Help Me Hold Onto You/Помоги мне держаться за тебя

В городе тихо, а на небе ни облачка. Солнце вот-вот зайдет, его длинные лучи окрашивают воду в бухте в блестящий оранжевый и красный цвета. Кара пролетает последний круг над центром города, затем поворачивает к квартире Алекс. Пролетая мимо башни L-Corp, она задается вопросом, сидит ли Лена все еще за своим столом, работая до поздней ночи, как обычно. Однако она не подлетает достаточно близко, чтобы проверить, опасаясь, что Лена может увидеть в ней Супергёрл. Это не то, как она хочет, чтобы произошло их воссоединение. Она даже не собиралась сегодня быть Супергёрл. Но когда она шла к квартире Алекс, она услышала два пронзительных крика в нескольких кварталах от нее. То, что она считала чрезвычайной ситуацией, оказалось кошкой, застрявшей на дереве, и маленькой девочкой, плачущей под ней, неспособной достать своего питомца. Однако оно того стоило, увидев благоговейное выражение лица маленькой девочки, когда к ней подошла Супергёрл. Кара погружена в свои мысли после насыщенного событиями дня. Она не торчит возле дома Алекс, чтобы послушать, одна ли ее сестра — она не написала ей, что придет, но Алекс предложила это по телефону накануне. Она видит только открытое окно и чувствует приветливый запах еды. Она влетает в открытое окно. – Эй, Алекс, мне так много нужно тебе рассказать… Кара приземляется посреди комнаты, ее плащ издает шелестящий звук. Ее приветствуют три пары широко раскрытых глаз, уставившихся на нее. – Прости, Алекс, я не знала, что Келли здесь… и…– Кара оборачивается, чтобы посмотреть на третью женщину. – Лена? У нее перехватывает дыхание. О чем Алекс и Келли будут говорить с Леной за ее спиной? Лена смотрит на нее с любопытством – в глазах удивление, но и восторг. Это тот же самый взгляд, которым маленькая девочка бросила Кару ранее, когда она спасла свою кошку. Однако что-то пошло не так. Кара осматривает Лену сверху вниз. Она слышит, как сердце Лены колотится в ее груди. Только... ритм другой. Кара слышала биение сердца Лены в бесчисленном количестве ситуаций — вместе обедали, спасали ее из разбившегося вертолета, перед выходом Лены на сцену для презентации — и этот ритм отличается от всех них. Кара уверена в этом. Она кладет руки на бедра. — Ты не Лена. Келли и Алекс задыхаются. Женщина — не Лена — приподнимает бровь и скрещивает руки на груди. — Рада познакомиться с тобой, Супергёрл. Какой приятный сюрприз. Нет, я не Лена. Откуда ты знаешь? Кара удивленно моргает. Небрежная манера говорить женщины застает ее врасплох. Голос похож на голос Лены, но это акцент, который она не уверена, что слышала раньше. Это определенно не тот, на котором говорят в Нэшнл-Сити или ближайших городах. – Твое сердцебиение другое. Женщина поджимает губы и наклоняет голову. Она воздерживается от словесного ответа и вместо этого долго разглядывает Кару с ног до головы. Ее взгляд, кажется, прожигает Кару, как будто она сама обладает тепловым зрением. Кара чувствует, что женщина видит ее насквозь. Пытаясь казаться более уверенной, чем она на самом деле себя чувствует, Кара делает небольшой шаг вперед и поправляет руки на бедрах. Классическая поза никак не успокаивает ее бешеные мысли. Кара водит глазами вверх и вниз по фигуре женщины. Она замечает еще одно отличие. — И у тебя нет веснушек на шее, как у Лены, – замечание слетает с ее губ прежде, чем она успевает остановить его, и это никак не стирает веселого выражения лица женщины. Во всяком случае, кажется, что оно только растет. Алекс и Келли обмениваются взглядами, которые Кара не успевает анализировать. – Кто ты? – Кара не хочет ничего, кроме как скрыться от пристального внимания странной женщины. Прямолинейный вопрос кажется хорошим способом отвлечь ее от нервов. А также просто получить ответ на вопрос, который не давал ей покоя на протяжении всей этой беседы. – Саския. Сестра-близнец Лены. Ответ настолько же прямолинеен и прост, насколько еще более нервирует. Кара медленно моргает, маленькие колеса в ее голове обрабатывают только что сказанное. – У Лены нет сестры-близнеца. Она моя лучшая подруга. Я бы знала это. Саския издает низкий смешок. Она смотрит на нее еще один долгий момент. — Ты, должно быть, Кара. Глаза Кары расширяются, и краем глаза она видит, как Алекс практически подпрыгивает от неожиданности. Келли кладет руку на руку Алекс. Алекс делает шаг вперед. – Саския! Как? Откуда… откуда у тебя появилась эта идея? – О, пожалуйста. Супергёрл не просто влетает в чье-то окно, а затем объявляет Лену Лютор своей лучшей подругой. Кроме очков и хвостика? Действительно? – Саския усмехается. – Надеюсь, это не деликатный вопрос, но знает ли Лена, что ты супергерой, или она знает тебя только как Кару? На днях мы говорили о Супергёрл, но она вообще ничего не сказала о тебе. – Вы что!? – Кара прерывает Саскию, ее голос выше, чем предполагалось. Саския переводит взгляд с Кары на ошеломленные лица Алекс и Келли. – О Боже. О, нет… Алекс и Кара переглядываются. – Не говори мне, что Лена не знает, что ты, Кара, Супергёрл. А ты, Кара, в свою очередь, не знала, что у Лены есть сестра-близнец, – Саския нервно проводит рукой по волосам. Кара закусывает губу. – Наверное? Все замолкают на мгновение. Именно тогда Кара понимает, что Алекс, должно быть, некоторое время знала о Саскии, если женщина случайно бездельничает в ее квартире. Кара и Алекс начинают говорить одновременно. — Алекс, что происходит? — Кара, я могу объяснить… – Ребята! – твердый голос Келли обрывается, прежде чем сестры начинают драться. – Давайте все сядем и поговорим. У всех здесь есть много объяснений, – она обнимает Алекс, затем идет вокруг кухонного островка к духовке, чтобы проверить таймер. – Лазанья почти готова. Давайте сядем и поедим, чтобы поговорить. Саския только кивает, проходит мимо Келли по пути к дивану и допивает остатки вина. Сестры Дэнверс продолжают стоять, глядя друг на друга. Руки Кары на бедрах, и она не знает, хочет ли она плакать, потому что, очевидно, Алекс что-то скрывала от нее, или она просто хочет растопить лицо Алекс в гневе. Алекс сглатывает. — Кара, ты можешь переодеться в свою обычную одежду? Я хочу поговорить сейчас только с Карой, а не с Супергёрл. Кара все равно планировала переодеться, как только доберется сюда, так что она просто на суперскорости мчится в ванную и обратно, не говоря ни слова. Вернувшись, она обнаруживает, что Саския смотрит на нее, упираясь челюстью в пол. – Ух ты. Это заставляет Кару чувствовать себя немного неловко. Она знает квартиру Алекс как безопасное место, где она может быть полностью собой. Разогревая остатки своим тепловым зрением, влетая в окно с китайской едой на вынос, зависая в воздухе, чтобы добраться до шкафа повыше. Здесь она плакала из-за бывших парней и праздновала свой земной день рождения. Присутствие там незнакомца заставляет ее испытывать чувство беспокойства, которого она давно не испытывала. Келли достает лазанью из духовки, и от запаха у Кары урчит в животе. Она помнит момент неловкости, когда Алекс призналась ей, что Келли поняла, что она Супергерл, но затем Келли обняла ее, и все было в порядке. Теперь, с Саскией, она не так уверена. Алекс печатает на телефоне, нахмурив брови. – Детка, что ты делаешь? Помоги мне накрыть на стол? — спрашивает Келли с другого конца комнаты. – Я связываюсь с Дж'онном, чтобы он распечатал все имеющиеся у нас соглашения о неразглашении, — невозмутимо говорит Алекс. Она встает, не взглянув ни на Кару, ни на Саскию, и присоединяется к Келли. Кара тяжело сглатывает. – Я должна была написать, прежде чем я прийти сюда, – она сидит на диване напротив Саскии в неловкой тишине. Чтобы отвлечься, она наблюдает, как Алекс и Келли достают тарелки и столовые приборы. Они такие милые вместе. Алекс так повезло. Алекс и Келли накрывают на стол и снова наливают вино. Напряжение густое. Никто из них не хочет ломать лед. Кара съедает свой первый кусок лазаньи в рекордно короткие сроки даже по ее меркам, затем делает хороший глоток вина. Она не может не желать, чтобы рядом с ней сидела Лена, а не незнакомка, похожая на Лену. Она задается вопросом, находится ли Лена все еще в своем офисе, используя поздний час, чтобы звонить инвесторам в Азии. Ей интересно, что подумала бы Лена, если бы вошла прямо сейчас. — Саския, почему бы тебе не начать объяснять Каре, почему ты в Нэшнл-Сити? — спрашивает Келли через некоторое время, пока Кара заканчивает вторую порцию. Саския мычит, растягивая звук. Она ерзает на своем стуле, чтобы оказаться лицом к лицу с Карой. Две женщины смотрят друг на друга, и Кара снова испытывает то же чувство беспокойства. Лицо Саскии такое знакомое, и все же… — Прости, Кара, что ты узнала обо мне таким образом. И наоборот, я полагаю, – Саския тихо смеется. — Я чувствую, что должна тебе объяснить. Саския начинает рассказывать Каре все, что она рассказала Алекс и Келли. Глаза Кары становятся шире с каждым новым откровением. Ее сердце болит за Саскию, и она злится на Лену. Не за то, что та держала Саскию в секрете от нее — она точно не может судить об этом решении — но за то, что закрыла Саскию. Она пытается представить себе жизнь на другом континенте в роли Алекс и вздрагивает. Тем не менее, держать семью на расстоянии звучит так, как будто Лена делала бы это. – Я не могу представить, что сейчас переживает Лена. Иногда я думаю, что было бы, если бы Люторы усыновили меня. Я не могла этого сделать. Моя приемная семья полна эгоистичных придурков, но Люторы — это нечто иное. Я очень восхищаюсь Леной, – заключает Саския и делает глоток вина. Она не смотрит ни на кого на мгновение. — О, но… Кара внезапно вспоминает то, что Лена доверила ей два года назад. Лена навестила мать в тюрьме и вернулась в эмоциональном беспорядке. Лена - биологический ребенок Лайонела. Это значит, что Саския тоже. Но то, как Саския говорит о Люторах… Сердце Кары начинает выпрыгивать из груди, и она рада, что больше ни у кого в комнате нет сил это заметить. Саския не знает, что она…? О, Рао. О, нет. Лена… — Хм? – Саския наклоняет голову. – Ой! Ничего, – Кара пытается улыбнуться. – Я просто подумала, что это очень похоже на Лену — держать людей на эмоциональной дистанции. – Это правда. Алекс прочищает горло. — Прости, что не рассказала тебе о встрече с Саскией, Кара. Ты понимаешь теперь? Кара берет последний кусок лазаньи и осторожно жует его, чтобы не ответить. Она чувствует, как Алекс смотрит на нее. Она хочет не злиться на Алекс. Она знает, что не имеет права злиться на нее, учитывая ее собственное положение. И все же она чувствует, что независимо от того, сколько лжи она наговорила за последние три года; она не заслуживает лжи. Когда бы Алекс сказала ей? Почему она доверилась незнакомцу, но явно не Каре? Кара могла бы им помочь. В конце концов, из четверых она самая близкая к Лене. То есть, такой она была до двух недель назад. Кара вздыхает. – Я еще не уверена. Алекс не отвечает и только смотрит на свою пустую тарелку. Келли бросает на Кару извиняющийся взгляд и проводит кончиками пальцев по руке своей подруги. Кара злится на Алекс, но не может злиться на Келли. Келли, которая всегда стремится сохранить мир между всеми. Кара уверена, что если бы не присутствие Келли сегодня вечером, она, возможно, растопила бы лицо Алекс. Или Саскии. Или оба. Она грустно улыбается Келли, надеясь, что это говорит ей достаточно. Саския закусила губу. – Мне жаль. Я не понимала, какой беспорядок создаст мое присутствие. Лена была права, я не должна была так появляться. — Нет, — перебивает ее Келли, — ты не сделала ничего плохого, Саския. Алекс и я приняли решение последовать твоему желанию не рассказывать Каре, и теперь нам придется жить с последствиями. У тебя были свои причины приехать в Нэшнл-Сити, – на мягко улыбается Саскии. — Мы можем решить это вместе. — Спасибо, — шепчет Саския. В этот момент она выглядит такой уязвимой, настолько похожей на Лену в откровенных личных моментах, которыми она поделилась с Карой, что Каре приходится бороться с желанием обнять Саскию. С близнецом Лены она знакома всего около часа, тем не менее в их поведении есть определенное сходство, из-за которого ей так больно скучать по Лене. Она понимает, что не может злиться на Саскию, не так, как злится на Алекса. — Почему вы с Леной поссорились? – добавляет Саския после удара сердца. Алекс вздыхает. Кара не хочет об этом говорить, но знает, что не может избежать вопроса. Не после того, как Саския раскрыла свою собственную историю. — Это потому, что ты Супергёрл? — спрашивает Саския, не дожидаясь, пока кто-нибудь заговорит. Кара кивает. – После того, как мы победили Лекса, Лена изменилась. Она никого из нас не подпускала к себе, не отвечала на мои сообщения и звонки, – она вспоминает вчерашний ответ Лены и опускает голову. Она пришла, чтобы рассказать об этом Алекс и придумать план игры. Придется подождать. – Ей нравится быть одной и не делиться своими чувствами, но это другое. Думаю, она каким-то образом поняла, что я Супергёрл. Я хотела сказать ей. После нашей последней игровой ночи. Но я этого не сделала. Я чувствую себя такой, такой глупой. Я сделала ей больно и никогда себе не прощу. А если дело в чем-то другом – то я не знаю, что я сделала не так, и это меня пугает еще больше, – голос у Кары тихий, и она обнимает себя за туловище. — Прости, Кара, — говорит Саския, и это звучит искренне. Кара грустно улыбается. – Как Лена сама до этого не додумалась? Тебе не кажется, что она должна была знать все это время? – Это не имеет смысла, учитывая ее внезапное изменение в поведении, — вмешивается Алекс. Кара вздрагивает от этой мысли. – Лена — самая умная женщина, которую я знаю. Если бы кто-то смог понять, это была бы она. И все же она никогда этого не замечала. Саския долго смотрит на Кару. Впервые с тех пор, как они начали обедать, на лице Саскии снова появляется веселое выражение. Она стреляет в Алекс понимающим взглядом. Кара чувствует, что ей не хватает шутки, как будто другие внезапно развили способности Дж'онна читать мысли, и она единственная, кто не умеет это делать. Даже Келли подняла бровь. Алекс вздыхает. Саския берет свой бокал с вином и взбалтывает его, прежде чем заговорить. – Любовь действительно слепа.