Ветер перемен

      Скарлетт остановилась в гостинице Саванны. Пообедав, она решила отправиться в магазин, который упоминал когда-то её отец, где должен был работать какой-то из его братьев. Она нарядилась весьма презентабельно, но не слишком броско, и прогулочным шагом, дабы погода позволяла, неспешно направилась к нему.       -Добрый день. – осмотрев магазин, вежливо поприветствовала она человека за прилавком. – Я ищу кого-нибудь из семейства О’Хара.       Мужчина лишь хмыкнул, даже не взглянув на неё.       -Для каких целей?       -Для родственных. – и тут он, заинтересовавшись, поднял голову. – Я Скарлетт О’Хара. Мой отец Джеральд О’Хара и его брат должен был тут работать.       -Боже мой! – сменив недоверие восторгом, воскликнул мужчина. – Кети Скарлетт О’Хара! Святые небеса, не может быть! – он подбежал к ней и, схватив за плечи, осмотрел с ног до головы, а затем прижал к груди, заключив в свои могучие объятия. По телосложению мужчина был похож на её отца, только ростом выше. – Я ведь твой кузен, получается. О, надо тебя со всеми познакомить, у нас же тут и Колум приехал! Ах, как же ты вовремя!       Весь день Скарлетт провела, знакомясь с родственниками. Они были все радушные и приветливые, настолько, что ей не хотелось от них уезжать. Кузен Колум О’Хара оказался католическим священником. Он часто приезжал из Ирландии в Саванну и нарассказывал ей массу интересных историй про её родню, про саму Ирландию и проживающих там ирландцев. Рядом с ними Скарлетт чувствовала себя уютно, как дома. Никогда ей не было так приятно в обществе людей. Ей казалось, они понимают каждое её слово, у них похожее чувство юмора, жажда жизни, деловая хватка. Словом – это её та самая родня, на которую она так была похожа.       В Чарльстон Скарлетт возвращалась окрылённой. От общения с семьёй О’Хара она позабыла все свои невзгоды и даже пожалела, что не сделала этого раньше.       “Все проблемы словно разом испарились. И Эшли, и Атланта, и Ретт – идите вы к чёрту!”       Но приехав в дом тётушек, её ждало очередное письмо с приглашением погостить у Элеоноры Батлер. Скарлетт не хотела ехать в этот дом, пропитанный снобизмом, к тем, кто определённо её там не жалует. Мать Ретта старалась держаться вежливо и доброжелательно, но Скарлетт знала, что не такую невестку она хотела. А уж Розмари даже не пыталась скрыть своей неприязни. Ну и конечно сам Ретт со своим разводом и издёвками.       Скарлетт начала писать ответ, в котором извинилась и объяснила свой отказ срочными делами, но тут к ней подошла тётя Евлалия и с почти что слезами на глазах стала просить принять приглашение.       -В городе судачат, моя дорогая. Жена уезжает по делам без мужа, а потом ещё не навещает его по приезде. Так не может быть.       Скарлетт с недовольным лицом выслушала причитания о том, как негоже леди без мужа по городу ходить и, перечитав ещё раз письмо, в итоге приняла приглашение, только бы от неё отстали.       “Если бы я согласилась на условия деда, то с лёгкостью бы всех послала с их: “как должна поступать леди и как не должна”. – с долей обиды подумала Скарлетт. – Ходила бы и, тряся перед их лицами пачками купюр и золотыми слитками, говорила б, что я никакая не леди и плевать я на это хотела, ведь я до безобразия богата.”       С тоской вздохнув, она отправилась в свою комнату, думая о том, что погостит у Батлеров всего пару дней, а затем отправится в Атланту, решать дела этого несносного Эшли Уилкса!       После завтрака за Скарлетт приехал экипаж. Когда она вошла в дом, к ней навстречу выбежала мать Ретта с лучезарной и очень наигранной улыбкой. Скарлетт ответила тем же.       -О, моя дорогая, ты так скоро покинула нас в прошлый раз. Я, право, не знала что и думать. – целуя в щёки, залебезила Элеонора.       -Простите. Возникли неотложные дела.       Элеонора проводила Скарлетт в общую комнату, где сидело несколько женщин, которые вышивали. Среди них была милая Энн Хемптон, которая робко улыбнулась при виде Скарлетт, а посреди комнаты стояла Салли Брютон с мундштуком в одной руке и стаканом виски – в другой. Она осмотрела Скарлетт с неподдельным интересом и одобряюще улыбнулась.       -Любите вышивать, Скарлетт? – обратилась она.       -Признаться, нет. – Скарлетт изо всех сил пыталась понравиться присутствующим, понимая, что эти подруги Элеоноры после её ухода будут судачить и перемывать ей все косточки. – Но очень уважаю этот труд. С помощью вышивки женщины творят такую красоту.       Салли громко рассмеялась.       -Да это самое скучное занятие! – бросила она, затягиваясь сигаретой. – У мужчин столько интересных развлечений, а мы только и должны, что вышивать, да чай пить.       -Салли! – возмутилась миссис Батлер старшая.       Скарлетт была того же мнения, но виду не подала.       “Конечно. – думала она. – Им и охота, и карты, и лесопилки, и проститутки, в конце концов, а мы, чтоб быть достойными леди, должны носки им штопать, да благотворительностью заниматься.”       Пока Скарлетт размышляла о неравноправии между мужчинами и женщинами, в комнату вошёл Ретт, которого она не сразу заметила, зато он её увидел моментально. Ни слова не сказав, он облокотился на дверь и закурил, пристально наблюдая за её мыслительным процессом.       -Дражайшая супруга! – спустя несколько секунд прервал он её полёт фантазий о том, что бы она делала, будучи мужчиной. С насмешливой улыбкой он раскинул руки в объятиях, подошёл и демонстративно чмокнул жену в щёку.       -Мой милый муж! – подыграла она.       -Я так скучал. Не хотите ли пройтись?       -С удовольствием! – Скарлетт понимала, что её снова ждал неприятный разговор, и мысленно уже начала к нему подготавливаться.       Выйдя из комнаты в полумрачный коридор, Ретт сверкнул своими глазами.       -Как долго вы планируете здесь гостить?       -Недолго. – отрезала Скарлетт.       -А куда же подевалась столь лицемерная любезность? – усмехнулся Ретт.       -А разве я недостаточно любезна? – Скарлетт изобразила оскорбление, театрально приложив руку к груди, на что Ретт рассмеялся и, перехватив её, поцеловал.       -В вас погибла актриса, моя дорогая. Но дело в том, что моя матушка утомила меня расспросами о вас и ваших делах, и я понял, что будет лучше, если мы с вами заключим сделку, раз вы упорно намерены продолжать разыгрывать этот прилюдный фарс. – Скарлетт недовольно глянула на мужа, но он это проигнорировал. – Стоит поделиться друг с другом дальнейшими планами.       -Дальнейшими планами? – она начала судорожно перебирать в голове, о каких планах шла речь. О совместных? Или о тех, что порознь?       А Ретт, периодически поглядывая на неё, будто прямо сейчас читал её мысли, сделал небольшую паузу и, усмехнувшись, пояснил:       -Я должен ненадолго уехать в Великобританию. Хочу присмотреть себе лошадь.       -Лошадь? – удивилась Скарлетт, чуть замедлив шаг.       -Да, моя милая, лошадь. Это такое животное с гривой…       -Ох, Ретт, это не смешно, я знаю, что такое лошадь. – женщина вспылила, но в глубине души посмеялась над шуткой. – Я только не понимаю, для чего она вам?       Ретт снова сделал паузу, будто оценивая, может ли ей доверять.       -Хочу принять участие в скачках, а для этого мне нужна хорошая лошадь. Как правило, все хорошие скакуны обитают на территории туманного альбиона. – Скарлетт лишь хмыкнула. – А теперь и вы посвятите меня в ваши дела на ближайшее будущее.       -Я еду в Атланту. – твёрдо заявила она.       -Да неужели? – Ретт остановился и повернулся к Скарлетт всем телом, заставив тем самым и её остановиться. – Думаете, пришло время повидать мистера Уилкса?       В раздражении Скарлетт приподняла бровь, пристально уставившись на мужа.       -Я скоро начну думать, что вы сами неравнодушны к нему. Слишком уж часто вспоминаете.       Ретт подошел ближе, стремительно сократив между ними расстояние. Он смотрел на Скарлетт, как хищник на пойманную добычу.       -Есть причины, моя прелесть, из-за чего я так часто его вспоминаю.       -О, Ретт. – вздохнула она. – Ну неужели вы так и не поняли, что он мне давно не нужен? Почему вы не можете мне поверить? – Скарлетт начала волноваться – слова, над которыми она так много думала, сами полились из её рта. – Я же ещё в Атланте призналась вам, что люблю вас. Что я ещё должна сделать, чтобы вы мне поверили? Скажите, что мне сделать, чтобы вы вернулись? – Скарлетт устало опустила голову и ком горечи подступил к горлу. Глаза наполнились слезами, которые женщина старательно стряхивала с ресниц, быстро моргая.       Ретт приподнял её голову, слегка ухватившись пальцами за подбородок, и посмотрел так пронзительно, словно искал в её зелёных глазах нечто очень важное.       -Дорогая, – негромко сказал он. – Единственное, что вы можете сделать, это дать мне развод.       Даже для него это было слишком жестоко.       -Вы даже не хотите дать нам шанс? – шёпотом спросила она.       -Я уже давал нам шанс, но вы им не воспользовались. Теперь дайте шанс мне. Шанс на жизнь, где не будет вас.       Несмотря на такую зловещую тишину снаружи, внутри слова Ретта отдавались боем тысячи барабанов, и Скарлетт пыталась найти в чертах его лица хотя бы крошечный намёк на то, что дало бы ей возможность усомниться в неподдельности его слов. Но чем дольше она искала, тем отчётливее понимала:       “Кажется, я проиграла. Кажется, он действительно меня разлюбил.”        Отшатнувшись от собственных же мыслей, не произнеся больше ни слова, Скарлетт быстрым шагом вышла на улицу, жадно вбирая в себя свежий воздух.       “Надо уехать. Надо скорее покинуть Чарльстон и больше никогда сюда не возвращаться.”