хоккеисток и вот, ей тоже была послана свыше фантазия. Но нет. Ни после того как Аня умылась, ни после того как прибралась в этой чёртовой комнате, это помещение не исчезло. Ещё и майка Саши напоминала об их ночной... Близости? Совместном сне? «Иди, я тебя согрею»? Как это назвать иначе? — Господи, помоги, — Аня покрутила кольцо «спаси и сохрани» и, с глубоким выдохом, встала с застеленной постели. Саша сможет забрать свою одежду там, где её оставила, так решила, покинувшая эту червоточину, Аня. Сама же Александра покинула гостевую ещё ранним утром, испугавшись непонятно чего. Ей было проще доспать в сарае, облёванном туалете, где угодно, только не с Аней. Стыд. Кошмар. Как можно было совратить такую правильную девушку? И хорошо, что у той мозгов хватило остановить этот беспредел, окатить холодной водой всё внутри Саши и со спокойной душой заснуть. А у Саши и в сарае этого сделать не получилось. Навязчивые мысли, прошлое, тараканы, зазывающий холодный ветер не дали. Но первый пункт перевешивал все остальные. Так-то у девушки сон довольно крепкий, и проблем с бессонницей никогда не возникало. Почти. Но факт остаётся фактом. Чувства вышли наружу, за пределы дозволенного. И закрыть глаза на происходящее нельзя.

. . .

— О, Анюта, садись! — Камила похлопала по стулу, находящемуся около неё, и помахала своей потеряшке. Никто кроме неё и Саши, понуро разглядывающей свои ноги в синяках, не обратил внимания на пришедшую гостью. Женя полностью облокотилась на своё, по идее, обеденное место, но ничего из столовых приборов или напоминающего еду конкретно там не было. Только её голова и рука, прикладывающая ко лбу бутылку минералки с морозильной камеры. Алина гладила свою возлюбленную по спине, что-то шепча на ухо, как бы поддерживая. Вечно весёлая Алёна не изменяла своему статусу, поэтому с улыбочкой на трех сковородах жарила яйца с сосисками, подмигивая всем, кого видела. Ещё две девушки, которые очевидно не поделили вилку, сидели по разные стороны стола, кидая друг на друга убийственные взгляды, грозно что-то шептали одними губами, потому что тренер всё же рядом, и мат, особенно в таком ужасном состоянии, не потерпит. — Сейчас буду накладывать, ребятишки! — Алёна воодушевленно начала искать всевозможные тарелки, блюда, хоть что-то, куда можно наложить пищу, но увы, обнаружила только пять штук, когда нужно, как минимум, семь. — А где тарелки, Жень? — Глейх ебаный…и тарелки…и вилки…куда-то дел, — еле как просипела вопрошаемая, и речь её прервал кашель. — Этот Глейх уже заебал. А я предлагала его ведром стукнуть… — голос Саши тоже хрипел. Аня вздрогнула от данного звука, съежилась, стала перебирать скатерть под поверхностью. Ей всё-таки обидно и непонятно, почему та утром так быстро ушла и оставила её одну? К чему это было? Состояние сопровождающей заметила Камила. Но из уважения к подруге, вопросы об этом в такой обстановке задавать не стала. — Кто такой Глейх? — спросила Камила, пытаясь разбавить злобный туман похмелья, нависший в помещении. — Даниил Маркович Глейхенгауз, наш уборщик в ЦСКА. Ну или Дантес. — Ого! Я думала его так и зовут - Дантес, — удивление девочки было неподдельным. Женя заливисто захохотала от наивности ребенка, но боль в висках усилилась. Пришлось замолчать. — Шутки про Пушкина уже были? — Саша! — шикнула Алина. Тем временем Алёна уже расставляла найденную посуду с шикарным завтраком внутри каждому гостю прекрасной дачи Евгении Армановны. Кому-то досталась миска для собак, но под грозным взглядом хозяйки дома этот кто-то возмутиться не осмелился. Майя без вилки тоже не стала сопротивляться и взяла ложку. Наступил долгожданный завтрак, ну или, судя по времени, обед. Саше досталась порция с очень подгорелым яйцом, но даже она не осмелилась что-то сказать вслух. И нет, не из-за боязни страшного тренера. Аня. Всему виной. Которой, по иронии судьбы, тоже попалось самое зажаренное блюдо. Но та, молча, по чуточке отламывая кусочки, ела. Не поднимая глаз. А Саша не могла их отвести от неё, в открытую пялилась, ковыряя массу. — Очень вкусная яичница, Алён, спасибо, — Женя улыбнулась, хваля медика. — Обращайтесь! Видите какая я? И швец, и жнец, и на дуде игрец! Всё могу! — А мне, блять, не могла нормально пожарить? — Трусова окончательно рассердилась со слов всестороннее развитого человека, который не уследил за своим творением пятью минутами ранее. — Ну уж простите, сервис платный. — Тебе третий зуб выбить или что? — Саня, хорош. — Да бесите вы меня, всё, — та встала из-за стола, задвинула за собой табуретку, стулья ведь тоже украли цыгане, бросила очередной непонятный взгляд на Аню и ушла. Внимания на это никто особо не обратил. Истерики и скандалы после пьянок - дело обычное. Это ещё «цветочки» по мере буйной юности Александры. Алёну высказанные слова тоже не задели, ведь она хорошо знает её характер и то, что они были брошены не в обиду. — Ань, а ты где спала? — от вопроса девушка поперхнулась комком горелой пищи. — На втором этаже комната дальняя, возле уборной. — Странно, там обычно Саша спит. После этой фразы Камила нахмурилась, прикидывая что-то у себя в голове. — Мне этого никто не говорил. И когда я пришла, там её не было. Далее никто никому ничего не говорил. Все спокойно доедали, слушая радиоприёмник со двора. — Зима-а в сердце, на душе-е вьюга.. — тихонько подпевала Алёна, принявшая такую же позу, как у Медведевой, постукивая стопой по полу. — Ну, мы тогда, наверное, поедем, спасибо за всё, — Аня собиралась помыть посуду, но получив «не надо, оставь» от Алины, указывающей на посудомоечную машину, оставила предмет в раковине, быстрым шагом покидая помещение. Камила вскочила вслед за ней, перед этим попрощавшись со всеми. Что-то тут не чисто. Она это знает. И что именно, тоже вскоре узнает.

***

Такси приехало быстро, и Аня моментально побежала туда, пока её спутница, к счастью, не по жизни, прощалась со всеми обитателями дома, особенно с Медведевой, ибо когда еще будет возможность её увидеть вообще? Хотя с настойчивостью девочки и благосклонностью тренера, вероятно, что в скором времени. Камила первые полчаса обратного пути стеснялась что-либо спрашивать, что удивительно, зная нетактичную натуру девочки, в частности, по отношению к Ане. Та же, сидела на своём месте сгорбившись, прижавшись лбом к стеклу и завороженно глядя на пролетающие мимо красоты великой матушки-природы, как могло показаться. На деле же, Аня смотрела в одну точку, какое-то грязное пятнышко, еле различимое для непримечательных глаз людей, которые обычно разъезжают на такси. И думала она тоже о своём, далеко не о красочных видах Московской области. — Ань? В ответ никто не ответил, только таксист сверкнул своими очами в зеркало, тем самым заставив Камилу слегка смутиться. Ещё раз позвав подругу, девушка понял, что никто ей отвечать не собирается и задуманное бесполезно. Аня даже плечами не пошевелила, всё так же понуро смотрит в свое окно, казалось, даже не дышит. Как статуя. Но сдаваться Камила вовсе не намерена. Камилёнок 14:34 «Ты как?» Аня вдруг вздрогнула от пришедшего уведомления, и прочитав сообщение, наконец, грустно взглянула на сидящую рядом, но говорить ничего не стала, указывая на смартфон, и тут же принялась что-то быстро печатать. Аня 14:35 «Все нормально.» И снова отвернулась к столь любопытному и познавательному созиданию пейзажа. Камила закатила глаза, тихонько сматерившись, за что получила ещё один уже грозный взгляд от водителя, но что более интересно - Аня, вечно строгая и интеллигентная, с первого взгляда, даже не пошевелилась. Ей просто всё равно. Да, определенно что-то не так. Но что именно? Камилёнок 14:37 «Мне так не кажется, Анют. Ты как-то слишком поторопилась с тем, чтобы уехать с дома. Зачем? Я бы хотела там ещё посидеть. Что случилось?» Аня 14:38 «Написала же, что всё нормально, да и вообще, я что, отчитываться перед тобой должна? Камила, ты оборзела я считаю. Нечего по таким тусовкам шароебиться. Тебя это не касается.» Камилу бросило в дрожь. Аня в первый раз за несколько лет назвала её полным именем, не считая «Камила Валерьевна». Это тревожный звоночек. Случилось что-то очень серьёзное. И честно говоря, девочке стало обидно от таких резких высказываний. Да, нецензурная лексика и прочие неприятности приемлемы в их общении до тех пор, пока это не переходило границы. А сейчас перешло. Камиле показалось слишком жёстким то, что сказала её подруга. Особенно в таких непонятных, загадочных обстоятельствах. Камилёнок 14:42 «Анют, это связанно с Сашей? Вы спали вместе? Иначе я не знаю где бы ты была :(» — Камила, блять! Я уже сказала, точнее написала - тебя это никоим образом не касается! — крикнула Аня так, что таксист удивлённо обернулся, а Камила чуть ли не подпрыгнула на месте от резкости. — Угомони свой гребаный интерес, засунь себе его в одно место, если хочешь, что угодно делай, но оставь меня сейчас, пожалуйста, — плечи несколько раз вздрогнули, но она старательно сдерживала слезы, шмыгая носом. Теперь ясно одно - это связано с Сашей. И поэтому Аня так агрессивно реагирует. Но что могло произойти такого, что та неожиданно взъелась и стала орать на «подопечную»? Что бы там ни было - это как минимум неприятно. Для Камилы. Которая обиделась и уткнулась в сторону своего окна. Тучи сгущались, небо потемнело, птицы летали слишком близком к земле. Кажется, будет дождь. Мужчина за рулем теперь сочувствующе глянул на младшую клиентку и включил радио, пытаясь разбавить напряжение в машине. Иронично, что песня, играющая на фоне, ой как не подходила для поднятия настроения двум девушкам. — Нравится мне Сашкина улыбка! Саша, милый, я люблю тебя! Тот улыбнулся, обнажая золотые зубы, и начал покачивать головой в такт музыки. Аня сразу строго посмотрела в зеркало заднего вида, прямо на весёлого чудака и как можно громче и чётче произнесла: — Пиздец. — Она хотела сказать: переключите, пожалуйста! — Камила неловко растянула рот в подобии улыбки, но уголки губ дергались так, словно у неё припадок. — Хорошо, девушка! — с сильным акцентом пробасил таксист, переключая композицию. Камилёнок 14:50 «Значит Саша, да? У вас что-то было ночью?» Щеки девочки покраснели, стоило ей написать последнюю фразу, и та мигом поставила на телефоне режим полета, чтобы не сгореть со стыда. В её сторону тут же полетела подушка с эмблемой марки автомобиля, а сама Камила наткнулась на подобие «убери кашу» от подруги. — Не смотри ты так. Бр-р-р. С кем поведешься… — Иди нахер. Грянул гром. Где-то вдали сверкнула яркая молния. И тут же пошёл дождь. Разговор закончился, не успев толком начаться. Судя по окрестностям, ехать осталось недолго. Тут уже выходить скоро. «Вас добавили в черный список» Аня вышла из машины, громко хлопнув дверцей. Камила вновь сжалась, таксист не выдержал и прочитал какое-то проклятье на татарском, эмоционально жестикулируя руками. Веселая выдалась поездка. Дождь тем временем усилился, и ударила ещё одна молния, совсем близко, как показалось.

***

Зайдя в квартиру, девушка закрыла входную дверь и, облокотившись на неё, прикрыла глаза. Ане просто хотелось, как можно быстрее, оказаться у себя в комнате. Родители на работе, сестра, к счастью, тоже не дома. Это и к лучшему. Ведь им необязательно видеть её в таком состоянии. Да и отвечать на их вопросы по поводу и без - не очень хотелось. Поэтому, быстро сняв верхнюю одежду, темноволосая направилась в сторону своей комнаты. Лёжа на кровати, Аня в сотый раз прокручивала события вчерашнего дня, а если быть точнее - его конца. Девушка не понимала как и зачем они это сделали. Почему она вообще позволила этому случиться? Всё получилось как-то слишком быстро, спонтанно и действовали они, явно не задумываясь о последствиях. Это был момент, который разделил их недообщение на «до» и «после». «До» было лучше. А сейчас всё, что было раньше, стёрлось. Бесследно. Остался один стыд за необдуманные поступки и желание ударить себя чем-то потяжелее, чтобы вытряхнуть всю дурь из головы. «Мы были пьяны» - единственная отговорка, которая была у девушки. Но и она бесследно растворялась в потоке мыслей сразу же, как только Аня вспоминала её губы. Мягкие, немного дрожащие, отчего-то солоноватые. Да, она целовалась. Целовалась с парнями. Получалось как-то смазано, быстро и неуклюже. Но это всё не то. Не те ощущения, не те эмоции, не те…губы? Её мысли прервал звук вибрации, означающий, что пришла смска. Даже понятно от кого. Камилёнок 15:49 «Ань, прости, я не думала, что тебя это так заденет. Напиши мне, как будешь готова обсудить эту ситуацию. Разблокируй пожалуйста» Вот ведь, вспомнила про «Сбербанк». Спасибо за рубль. Щербакова выключила телефон, решив не отвечать подруге. На улице всё также идёт сильный ливень и сверкает молния. А девушка всё также лежит на кровати и думает. Много думает. Нельзя отрицать факт того, что ей понравилось. Понравилось, даже очень. Но это всё неправильно, так не должно быть, этого вообще не должно было случиться. Да, можно, чисто ради прикола, поцеловаться с подругой, так ведь многие делают, разве нет? Но тут… абсолютно другая ситуация. Этот поцелуй не был похож на поцелуй подруг, которые через несколько минут о нем забудут и продолжат веселиться. Нет. Он был другим. Непохожим на все те поцелуи, которые так часто описываются в книгах, показываются в фильмах и сериалах, или, не стесняясь, демонстрируют влюблённые парочки. Девушка не была против однополых отношений, даже наоборот - восхищалась их свободой и искренней любовью, вопреки всему. Но вот сама темноволосая таковой не являлась. У неё были отношения с парнями, немного, но были. К сожалению, почти всегда они заканчивались болезненным разрывом. Но девушка не отчаивалась и думала, что обязательно найдёт своего человека, просто ещё не время, значит нужно подождать. А вот отношения с девушками она даже не рассматривала, ведь это как-то… неправильно? Родители не поймут, да и самой страшновато. Тяжело вздохнув, Аня всё же решила ответить подруге на сообщение, разблокировав ту в телеграмме. Аня 17:02 «Приезжай.» И, убрав телефон в сторону, закрыла глаза. Темнота. Давящее чувство накрывает девушку с головой, стоит той только предпринять попытку открыть глаза. Безрезультатно. Здесь настолько темно и глухо, отчего непонятно открыты у тебя глаза или нет. Голова кружится, а тело будто не слушается своей хозяйки. После нескольких неудачных попыток хоть что-то увидеть, темноволосая решила приподняться. На удивление, Щербакова с легкостью встала на ноги, но головокружение осталось. Аня полезла в карман за телефоном, чтобы включить фонарик и посмотреть где она, чёрт возьми, находится. Телефона не оказалось. Тихо сматерившись, девушка развела руки в стороны, в надежде опереться на что-либо, но и это не сработало. Ничего. Совсем ничего. — Блять, да что здесь творится-то? — спросив у самой себя, Аня медленно пошла вперёд. Казалось, что темноволосая шла уже вечность, но результата всё также ноль. Как будто она находится в мире, в котором нет ничего абсолютно. Ни света, ни звуков, ни-че-го. Вскоре девушка перешла на бег, поддаваясь панике. Она бежала, казалось, в никуда. Просто бежала вперёд. — Эй, здесь кто-нибудь есть? — кричала в тьму Аня. В ответ всё та же давящая тишина, которая начинала выводить девушку из себя. — Ответьте, если слышите меня! Тишина. Аня начинала злиться от непонимания того, что происходит вокруг. Вдруг где-то впереди послышался звук. Темноволосая резко остановилась и начала прислушиваться к нему, но он был слишком непонятный, поэтому Аня снова побежала вперёд, теперь уже прямо на встречу своеобразному спасательному кругу, который, как надеялась девушка, поможет ей выбраться отсюда. Щербакова бежала, а звук становился более разборчивым. Внезапно где-то вдалеке просочился едва видимый блеск. Девушка ускорила бег и теперь неслась со всех ног в сторону света, который, кстати, приобретал оранжевый оттенок. Этот звук теперь уже не казался таким странным, а становился похож на чей-то голос, но слова по прежнему были непонятны. В попытке разобрать кому же этот голос принадлежит, Аня заметила, что оранжевый свет становился всё ярче и ярче. Переходил в красный или же… в рыжий? Приостановившись, Аня смогла разобрать слова. Точнее слово. Имя. Её имя. — Аня… Аня! Аня! Ситуация становилась всё более непонятной, отчего девушке захотелось зажмуриться и в следующее мгновение оказаться у себя дома, в безопастности. Голос не переставал её звать, но Аня не могла понять, что же ей надо сделать, чтобы выбраться отсюда. Вдруг девушка почувствовала шевеление за спиной, отчего той стало не по себе и она не на шутку испугалась. Не решаясь поворачиваться, Щербакова стояла, как вкопанная. Внезапно свет и голос пропали, а затылком девушка почувствовала лёгкое прикосновение. Резко обернувшись, она увидела лишь рыжие, как огонь, волосы и зелёные, как изумруд, глаза, которые смотрели прямо на неё. — Аня. Сперва Щербакова не поняла, кто это сказал, но в то же мгновение голос повторил: — Аня! Девушка предприняла попытку отвернуться, но голос не дал ей этого сделать, стоя на своём. — Аня! Аня! Аня! Голос начал повторять её имя из раза в раз, а изумрудные глаза растворялись в кромешной темноте, оставляя после себя одиночество… — Аня, твою мать, блять! Вставай! — уже кричала Валиева. Аня резко открыла глаза, жмурясь от света. Не рыжего. — Что… Что происходит? — выдавила из себя Аня, до сих пор находясь в шоке. — Это я тебя хочу спросить что происходит! Я прихожу значит, а ты не отвечаешь ни на звонки, ни на сообщения, — говорила Камила, активно жестикулируя руками. — Благо твои родители уже дома, они меня и впустили, сказав, что ты спишь. — Я… Я не слышала, что ты мне звонила. Камила хмыкнула и достала из кармана две конфеты. — Будешь? — протянула руку младшая, предлагая сладость. — Нет. Пожав плечами, Валиева ловко развернула обертку и положила в рот конфету, предварительно убрав вторую в карман штанов. — Ну, рассказывай, — болтая ногами, сказала она. — Про что? — непонимающе, уставилась на ту Аня. — Блять, не про что, а про кого. Про Сашу твою, — закатив глаза, произнесла Камила. — Давай, я вся во внимании. Щербакова, чуть приподнявшись, облокотилась о стену. — Ну, мы весь вечер нормально общались, — начала Аня. — Это отлично, дальше, — будто не слушая ту, сказала Валиева. — Потом, чисто случайно, мы оказались в одной комнате. — Так, — рассматривала свои ногти Камила. — Спать нам тоже пришлось на одной кровати. — Угу. — Ну, и, в принципе, вс… — её перебили. — А то, что вы поцеловались, об этом ты мне сказать не хочешь? — спокойно спросила Валиева. — Откуда ты… — Я не глупая, Ань, и сразу поняла. На твоём лице всё было написано. Щербакова опешила и уставилась в пол. — Я… Я не знаю, как это получилось. Всё произошло буквально в моменте, мы были на эмоциях и пьяны. — Это не отговорка, Ань, — хмыкнула Камила. — Я знаю, просто… так получилось и всё. Этому нет объяснения. И снова тишина, которую прерывает лишь тиканье часов, что висят у Щербаковой на стене. — Ну, тебе хоть понравилось? — Что? — не сразу поняв, о чем спрашивает подруга. — Целоваться. Целоваться с Сашей понравилось? Аня покраснела. — Нет, Ками, не говори глупостей, — отмахнулась старшая. — Пиздишь как дышишь. — Я серьезно, хватит. Мне не понравилось, и вообще, Трусова меня бесит. — Ах, вот как, — закивала головой Камила. — Да, вот так, — передразнила подругу Аня. — Хватит уже о ней говорить, давай лучше фильм посмотрим? — улыбнулась Щербакова и, пододвинувшись, похлопала по кровати около себя, приглашая. Валиева, тяжело вздохнув, всё же перебралась к подруге, мысленно решив, что ещё обязательно опросит ту о Саше.