Калека

Дождь лил уже не первый день. Создалось ощущение, что с небес сплошным потоком летит вода, серой мглой прозрачных капель не позволяя разглядеть даже штурвал корабля. Мертвецы, которые раньше были солдатами какой-то армии, были приспособлены к любым условиям, причем даже к таким... экстремальным. Матросы шаркали по палубе неровной походкой, как будто прихрамывая, прекрасно слыша хриплый и каркающий, как у ворона, голос старого капитана, хотя у мертвых разницы в возрасте нет. А полукровки, под бдительным оком Клариссы, сидели в каютах или под защитой потолков и стен и носа наружу не высовывали, хотя сама дочь Ареса иногда выходила наружу, чтобы лишний раз громогласно рявкнуть на горе-слуг, которые, как никак, были очень неуклюжи - трудно управлять разлагающимся телом. Кира плотнее запахнулась в плед. Карлу внезапно почудилось, что в серых глазах подруги на мгновение вспыхнула огненная искра раздражения - она, дочь Бога Огня, не переносила влагу в любых проявлениях, и длительные грозы были для нее сущим ночным кошмаром. Девушка, к удивлению всех остальных, мерзла даже в комнатной температуре и под одеялами. Подросток высунула ладошку из своего укрытия и быстро забрала со столика чашку. Неизвестно, как в такой шторм их еще не опрокинуло или не зашатало по морям и океанам в свободном плавании, но пока что корабль плыл прямо, и оказалось, что сильный ливень не всегда подразумевает под собой жуткий шторм, как описывали в приключенческих книгах. Море было относительно спокойным, и мерное покачивание даже перестало нервировать сына Диониса, который, в мирное время, валялся на койке и притворно стенал про свою морскую болезнь, изображая умирающего. Стоит ли говорить, что его никто не слушал? Ла Ру до сих пор дулась на парня за то, что он нагло вторгся в ее поиск, потому что, видите ли, во сне увидел огненного тигра, звавшего его за собой. Причем у зверя почему-то был голос предводителя их небольшого отряда. Вот юноша и совместил факты: огонь мог являться только символом Гефеста или его рыжеволосой дочери, тигр - отцовский зверь, а значит, он сам тоже участвует в поиске, и, наконец, голос Клариссы завершал оптимистичную картину. Карл же себя виноватым не чувствовал, а наоборот наивно думал, что в его ситуации, последовать советам сна было как раз правильно. Да и, если уж говорить напрямую, просто сидеть в лагере круглое лето и тупо тренироваться - не весело, а вот ввязаться в приключение, пусть и чужое - очень даже интересно! На вопрос относительно его попадания на корабль подросток коварно ухмыльнулся, и отвечать отказался в принципе. Мол, секрет фирмы, банально не скажу, и вообще, отстаньте, я белый и пушистый. В общем, фамильная гордость не позволяла. От необычных матросов бедный ребенок до сих пор шарахался - его пугали их мертвые лица и безликие глаза. Что, собственно, помогало удерживать его в каюте, пока не стихнет буря. Лишнего повода выходить наружу парень в упор не видел, кому это надо, там же холодно и постоянные холодные брызги - так зачем покидать тепло? Карл предпочитал во время путешествия заниматься сразу несколькими делами: во-первых, выбешивать Клариссу до белого каления, во-вторых, читать книги по военному делу, не обращая внимания на то, что он в них ни капельки не понимает и, наконец, в-третьих, спать. - Мне скучно, - зевнула Ки. - Развесели царя! Она грубовато толкнула задремавшего у нее на плече лохматого товарища. В тусклом освещении, его глаза казались не бордовыми, а скорее черными. Сын Диониса не очень обрадовался пробуждению и теперь пытался прийти в себя, сонно зевая и не до конца понимая, что происходит и вообще, где он. Откинув со лба прядь вьющихся густых волос, юноша смог сосредоточить взгляд на небольшой тушке рядом с собой, на плече которой он бессовестно спал. Только сейчас Вивмер заметила, что приятель за лето вытянулся, причем достаточно сильно. Теперь он почти догнал по росту отца - и это, стоит заметить, в тринадцать лет! Почему это создание постоянно притягивает к себе всякие особенности? Науке в лице дочери Гефеста не ясно. - Мне надо сплясать? - саркастично поинтересовался нахальный ребенок, ловким движением заплетая волосы в длинный и кривой хвост. Дверь их уютной каюты внезапно распахнулась настежь. Внутрь сразу ворвался порыв ледяного воздуха, с протяжным воем и свистом заметавшись по комнате и опрокинув пустую банку колы. Та шлепнулась на пол, а Карл с ленивым стоном сполз вниз с кровати и пошел закрывать люк, потому что другого источника холода и по совместительству связи с внешним миром у них не было. Вернулся парень уже вместе с Клариссой - злой и обледеневшей. Девушку буквально колотило, одежда была насквозь мокрой, но в глазах застыло упрямство - не сдамся, продолжу мерзнуть, но со всеми разберусь. В комнате снова потеплело, и стало намного лучше. Кира кинула в нее сухим полотенцем, однако воинская подготовка взяла свое, и командир похода ловко словила снаряд в полете, благодарно кивнув и удалившись к себе - переодеться и в принципе привести себя в порядок. Обычный день, ничего нового. А потом девушка с усталым кивком примет из рук подруги теплый бутерброд и банку колы, расскажет, что тупые мертвецы снова все сделали неправильно, пожалуется на плохую погоду и улыбнется, когда рыжик пошутит про плохое настроение Посейдона. И затем они, лениво перебрасываясь с Карлом вялыми ругательствами, побредут спать, чуть ли не врезаясь в стены, а Ки со спины будет поддерживать сонных товарищей, не давая им упасть. На следующее утро погода выдалась необычно ясной. Дождь за ночь прекратился, и лишь где-то вдали, на лазурных небесах, у самой линии горизонта, белели едва заметные тонкие и слабенькие облачка. Естественно, подросток не обратила на них внимания - после грозы, которую они пережили, это даже угрозой назвать трудно. Вода была прозрачной как слеза, солнечные лучи весело плясали на гладкой поверхности, отражая яркие блики, в том числе и на лицо полукровки. Полюбовавшись видом темного дна, Ки повернулась к дочери Ареса, которая стояла рядом с ней и смотрела вдаль. На губах воительницы играла легкая улыбка. - Красиво, не так ли? - инженер неопределенно махнула рукой в сторону далекого океана. Ла Ру хмыкнула, согласно кивнув, про себя посмеиваясь над сонной подругой. Сейчас она ничем не напоминала саму себя в лагере. Такое настроение - мечтательное и спокойное - в ее исполнении мало кто видел, а если кому это и удавалось, то несчастный чаще всего подвергался шантажу и лечебной амнезии. Образ грозы всех полубогов остался далеко за бортом, в такое расслабленное время невольно сбрасываешь оковы и летишь на корабле навстречу свободе и солоноватому морскому воздуху. Несмотря на то, что в скором времени придется бросить вызов огромному одноглазому циклопу, проплыть мимо двух морских чудовищ, выжить и не погибнуть от шторма, если таковой повторится. А так вообще все оптимистично и прекрасно. - Да, красиво, - на ее лицо набежала тень. - Что это? Мель? Они неторопливо проплывали над чем-то темным и довольно крупным. Ки медленно и с неохотой перегнулась через бортик, аккуратно придерживаемая приятельницей. Однако ничего не обнаружила - это препятствие действительно или необычно - очень необычно, надо сказать - высокие водоросли или, как и предсказывала командир, небольшая мель. Неплохо бы ее обогнуть, чтобы ненароком не застрять тут на полдня, однако девушкам было лень предупреждать экипаж - не встали же, и не встанут, значит. Не такая уж и значительная опасность, можно продолжать наслаждаться жизнью. К ним подошел Карл, в его глазах сверкала тревога. - Народ, вы тоже это видите? - он показал пальцем на темное марево сбоку от борта. Его предупреждение и волнение девушек на совершение подвигов не вдохновило. Они продолжали греться редкими солнечными лучами, попивая колу. Дочь Гефеста только кивнула в ответ на вопрос друга, на ее взгляд, в простых водорослях не было ничего необычного или страшного - растения как растения, никого не трогают, растут себе и растут, и все тут. Почему тогда парнишка обращает на них такое внимание? Конечно, если бы тепло не разморило полукровку, то она бы сопоставила, что сын Диониса пришел к ним с другого края палубы, и если он даже там видел эти "водоросли", то они должны быть минимум невероятно огромными - а таких высоких водорослей, которые длятся так долго, просто не бывает в природе - или же просто... Движущимися?! Кира резко дернулась и чуть ли не вскочила, забыв о своем параличе. Догадка вспыхнула в голове так внезапно, будто вспышка огня, что подросток сразу забыла обо всем на свете. Игнорируя вскрики друзей, она вновь склонилась над водой. Костяшки пальцев побелели от усилий - с такой силой сжала она бортики руками, вглядываясь в темную воду и максимально напрягая зрение, силясь увидеть хотя бы очертания того, на что им так не повезло наткнуться. Что это за напасть такая - обладающая огромными размерами, воистину громадными, что даже... Боги великого Олимпа, это ужасное и разрушительное создание почти что толще их корабля! - Что за?.. - прошептала она и тут же пожалела, что спросила вообще. Потому что то, что они ошибочно приняли за водоросли, на самом деле было живым существом, которое плыло рядом с ними, спокойно и успешно маскируясь попутно под растения, по крайней мере, до этого момента. У Киры перехватило дыхание. Если эта длинная тварь решит вынырнуть или ударить хвостом - их сметет как лист на ветру. Не в силах сделать вдох, она зачарованно смотрела, как длинная чешуйчатая спина медленно проплывала мимо нее. Вдали, где-то в ста метрах от них, взметнулся огромный кончик хвоста, размером с натуральный двухэтажный домик, и резко ушел под воду - чудовище нырнуло в морские глубины. Ее тело медленно скрывала мгла воды. Со стоном рыжик откинулась назад. Перед глазами все темнела чешуя чудовища, с которым они только что разошлись. Буквально чудом их экспедиция сегодня не отправилась на дно морское, на ужин ужасной длинной твари, с не менее ужасными и длинными клыками! Ки устало покачала головой и вяло доложила, что да, мы разминулись с огромной змеей, непонятно как здесь оказавшейся, она чуть нас не утопила, а я теперь в глубоком шоке. И медленно, напоминая маленькую гору, покатила обратно в безопасную каюту. Она уже не слышала, закрывшись у себя, как спорят Кларисса и капитан. Последний, в силу многолетнего опыта, пытался обратить внимание строптивой командирши на облака вдали, которые могут оказаться чем-то похуже, однако девушка была настроена решительно - во второй раз, при встрече со змеей, им уже так сильно не повезет, поэтому лучше добраться до Сциллы и Харибды как можно скорее, не обращая внимания ни на что другое. Со вздохом, мертвец уступил, со странным испугом поглядывая на белое марево вдали. Уставшая и злая, дочь Ареса спустилась вслед за инженером, но ее беспокоить не стала. Дневной сон и временное затишье у всей компании длились не так уж и долго. Ближе к вечеру, подростка разбудило ворчание грома и вслед за ним белая вспышка далекой молнии осветила ее комнату, делая очертания предметов острыми и напоминающими кошмарных чудовищ. Что там, снаружи, опять творится, во имя Гефеста?! С такими мыслями - только более нецензурными по содержанию - дочь бога Огня с боевым воплем раздраженного зверя выбралась наружу. И пожалела. Прямо перед ними распростерла темные крылья гроза. Облака сплошной единой тучей опустили свой низкий саван к кораблю, готовясь с минуты на минуту разразиться проливным дождем, пробирающим до самых костей, заставляя затрястись и побежать куда-нибудь, в тщетной попытке спастись от гнева могучей стихии. Она не боялась. Пусть вода и сильна, но ей никогда не потушить Огонь! И никакому Посейдону или даже Зевсу не по силам сегодня потопить корабль и затушить пламя. Среди экипажа найдутся полукровки, способные противостоять двум верховным богам. Ки выступила вперед. Карл понял первым и придержал Ла Ру, давая рыжику выйти вперед и вскинуть руку, призывая себе на помощь силу отца. Грозно заревел гром и зашипел океан. Боги были в ярости - нахальная девчонка, не таясь, бросала им вызов! В ответ на это, за спиной инженера, прямо из ее рыжик, точно пламя, волос, взметнулись языки огня, поглотив первые капли дождя, которые обрушились на головы путешественников. Холодный, пронизывающий до костей ветер не мог добраться до полубогов - стена тепла надежно укрывала их. Концентрацию Ки вскоре все равно нарушили. Ужасный вой долетел до их ушей, и девушка вздрогнула, невольно туша пламя. Зрачки ее в ужасе расширились, когда бесконечная вода перед ними резко ушла водопадом вниз, являя их взору раскрытую клыкастую пасть громадного чудовища. Доплыли. Как же, Тартар задери, вовремя! Корабль начало уносить с курса. Надо было действовать. Огонь такой громадине ничего не сделает, пушки тоже. Рыжик лихорадочно соображала. Мозг в минуты опасности действует быстрее, это факт, и вот ребенок уже помчалась вниз, к двигателю. Эх, Чарли бы сюда! Уж он бы точно справился и нашел бы способ усилить корабль так, чтобы сила притяжения не смогла утянуть их в бездну. В голову ничего упрямо не приходило. В механике, как ни крути, подросток была полным нулем без палочки. Поэтому, оставив там одного из мертвецов, следить, чтобы двигатель не взорвался от перенапряжения, подросток вновь вылезла наружу, под аккомпанемент рева чудовища, рокота грома и шелеста волн. Кларисса вместе с остальными пыталась палить из пушек по клыкам твари, к которой они неумолимо приближались, а Карл силой природы силился затянуть их противнику пасть виноградными лозами. Как он собрался проделать такой маневр с сей громадиной? Откуда ж Кире-то понять логику товарища! Это же все равно, что пытаться ниткой перетянуть канализационную трубу. Но все усилия оказались тщетными. Они приближались к раскрытой пасти и через минуту неминуемо свалились бы внутрь как вдруг... Мощный толчок буквально вытолкнул их подальше от монстра. Корабль чудом не перевернулся, и теперь рассекал волны в противоположную от чудовища сторону, приближаясь к многоголовой гидре. Подросток успела увидеть сквозь вздыбившиеся волны знакомую черную спину, отливающую металлом при блеске молний. Змея? Помогла им? Времени на догадки не было. Слава Олимпу, кроме нее давнюю знакомую экспедиции никто не заметил. С гидрой было проще. Ее все пережили, так как догадались просто уйти с палубы. Голова как пару раз впустую и безрезультатно побилась об пустую палубу, оставив на ней трещины и вмятины, так и исчезла восвояси. А между тем, корабль взял курс на далекий остров, виднеющийся вдали. Кира вылезла наружу первой, усталая и довольная. Ее сокровище - спички - не пострадало. Огонек загорелся мгновенно. Прикрывая его ладонью, подросток с облегчением произнесла, обращаясь исключительно к отцу: - Спасибо тебе... Сбоку от корабля мелькнула чешуя.