Калека

Лето. Самое теплое время года. Время шалостей и озорства, время наслаждения и веселья... Тепло солнца несет с собой незабываемые впечатления, и невольно начинаешь верить, что тебя уже ждут незабываемые приключения. Особенно когда ты видишь перед собой знакомые ворота в родной Лагерь Полукровок, где учатся выживать в суровом мире дети, у которых один родитель состоит в олимпийском пантеоне. Эти ребята твердо уверены, что мифы вполне могут быть правдой, и даже могут это подтвердить на собственном опыте. Среди них была и рыжеволосая девчонка с серыми живыми глазами, которая шла - а точнее, ехала на специальной инвалидной коляске - в окружении таких же подростков. В этом году их было меньше, нежели в прошлом: Джеймс, прошлый староста домика, решил посвятить себя путешествиям по миру и на данный момент учился усердно в каком-то навороченном далеком университете, а Гарри, его заместитель, передал свое место Чарли, который и возглавлял остальных. Но полукровки надеялись, что в этом году к ним прибудет подкрепление. Это были дети Гефеста, с недавних пор ставшие героями наравне с Перси Джексоном и Аннабет Чейз. И если первые вернули Зевсу его украденные молнии, то отпрыски бога Огня спасли лагерь от взрыва огромной порции греческого огня и раскрыли личности предателей самые первые, успев максимально снизить потери после их подлого побега. Кира улыбнулась. Вот и ее дом. Наконец-то. Учебный год пролетел как-то незаметно быстро. В школе было жутко скучно, и еще на первой неделе девушка забыла про учебу в принципе, отдавая себя веселью с друзьями, которые, как по счастливому случаю, жили все в Нью-Йорке. Такие забавные переделки ожидали наших героев, что их все вместе и не описать за целый день. Равно как и нельзя подсчитать количество преподавателей, которые поседели от выходок неуправляемой компании полубогов на тех же школьных экскурсиях, когда, например, статуя древнего воина вдруг набрасывалась на детей с нечленораздельными воплями. Взять хотя бы забавный случай на пикнике в лесу, когда заснувшую Дафну будили слегка неадекватно. Ведь вылить ведро холодной воды из ближайшего ручья на голову человеку, пережившему предательство двух шагах от себя - явно не миролюбивый и нормальный метод... Карл, идущий рядом с ней, предвкушающе улыбался. Словно знал что-то, о чем другие могли только догадываться. Девушке не нравилась его нагловатая ухмылка, она уже подозревала, что в лагере они обнаружат что-нибудь новое, и это что-то вряд ли им понравится. Ну, или парень просто радовался возвращению. Чем вызвано такое отношение и подозрение? О, просто прожив с ним три месяца в одном доме, подросток поняла, что из двух вариантов - позитивного и негативного - лучше выбирать второй, потому что именно он скорее всего окажется более приближённым к правде. - Это меня пугает... - хмыкнула Ки, когда друг уже стал скалиться как безумец, с горящими глазами ворвавшись в лагерь. - Куда ты? Мальчишка умчался куда-то вперед, к своему домику, вслед за соседями, а Вивмер вдруг обнаружила, что лагерь выглядит как-то не так, отличаясь от прошлого года. И сразу поняла, в чем, собственно, дело - их дом, дом Гефеста, который оставался в лагере, чтобы помочь с починкой, неумолимо изменился. Причем, не только снаружи. Внутри теперь царила теплая атмосфера, на полах с подогревом можно было скользить в носках, хранилище заменили одним суровым холодильником, который выглядел как простой кусок стены. Диваны, приставки, столик и телевизор остались прежними, а вот в спальнях поставили отдельные комоды, вместо душевых устроили настоящие ванные - дети были в восторге. Вот такой подарок получили они от отца за спасение лагеря. С боевым воплем веселого человека Даф оттолкнулась ногами от пола и после недолгого полета рухнула на кровать лицом в подушку, прямо в огромных черных наушниках, из которых доносился тяжелый рок и в грязных ботинках. Вслед за ней так же плюхнулась на соседнюю кровать и подруга, вслух и громко подпевая музыкантам какой-то известной группы. Музыкальные уши детей бога солнца наверное завяли, предварительно свернувшись в трубочку. Они прибыли почти самыми первыми, только дети Афродиты и Аполлона, а так же некоторые представители домика Афины успели приехать раньше. Остальным было труднее добираться до лагеря, к тому же, в такие времена, особенно учащались нападения монстров. До праздничного обеда в честь благополучного прибытия почти четверти полубогов пока оставалось время, и эти самые часы девчонки решили благополучно занять какими-нибудь мирскими делами. Но вещи разложились практически сами и очень быстро, музыка вскоре наскучила, и вот дочери Гефеста решили опробовать гамаки, которые висели позади дома. Это место выглядело как настоящий Рай - теплая ткань гамака, тень деревьев и идеальный вид на озеро - иди и купайся, пока вода теплая. Вооружившись купальниками и полотенцами, они отправились штурмовать облюбованное местечко. - Да это же круто! - торжествующе сообщила Дафна, подкладывая себе под голову подушку. Поверив ей на слово, Кира проявила чудеса ловкости и без посторонней помощи забралась на гамак, лишь затем отрегулировав высоту его подъема. Скажете, это невозможно - менять высоту гамака? Да ладно вам, бог кузнечного дела и самый великий изобретатель может и не такое устроить! Воцарилась мирная тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и легким шевелением ветвей над головой. Тишь да гладь, прям лежи и наслаждайся наконец вожделенным покоем. Все равно многие пока что разбирают вещи или просто красоту наводят - надо предстать перед остальными во всей красе! - а ты лежи себе, попивая колу, нагло украденную из холодильника и читай книгу или слушай музыку, наслаждаясь уходящим теплом. - Жизнь удалась! - откликнулась вяло рыжик. И все было бы хорошо, если бы не... Если бы парни, Тартар их забери, не решили бы с громкими воплями ненормальных пойти искупаться! Их нестройный хор невероятно оглушительных голосов вспугнул во-первых, стаю птиц, удобно устроившихся на ветках, во-вторых, белку, которая от неожиданности аж выронила орех, и, наконец, в-третьих Даф, которая с громким как у баньши пронзительным воплем потеряла равновесие и рухнула с гамака вниз, чудом не пострадав из-за небольшого расстояния падения. Девушка поднялась. Медленно и с достоинством аристократки отряхнула одежду под аккомпанемент приглушенного хихиканья рыжика и стала карающей Немезидой надвигаться на замершую троицу, которая смущенно переглядывалась между собой, как-то растеряв за три секунды свою уверенность. - Только не ногами, - истошно завопил Гарри, когда расстояние между ними сократилось в два раза. - Только не по лицу! Он первый догадался, что спастись можно только с помощью воды и самозабвенно нырнул в озеро. Вслед за ним с веселым гоготом помчались остальные и разъяренная как тысяча демонов Дафна. Ки не любила воду больше остальных, и поэтому осталась в своем убежище, как вдруг внезапно кто-то словно ударил ее по вискам. Голова заболела, девушка схватилась за волосы, зажмурившись и, кажется, прикусив язык. Во рту возник знакомый соленый привкус. Кому-то явно было плохо. В груди будто образовался кусок твердого льда, дышать стало тяжело и дыхание периодически прерывалось. Сердце пропускало удары, постепенно замедляя свой стук. Внезапно знакомое и ясное тепло окружило ее надежным пледом и отогнало подбирающийся из ниоткуда могильный холод. В голове набатом погремел голос отца наравне с треском его пламени, индивидуального огня, который нельзя было спутать с простым пожаром. "Дерево, Кира! Дерево!" Трудно было не понять, о каком дереве говорил бог. Дерево - или сосна - Талии, барьер Лагеря Полукровок, его защита... Если оно пострадает - монстры ворвутся на территорию, сметая все на своем пути. Легко спрыгнув прямо в коляску, Вивмер быстро обмотала руку ремнем с ножами - его она взяла с собой, спасибо паранойе полукровки, и максимально быстро поехала ко границе, на ходу крикнув ребятам о чрезвычайной ситуации. Не дожидаясь их, девушка подкатила к воротам и, прямо сказать, остолбенела. Зрелище, открывшееся ей, было ужасным. Из дерева медленно вытекала вязкая слизистая жидкость - настоящий и опаснейший яд. По стволу тянулись черные разводы, как от чернил, напоминая неаккуратную кляксу. Иглы опадали настоящим непрекращающимся потоком, сквозь лысеющие с каждым мгновением ветви проглядывало палящее солнце. Преступников уже и след простыл, но дочь Гефеста прекрасно знала, кто стоит за этим подлым нападением. Это было так же просто, как сложить два и два: это несомненно был Лука, мятежный сын Гермеса, который так же был причастен к недавнему взрыву и с недавних пор являлся преступником. Он ненавидел своего отца и мечтал свергнуть олимпийцев. Подросток же считала его просто безумцем. Подбежали остальные. Парни едва успели натянуть футболки, Даф же примчалась босиком и в купальнике - как только ноги не отбила после бешеной скачки по неровной бугристой земле? Ребята замерли, и первым в себя пришел Чарли. Как настоящий староста, парень быстро организовал всех: Гарри, как самый быстроногий, отправился к Хирону, докладывать о происшествии, Дафну он отправил за водой, чтобы прочистить рану и по возможности вымыть остатки яда, чтобы свести повреждения к минимуму, Джон, как интернет-гений, уже искал в электронном приборе, который чем-то напоминал планшет разновидность этого яда и способы избавления от него, а сам лидер и один небезызвестный рыжик, как его помощник и единственный человек с оружием отправились под градом игл к дереву, чтобы осмотреть рану поближе. Одолжив у подруги нож, юноша аккуратно, не касаясь зараженной поверхности пальцами, отковырнул участок поврежденной коры, оставив его на лезвии и осмотрел со всех сторон. Яд разъедал кору так стремительно и жадно, как живой передвигаясь дальше, словно хотел выпить энергию защитного барьера до дна. Девушка аккуратно всмотрелась в темнеющую дыру. Определенно, это было серьезно. - В чем дело? - прискакал директор, везя на спине взмыленного после хорошей пробежке мальчика. Едва увидев рану сосны, кентавр немедленно отвел всех подальше и сам всмотрелся в ствол. Дерево, даже на взгляд, казалось усталым и умирающим. Было очевидно, что долго оно, увы, не протянет, если только не найти противоядие. Но что может излечить такую ужасную рану, и какую цену надо заплатить, чтобы заполучить его? Могущественные артефакты в Нью-Йорке на магазинной полке первой попавшейся лавки не валяются, и с огромной вероятностью их охраняют монстры, которым самое место в глубинах Тартара. - Его кто-то отравил, - вперед вышла Даф с ведром воды. - Может, его ополоснуть, чтобы хоть что-нибудь смыло? Хирон устало кивнул и чуть отошел, давая ей дорогу. Эта ужасная новость его заметно подкосила. Тени набежали на сосредоточенное лицо мужчины, сам он постарел и осунулся, даже гордо расправленные плечи чуть поникли. Взволнованно взмахивая хвостом, директор переступал с ноги на ногу, наблюдая, как ученица аккуратно промывает все растущую дыру, и как отравленная вода утекает за границу лагеря, туда, где она никому не может навредить. Между тем Ки вернулась к самому барьеру. Наугад протянув руку, она с удивлением обнаружила, что спокойно может просунуть ладонь сквозь барьер. Ощущения были неприятными - словно кисть окунули в холодную воду, однако потом остался только неприятный холодок. Дрожь пробежала по позвоночнику мелкими стайками. Это могло означать только одно: враги добились цели, и если не сегодня, так завтра, граница, оберегающая их от чудовищ и монстров разной степени опасности рухнет хрупким стеклом, делая лагерь абсолютно беззащитным перед лицом противников. Вернулись они все вместе, поникшие и нерадостные. Весь восторг от прибытия в лагерь омрачился новым горем, и ребята, хоть и проявили удивительное хладнокровие в такой ситуации, сейчас выглядели подавленней всех. Дети Гефеста не были теми, которые рыдают на пустом месте из-за малейшей неудачи или беды, однако в таком случае никто не мог сдержать грусти. Джон приезжал чуть дольше, чем остальные, и своими глазами видел, как Талию обратили в дерево. И он с самого детства думал, что под защитой Громовержца девушке и, соответственно, лагерю тоже ничего не грозит. Видеть крушение детских принципов было... Больно и противно. Теперь границу постоянно охраняли целыми отрядами. Двое человек обязательно находились у дерева, чтобы пересечь попытку нападения со входа, еще четверо ходили по периметру, чтобы успеть предупредить лагерь об опасности. Дети теперь видели Хирона совсем редко, зачастую он даже не появлялся в трапезном павильоне и не наблюдал за тренировкой остальных. Зато теперь в лагере во-первых, царствовал - ну, только так и можно было назвать происходящее действо - бог виноделия Дионис, отец Карла, которого сокращенно все звали мистер Д., а во-вторых, с какого-то перепугу к ним сослали грешника прямиком из царства мертвых по имени Тантал. И начался Ад. Или Тартар. Начать стоит с того, что внезапно вернулись старые традиции - и все домики, невзирая на чрезвычайное положение, должны были разорваться между тренировками, охраной, битвами с постоянными монстрами и конструированием колесницы для больших забегов. Дом Гефеста ловко выкрутился из ситуации: в ответ на выпученные глаза нового исполнительного директора и его возмущенный вопль: "Как это: никаких тренировок?!" Кира просто продемонстрировала ему, что бывает, если разозлить бога Огня. Как? Да очень просто, ибо возмущенный Гефест, которого разозлил бесцеремонный вопрос о параличе его дочери, которая после этого заметно взгрустнула, взъярился настолько, что просто выгнал наглеца из дома с помощью языка огня, в который мгновенно превратился кусок бумаги с расписанием дежурств в его руке. В общем, колесницу украшала (только украшала, потому что ее основа была сделана кем-то и когда-то) именно рыжик, заодно расписав дивных металлических коней, которые должны были тянуть за собой деревянную часть с металлическими колесами - потому что дерево, даже идеально отполированное может разломаться. Ей помогал Чарли - специалист по ловушкам и по совместительству инженер-кузнец. Когда пришел день состязаний, колесница была готова. Неудивительно, с трудолюбием работавших-то. Сидя у костра ночью перед скачкой - да-да, несмотря на уход Хирона, директора не могли искоренить эту привычку. Хотя, честно сказать, пытался только Тантал, а на Диониса воздействовал хитрый Карл, и бог "случайно" каждый раз закрывал глаза на беспредел - Кира вгляделась в огонь. И внезапно в нем возникла вполне себе целая надпись. "Я горжусь вами!" - гласило послание отца. - "И, да, пока не поздно, скажу вам - не тратьте время на управление конями. Они наученные и разумные." Победа оказалась совсем не заоблачной.