Часть 12 - Возрождение
4 января 2025 г., 20:26
Бессмертие— это не вечная жизнь. Все совсем не так.Бессмертие— это смерть всех остальных.
Дом Тонксов, 25-го апреля, 18:00 Ужин проходил в уютной столовой дома Тонксов. Большой деревянный стол был покрыт белоснежной скатертью, украшенной свежими весенними цветами, а на столе стояли блюда, источающие аппетитный аромат. В центре комнаты горел камин, добавляя тёплый свет и атмосферу уюта. Гарри сидел между Дорой и Элизабет, внимательно слушая, как последняя рассказывала о Шармбатоне — французской школе магии. Элизабет с улыбкой описывала факультеты Шармбатона, сравнивая их с факультетами Хогвартса. — У нас в школе есть три дома: Ла Форбелль, который ценит интеллектуалов и творцов; Ла Вертонн, куда попадают те, кто обладает храбростью и лидерскими качествами; и Ла Кристар, где особенно важны дисциплина и умение доводить начатое до конца, — объясняла она, глядя на Гарри. — Перед началом учебного года нас проверяет Чаша Глубин. Она показывает, куда вы стремитесь в глубине души, и только потом вас распределяют по дому. Ваша говорящая шляпа звучит, конечно, интереснее. Вообще это слишком похоже на Хогвартс, судя по вашим рассказам. И учитывая, что ваша школа была основана раньше, подозреваю некоторые идеи были использованы. Но, в отличии от Хогвартса, учеба начинается с 8 лет, правда только теория и некоторые магловские предметы. Гарри всё больше увлекался рассказом. Он уже чувствовал себя комфортно рядом с Элизабет, и его взгляд всё реже затуманивался в её присутствии. Сириус, наблюдая за этим, улыбнулся про себя, довольный тем, что Гарри шаг за шагом справляется с вейловским очарованием. — Повнимательнее с этой парочкой, — Сириус, с ухмылкой, обратился к будущей жене. — Ты даже не представляешь сколько проблем они могут доставить. Однажды Андромеда взяла их в лес. Она сказала Доре приглядывать за этим сорванцом и быть поблизости, пока сама собирала травы для своей аптеки. Дора как раз закончила свой первый год в Хогвартсе. — О нет, только не это, — простонала семикурсница, пряча лицо в ладонях. — Естественно, она потащила его глубже в лес, и они наткнулись на нескольких детёнышей джарви, — продолжил Сириус, как ни в чём не бывало. — Эта любительница приключений тут же заявила, что это идеальный момент научить моего крестника ловить магических существ. Как там она сказала? — он обратился к кузине. — Ах, да: “Это очень важно для будущего мага!” Они пытались поймать одного из них, пока остальные не начали выкрикивать оскорбления. — А потом прибежала взрослая особь! Они оба залезли на дерево, думая, что это спасёт их. До сих пор не ясно, либо Дора затащила Гарри на дерево, либо это была его детская магия. Андромеда прибежала как раз вовремя, чтобы отпугнуть стаю и снять их заклинанием левитации. Естественно, Гарри успел выучить пару “новых словечек”, которые только что услышал от этих существ. Андромеда наказала их обоих: Дору за глупость, а этого оболтуса за его новый словарный запас! — Сириус захохотал, покачав головой. — Сириус, прекрати! — возмущённо воскликнула метаморф, покраснев от ушей до кончиков волос. — О, а случай с метлой? — напомнил Тед. — Точно! Одна из моих самых любимых, — продолжил Сириус, и его глаза озорно заблестели и он спародировал голос своей двоюродной племянницы. — «Гарри, пора научиться летать по-взрослому, на нормальной метле!» Сначала всё шло прекрасно: Щенок, хоть и едва ухватываясь за древко, оторвался от земли и постепенно пробовал ускоряться. Но стоило ей показать “эффектный манёвр”, как она сама потеряла равновесие и налетела на соседский забор. — Это был просто небольшой несчастный случай! — поспешно вставила Дора, её лицо пылало румянцем. — Просто небольшой несчастный случай? — переспросил Сириус, давясь от смеха. — Ты оставила Гарри на взрослой метле, пока сама пыталась вытащить из забора свои волосы! Когда я подбежал, он уже летал кругами, крича, что вот-вот спасёт тебя. Отлично летал, между прочим. Все за столом, включая Элизабет, Андромеду и Теда, не сдерживали смех, а Гарри ярко покраснел. Тонкс, конечно, не могла дать этому продолжаться. Не дожидаясь, пока Сириус разразиться очередной историей, она подняла палочку и прошептала пару слов. Через мгновение лицо Сириуса украсил яркий макияж клоуна: круги вокруг глаз, красный нос и огромная нарисованная улыбка. — Эй! — воскликнул Сириус, ощупывая своё лицо, потом волосы, а затем оглядывая свои руки, словно пытаясь понять, что именно изменилось. — Не паникуй, ты почти не изменился, — с улыбкой заявила юная ведьма, стараясь не засмеяться. Элизабет и Андромеда не выдержали первыми, Тед лишь покачал головой, а Гарри во всю хихикал. Даже Сириус, поймав своё отражение в ближайшей стеклянной тарелке, не удержался от смеха. Ужин продолжился в слегка хаотичной атмосфере. Тед, между делом, рассказал пару историй о том, как его поймали за ночным блужданием по коридорам Хогвартса, что вызвало у Гарри неподдельный интерес к способам избежать наказания. Андромеда, пару раз поправляла своего мужа, и несколько раз удержала, не давая рассказать больше, чем следует. Гарри, наблюдая за происходящим, пытался удержать в голове все события вечера. Хотя теперь всё менялось — с появлением Элизабет, а в ближайшем будущем и ребёнка, — атмосфера оставалась удивительно тёплой, пусть и по-другому. Гарри бросил взгляд на Сириуса, который всё ещё пытался стереть с лица остатки клоунского макияжа, и не смог сдержать улыбки. В этом хаосе было что-то уютное, несмотря на всю его непредсказуемость. Элизабет, тихо переговаривающаяся с Андромедой, выглядела так, будто уже привыкла к сумасшествию этой компании. “Я точно буду скучать по таким вечерам, когда завтра вернусь в Хогвартс,” — подумал Гарри, стараясь запомнить каждый миг, чтобы потом мысленно возвращаться к нему в шумной гостиной Гриффиндора.*************************
14 Мая, Поле для квидича, 16:00 — Ты только посмотри, какой шум, — заметил Джордж, прислушиваясь к гулу трибун. — У меня такое чувство, что если мы победим, Гриффиндорская башня рухнет от их криков. — Если мы не победим, она рухнет от наших, когда Вуд будет надирать нам задницы, — усмехнулся Фред. — Насколько громкой будет вечеринка, если мы победим? — А ты как думаешь? — ответил Джордж, глядя на гудящую толпу. — Главное, чтобы был план. Вот, например, кто пойдёт за сливочным пивом? — Не я, точно, — заявил Фред. — После этой игры я буду героем, а герои не таскают ящики с пивом. — Ну, герой так герой, но, если ты думаешь ... — ухмыльнулся Джордж, но не успел продолжить. — Заткнитесь! — резко прервал их Оливер Вуд. — Если мы проиграем из-за вашего болтовни, то будете таскать что-то другое неделю подряд. Теперь сосредоточьтесь! Помните - лучше всех! Гарри сидел на метле, нервно сжимая древко. Он не мог избавиться от волнения: это была не просто его первая финальная игра, но и шанс вернуть Кубок Хогвартса Гриффиндору после трёхлетнего перерыва. Минерва Макгонагалл пристально следила за своей командой, надеясь на их победу. Когтевран лидировал по очкам благодаря их длительной игре против Пуффендуя, где охотники Когтеврана набрали огромное преимущество. В этой игре Гриффиндор обязательно должен был победить: ничья означала потерю Кубка. На стороне Когтеврана было преимущество метел — "Комета 260", которыми пользовались их охотницы и ловец Чжоу Чанг. Эти метлы были быстрее, чем у большинства игроков Гриффиндора, за исключением Гарри с его Нимбусом 2000. — Команды, на позиции! — выкрикнула мадам Трюк, давая сигнал к началу игры. В воздух взлетели 14 игроков и команда Когтеврана, в голубых костюмах, сразу сформировали необычное построение: охотники собрались в плотный треугольник, а загонщики держались по краям, но достаточно близко. Их расположение выглядело грозно. Создавалось впечатление, будто они собираются держаться вместе всю игру, чтобы эффективно блокировать охотниц Гриффиндора и лишить их шансов на свободные пасы. Мяч подан, и игра началась. Квоффл быстро перехватила Анджелина Джонсон, пронеслась мимо двух охотников Когтеврана и бросила мяч прямо в кольцо. Первый гол — 10:0 в пользу Гриффиндора! Трибуна Львов взорвалась радостными криками. — Великолепный бросок от Джонсон! — прокричал Ли Джордан, срываясь на восторженный тон. — Анджелина, как насчёт отпраздновать этот гол вместе в Хогсмиде? Я знаю отличное место! — Мистер Джордан! — возмущённо оборвала его Макгонагалл, её голос стал ледяным. — Если вы не прекратите, ваша следующая роль будет зрителем, а не комментатором! Гарри почувствовал, как адреналин захлестнул его. Метла под ним казалась продолжением его тела, а ветер бил в лицо, подгоняя вперёд. "Сосредоточься," — повторял он себе, пытаясь не обращать внимания на напряжённые выкрики с трибун. "Чжоу быстрая, у её Кометы хороший разгон. Главное — не оказываться у неё за спиной: обойти её будет практически невозможно, она будет пытаться перекрыть мне путь.," — подумал Гарри, и прижался к метле взлетая повыше. Однако команда Когтеврана быстро взяла ситуацию в свои руки. Их охотники играли невероятно слаженно, передавая квоффл точными пасами. Ловкий манёвр позволил капитану Когтеврана, Оуэну Фостеру, забить гол, сравняв счёт. А затем второй мяч, вывел Когтевран вперёд. Фред и Джордж не сидели без дела, отбивая бладжеры так, чтобы вывести из строя охотников противника. Ли Джордан тем временем добавил: — Дэвис передаёт Фостеру, Фостер — Картер, а потом снова обратно! Клятый Мордред, квоффл точно проверяли перед игрой, такое ощущение, что они его заколдовали? Уизли вмажьте им, пока мы не утонули в их очках! — возмутился Ли Джордан, стуча кулаком по комментаторскому столу. — Джордан! — резко оборвала его Макгонагалл, её лицо пылало возмущением. Тем временем загонщики Когтеврана сконцентрировали своё внимание на Гарри, посылая бладжеры в его направлении, чтобы отвлечь его от поиска снитча. Гарри, увернувшись от очередного удара, заметил мелькание золотого снитча и рванул вперёд. — Поттер, держись! — выкрикнул Фред, отбивая бладжер, направленный прямо на Гарри. Ловец Когтеврана, Чжоу Чанг, рванула за Гарри, их метлы мчались бок о бок. Снитч мелькнул между ними, резко уходя вниз. Гарри бросился следом, но внезапно почувствовал мощный удар в бок — бладжер угодил прямо в него. Это замедлило Гарри, позволив Чжоу вырваться вперёд. Но Гарри не собирался сдаваться. Он рванул вперёд, не обращая внимания на боль в боку. Впереди была Чжоу, её Комета 260 мчалась, как стрела, но Гарри решил, что не отдаст ей победу. Он резко накренился, в последний момент скользнув под её траекторией, и с силой задел её метлу плечом, заставив Чжоу сбиться с курса. Это было грубо, но абсолютно законно. Чжоу бросила на него взгляд, полный ярости, но это не остановило Гарри. Он вырвался вперёд, оставив её позади, несмотря на злобное шипение, которое она всё же успела бросить в его сторону. К сожалению, снитч уже пропал. Тем временем игра становилась всё более напряжённой. Оливер Вуд сотворил настоящий шедевр, отразив два броска подряд, но третий оказался слишком сильным. Тактика Когтеврана приносила плоды. Счёт был уже 120:90 в пользу Орлов, когда произошло нарушение против Алисии Спиннет. Один из загонщиков Когтеврана, слишком увлёкшись атакой, грубо врезался в неё, и мадам Хуч немедленно назначила два штрафных броска. Спиннет собралась, сосредоточилась и с абсолютной точностью отправила оба мяча в кольца противника, доводя счёт до 120:110. — Алисия Спиннет! Два из двух! Вот это мастерство, вот это нервы! — кричал Ли Джордан. — Так держать, девочка, покажи им, как играют гриффиндорцы! Гарри вновь заметил снитч — он летел близко к земле у кольца Когтеврана. Сердце застучало быстрее, и он ринулся вниз, уворачиваясь от игроков. В этот момент Ли Джордан снова не удержался: — Гарри Поттер, кровавый ад, как он это делает! Уворот от охотника, нырок под бладжером, а теперь крутое пике! Этот маньяк летает так, будто родился на метле! — прокричал Ли Джордан, забыв о сдержанности. — Мистер Джордан, если вы не прекратите свои выходки, я лично заберу у вас микрофон! — жёстко заметила Макгонагалл. Секунды казались вечностью. Протянув руку, Гарри почувствовал, как пальцы едва-едва коснулись холодного металла. Чжоу умудрялась не отставать, её новая метла летела с пугающей скоростью. Золотой шарик резко замер на секунду, и Гарри успел схватить его. — Поттер поймал снитч! Гриффиндор побеждает со счётом 260:130! — объявила мадам Хуч. Трибуны Льва ревели от восторга, а Гарри, размахивая снитчем, в восторге приземлился на землю. Его товарищи по команде тут же окружили его, повалив на землю в дружеском восторге. Первой была Анджелина, а за ней остальные охотницы, смеясь, попытались "придавить" Гарри к траве. Затем Оливер, Фред и Джордж вытащили его из общей кучи и, под общий смех и крики трибун, начали подбрасывать в воздух, как настоящего героя.*************************
19 Мая, Кабинет ЗОТИ, 08:35 Профессор Квирелл вошёл в класс, его болезненный вид мгновенно привлёк внимание учеников. Он выглядел ещё слабее, чем обычно: бледно-желтое лицо с тёмными кругами под глазами, сутулая осанка и едва заметная дрожь в руках выдавали его физическое состояние. Но взгляд, проницательный и острый, оставался пугающе сосредоточенным. — Внимание! — резко бросил профессор Квирелл, оглядывая класс своим проницательным взглядом, прерываясь на короткий, сухой кашель. — Если вы не способны сосредоточиться, можете выйти сейчас. Сейчас будет сложная тема. Эти заклинания требует полной отдачи! Мы переходим к этапу, когда изучение защиты от тёмных искусств требует знаний из других дисциплин. Трансфигурация, чары, магическая теория — всё это должно работать в единой системе. Без этого вы не сможете овладеть по-настоящему сложными методами защиты. Сегодняшний урок включает два заклинания. Первое основано на трансфигурации и предназначено для создания практичных объектов в экстремальных ситуациях. Спикуларэ — не просто трансфигурация, это контроль и понимание. Ошибка может привести к непредсказуемым последствиям. Он взмахнул палочкой, делая плавный оборот, а затем резко выбросил её вперёд. На его столе лежала горсть мелких камней, которые в тот же миг начали светиться и вытягиваться, превращаясь в острые деревяшки. Процесс занял не доли секунды. — Трансфигурация твёрдых объектов — это сложное взаимодействие магии и структуры материала, — начал он, окинув класс взглядом и снова кашлянув, словно подтверждая свою требовательность. — Камни обладают устойчивой магической плотностью, которая сопротивляется изменению. Ваше заклинание должно временно "сломать" их структуру и заменить её новой. Это достигается через разрыв связей материала и их последующую перестройку. Квирелл провёл палочкой по воздуху, сделав паузу, чтобы откашляться. — Материалы. Камни, мелкий мусор, что угодно с твёрдой структурой, подойдут лучше всего. Не пытайтесь использовать что-либо мягкое или жидкое — они будут крайне нестабильными и сделают процесс невозможным. Движение палочкой: плавный круг, затем резкий выброс вперёд, словно вы направляете магию в цель. И, конечно, произношение: "Спи-ку-ЛА-рэ," — он выделил каждый слог, ударяя по звукам. — Произнесите чётко, иначе результат будет плачевным. Его тон становился всё строже. — У опытного волшебника это занимает мгновения. У вас, — он сделал паузу, чтобы взглянуть на каждого ученика, — может уйти несколько минут, если не больше. Ошибка приведёт к неполной трансфигурации: либо вы получите груду бесполезных осколков, либо, что хуже, нестабильный объект, который развалится в руках. Концентрация должна быть абсолютной. Квирелл сложил руки за спиной, его взгляд стал ещё острее. — Помните, — произнёс он тихо, но чётко, — магия течёт по вашим жилам, как река. Если вы не направите её с точностью, она затопит вас. Теперь начните. Гарри отложил записи, которые делал во время объяснения профессора, внимательно разглядывая горсть мелких камней, лежащую перед ним. Весь класс шумно готовился к практике, но он старался не отвлекаться. «Плавный круг, затем выброс вперёд», — мысленно повторил он слова Квирелла. Однако вместо того чтобы сосредотачиваться только на правой руке, Гарри задействовал обе. Гарри быстро бросил взгляд в книгу, которою ему подарил директор, чтобы подобрать нужные для себя жесты. Было два варианта, либо резко согнуть средний палец, оставив остальные выпрямленными, либо просто заменить часть движения палочки всей кистью. Второй вариант показался проще и мальчик решил начать с него. Левой рукой он аккуратно очертил половину круга, будто задавая основу магического потока, а затем правой, с палочкой, резко выбросил её вперёд, завершая движение. — Спикуларэ! — произнёс он чётко, чуть громче, чем ожидал. Камни перед ним задрожали, но процесс был медленным. Спустя полторы минуты один из камней вытянулся в грубую деревяшку с неровными краями. Гарри нахмурился, пытаясь понять, что пошло не так. — Неплохо для первой попытки, Поттер, — сухо заметил Квирелл, проходя мимо. — Но помните, время — ваш враг. В реальных условиях вас не будут ждать. Попробуйте снова. Гарри кивнул, стирая несуществующий пот со лба. Он давно понял, что непрерывное использование магии требует большого напряжения, словно он поднимает тяжести. На второй попытке он сосредоточился на равномерности потока: снова левой рукой очертил круг, но на этот раз вложил больше силы в выброс палочкой. Два камня начали светиться почти сразу, их структура изменялась быстрее. Однако только один преобразовался полностью, второй остался недоформированным. Гарри почувствовал лёгкое разочарование, но знал, что нужно продолжать. — Уже лучше, — коротко бросил Квирелл, задержавшись возле него чуть дольше, чем возле остальных. — Теперь увеличьте количество объектов. Быстрее. Гарри вздохнул и взялся за дело. Его руки двигались ещё увереннее, а магия текла мощно, но сдержанно. На пятой попытке он добился того, что три камня одновременно преобразились в ровные шипы. На лице появилась улыбка, хотя усталость в руках напоминала о том, что магия требует не только концентрации, но и выносливости. Он обвёл взглядом класс, наблюдая за успехами своих однокурсников. Гермиона сидела за своим столом, перед ней лежала ровная деревяшка. Она снова аккуратно очертила круг палочкой и произнесла: — Спикуларэ! Камень перед ней медленно изменял форму, пока не стал изящным шипом. Гарри заметил, что её движения были чёткими, но несколько замедленными, как будто требовали больше усилий. Её лицо слегка побледнело, но она упорно продолжала. Теория действительно была её сильной стороной, но магические усилия явно давались тяжелее. Невилл напротив, несмотря на свою новую палочку, двигался неуверенно. Тем не менее, после нескольких попыток ему удалось преобразить один камень, хотя шип был чуть кривоват. Рядом с ним Рон справлялся лучше, создавая два ровных шипа, пусть и достаточно медленно. Дин и Симус, наоборот, боролись с заклинанием. У Дина получилось едва ли не с десятой попытки, а у Симуса первый шип треснул наполовину, и тот, сердито махнув палочкой, начал снова. Резкий звук раздался из угла класса, заставив всех вздрогнуть. Лаванда Браун, взмахнув палочкой слишком резко, не сумела контролировать поток магии. Вместо шипа из камня взлетел вихрь острых щепок, разлетаясь в разные стороны. Квирелл мгновенно поднял руку, создавая барьер и предотвращая серьёзные последствия. — Мисс Браун! — резко обратился он. — Если вы не способны следовать простейшим инструкциям, я буду вынужден попросить вас прекратить попытки. Концентрация и контроль — ключевые элементы! Её лицо покраснело, и она быстро опустила глаза, бормоча извинения. Фэй и Парвати справлялись лучше, хотя их результаты были средними. Их шипы выглядели достаточно ровными, но процесс шёл медленно, и они часто отвлекались друг на друга. — Прекратите! — резко бросил Квирелл, его голос прорезал шум класса, заставляя всех замолчать. — Теперь мы переходим ко второму заклинанию сегодняшнего урока. Если вы думаете, что это будет проще, вы глубоко заблуждаетесь. Профессор окинул учеников взглядом, прервавшись на короткий, сухой кашель, и поднял палочку, чтобы продемонстрировать. — Флипектор! — произнёс он чётко. Палочка описала небольшую дугу, затем резко указала на мишень на стене. Лежащие перед ним шипы, преобразованные ранее, одновременно взмыли в воздух и с глухим стуком воткнулись точно в центр мишени. — Это модификация базового заклинания Флипендо, — продолжил он, оборачиваясь к классу. — В отличие от него, Флипектор позволяет вам точно указать, куда должен быть отправлен объект. Это заклинание требует контроля, а не грубой силы. Квирелл подошёл ближе к столам, его голос звучал строго и не терпел возражений. — Движение палочки должно быть чётким: начните с небольшой дуги, чтобы задать направление и завершите резким выбросом. Всё это необходимо сделать в едином ритме. Никакой суеты! Концентрация и точность — ваши союзники. Ошибка приведёт к тому, что объект улетит в непредсказуемую сторону. Или, хуже, полетит прямо в вас. Он повернулся к классу, оглядев всех своим проницательным взглядом. — Я уже говорил это не раз, и другие преподаватели тоже постоянно напоминают об этом. Магия, которой вы пользуетесь, не ограничивается только вашей внутренней силой. Вокруг вас есть магия — в воздухе, в предметах, в самой структуре мира. Когда вы выполняете заклинание, вы должны использовать не только свою часть, но и магию, которая повсюду. Это основа, вам нужно этому научиться. Если вы до сих пор не чувствуете, как магия начинает работать с вами, то вам нужно серьёзно поработать над своим восприятием. Повторяю, магия — это не только то, что внутри вас, но и то, что находится вокруг. Учитесь работать с этим потоком. Профессор на мгновение замолчал, вновь кашлянув, и добавил: — Применяйте Флипектор только на небольших объектах. Попытка отправить что-то тяжёлое обернётся полным провалом. Сегодня вы будете использовать те самые колышки, которые превратили с помощью заклинания Спикуларэ. Ваша задача — отправить их в мишени, расположенные вдоль стены. Теперь приступайте. И помните: я слежу за каждым из вас. Класс зашумел, ученики начали поднимать палочки. Гарри сосредоточился на деревянном колышке, который он только что преобразовал. Сверившись со своей книгой, он повторил указания профессора: левая рука задала плавную дугу, а правая, с палочкой, резко указала на мишень. — Флипектор! — произнёс он чётко. Колышек задрожал, но остался на месте. Гарри почувствовал, как его тело напрягается, словно он тянет тяжёлый груз, но это не было физическим усилием. Внутри него всё дрожало, как струна, когда он пытался захватить и направить магию. Ощущение было таким, как если бы он вытягивал что-то невидимое из окружающего пространства, пропуская через себя. Магия начинала ощущаться не как лёгкая энергия, а как тяжёлое, плотное вещество, которое требовало усилий, чтобы его контролировать. Это было похоже на физическое напряжение, но без участия обычных мышц — скорее, как если бы его самого сжимали и растягивали. Гарри создал деревяшки и посмотрел на них. Тело гриффиндорца начинало сдавать. Движения были отработаны, но усталость всё равно накапливалась. «Что за нахер?» — подумал он, заметив, что трансфигурация стала хуже. Эти два заклинания точно не простые, и он чувствовал, что уже начал серьезно напрягаться. Сильно вздохнув и сжав зубы, заставил себя собраться. «Я не собираюсь сдаваться!» — и снова произнёс заклинание, несмотря на усталость. — Уже лучше, Поттер, — произнёс Квирелл, останавливаясь рядом с ним. — Но ваша цель — точность. Попробуйте снова. На третьей попытке колышек дрогнул и, наконец, поднялся, приземлившись точно в центре мишени. Гарри не чувствовал боли, но чувствовал себя все более разбитым. Магия, как и какое-нибудь физическое усилие, требовала от него еще и выносливости. Он понимал, что даже если всё делается правильно, на определённом этапе просто нужно сделать паузу, чтобы не перегрузить своё тело и не потерять концентрацию. Усли продолжать слишком долго, мальчик просто не сможет поддерживать поток энергии. Колдовство — это не только техника, но и баланс. Даже с опытом, избыток магии может превратить усилия в слабость. Гарри вздохнул, сделал небольшую паузу и вернулся к практике. На четвёртой попытке колышек достиг центра мишени, глубоко в нее вонзаясь, а на пятой он уже смог выполнить заклинание быстрее. Рон, сидящий рядом, громко вздохнул, наблюдая, как его колышек описывает непредсказуемую дугу и врезается в стену в нескольких метрах от мишени. Гермиона, напротив, успела достичь успеха после третей попытки, хотя её движения оставались медленными, а сама она глубоко дышала. С другой стороны класса раздался грохот: Симус взмахнул палочкой слишком резко, и его колышек отлетел в противоположную сторону, заставив одноклассников пригнуться. — Финниган! — резко сказал Квирелл. — Если вы не прекратите махать палочкой, как бабуин, мне придётся оставить вас без практики. Сосредоточьтесь. Лаванда, казалось, была на грани паники, когда её колышек отлетел прямо в стул профессора, заставив того резко обернуться. Он обжёг её взглядом, но, к счастью, сдержался. — Внимание! — голос Квирелла прорезал гул в классе, заставив Гриффиндорцев замолчать. — Я говорил вам это на первом уроке: нет ничего важнее вашей жизни. И теперь хочу напомнить. Эти заклинания — не игрушка, и комбинация, с которой вы сегодня работаете, может быть смертельно опасной. Если применять их на слабых существах, можно легко убить. Если с более сильными противниками, с должной точностью — как минимум, серьезно ранить. Вы должны понимать: это не для детских потасовок, это техника, с которой не шутят. Квирелл сделал паузу и тяжело закашлялся сильным сухим кашлем, который заставил его ненадолго замолчать. — Повторяю, эти заклинания — не просто магия. Их сила может быть разрушительной, и только те, кто понимает, как ею распоряжаться, могут избежать последствий. Сильно ошибаться не стоит. Он подошёл к Гермионе и протянул ей десяток свитков. — Это для тебя, Грейнджер. Там несколько заклинаний и рекомендации, как усилить свою магию и выносливость. Ты показала, что можешь многому научиться, и однажды ты утрешь нос всем этим чистокровным фанатикам. Ты на пути к чему-то большому. Гермиона сдержанно улыбнулась, хотя её глаза светились от радости, она с благодарностью приняла свитки. Затем он повернулся к Гарри, его взгляд стал более твёрдым, но без прежней резкости. — Поттер, ты — лучший ученик курса по моему предмету. В будущем я буду гордиться тем, что когда-то учил тебя. В пятницу, на следующей неделе, после ужина приходи ко мне на дополнительное занятие. Мы разберём твои результаты и ты получишь дополнительные практические задания. А ещё — держи. Это книга"101 Проклятье", она поможет тебе в будущем. С моими пометками, конечно. Если кто-то из преподавателей скажет тебе, что это слишком, отправляй их ко мне. Гарри ощутил волнение от похвалы, он принял книгу, со слегка трясущимися руками. Потом Квирелл обернулся к остальным. — Приближаются экзамены, и я знаю, что вы все справитесь. Может, я был строг, но уверен, что все сдадут не хуже, чем на "Выше ожидаемого". Так что готовьтесь — вы все способны на большее, чем думаете. Он поджал губы и с явным нетерпением добавил: — А теперь, выметайтесь отсюда. Урок окончен. Когда гриффиндорцы выходили из кабинета, за спиной раздался ещё один приступ кашля от Квирелла, намного более сильный и продолжительный. Невилл остановился и, слегка обеспокоенно, произнёс: — Я надеюсь, с ним всё будет в порядке. Он как-то плохо выглядит… Рон, помолчав, вспомнил о слухах и добавил: — Мордред возьми меня, надеюсь, Тонкс преувеличивала, что тут каждый год меняются преподаватели защиты. Я, конечно, его до чертиков боюсь, но он реально крутой. Гермиона нахмурилась, а Гарри с некоторой тревогой посмотрел на закрывающуюся дверь кабинета.*************************
Хэллоуин 1981 года, Ночь в Годриковой Лощине Волан-де-Морт тихо повторил строки пророчества, вслушиваясь в каждое слово, словно пытаясь прощупать его смысл. "Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца..." Он повторил их ещё раз, словно проверяя, не укрыта ли в этих словах ловушка. "Тёмный Лорд отметит его как равного себе..." Его усмешка стала шире. Он знал, как извратить его значение. Этой магией можно было манипулировать, направить в свою пользу. Темный лорд был достаточно хитёр, чтобы использовать эти слова как инструмент, а не как угрозу. Пусть весь мир считает его одержимым, но Волан-де-Морт знал, как играть с тем, что другие не понимают. И сегодня, в эту ночь, он использует пророчество, чтобы приблизить свою победу Темнота обволакивала Годрикову Лощину, но дом Поттеров был ярко освещён. За окнами горел уютный свет, создавая иллюзию спокойствия. Волан-де-Морт шагнул к двери, и в этот момент вокруг него всё, что жило и двигалось, замерло, как будто мир преклонился перед его присутствием. Лишь хруст щебня под его ногами разрывал тишину. В эту же секунду Джеймс Поттер, услышав тревожный сигнал, схватил палочку и бросился к двери. — Лили, возьми Гарри наверх! — крикнул он, оборачиваясь на долю секунды. Он не успел даже подготовиться, как дверь дома слетела с петель от одного лишь взмаха палочки Волан-де-Морта. Лорд вошёл внутрь, его плащ колыхался, как живое существо. На его лице была лишь ледяная усмешка. — Поттер, — прошипел он. — Ты, должно быть, понимаешь, что сопротивляться бесполезно? Сегодня вы склоните свои головы передо мной. — Попробуй меня убедить! — Джеймс взмахнул палочкой, и перед ним возникли серебристые копья, мгновенно материализовавшиеся из воздуха. Волан-де-Морт не двинулся с места. Он указал палочкой на копья, и они превратились в чёрный дым, который тут же закрутился в спираль и обрушился на Джеймса. Джеймс шагнул в сторону, трансфигурируя ближайшую мебель в огромного льва, который рванулся к Волан-де-Морту. — Жалкая попытка, — прошипел Лорд и будто взглядом заставил животное исчезнуть. Всё происходило слишком быстро. Заклинания летели почти неслышно, стены дома содрогались от магической силы. Волан-де-Морт двигался с непринуждённой грацией, каждый его жест выглядел пугающе точным. Наконец, Джеймс рухнул на пол, оглушённый красной вспышкой. Волан-де-Морт, усмехаясь, медленно поднялся на второй этаж. В его голове уже выстраивались образы того, как Поттеры будут стоять перед ним на коленях, когда он завершит задуманное. Лили стояла перед кроваткой Гарри, её рука крепко сжимала палочку. Её лицо было напряжённым, но решительным. Ранее она пыталась активировать портключ, чтобы спасти Гарри, но Волан-де-Морт продумал каждую секунду, перед своим нападением. Её последним отчаянным шагом было отправить патронуса Дамблдору, надеясь, что помощь придёт вовремя. — Не трогай его, — сказала она, её голос дрожал, но в нём звучала непоколебимая решимость. — Убей меня, но не его! — Лили Поттер, такая же глупая, как и твой муж, — с презрением прошептал Волан-де-Морт. Лили подняла палочку, и её голос зазвенел от решительности, когда она произнесла проклятие, направляя его в Волан-де-Морта. Проклятье, которому она научилась от Сириуса, оно, словно невидимые руки, разрывало грудную клетку, стремясь вырвать сердце. Однако Волан-де-Морт заблокировал атаку с пугающей лёгкостью. Первым заклинанием он разрушил её щит, а вторым мгновенно вырубил её, отправив в бессознательное состояние. Он подошёл к Гарри и посмотрел на ребёнка. — Тебе повезло больше всех, — пробормотал Волан-де-Морт. — Сегодня ты станешь частью величайшего открытия в истории магии. Не стоит плакать, малыш. Очень скоро ты и твои родители преклонитесь передо мной и станете служить мне, строя новый мир, который я буду править. Волан-де-Морт поднял палочку, и из её кончика начали вылетать струи тёмного дыма, закручиваясь вокруг Гарри. В комнате сгущалась тень, образуя жуткие силуэты, похожие на души погибших. Лорд вытащил маленький свёрток из своего плаща и развязал его, раскрывая остатки тела — кусочки кожи и костей, оставшиеся от нескольких его предыдущих жертв. Эти части он использовал для усиления своей тёмной магии, для того чтобы создать связь между собой и малышом. Слова ритуала звучали в темной комнате, как эхо из забытых времён. Куски тел растворялись в воздухе, превращаясь в черное облако, которое медленно обвивало Гарри, поглощая свет и проникало в маленького ребёнка. В этот момент на лбу мальчика появился едва заметный шрам, как знак того, что тёмная магия Волан-де-Морта уже проникла в его сущность. Повсюду витала магия, сверкающая багровым светом и темнотой. — Varex i Thalor, K'norath Ular! — произнёс Волан-де-Морт, завершив первый этап ритуала. Его голос был низким и властным, но в нём ощущалась странная напряжённость, как будто магия сопротивлялась искаженному и опасному процессу, который он пытался совершить. В его глазах была решимость, но появился и страх. Он тестировал этот ритуал на Нагайне. Тогда всё пошло идеально — магия была стабильной, и жертва не сопротивлялась. Но теперь, когда он пытался использовать эту древнюю тёмную магию на Гарри Поттере, силы стали выходить из-под контроля. Ритуал, который Волан-де-Морт пытался провести, был на грани между жизнью и смертью. Тёмная энергия, порожденная этим ритуалом, колебалась, искривляясь, как вуаль, поглощая пространство вокруг. Магия с каждым шагом становилась всё более нестабильной, и красные глаза Волан-де-Морта потускнели от напряжения. В этот момент оглушенный Джеймс почувствовал, как магия, захлёстывающая весь дом, давит на его сознание, как если бы сама тьма пыталась его поглотить. Воздух вокруг становился тяжёлым, а сердце бешено заколотилось, отдаваясь в ушах. Он смог открыть глаза, всё ещё ошеломлённый и едва способный двигаться, но его воля не позволяла ему сдаться. Магия вокруг была столь мощной, что каждый вдох приносил боль, но он заставил себя встать. Почти на грани истощения, Джеймс с трудом поднялся, сжимая палочку, несмотря на непрерывную вибрацию и гудение тёмной магии. Его движения были замедленными, но в голове возникала только одна мысль: Лили и Гарри. Палочка в его руках дрожала, но именно в этот момент, когда Волан-де-Морт был полностью поглощён ритуалом и его магия потеряла свою устойчивость, Джеймс почувствовал слабый шанс. Волан-де-Морт был так сосредоточен на контроле над ритуалом, что не заметил, как его силы начали выходить из-под контроля. Именно эта нестабильность сначала дала Джеймсу возможность очнуться, а затем и двигаться. Поттер, с трудом сохраняя равновесие, добрался до второго этажа. Магия, исходящая от Темного Лорда, давила на его сознание, но Джеймс не мог думать о себе. Он заметил Лили, лежащую прижатой к стене. Тёмная энергия от ритуала Волан-де-Морта давила на её тело, вытягивая из неё силы, как если бы сама магия пыталась забрать её жизнь. Джеймс Чарльз Поттер не мог надеяться одолеть даже отвлеченного Волан-де-Морта, и сделал то, что считал единственным верным решением. Он направил палочку на Лили и прошептал заклинание, пробуждая её. — Лили, вставай! — прохрипел Сохатый, ощущая, как его силы покидают его с каждой секундой. Лили резко открыла глаза, её лицо озарилось яростью, когда она увидела Волан-де-Морта, стоящего рядом с кроваткой Гарри. Магия всё ещё пыталась удерживать её, но она смогла с трудом направить палочку на Темного Лорда. — Секо! — закричала она, целясь в шею Волан-де-Морта, и из палочки вырвался остриё света, режущее воздух, как клинок. Волан-де-Морт обернулся, его лицо исказилось от ярости. Он увернулся от заклинания небольшим движением головы и замахнулся, чтобы атаковать Лили, но Джеймс, опускаясь на одно колено от усталости, направил палочку вверх, произнося взрывное заклинание. Потолок треснул, и обломки рухнули вниз, образуя барьер, который закрыл путь Темному Лорду, заставив его замедлить движение. — Вы умрёте за это! — взревел Волан-де-Морт, поднимая палочку. И тут он осознал, что ритуал вышел из-под контроля — магия слабо откликалась, а энергия, которую он пытался манипулировать, начала крутиться вокруг, как дикий вихрь. Его ярость не знала границ. В порыве бешенства он направил Аваду Кедавру в Джеймса, который рухнул без единого звука. Магия ритуала стала неуправляемой. Комната наполнилась одновременно огнём и тьмой. Магия разрушала всё на своём пути — стены крошились, а потолок трескался. Последним усилием Лили создала защитный щит вокруг кроватки Гарри, так как сама она уже была в центре этой разрушительной стихии. Взрыв магии буквально уничтожил её — тело не получило ран, но волна энергии выжгла душу, и ярко зеленые глаза Лили потеряли свой свет. Потолок обрушился, и тело Джеймса было отброшено вниз по лестнице, словно кукла. Волан-де-Морт, не способный заново получить контроль, исчез — его тело распалось, как пепел, рассыпающийся на ветру. Так завершилась ночь, которая изменила всё.*************************
29 Мая, Класс ЗОТИ, 19:00 — Профессор? — Гарри, предварительно постучав, открыл дверь в кабинет ЗОТИ. — Вы хотели меня видеть?
