Как сложно быть ангелом

Неделю спустя мы оба выздоровели и вернулись к работе. Вернее, я вернулся. Софа сказала, чтобы я уходил первым, и что она меня догонит, но у прилавка её не было уже третий час. Блин, ну и где она? Ох, а вдруг её Самаэль нашла? А вдруг её сбила машина? А вдруг она шла по улице, закашлялась, свалилась в канализационный открытый люк и сломала позвоночник?! — Гранде! — окликнул меня голос директора. — Где твоя подружка? Она на три часа опаздывает, хочешь сказать, что она всё ещё по пробкам прётся? — Д-два с половиной. — Что «два с половиной»? — Не на три часа, а на два с половиной. Й-я не знаю, где она, я п-просто предположил, — мямлил я, тихо молясь, чтобы Софочка пришла наконец. — Тестом пол не заляпай. — он кивнул на мякиш в моих руках. — Если в течение получаса не явится, передай ей, что я с нетерпением жду объяснительных. — Хорошо, — сглотнул я. — Н-но я надеюсь, она всё-таки придёт. — Надейся. Директор ушёл. Я же резко вытер руки и потянулся к телефону, продолжив названивать Софи. Абонент недоступен. Да какого ж Фигаро происходит?! Тут ко мне завалился официант. — Раф, тебя зовут. — сказал мальчик лет 17-ти. — Кто? — растерялся я. — Какой-то коп. Он тебя знает. Какой… какого… вытерев муку на ладонях о свой животик, я нервно поплёлся к прилавку. Я подошёл и обомлел. — Бонжур, мон шер! — Ты чё здесь делаешь?! — вырвалось у меня. Бафомет стоял и помахивал мне лапкой. Он был в полицейской форме, ремень которой, судя по виду, туго впивался ему в жирок. — Я работаю. — Но ты… но здесь… тебя начальник ищет! — Именно поэтому я на второй работе, а не на этой, — улыбнулся рыжий. — У тебя булочек с брусникой не завалялось, а? Я правда голодный. — Почему твоя вторая работа — в полиции? — А что такого? Мне нравится орать на людей и брать у них деньги. — Ты взяточник?! — Я демон. — И ты взяточник! — Ну а как мне ещё склонять людей к греху, если сам я буду добрым и хорошим? — Ты… ты… ты мог бы мне сказать, — я ощутил себя обманутым. — Я тебя ещё и отмазывал, как дурак. — Ну ладно, ангелочек, прости меня. Я не хотел тебя подставлять, я как-то не рассчитал, что в один день будут две смены на работах. — Как можно о самом очевидном не подумать? — спросил я со скепсисом. — Легко и непринуждённо. Раф, ну дай покушать, ну пожалуйста. — Зачем тебе вообще на двух работах пахать? — В полиции весело. А здесь, с тобой, вкусно. Клятвенно обещаю уйти из участка через неделю, чтобы больше тебя не подставлять, теперь ты меня простишь? — Прощаю, — слабо улыбнулся я. — Что ты там хотел? — Булочки с брусникой. О, и пончики есть? И ещё круассаны, ватрушки с творогом, булочки с маком, а ещё… — он заметил, что я пялюсь на его нещадно стянутый ремнём живот, и прикрыл глаза. — Назовёшь меня толстым, накажу. — Й-я и не собирался! Мне просто показалось, что тебе форма… эм… что размер не твой. — Тебе показалось. — буркнул Бафомет. — Чё ты так пялишься? — Всё-всё, прости, сейчас накормлю! Я сгрёб все только испечённые вкусности и сложил в пакетик, который довольно забрал демон. Он начал облизываться, едва учуял запах. Затем улыбнулся, на пару секунд приняв личико Софы. — Обожаю тебя, ангелочек. Я слегка покраснел и собрался что-то сказать, но она уже ушла. Приятного аппетита, пышечка. Вечером, когда я возвращался домой, я решил свернуть во дворы и срезать. Уже через десять минут я об этом пожалел, ибо я услышал за собой шаги и тень. Тот, кто шёл следом, старался держаться в тени, но я хорошо его слышал. Тихое дыхание, шорохи куртки, лёгкая походка. Так, ладно, спокойно, я в любом случае крупнее и сильнее, надо просто предугадать момент, когда на меня кинутся. Дышим глубже и не паникуем, мы не умрём, мы будем жить. Я не могу умереть вот так, ночью, в пустом дворике, порезанный каким-то мелким вором. Я ускорился. Тут передо мной выскочил преследователь. Он оказался почти с меня ростом и довольно крепкого, спортивного телосложения. Всё ясно, мне конец. На нём был капюшон, скрывающий лицо. Я остановился и уставился на его голову, стараясь разглядеть хотя бы глаза. Это был парень. Он резко шагнул ко мне и сорвал капюшон. Я аж пошатнулся. — Уриил? — вырвалось у меня. — Наконец-то нашёл, — забурчал он. — Ну и разжирел же ты. Всего два месяца прошло. — Где Гавриил? — спросил я, пытаясь не обидеться его словами. — Что там, на небе? — Когда тебя и того демона затянуло в портал, он перегорел и напрочь сломался. Второго демона поймали и допрашивают, генерал Гавриил разослал сотни солдат, чтобы тебя найти. Где твои крылья и нимб? — Они… понимаешь, у меня очень мало магии, она тяжело восстанавливается, я не могу толком колдовать. — Да ты что? — как-то странно прокомментировал он. — Да, и мне кажется, я сейчас смертен. А того демона, который был со мной, тоже ищут? — Его поймают и пленят на небе, но мне кажется, раньше нас его поймают свои же собратья. Но это не так важно, как ты. — Разве? — растерялся я. — Именно, — Уриил стал наступать на меня, как-то страшновато ухмыляясь. Я начал пятиться, пока не упёрся спиной в стену дома. — Уриил, т-ты чего? — Правда не понимаешь, или тебе нравится дебилом прикидываться? — он прижал меня к холодным кирпичам за живот и плечо. — Ты смертен. Ты совсем как человек. Я даже слышу, как у тебя сердце бьётся. Тук-тук, тук-тук. — Ч-что ты хочешь? — начал паниковать я. — Демона, с которой ты сдружился, ищут ад и небеса. Представь, что станет, если твой труп увидит Гавриил, и я укажу на неё, назвав убийцей? — Ч… чт… т-т-ты убьёшь меня?! — Ты умрёшь не зря. Во-первых, ты станешь катализатором в исполнении нашего долга — истребления демонов. Гавриил сметёт с лица Земли всю их свору, когда я скажу, что тебя убила их сучка. Ну а во-вторых, в благодарность за возвращение твоей туши на небеса и за ценные сведения я стану одним из правящей верхушки Рая. Стану генералом. — Пусти! — я начал вырываться, как он с размаху ударил меня по челюсти. От боли у меня потемнело в глазах. Меня никогда раньше не били так сильно. — Только пискни ещё раз, я тебе глотку вырву. Ой, ты что, плачешь? Хах, изнеженного братика архангела Гавриила сильно ударили по личику? Ох, бедняжка, подуть на синячок? — он вдарил мне по животу. Я согнулся пополам, и получил по скуле. Уриил взял меня за волосы и посмотрел мне в лицо. — Знал бы ты, как бы тебя ненавижу. Кто ты такой вообще? Твой брат герой и великий благородный архангел, так почему тебя, жирного тряпку собирались сделать полководцем? Почему в мою сторону даже не посмотрели? Ты трус и неженка, мямля и неповоротливый жиртрест, почему выбрали тебя вместо меня?!! Удар в живот. Я ощутил вкус железа во рту. Когда я сплюнул, меня затрясло. Кровь. Я не могу исцелиться, я ничего не могу. Мне хотелось просто дать ему себя избить и убить, настолько мерзко я себя чувствовал. Он прав. Во всём прав. — Я не хотел там быть, — прохрипел я, роняя слёзы. — Как же я хотел скормить тебя какому-нибудь адскому монстру, — шипел Уриил. — Любой из них был бы в восторге, закинь к ним такого раскормленного ангела. Ты ведь и отбиваться не будешь, ты просто сожмёшься комком и заплачешь, разве нет? — Я не хотел становиться полководцем, — всхлипнул я, сплюнув кровью. — Я правда не хотел. Хватит… я скажу Гавриилу, чтобы он взял тебя на моё место, только хватит уже… — Да щас, — он сжал руку в кулак. Я ощутил, как на шее будто сжимается кольцо, и как заканчивается воздух. Он душил меня. От страха и ужаса меня сильно трясло, я старался высвободиться магией, но её почти не было, в сравнении с его силой сейчас. Уриил улыбался, смотря, как я сползаю на землю. — Как же долго я мечтал, что убью тебя, но не думал, что ты будешь в слезах. Ты жалок. И ты сдохнешь, как трусливая сука. В следующий миг на него с воплем: «Сгиньте нахуй!» кто-то рухнул с крыши. Моя шея стала свободна, и я жадно задышал, стараясь сбежать и распонять, кто сейчас свалился. — Сука! — орал мужской голос с проблесками женского. — Ааааа, мать твою! — С-Софа?! — вырвалось у меня. — Убери от меня свою жирную жопу! — выкрикнул Уриил. — Моя жопа не жирная, пидор! С Уриила сползла Софа в женском облике. На лице её блестели слёзы, она держалась за левую ногу и шмыгала носом. — Фак… сука-сука-сука, больно… — Бежим! — я схватил её на руки и рванул от Уриила. Он что-то выкрикнул, но я уже выбежал на свет фонарей, под которым носилась толпа людей. Оторвался. Я тяжело дышал, прижимая к себе Софу. Как же я рад, что она на него упала. — Раф, машина! — взвизгнула она. Я резко замер. В сантиметре от нас пронесся автомобиль. Я унёсся подальше от двора, в котором чуть не умер, руки дрожали от страха, возбуждения и тяжести. Вскоре мы были дома. Дженни оставила записку о том, чтобы есть мы готовили сами, она поехала к отцу. — Аккуратней! Стой, не трожь, ай! Да не так же, бляха, как больно! — выкрикивала Флейм, пока я укладывал её на диван и обнимал. — Ты чего плачешь? Откуда на тебе кровь? Кто этот чёрт, на которого я приземлилась? — Я… он… там…. Это… вот. — Понятно, вы обсуждали разведение тюльпанов и герани, а я нагло прервала ваш диалог. — она шмыгнула носом и вытерла слёзки, но они настойчиво скатывались из её глаз. — Д-да нет же! А ты почему плачешь? Ты как вообще на крыше оказалась? — Меня нашли два демона и попытались убить за то, что я с тобой дружусь. Я рванула убегать, случайным образом забралась на крыши, и в режиме спайдермена помчалась так, попутно отбив себе обе почки, лёгкое и по-моему из меня вышел обед после трёх неудачных сальтух. На последней мне резко стало больно бежать, и кое-как доковыляв до относительно невысоких зданий… — Двадцатиэтажка! — Я попыталась спуститься по внешней лестнице, но нога вышла из чата и я стремительно полетела вниз, отбив её окончательно. — Ногу, или лестницу? — Да. А потом я увидела тебя, ты меня, а нас двоих тот пидор с геранью. — Никакой он не пидор с геранью, он хотел меня убить! — Нет, в моих глазах он точно пидор с геранью. Я цветы просто не люблю. Стой… убить?! — Я потом расскажу, дай ногу осмотреть, ты её наверняка сломала. — Только не трогай. — Как я тогда пойму, сломана кость или нет? — У тебя в глазах рентгена нету, да? — с безнадёгой спросила она. — Я очень аккуратно, честное слово. Прошло две минуты. — Ай! Ай-ай-ай, не трогай меня! Не надо! Помогите, меня трогают! Убивают! — Я тебе ещё даже штанину не закатал, хватит капризничать! — Больно мне, ясно?! — навзрыд сказала она. — Мне блять пиздец как больно, понял?! — Бедняжка, мне правда очень жаль, — я поцеловал её в лоб. Она замолчала и покраснела. Я закатал штанину джинсов и аккуратно, стараясь действовать только кончиками пальцев, пальпировал её ногу. И оказался прав. Софа её сломала. — Перелом. Надо идти в больницу. — Больно, — хныкала она. — Ты не можешь хоть что-то сделать? — Я… хорошо, я очень постараюсь. — я взял её за руку. — Потерпи немножко. Если срастить не смогу, то хотя бы уберу боль. Софа закивала и стала мять мою ладонь обеими лапками. Я принялся пытаться её исцелить. С меня скатывался пот, голова кружилась. Перелом — не такая уж сложная вещь, с которой я управлялся ещё в пять лет, неужели же я не смогу избавить от боли любимую женщину? А впрочем… Уриил ведь был прав, я тряпка и трус. Зачем ей парень, который не то, что за неё, а даже за себя постоять не может? Но пусть мне и не светит с ней, но ведь ей сейчас очень больно. Софа мне жизнь спасла, я обязан её отблагодарить, и вылечить перелом — меньшее, что я могу сделать.