Кусочек пазла
20 октября 2022 г., 12:40
Чимин, конечно, удивился, когда Чонгук подорвался за аптечкой, потому что тот казался ему холодным и безразличным ко всему, но, когда киллер вернулся и просто наскоро перевязал бинтом рану на бедре, произнося "Не хочу, чтобы ты заляпал мою тачку своей кровью", все встало на свои места. Человек, лишающий других жизни, вряд ли смог бы позаботиться о том, в кого выпустил пулю. Но Чимина это, если честно, не волновало, потому что он и сам не горел желанием тратить время на помощь человеку, который после извинений казался еще более опасным. Да и соседи, которые явно слышали выстрелы, должны были вызвать полицию, поэтому остаться здесь они не могли.
Когда все трое уже были в безопасной и более-менее уютной квартире Чимина, располагаясь в зале, между ними повисла тишина. Чонгук, который вот уже несколько минут просто начищал пистолет, стоя у окна, наблюдал за тем, как Пак все же коряво, но извлек две пули, перевязывая раны. Конечно, стоило бы их еще и зашить, чтобы мужчина не умер от кровопотери, но никому из парней не было дела до жизни незнакомца, который все равно был живой мишенью.
—Может ты хотя бы представишься? — не выдержав этого долгого молчания после перевязки, спросил Чонгук, прожигая продолжающего ерзать на диване мужчину своим взглядом, от которого даже у Чимина пошли мурашки по коже. — Пойми, чем больше ты играешь с нами в молчанку, тем больше ты разжигаешь во мне желание начать пытать тебя. И, я уверен, что имя Чон Чонгук ты слышал частенько, — незнакомец дернулся и побледнел, громко сглатывая. Конечно, он был наслышан об этом человеке и даже пару раз видел его фото, но, почему-то, не признал его сразу же. И теперь, когда он понял, с кем имел дело, уровень его нервозности заметно возрос, потому что он прекрасно понимал, что с ним тут сделают, если он не ответит на все вопросы. — Вижу по твоим глазам, что ты меня понял, — хмыкнув, произнес Чонгук, подходя ближе и останавливаясь в паре шагов от мужчины, окидывая его изучающих взглядом.
Первое, что подметил для себя киллер, это темные круги под светло-карими глазами, которые говорили о постоянных недосыпах. И если вспомнить то, как их с Чимином встретили, можно сделать логическое заключение о том, что эти недосыпы связаны с тревогой. Судя по всему, мужчина уже давно ждал гостей, и прийти они должны были явно не на чай, а, чтобы продырявить ему череп. Второе, что его заинтересовало, это взгляд. Несмотря на то, что незнакомец был напуган и сбит с толку, смотрел он на них так, будто проводил некий анализ их личностей в своей голове. Ко всему прочему, он несколько раз осмотрелся вокруг, пытаясь составить примерную схему квартиры и найти что-то, что могло бы ему в случае чего помочь сбежать, обезвредив противников. И третье, что подметил для себя Чонгук, это контроль над собой. Наверное, если бы мужчина сейчас был в своей лучшей форме, а не изношенный недосыпами и тревогами, он бы даже не показал свою нервозность, смачивая пересохшие тонкие губы и ерзая время от времени на диване.
—Меня зовут Соджун, — на удивление ровным голосом произнес он, слегка почесывая покрытый щетиной подбородок, который от излишнего стресса начал зудеть.
—Ты же коп? — мужчина поднял на него удивленный взгляд, начиная задумываться о том, как же много Чонгук знает о нем. — Если ты думаешь, что у меня было время, чтобы поискать на тебя информацию, то ты ошибаешься. Это было лишь моим предположением, которое я сделал из своих небольших наблюдений. Но твоя реакция говорит о том, что я прав. От старых привычек не избавишься.
—Похвально, — он кивнул и перевел взгляд на Чимина, который, если честно, был удивлен не меньше Соджуна. — Да, ты прав, — продолжил он, прикрывая глаза от ноющей боли в продырявленных местах. — Но я уже давно отошел от дел, поэтому, скорее, бывший полицейский.
—Кому, как не тебе, знать, что бывших полицейских не бывает, — он взял стул, который стоял возле небольшого письменного стола и присел напротив Соджуна, скрестив руки на груди и откинувшись на деревянную спинку. Наклонив голову вправо, Чонгук сжал челюсти и с холодом посмотрел в глаза напротив, пытаясь этим подавить своего собеседника. — Я сейчас буду задавать тебе вопросы, и лучше бы тебе ответить на все честно, потому что в противном случае мне придется прибегнуть к боли, а мне бы не хотелось пугать соседей криками, — он подмигнул и вытащил из кармана небольшую карточку с изображением Джокера, начиная крутить ее между пальцами. И будь она простой, Соджун не обратил бы на этот жест внимания, но достаточно даже бегло взглянуть на нее, чтобы понять, что изготовлена она из стали, а ее стороны остро заточены. Это было самое настоящее оружие, которое при правильном обращении могло стать даже опаснее пистолета. — Ну что, мы сможем договориться?
—Говоришь так, будто у меня выбор есть, — он усмехнулся и тяжело вздохнул, вновь переводя взгляд на Чимина, который присел на спинку рядом стоящего кресла. — Ты можешь убрать свою карту, потому что я и так собирался рассказать все, что знаю. Мне надоело жить с этим поганым чувством вины внутри, которое разрушает меня с каждым днем все сильнее и сильнее. И, может быть, если я сегодня расскажу все, что знаю, мне станет легче. Но, скажу сразу, я тоже знаю не так много, как вам бы хотелось, поэтому моя информация не особо далеко вас продвинет. Вы должны понимать, что я был обычной пешкой. А таких, как я, не посвящают в свои дела. Я знаю о том случае лишь поверхностно, но все же часть вины на мне лежит.
—Давай мы опустим лирическое отступление и перейдем к сути, — натянув притворную улыбку, прервал его Чонгук, подталкивая в правильное направление.
—На тот момент, когда твой отец еще был жив, мне дали задание накопать на него информацию, — он отвел взгляд от Чимина, чувствуя, как совесть начинает грызть его еще сильнее. Зачесав волосы назад, он прикрыл глаза, опуская голову. — Я, конечно, не стал задавать лишних вопросов и уже на следующий день предоставил отчет со всеми данными. Но на этом мое задание не закончилось, потому что мне приказали устроить за ним слежку. Я должен был узнать, куда он чаще всего ходит, есть ли у него любовница, какой он отец, любимые напитки и прочее. Мне нужно было узнать абсолютно все и подкрепить это фотографиями. На это мне пришлось потратить уже около месяца, но я смог найти достаточно, чтобы удовлетворить интерес своего начальства, — он поджал губы и поднял голову, медленно поворачиваясь к Чимину, который смотрел на него с отвращением и ненавистью, которую Соджун легко смог понять. На самом деле, мужчина рассчитывал даже на реакцию значительно хуже этой. Впрочем, разговор еще не был окончен, поэтому после всего рассказа он, возможно, получит по лицу за свои прошлые действия. — И я мог бы просто забыть эту историю и продолжить работать так, будто из меня вовсе не сделали свою ручную собачку на побегушках. Но странное предчувствие внутри, что тут что-то не так, преследовало меня каждый божий день, поэтому я решил провести в тайне ото всех свое личное расследование. Мне нужно было понять, зачем им понадобилось искать информацию на человека, который не был замешан ни в чем грязном. Примерный семьянин, верный муж, любящий отец и добрый и простой человек, — мужчина ненадолго замолчал, замечая, как тяжело Чимину слушать обо всем этом. Но Соджун понимал, что дальше будет еще больнее. И он бы рад как-то пропустить эту часть, но настало время заплатить за свои ошибки и помочь справедливости восторжествовать. — В результате своего личного расследования я узнал, что твой отец был свидетелем по какому-то делу. Но узнать, по какому именно, я так и не смог, потому что доступ к таким материалам имели только верхушки. Однако помимо этого мне удалось сделать фото встречи моего начальника с каким-то мужчиной, который даже с виду был похож на мафиозника. А завершающей точкой стал подслушанный мной разговор о том, что мистер Пак должен был умереть, потому что знал слишком много и стал их самой настоящей головной болью.
—И ты просто проигнорировал это, не попытавшись даже помочь ему?! — выкрикнул Чимин, подрываясь с места и хватая Соджуна за грудки, чтобы поднять его на ноги и встряхнуть. Глаза Пака горели яростью, а сердце вновь кровоточило, возвращаясь в злосчастное прошлое, которое все еще являлось его болотом. — Ты же мог бы встать на его сторону и помочь! Так почему ты этого не сделал?! — его глаза покраснели он накатывающих слез, а руки слегка подрагивали.
Он ломался, прямо сейчас, заново. Как тогда, когда увидел все впервые. Когда ветер разносил по улице его крики и запах крови уже мертвой девушки. Когда обнимал окровавленные тела родителей, содрогаясь в истерике. Когда обивал пороги полиции, пытаясь добиться справедливости. Когда без единой эмоции стоял у раковины, держа в руках лезвие. Когда принял решение, что умереть он пока не может, потому что должен отомстить. Когда похоронил свою прежнюю личность на самом дне своей души, становясь новым человеком.
—Отпусти его, — спокойно произнес подошедший к нему Чонгук, аккуратно положив одну руку ему на плечо, а другой перехватив его запястье. — Ты должен контролировать себя, если хочешь узнать больше, — Чимин поджал губы и, проглатывая слезы, выпустил ткань уже грязной из-за крови футболки, которую тот взял с собой и надел после перевязки. Прикрыв глаза, он позволил Чонгуку усадить себя в кресло, и выпил любезно предоставленный киллером стакан воды, стараясь выровнять свое дыхание. — Продолжай, — он снова сел на стул, изредка посматривая в сторону Пака, который смотрел себе под ноги, крепко сжимая в руках стакан воды.
—Я связался тогда с мистером Паком, — Чимин резко поднял голову, питая небольшую надежду на то, что все-таки его отец не был один. Что у него был хоть кто-то, кто мог помочь. Но, вспомнив о том, как Соджун извинялся, он хмыкнул и покачал головой из стороны в сторону, понимая, что надеяться тут не на что. — Сначала он меня опасался, но потом решил довериться, рассказав лишь часть истории. Узнать, кто именно был по ту сторону медали, мне так и не удалось, потому что твой отец и сам не знал, кем был тот человек. Он видел лишь лицо и имел на руках какую-то флэшку с компроматом, которую он всегда носил с собой.
—Ты видел, что на ней? — спросил Чонгук, получая отрицательный ответ. — Ладно, что было дальше?
—Мы начали с ним совместное расследование, пытаясь найти зацепки, но я совершил ошибку, когда напился со своим коллегой и все ему рассказал. Он, конечно, сразу же все доложил начальнику, и уже на следующий день Хичоль вызвал меня к себе. А дальше все по отработанной схеме. Они подставили меня, накачав какими-то веществами и подстроив убийство. Я проснулся утром в луже крови и с ножом в руках, а рядом лежало тело какого-то мужчины. Хичоль, который был в этой квартире, сделал несколько снимков и пообещал упечь меня в тюрьму, выбраться из которой живым я бы уже не смог.
—Дай угадаю, — Чонгук поднялся с места и подошел к Соджуну, поднося карту к его лицу, — тебя попросили выманить мистера Пака в нужное место в назначенное время? — мужчина кивнул, чувствуя, как к горлу подступает ком вины. — А потом, когда они его убили, они отвезли его в дом, где уже убили его жену, обустроив все так, будто мистер Пак убил ее, а потом и себя? — Соджун снова кивнул.
—Я правда не мог ничего сделать, — начал оправдываться он, вскрикивая от боли, когда уголок карты вошел в рану в плече, прорезая ткань футболки и бинт. Он схватил Чонгука за запястье, пытаясь, убрать его руку, но тот лишь сильнее надавил на сочившуюся рану, марая в крови собственные пальцы.
—Думаешь, меня сейчас интересуют твои оправдания? — низким голосом спросил он, наслаждаясь тем, как мужчина стенал от боли. — Ты предал человека, который доверился тебе, и заслуживаешь только сдохнуть где-нибудь под забором, понимаешь это?
—Мне правда очень жаль, — чуть ли не со слезами на глазах ответил Соджун, вновь вскрикивая, когда Чонгук все еже убрал руку. — Чимин, я бы рад все исправить, но я не могу, — обратился он к опустошенному парню, который все еще сидел в кресле, раздумывая о том, как ему поступить дальше.
—Одно твое слово, и он будет мертв, — не отрывая взгляда от Соджуна, который вздрогнул от стали в его голосе, произнес Чонгук, дожидаясь решения Пака.
—Не нужно, — он поднялся со своего места, медленно подходя к дивану. — Смерть сама его настигнет, потому что мы не единственные, кто хочет его убить. Но прежде чем, мы его отпустим, нужно, чтобы он отправил нам фото.
—Я все сделаю, — он достал из кармана штанов телефон и отправил файл на продиктованный номер, тут же стирая все данные.
—И если ты действительно хочешь расплатиться за свои грехи, то забудь об этой встрече. Будь хотя бы сейчас настоящим полицейским, а не куском дерьма, — с отвращением произнес он, отходя назад, чтобы позволить мужчине подняться и покинуть его квартиру, услышав напоследок тихое "Прости".
Этот день стал последним в жизни Соджуна, потому что на пороге собственного дома его уже ждала смерть, которую он встретил с улыбкой, принимая заслуженную кару.
