***
Сегодня, как обычно, скучный день. Пары, болтовня, пары и так по кругу. Надоело. Однако сегодня я опять заметил, что джин наблюдал за мной из окна противоположной аудитории. Его взгляд всё такой же измученный, но в нём нет пустоты, они заполнены чем-то неописуемым, непонятным для меня. На следующую пару я решил не идти и прогулять в медпункте. Да, я тоже прогуливаю, ведь особого смысла сидеть на этих долгих лекциях не вижу. Когда я зашёл в медпункт, то заметил, что там никого нет, однако раздался кашель, и я подошёл к одной из кушеток. — Сокджин? — я всегда искал с ним встречу, но не думал, что она будет такой спонтанно, однако я рад, что она произошла, наконец.***
Джин округлил глаза, когда Джун назвал его по имени, внутри даже как-то потеплело, но это лишь на секунду. — Что вы здесь делаете? — интересуется Намджун, присаживаясь рядом с Кимом. Его взгляд падает на простыни, на которых лежат лепестки сакуры. Но странно, ведь никогда вокруг колледжа он не видел этих деревьев. — Я… — старший почувствовал, будто голос пропал, ведь он никогда не говорил с ним. — Пришёл отдохнуть. — Понятно. — Намджун вновь услышал кашель со стороны и коснулся лба джина рукой, чтобы проверить температуру. — Вы приболели? — с ноткой беспокойства интересуется нам. Сокджин, не ожидавший прикосновений, поёжился и отстранился. — Нет. — ответил джин, усмехаясь. Сокджин болен. Болен от своей односторонней любви. И от этого нет лекарства. Хотя, оно сидит рядом, но сейчас действует наоборот. Как яд. — Пожалуйста, уйди. — просит Джин и отворачивается. Новый приступ кашля заставляет тело Сокджина содрогнуться, а сам старший почувствовал резкую нехватку воздуха. Он схватился за горло, пытаясь хоть чуть найти необходимый кислород, но всё тщетно. Джун испугался поведения Кима и развернул его к себе, видя как Джин пытается сделать глоток кислорода, как держится за горло. Намджун испугался, он и правда не знал, что ему делать, как поступить. Рядом никого нет, джин не сможет ничего сказать, а сам ким не понимает, что происходит и пугается. Сокджин опускается голову и кашляет, а Джун, решая хоть что-то сделать, хоть как-то помочь, гладит Сокджина по спине и чуть бьёт, думая, что это поможет, но слишком поздно. Джин откашливает уже не лепестки он откашливает целые цветки сакуры вместе с каплями крови, которые оказались на коленях старшего. Теперь лепестки прекрасных цветов испачканы в алой крови. Глаза Сокджина накрывает чёрная пелена и он проваливается в тьму, из которой, видимо, выхода больше нет.