Luceat

      Вскочив на ноги, Драко что есть мочи побежал прочь от отца, что вновь превратился в жуткое существо, не знающее пощады. Свернув в коридор, он ринулся до своей комнаты       — Остолбеней!       Пронзенный заклинанием, он рухнул на пол. Люциус, ухмыляясь, приближался к парню, что пытался безуспешно встать.       — Далеко собрался, Драко? — лорд Малфой подошел вплотную и ткнул палочкой тому в шею. — Почему ты убегаешь от меня?       Подняв его за волосы, он с силой приложил парня лицом об пол так, что из носа хлынула струйка алой крови.       — Отец! — крикнул Драко. — Прекрати! Хватит надо мной издеваться! Что с тобой? Что на тебя нашло?       Но его крики лишь отскакивали от неприступной стены, заслоняющей разум отца. Малфой-старший схватил парня, перекинул через плечо и зашагал обратно в зал. Повалив его на стол, Люциус, удерживая сына за горло, принялся стягивать с него штаны.       — Пап! Остановись! Хватит! — в ужасе кричал извивающийся парень, пытаясь высвободиться из мертвой хватки.       Драко что есть мочи пнул отца в живот, на что тот, закашлявшись, отшатнулся. Воспользовавшись моментом, парень спрыгнул со стола и помчался к двери, ведущей на выход. Не оглядываясь, он бежал так, что земля уходила из-под ног. Лихорадочно трясущимися руками он смог отворить замок и выбежал на улицу, где непроглядная тьма, холодный ветер и моросящий дождь безрадостно встретили его. Но сейчас это было меньшее из зол, по сравнению с тем, что ожидало его в собственном доме.       Добежав до края тисовой изгороди, Драко, охваченный страхом, обернулся: холодный свет луны озарил силуэт, возникший, словно из ниоткуда. То был его отец, сжимавший в руке палочку и оглядывавшийся по сторонам, ища дикими, наполненными яростью глазами сбежавшего сына.       — Драко!!! — крикнул он. — Где ты, сынок? Иди ко мне! Иди к папочке!       Драко испуганно упал на землю и заполз за облезлый тисовый куст, стараясь унять дрожь. Промерзлая сырая земля обжигала руки, ледяной ветер пронизывал насквозь, но парень готов был терпеть это, лишь бы не попасть вновь в цепкие лапы чудовища.       Люциус шел напрямик, освещая палочкой путь.       — Драко!!! Выходи скорей, Драко! — жутким возгласом звал Люциус.       Парень вспомнил о своей палочке. Он ведь так и не нашел ее! Она бесследно исчезла.       «Может, отец спрятал ее? Да, точно! Ведь он выронил ее в коридоре, а потом… Потом… Ее там уже не было! Только он мог ее забрать! Черт! Что же теперь делать?»       Драко без своей палочки был беззащитен против отца, да и, будем честны, и с палочкой то ему было не одолеть столь прекрасного мага, как Люциус Малфой. Хоть тот и был сейчас не в самой лучшей форме.       Оставалось только надеяться на чудо.       Тем временем, зверь уже подходил к укрытию, где прятался Драко. Парень затаил дыхание. Еще сильнее упав ниц, он вжался в землю всем телом. Ему показалось, что сквозь порывы ветра он слышал его надрывное, тяжелое дыхание.       Не найдя добычу, Люциус зашагал дальше, обогнув изгородь, и скрылся из виду. Драко облегченно выдохнул.       Надолго ли?       Его тело уже дрожало от холода, пальцы на руках покраснели. Он выбежал на улицу в одной рубашке и тонких штанах, а погода, шепчущая о вот-вот готовой вступить во владения зиме, явно не была к нему благосклонна.       Все же замерзать на улице было не самым лучшим решением. Драко, еще с минуту полежав в своем укрытии, понял, что лучшим выходом будет вернуться обратно в дом и, стараясь не попадаться на глаза Люциусу, попытаться отыскать свою волшебную палочку.       «Надеюсь, отец ее нашел и оставил в моей комнате», — понадеялся Драко. Ведь за все это время, он даже не вставал толком с кровати, не говоря уж о том, чтобы чем-то заниматься.       Нужно было только незаметно пробраться обратно в дом.       Драко пополз по земле, окруженный изгородью веток кустарников. Он уже не чувствовал своих замерзших, онемевших пальцев. Вся одежда, запятнаная грязью и налипшими листьями, промокла насквозь. Край изгороди. Драко теперь оставалось пробежать всего несколько метров, тогда он сможет очутиться дома. Насколько это было возможно, он огляделся. Зверя поблизости не было. Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, Драко, собравшись с мыслями, побежал.       Он уже почти добрался до крыльца, почти ухватился за дверную ручку.       — Драко!!!       Словно раскатом грома прогремело за спиной.       Парень оглянулся. Перед ним стоял он. Собственной персоной. Из раскрытой, оскаленной пасти шел пар, глаза горели, будто адским пламенем, побелевшие руки судорожно сжимали направленную на него палочку. Драко застыл как вкопанный. Секунды, казавшееся вечностью, двое смотрели друг на друга не отрываясь, пока Зверь не сделал выпад и не описал в воздухе узор.       В ушах зазвенело.       Перед глазами все поплыло. Драко упал на землю и потерял сознание.       Очнувшись, он обнаружил себя подвешенным магическими цепями над столом. Как в тот самый первый раз. Одежды на нем не было, но никакой боли он не чувствовал. Будто бы пытка еще не начиналась.       Пока еще не начиналась…       Драко огляделся. Отца, вернее, зверя, что в него вселялся по ночам, поблизости не было. Парень попытался пошевелиться, высвободиться, но тщетно. Цепь накрепко сцепляла его руки и ноги.       «Что же будет на этот раз? Чего еще он со мной сотворит?»       Пока парень, охваченный паникой, рассуждал, вернулся Люциус.       — О, ты уже очнулся, мой мальчик! Как раз вовремя! Надеюсь, ты больше не будешь расстраивать папочку? — он обошел стол, над которым висел Драко полукругом, рукой слегка касаясь обнаженного тела сына. Тот задергался.       — Папа! Ты слышишь меня?! Папа!!! — Драко не терял надежды достучаться до своего отца, спрятанного где-то там, под личиной жуткого существа.       — Что такое, малыш? Не терпится приступить? Прекрасно! Мне тоже!       Подойдя к камину, он вынул уже накалившиеся докрасна щипцы для углей. Подняв их вверх перед собой, будто победное знамя, Люциус направился к дергавшемуся в ужасе от увиденного парню, что сейчас готов был на все, лишь бы освободиться из этого ужасного плена. Малфой-старший же, будто дразня, провел раскаленным металлом в непосредственной близости от кожи сына, на что тот отпрянул и сжался. Лорд лишь ухмыльнулся.       — Какую часть тела ты выберешь, Драко? Какую ты хочешь, чтобы папочка пометил своим клеймом?       Драко всхлипнул.       — Да, мне тоже кажется, что мы подумали об одном и том же! — отец расплылся в неистовой улыбке и поднес щипцы к бедру парня. Повалил густой дым. Кожа с шипением разрывалась при соприкосновении с раскаленным металлом.       Драко разошелся нечеловеческим криком.       Казалось, что его голосовые связки не выдержат и вот-вот лопнут. Он тяжело задышал, обливаясь слезами, когда отец убрал щипцы… Отец ли?       Зверь. Чудовище с лицом и телом отца.       Когда Драко понял, что бороться и звать отца бессмысленно, и оставалось лишь принять участь, то, обессилев, поник, стараясь изгнать прочь мысли об обожженном до мяса бедре.       Люциус спустя время вернулся, сжимая в руке раскаленный металл. На этот раз пришла очередь другого бедра парня.       Крик. Шипение лопнувшей кожи.       Драко изогнулся дугой, пронизанный невыносимой болью. Но существо предпочло продолжить истязание, и на теле парня появлялись все новые и новые отметины. Когда Драко, уже выбившись из сил, охрипшим голосом, мог лишь скулить, Люциус, взмахнул палочкой и парень с грохотом приземлился на стол. Изможденный, он едва подавал признаки жизни.       Изголодавшийся до юной плоти зверь накинулся на него, оглаживая своими грубыми руками сочившееся кровью тело, что уже оставило жалкие попытки к сопротивлению. Сквозь туман, казалось, наступившей агонии, Драко чувствовал, как яростно вонзается в него это отвратительное, жуткое существо, как пронзает вновь и вновь его внутренности, извергая при этом страшные, нечеловеческие звуки.

***

      Драко снилось, что будто бы они, всей семьей идут по цветущему, зеленому парку. Драко, около десяти лет от роду, он держит крепко за руку папу и маму, они оживленно что-то рассказывают и заливаются смехом. Их лица светятся счастьем, радостью. Длинные, светлые волосы Люциуса развеваются от легкого ветра, обрамляя красивое лицо с утонченными чертами. Тонкие, изящные губы чуть расплылись в улыбке. И маленький Драко смотрит в светло-серые глубокие глаза отца, которого так любит и мечтает когда-нибудь вырасти и стать таким же красивым как он.       Но открыв глаза, тут же прекрасное воспоминание улетучилось, обратилось в пыль, столкнувшись с жуткой реальностью. Драко лежал в своей комнате. Вскочив, он заозирался по сторонам. Вроде все, как обычно. И даже его тело, накануне поджаренное, точно кусок мяса, было как новое. Ни следа от ночной пытки.       «Значит, отец все-таки пришел в себя. Мерлин! Мерлин, мать твою! Когда же это закончится?!» — взмолился парень.       Собравшись с мыслями, он начал рассуждать. Что же все-таки происходило с Люциусом Малфоем? Раньше, Драко все списывал на алкогольную горячку, но то, что случилось накануне ночью, когда часы пробили двенадцать, вызывало вопросы. — «И правда… Все предыдущие разы, когда папа творил это, было далеко за полночь. Значит… значит, это наверняка какое-то проклятие! Точно! Как же я сразу не догадался! Наверняка, Темный Лорд проклял их, когда они отреклись от него! Иначе, как еще объяснить эту жуткую метаморфозу?!»       Теперь осталось только понять, что делать. Как спасти отца. Ведь скоро вернется мама. Если он еще навредит и ей!       «Нужно срочно что-то делать!» — одержимый идеей, Драко вскочил с кровати и заметался по комнате, в поиске своей палочки. Обшарив, казалось, каждый угол, и не найдя, он, в подавленных чувствах уселся на полу и закрыл лицо руками, всхлипывая от безысходности.       «Значит не отец ее взял, а… он. Зверь… И вряд-ли он ее вернет назад. Разве что… Разве что поискать в комнате отца», — сам не веря в это, Драко подскочил и прямо в чем был двинулся в комнату Люциуса, охваченный навязчивой идеей, во что бы то ни стало положить этому ужасу конец.       Тихонько отворив предательски скрипнувшую дверь, он осторожно заглянул внутрь. Люциус спал мертвенным сном. На цыпочках, едва ступая на ковер, парень оглядывал каждый дюйм — ничего.       «Что же делать?»       Еще раз оглядевшись, взгляд его упал на книжный шкаф, где была собрана обширная библиотека редких магических книг.       «Наверняка, там найдется литература по проклятиям. Отыщу похожее по описанию и постараюсь снять его, чтобы спасти отца», — Драко направился к шкафу, все еще оглядываясь на спящего Люциуса, опасаясь, что тот воспрянет и накажет его. Снова.       Пробежав глазами по многочисленным книгам, он выбрал один увесистый фолиант, на котором золотом были вытеснены буквы: «Проклятия и как с ними бороться».       «То, что нужно», — Драко спрятал книгу за пазуху и поспешил прочь.       Вновь очутившись в своей комнате, парень судорожно принялся листать пожелтевшие страницы. Но вскоре, осознав, что среди нескольких сотен, а то и тысяч страниц найти что-то подходящее в столь короткий срок не представляется возможным, он предпочел бегло изучить каждую страницу, пусть и займет это несколько дней. Дней ли? Недель? Выдержит ли тело Драко столько времени под гнетом страшного существа, что завладело его отцом?       Но медлить было нельзя, и Драко, листая страницы, принялся искать хоть что-то напоминавшее симптомы поведения Люциуса.

***

      Вечерело. Люциус очнулся, когда бледное осеннее солнце уже заходило за горизонт. Он с трудом мог помнить, что происходило накануне. Помнил лишь какой-то странный туман, что окутывал его сознание, ближе к полуночи. Раньше, когда он заливался до беспамятства алкоголем, эта грань стиралась, становясь плавной, но с тех пор, как Драко уничтожил его запасы… Что-то изменилось. Что-то менялось в нем самом. И списывать все на алкогольную горячку теперь не представлялось возможным. Слабые отзвуки разума, что еще сохранились в голове лорда Малфоя, твердили о том, что нужно выбираться. Выкарабкиваться из этого жуткого иллюзорного плена. Но как? Знать бы, из чего выбираться.       То, что происходило с ним ночью, Малфой помнил слабо. Точнее, все, что происходило последние месяцы с ним, — слилось в какую-то непонятную, невнятную смесь, похожую на лунатизм или беспамятство. Лишь неяркими обрывками доносились до него картинки того, что происходило наяву, при свете луны. Днем он просто блуждал, казалось, в пучинах своего сознания и все происходившее, будто в замедленной съемке, доносилось до него сквозь незримый, плотный туман. И лишь с наступлением ночи разум его заволакивало настолько, что вовсе невозможно было отличить настоящее от страшного, пугающего ночного кошмара.       Поднявшись с кровати, он, уже скорее машинально, направился в душ, едва волоча ноги. Одевшись, Люциус зашагал к комнате Драко, дабы убедиться, что сын еще жив. Постучавшись, отец отворил дверь. Драко, казалось, сильно напуганный его приходом, вскочил, уронив на пол книгу и уставился на него округлившимися глазами.       — Пап? — осторожно воскликнул мальчик, оглядывая Малфоя, что стоял в проходе, не шевелясь.       — Драко…       «Вроде бы пришел в себя».       — Пап, ты в порядке? — опасливо выдал парень, все еще ожидая страшной перемены.       — А ты? — безучастно проговорил Люциус, без следа каких-либо эмоций.       — Нужно поговорить. Нужно обсудить. То, что происходит с тобой, — выговорил Драко, не отводя глаз от отца.       — Может быть, — выдохнул лорд Малфой и подошел к кровати сына.       Драко, чуть отстранившись, уставился на него все еще испуганными глазами.       — Ты… Ты понимаешь, что с тобой происходит? Когда… Когда ты делаешь… это, — едва дыша, он с силой выдавливал из себя эти слова.       — Нет, — отозвался Люциус, глядя сквозь сына.       — Понятно, — парень чуть опустил голову, но тут же вновь поднял взгляд на отца — Папа, я думаю, что тебя проклял Темный Лорд! Иначе, как еще это объяснить? Подумай сам, ведь после того, как мы от него отреклись, ты стал сам не свой и… я думаю, что с каждым днем твое состояние все ухудшается. Ты можешь вспомнить хоть что-то, что может натолкнуть на разгадку?       — Не знаю… — сухо ответил Малфой.       — Папа, прошу, подумай хорошенько, сейчас любая мелочь может нам помочь! Хотя бы… Хотя бы просто скажи, что ты чувствуешь? Сейчас и ночью. Постарайся вспомнить, пожалуйста! — Драко смотрел широко раскрытыми, умоляющими глазами на отца, на лице которого не было и следа умственной деятельности. Точно бездушное тело, напрочь лишенное эмоций.       — Чувствую… — Люциус чуть приподнял затуманенный взор. — Чувствую пустоту. Провал. Не знаю. Не знаю, как объяснить. Можешь представить себе «ничего»? Вот, что я чувствую.       — То есть, ты ничего не помнишь? — удивился Драко       — Помню.       Эти слова пронзили парня, будто копьем. «Как… Как это понимать?»       — Это делаешь со мной ты? Или… не ты? — уже перейдя на шепот, Драко боялся услышать ответ.       Люциус все так же безучастно смотрел куда-то сквозь сына, сверля взглядом стену.       — Я не знаю, — шепнул он в ответ.       Губы Драко задрожали.       — Пап… Ты случайно не знаешь, где моя палочка? — осторожно поинтересовался парень.       — Нет.       — Ты разве ее не поднимал?       — Не припомню.       «Черт. Что же все-таки происходит?»       — Пап, мне нужна моя палочка. Ты… Ты же понимаешь, что то, что происходит… То, что ты со мной делаешь ночью… Ты понимаешь что это… — Драко часто задышал, ловя ртом воздух.       Он не мог подобрать слов, чтобы высказать все, паника вновь охватила его. Стыд, страх, безысходность — все это обуревало сейчас загнанного в угол парня, что в бессилии своем не мог ничего понять.       Лорд Малфой не шелохнулся. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Никаких эмоций, словно пустота, обтянутая телесной оболочкой, сидела перед Драко. Полными слез глазами тот взглянул на Люциуса, ища в его объятых туманом глазах хоть каплю жизни.       Напрасно.       «Что же это за проклятие такое? Была бы хоть какая-то ниточка, за что зацепиться». Взгляд его упал на толстенную книгу проклятий, на изучение которой, наверняка потребовались бы месяцы, а без своей палочки он и вовсе был как без рук. Оставалось только ждать. Ждать, утопая с головой в пучине пугающей неизвестности.       Драко прижался к отцу. Всхлипывая, он обвил его шею руками, словно боясь, что он исчезнет, обратится в прах, что он больше никогда его не увидит.       — Пап, что же с тобой стало…- шептал парень, зарываясь в волосы Люциуса. Лорд слегка обвил сына руками в ответ, но не сжал в объятьях, а лишь слегка коснулся.       — Драко…       Солнце уже заходило за горизонт, когда Драко нервно ходил по своей комнате из угла в угол. Все его мысли сейчас занимало лишь одно: как спастись от ночного зверя и как снять неизвестное проклятье с отца. Без своей палочки он не мог абсолютно никак противостоять этому разъяренному животному, что жаждало крови. И как остановить его, не навредив отцу? Столько вопросов без ответа витало в его голове, отчего она буквально шла кругом.       Тьма все сгущалась над Малфой Мэнором, пронизывающие лучи шедшей на убыль луны падали на письменный стол, за которым сидел парень, погруженный в изучение толстенного магического фолианта. Подле него лежал лист бумаги, куда он изредка делал пометки.       «Так, вот что-то похожее,» — вчитывался Драко. — «Проклятый предмет, хранящийся в доме, может повергнуть жертву в состояние психической нестабильности, постепенно лишая рассудка». Вот, это оно! Точно! Отец и вправду, постепенно, как казалось, сходил с ума, находясь под действием чего-то извне. «Проклятый предмет необходимо уничтожить заклинанием, чтобы прекратить его губительное действие». Теперь нужно только отыскать этот предмет! Но сначала, свою палочку… Куда только ее запрятал зверь? Осталось только лишь пережить эту ночь, а утром — с первыми лучами рассвета отправиться на поиски».       Драко, как мог, забаррикадировал дверь, заставив ее громоздкими вещами, чтобы ее было не так-то просто отпереть. Наверняка, это хоть чуть-чуть да замедлит зверя, и у Драко будет время спрятаться. А пока он пытался сконцентрироваться на чтении, прислушиваясь к каждому шороху, в томительном ожидании двенадцатого удара часов, что висели над мраморным камином в зале, где они всей семьей по обыкновению принимали пищу, и где с недавних пор проходили эти ужасные, невыносимые, из раза в раз становясь все изощреннее бесконечные пытки.       Луна поднялась высоко в небе, осветив комнату и бросив на стены жуткие тени, что, подобно костлявым пальцам мертвеца, извивались, хватаясь за сидящего в кресле Драко, мечтая высосать из него жизненные силы. До слуха парня донесся протяжный бой часов. С каждым их ударом сердце все сильнее и сильнее билось, готовое выпрыгнуть из груди. Когда последний удар грохотом пронзил стены особняка, Драко всхлипнул. Скоро, уже совсем скоро придет за ним жуткое существо, что жаждет его плоти и крови.       Воцарилась тишина. Пронзительная, пугающая. Потом истошным криком взвыл ветер, нагнал тяжелые тучи, поднял с земли практически истлевшие листья и закружил их в неистовом вихре. Стук. Стук капель по стеклу внезапно начавшегося дождя заставил Драко выглянуть на улицу. В небе непроглядная тьма. Луна, затянутая плотными тучами, практически не давала света. Мрачная, безрадостная атмосфера поздней осени угнетала и без того удрученного юношу, томленого ожиданием.       Шаги.       Сердце Драко замерло.       Шаги остановились у его двери.       Медленно, Драко повернул голову в сторону их, боясь сталкиваться с этим пугающим своей неизвестностью мигом.       В дверь постучались. Тяжелыми, глухими ударами, до Драко донеслись безмолвные просьбы отворить дверь. Парень подскочил с места и вжался в стену.       «Надеюсь, он уйдет, хоть бы он ушел» — вторил он про себя.       — Драко! Я знаю, что ты там, открой дверь! — донесся протяжный возглас.       Драко не шелохнулся.       — Мальчик мой! Открой, впусти папочку! — вторил голос зверя.       Дверная ручка задергалась ходуном. Драко охватила паника. Едва дыша от страха, он еще сильнее вжался в стену, мечтая, чтобы существо скорее ушло, исчезло навсегда.       — Драко! Не зли меня! — крикнул Люциус. — Не откроешь по-хорошему, я тебе такое устрою!       С силой подергав ручку, существо затихло. Драко выдохнул.       — Алохомора!!! — раздался внезапный крик. Дверь распахнулась, но проход все еще был забаррикадирован. Драко заметался по комнате, ища пути к отступлению, как вдруг, в узком дверном проеме показалась рука. Ощупав препятствие, зверь внезапно убрал руку и скрылся.       Но не успел парень обрадоваться такому повороту, как тишину пронзил неистовый, дикий, разъяренный крик:       — Редукто!!!       Нагромождения, так старательно выстроенные Драко, разлетелись на куски. И через обломки торчавшх досок, что когда-то были дверью, высунулось лицо. Бледное, искаженное жуткой улыбкой, и белыми, сулящими гибель, нечеловеческими глазами лицо зверя.