Подарок судьбы

      Арсений осторожно опускается на яркий зеленый мешок, потому что Антон утверждает, что это кресло. Чушь какая-то, конечно, как будто на нормальные кресла денег нет, живет не бедно вроде, а сидит не пойми на чем.              Вопреки сомнениям хозяина, тело, почувствовав мягкую опору, сразу растекается по креслу. До сего момента Арсений и не замечал, как был напряжен, а сейчас в голове звенит от облегчения и мысленной пустоты. Никакая мысль тревожно не зудит, не надо никому врать, не надо притворяться другим человеком, не надо играть на сцене, не надо никуда спешить и ничего искать. Арсений прикрывает глаза и откидывается головой на стенку сзади, ноги расслабленно вытягиваются.  Все сделано. Теперь можно отдохнуть и, возможно, получить еще немного удовольствия от этого города и этого Антона.              Тем временем этот самый Антон стоит рядом, высунувшись в большое окно и курит. Они вышли на просторную, полностью застекленную лоджию, потому что Антон утверждает, что Арс разрешал ему тут вонять куревом сколько захочет при условии, что дверь в квартиру плотно закрыта.              Пальцы скользят по вмятым в обложку двум позолоченным буквам. Мы. Антон рассказал, что это история про вымышленный мир будущего, где люди лишены имен, а называют себя номерами. Они находятся под тотальным надзором государства и даже каждый половой акт там регламентирован и происходит по расписанию. Вроде ничего смешного, но Антон хохотал как припадочный. Он объяснил свой смех тем, что по рассказам Арсения представил себе его мир примерно таким. Государство за всем следит, в том числе за тем, как сильно его любят его подчиненные. Арсений в ответ на это фыркнул и авторитетно заявил, что трахаются они с Антоном неограниченное количество раз в день и никому об этом не докладывают. Тут перекосило уже Антона. Должно быть, от зависти. Его-то Ира, вон, у подружек ночует…              Арсению совершенно не хочется думать, что Антон может быть в чем-то и прав. Да, сейчас политика королевской семьи кажется идеальной и непогрешимой, но что, если что-то изменится, что если к старости у короля появятся какие-нибудь заскоки и странности, вдруг он решит, что секс теперь у всех должен быть по расписанию или что люди должны отказаться от своих имен. Несомненно, можно придумать множество реформ, которые Арсению бы не понравились, но что он сможет сделать? Сказать об этом королю? Да, это возможно. Но тот может и не послушать. Все знают, что король держит страну крепко и не собирается ее отпускать. А абсолютно все жители от него зависят. Никто не может работать без его величественного разрешения, никто не может написать книгу или статью, где выражает несогласие с какими-то действиями королевской семьи, ведь вся печатная продукция тоже проходит королевский контроль, да даже вытащить чип из головы нельзя так, чтобы система об этом не узнала. Да и что делать без чипа? Это и средство связи, и средство оплаты, и удостоверение личности… Арсений глубоко вздыхает, пытаясь успокоиться. Он собрался отдыхать и расслабляться, а не впадать в панику на ровном месте. К счастью, их король в здравом уме и трезвой памяти, он не принимает никаких сумасшедших законов, а чипы и правда удобная штука.              Еще раз набрав полные легкие свежего прохладного воздуха с горчинкой дешевого табака, Арсений открывает глаза и натыкается на внимательный взгляд Антона, который уже тушит сигарету о стену дома снаружи.              — Что?              — Ты чего пыхтишь? – Антон крутит головой в поисках места для бычка.              — Да так. – Арсений пожимает плечами. — Подумал, вдруг ты городишь не такую уж и чушь.              — Охо-хо-хо, — восклицает Антон. – Какая высокая оценка моих интеллектуальных способностей!              Он шутовски кланяется и, так и не найдя подходящего места для своего мусора, просто аккуратно укладывает его на подоконник. Затем, видимо, считая выполненной свою миссию по содержанию Арсеньевской квартиры в порядке, плюхается на мешок напротив. Лоджия не такая уж и большая для двух двухметровых мужиков, поэтому, когда Антон тоже вытягивает ноги, одна его ступня оказывается между ног Арсения и их штанины соприкасаются. Арсений залипает на эту картину. Это так по-домашнему, так уютно, как будто с друзьями гуляли всю ночь, а под утро успокоились и вот сидите так, молчите, рассуждаете каждый о своем.              Арсений поднимает взгляд на лицо Антона, тот, как оказалось, тоже пялится на их ноги. На лице застыла неподвижная, как будто слегка удивленная маска, однако за ней ощущается хаотичное течение мыслей. О чем он думает, интересно?              — Антош, — он удивленно вскидывает взгляд, будто его только что разбудили, — о чем задумался?              — Да… — он прочистил горло, — да ни о чем.              Ага, ни о чем. А взгляд, как будто его на месте преступления застали.              — Ты же знаешь о феномене незнакомца?              — Это когда в зеркале другого человека видишь?              — Чего? А, нет, я не об этом. Я честно не знаю, как это называется. Я говорю про ситуации, когда нам с незнакомцами откровенно разговаривать проще, чем с близкими людьми. Это как попутчики в поезде. Мы с тобой познакомились меньше суток назад, а скоро я исчезну, и мы больше никогда не увидимся. Можешь быть со мной откровенным. Мне все равно некому твои тайны рассказывать, — Арсений миролюбиво улыбается. В конце концов, Антон ему здорово помог, можно попытаться помочь ему в ответ. Помочь разобраться в мешанине мыслей касательно себя, Арса, работы. Может свежий взгляд, теперь уже не совсем со стороны, не будет лишним.              Антон в ответ усмехается.              — Спасибо, Арсений. Из тебя получился замечательный попутчик, — он тоже мягко и слегка устало улыбается. – Кстати, когда тебе выходить? То есть... Ну ты понял. Ты сам решишь, когда обратно пора поменяться?              — Не-а, мне даны ровно сутки. – Антон бросает взгляд на запястье, поэтому Арсений продолжает. – Но по часам это отследить невозможно. Время в каждой вселенной течет по-разному, рывки между ними добавляют еще мешанины. Знаешь все эти ускорения, замедления, квантовые часы… — Неопределенное мотание головой вызывает улыбку. – Вот и я не знаю. Поэтому ориентируюсь исключительно на свои ощущения. Когда будет пора, меня как будто схватят за желудок и начнут тянуть.              Он для демонстрации прижал кулак к животу. Ощущение и правда не из приятных.              — И что ты чувствуешь? Сколько у нас времени осталось?              — Это фраза из какой-то мелодрамы? – Арсений смеется, а Антон закатывает глаза. – Эй, ладно тебе. Первые ощущения появятся где-то за час, пока я ничего не чувствую, так что…              Антон понятливо кивает.              — Значит, у нас есть время немного отдохнуть и еще сгонять к автомату, распечатать тебе фотку с крыльями, — видимо, воодушевление Арсения слишком четко отражается на его лице, потому что Антон самодовольно улыбается. Мол, да, я не забыл. А ведь правда не забыл, хотя казалось, что даже не слушал, когда Арсений высказывал ему это пожелание. – Я тут чекнул…              — Что сделал?              — Ну, проверил, загуглил, — Антон машет в воздухе своим смартфоном. – Тут рядышком есть автомат с круглосуточным доступом. И, кстати, место там клевое вообще. Хочу тебе показать.              Арсений в ответ благодарно улыбается и кивает. Кто знает, удастся ли ему еще когда-то побывать в Петербурге, но надежда теплится, конечно. Может, в другом измерении, а может и в их мире такой город построят. Хотя это вообще маловероятно. У них же Таганрог есть. Зачем стране две морские столицы?              — Я еще поискал книжные магазины открытые…              — Антон, это не обсуждается, – беспрекословный тон немного смущает Антона, но видимо, не убеждает. Он упрямо смотрит прямо в глаза.              — Арсений, это просто книга, ты же пролистал ее, там нет тайных посланий и закладок. Сама книга – суть твоего путешествия. Ты должен был ее найти, а потом прочитать, чтобы иметь в виду к чему может привести тотальный контроль и слепое обожание правительства. – Антон вроде и прав, но желание отстаивать честь своего короля возникает подсознательно. Благо, сделать это и развязать полемику ему не дают. – Арс ее читает прямо сейчас, она лежала у него рядом с кроватью. Не находишь, что очень грубо с нашей стороны просто взять ее и спиздить? Вдруг это чей-то подарок, вдруг она ему дорога?              — Ты сам сказал, никаких отличительных элементов на ней нет, значит не такой уж и ценный подарок. Тем более мы с ним «подарками», — Арсений дергает пальцами в воздухе, — обменялись, помнишь? Мне нужна именно ЭТА книга, а не такая же. А для тебя, кстати, это замечательная возможность провести время с Арсением. Вот махнемся мы обратно, возьмешь его за руку и отведешь в книжный, как раз они откроются…              — Не буду я его за руку брать, — упрямое ворчание, взгляд, отведенный на небо за окном. Арсений на это только закатывает глаза. Прекрасно, Антон, ты вычленил самое важное из разговора.              — Ну за ногу тогда возьмешь, что за детский сад? Купишь ему все книжки, что посчитаешь нужными. Вот это будет реально крутой подарок. И напоминание о ваших межпространственных приключениях. Уверен, у него тоже множество положительных впечатлений останется, его же Антоха там развлекает.              Антон заинтересованно возвращает взгляд на Арсения.              — А чем развлекает?              Хочется пошутить, что развратным гейским сексом, но вряд ли такая шутка зайдет. Публика не подходящая. Смущающаяся, робеющая, не дающая себе признаться в том, что пускает слюни на Арсения. Такая публика. Этому Антону удивительно удается производить впечатление то мачо-мэна уверенного в себе и в своей власти, то робеющего школьника, краснеющего от слова секс. Это даже не от одежды зависит и не от его желания, просто такой вот Антошка многогранный. Сейчас он именно что Антошка, смотрит заинтересованно, ждет сказки, видимо. Ну, почему бы и не рассказать.              — Нуу, какими-нибудь волшебными штуками, наверное. Хотя магия Антона не особо зрелищна, ее проще почувствовать, чем увидеть. Но вот что у него действительно волшебное, так это травяной чай… Даже близко не сравнится с тем, что вы здесь пьете.              — Это ты просто пива хорошего не пробовал! – Антон усмехается.              — Я не люблю пиво, — Арсений улыбается в ответ. – Отдаю предпочтение чему-то покрепче и послаще. Антон такую настойку делает…              — Все понятно, — хихикает, — ты с ним встречаешься потому, что он тебя поит.              — Это вне всякого сомнения. А еще он очень нежный, заботливый, ответственный, профессионал своего дела, ну и, конечно же, сексуален и красив как бог.              Антон подвисает. Приоткрыл рот и распахнул глаза. Вы удивили школьника. Достижение.              — Ты так реагируешь, как будто бы не знаешь, что очень красив. – Удивительно, но про сексуальность этого Антона легко сказать не удается. То есть, наверняка это так, только несмотря на почти полную внешнюю идентичность всех Антонов Шастунов, которых он в жизни встречал, никто, кроме оригинала не вызывал у Арсения какого-то сексуального влечения. Как будто это братья-близнецы. Похожи – очень. Но другие. Не те. Не он.              Местный бог красоты снова смущается. Ну вот что с ним делать? Он теребит кольцо на пальце, пару раз открывает и закрывает рот, как будто не может слов найти. Арсений подается вперед и кладет руку ему на колено, привлекая к себе внимание.              — Антон, просто прими это уже. Хотя бы это. Ты красивый – факт. Мы с Арсением красивые – факт, — Антон тепло улыбается, видимо, согласен. – Это простые факты, которые ни к чему тебя не принуждают. Не делают тебя геем, например, если тебе это уж так сильно не нравится.              — Да мне не… — Антон запинается, гипнотизируя взглядом руку на своем колене. А потом просто кивает и спокойно говорит. – Да, ты прав.              — Ну вот и славно, — Арсений усмехается и откидывается обратно в кресло. Смотреть на Антона почему-то неловко, как будто тот сейчас переживает какую-то внутреннюю борьбу, что-то такое личное, за чем наблюдать постороннему человеку неприлично. Арсений переводит взгляд на книжку в своих руках, снова ее открывает и бегло пролистывает. Запись 10, Запись 11… Антон, и правда, молчит с минуту, наверное, однако ему безотрывно рассматривать Арсения кажется нормальным, конечно, у Арсения же нет внутренней борьбы в данный момент.              — Арс, а ты тоже магией владеешь? – тут уже очевидно, что с именем он не ошибся. Не просто по привычке ляпнул, а прям осознанно решил сократить. Ну что ж. Не так уж и плохо, в целом. Арсений показательно вздыхает и качает головой, не отрывая взгляд от книги.              — Нет, абсолютно. За это у нас полностью отвечает Антон.              — А почему тогда перемещаешься ты, а не он? – а ну да, сказка же не была рассказана. Утренняя сказка. Сказка на день, так сказать.              — А что, завидуешь, что Арс другое измерение увидел, а ты нет? – Арсений усмехается и отрывается от книги.              — Да нет, это просто логично. Если он волшебник, он может себя защитить, например, или повлиять на окружающих.              — Я понял, что ты имеешь в виду, – Арсений пожимает плечами. — Так просто лучше получается. Магия нужна там и до похода, и во время, и после. Я бы был бесполезен в роли контролера, только и смог бы, что Антошкам глазки строить, — лукавый взгляд летит прямо в сердце Шастуна. Но замертво тот не падает, сидит, улыбается. – А так я и глазки строю, и полезное дело делаю. Мне и перемещаться проще, я легче воспринимаю чужую магию. Я странник – это мое призвание.              — Это вам такие роли при рождении достались?              — Нет, Стас в зрительном зале выбрал, — Арсений усмехается, Антон закатывает глаза. – Да ладно, ладно, да, при рождении. Я родился странником, Антон — волшебником, мы идеально друг другу подошли.              — А что в других мирах? Там тоже магия есть и Антон с Арсением какие-то существа необычные?              — В некоторых – да. – Антон заинтересованно смотрит и молчит, видно ждет развернутого ответа, поэтому Арсений продолжает. – Например, в одном Антон тоже был волшебником и служил в полиции, а Арсений был кем-то вроде оборотня.              — В волка превращался?              — В хорька, — Арсений улыбается, вспоминая тот поход. Антон там был до безумия заботливый и ответственный, очень переживал за своего Арсения и, как ни странно, за другого Антона, который вынужден был проводить с ним время. Говорил, что у его зверушки сложный характер и острые зубы. – Правда, сам я этого не видел, разумеется, только по рассказам. В этом и заключается сложность путешествий в волшебные миры, местный Арсений что-то умеет делать или выглядеть может иначе, а меня – беспомощного чужеземца – сразу распознают.              — А что значит выглядеть иначе?              — Ну, однажды я оказался на месте Арсения-фея.              — Фея? – Антон хихикает. – Такого маленького и с крылышками?              — Не знаю, что там с крылышками, но он полноразмерный, как я понял. Из внешних различий острые уши и кожа светлее. Ну и с Антоном у них там какая-то физическая химия была, а он, кстати, саламандра.              Арсений улыбается, веселое выражение на лице Антона сменилось растерянным.              — В смысле ящерица какая-то?              — Нет, тоже человек, просто с вертикальными зрачками и пятнами какими-то на коже.              — Жуть.              — Да нет, не жуть, вполне нормальный, просто непривычно. Жуть была, когда у одного Антона на спине обнаружилось гнездо с тентаклями, вот там я пересрал сначала, конечно. – Антон в кресле напротив заметно зеленеет, видимо, представил в красках. – Но и они оказались достаточно приятными и даже в некоторой степени разумными, меня распознали еще раньше, чем Антон. Оказалось, у Арсения тоже магические способности были, он какой-то ледяной волшебник. Причем ледяной в прямом смысле, кожа у него холодная, щупальцы к этому холоду и тянулись, а тут я с нормальной температурой появился, и они все уползли к хозяину обратно.              — Как же отвратительно, — Антон кривится.              — Да я же говорю – они милые, такие своеобразные питомцы. Весьма своеобразные. К тому же, — Арсений усмехается, вспоминая, — как я понял, они их приспособили и к своей сексуальной жизни.              — А-А-а-а-а-А, — издав панический возглас, Антон утыкается лицом в ладони и, видимо, пытается развидеть то, что только что представил. Арсений пытается это сделать уже год, кажется, просто надо смириться.              Спустя десяток секунд, наполненных только громким дыханием, Антон поднимает глаза на Арсения и смотрит между пальцами, не отнимая руки от лица, как будто они защитят его от той информации, которую он так боится принять.              — Они что, во всех этих вселенных встречаются?              — Н-у-у, не во всех, — Арсений выдерживает драматическую паузу. Актер! Антон терпеливо ждет продолжения. – Во многих они уже женаты, а где-то даже растят детей.              На удивление, Антон больше не кричит и даже не выглядит шокированным. Отнимает руки от лица и медленно кивает, задумчиво разглядывая их скрещенные ноги. Красивый он, когда спокойный. Когда не злится, не паникует, не спешит никуда. Вот так сидит на балконе с близким человеком…              — Приемных? – и задает неудобные вопросы.              — Эээ… не совсем, — нет, это он объяснять не готов. Хватит с Антона тентаклей, рожающий детей Эдик – это перебор. К тому же, Арсений сам еще тяжело переваривает эту физиологию, присущую многим измерениям. Даже в животе засвербело от одного только воспоминания. А может и не от него...  – Антош, остался час, поехали фотку печатать.              

***

      

      — Красивые места Питера, машина Арсения, – Антон нервно усмехается и глушит двигатель.              Вопрос с машиной кажется острым, но решился достаточно быстро. Как только Арсений сказал, что осталось мало времени, Антон засуетился, подскочил с кресла, рассуждая вслух, что пешком идти не меньше получаса, а такси не находится. Он уже натягивал кроссовки, когда ему на глаза попались ключи от машины, лежащие на тумбочке. Арсений попытался намекнуть, а позже и сказать прямо, что, возможно, они могут обойтись своими силами и совсем не обязательно брать еще и машину чужую, учитывая, что совсем недавно Антон смущался из-за проникновения в квартиру и убивался из-за книжки. Однако, школьник неожиданно сменился на уверенного в себе мужчину, и не терпящим возражений тоном заявил, что не может отпустить Арсения без напечатанной фотографии, значит надо поторопиться, а с Арсом он потом объяснится. Арсений бы может и возразил бы, что даже если они пойдут пешком, в запасе останутся еще полчаса, но от такого тона у него слегка подкосились коленки, а прилив нежности и благодарности накрыл с головой. Да и кто знает, сколько у них тут фотографии печатаются?              Сейчас они паркуются около огромных ржавых ворот странной формы, покрытых чем-то блестящим. При ближнем рассмотрении стало понятно, что это блестящие детские ветряные вертушки. Ими полностью покрыты ворота, снизу доверху. Вау. Впечатляет. Антон закрывает машину и подходит к Арсению, который пальцем проверяет настоящие ли вертушки. Настоящие. Крутятся. Вау.              — Креативно.              — Ага, — Антон выглядит довольным. – В прошлый раз, когда мы тут были, ворота были украшены пайетками, можно было рисовать на них. Видимо, они каждый сезон что-то новое придумывают.              — Вау.              — Ага. – Антон тянет Арсения за рукав. – Пошли, проверим работает ли автомат, возможно придется гнать куда-то еще.              К счастью, автомат, стоящий прямо на улице, сразу за воротами, приветливо светится яркими кнопочками, и Антон сразу приникает к экрану в попытках синхронизировать с ним свой телефон. Арсений фотографию уже видел, поэтому осматривается вокруг. Что это за место вообще? Огромное бетонное здание с огромными стеклами выглядит старым и несколько заброшенным, что совсем не вяжется с уютной гирляндой, тянущейся к нему от соседнего здания. Яркие плакаты и афиши, приземистые кирпичные здания, формирующие площадь перед бетонной махиной, неоновые вывески, старый фургончик, торгующий кофе. Тут как будто снова схлестнулись два времени, обычное дело для этого невероятного города.              — Держи, — Антон подходит сзади и вручает ему маленькую, квадратную карточку с напечатанной фотографией. – Я бы подписал, но ручки с собой нет. Буду надеяться, что ты и так не забудешь, от какого из твоих Антонов этот подарок, — говорит он с усмешкой.              Арсений смотрит на него с укором.              — Прозвучало нелестно, конечно, будто я вас как перчатки меняю. – Драматичный вздох и бормотание «Так и есть» он предпочитает игнорировать, вместо ответа берет фотографию в руки и разглядывает. – Красивая. А чего такая маленькая?              — Так это ж самый модный формат, — Антон выглядит несколько оскорбленным.              — Прости, я не знал. – Арсений улыбается и прячет фотографию к самому сердцу, в свою сумку, закрепленную через плечо и спрятанную под курткой. Действительно, воспоминания очень теплые останутся. Интересно, что крылья, о которых он порой фантазировал, появились у него именно здесь, в мире без капли магии. А раз магии нет, все в равных условиях, и каждый может стать волшебником и творить чудеса. Каждый может получить или подарить другому крылья. Арсений усмехается своей аллегории и смотрит на Антона, тот тоже сотворил чудо, скомпоновал все эмоции и чувства, испытанные ими за эти сутки, в маленький картонный квадратик. – Спасибо.              — Не за что, — Антон растягивает губы в широкой улыбке. – Пошли, я покажу тебе место красивое.              — Здесь? – Арсений еще раз осматривает залитую солнцем площадь и останавливает взгляд на мутных стеклах главного здания.              — Здесь-здесь, — Антон, продолжая улыбаться, обхватывает Арсения за запястье и тянет за собой в сторону как раз этого неказистого строения. – Не суди по обложке.              Арсений весело фыркает на эту неоспоримую мудрость и послушно шагает в заданном направлении, не пытаясь отнять руку. Антон, видимо, тоже слишком воодушевлен, чтобы заметить непривычную для него физическую близость. Да не просто близость, а с Арсением! Арсений оглядывается вокруг, как и ожидалось, всем плевать. Немногочисленные прохожие заняты своими утренними делами, кто заказывает кофе, кто выгуливает собаку, уставившись в телефон. Никто не ожидает ранним утром увидеть тут гуляющих за ручку артистов. А где, кстати, здесь? Они тем временем пересекли площадь и обходят серую громаду с правой стороны. Арсений еще раз окидывает ее взглядом. Ого. Не такая уж она и серая. На торце здания два огромных ярких рисунка, от земли до самой крыши. Неожиданно.              — Антош, что это за место? – Арсений складывает руку козырьком и рассматривает изображение человека в голубой футболке, Антон же продолжает, как на аркане, тянуть вперед.              — Севкабель порт. – Замечательное объяснение. Арсений переводит скептический взгляд на Антона, но тот не перестает улыбаться и тянуть, теперь уже двигаясь спиной вперед. – Не знаю, как тебе объяснить, если честно. Насколько я понимаю, здесь был завод раньше. Видимо, северный кабельный, – Антон смеется, и Арсений не может сдержать улыбки. Мог ли ему попасться лучший экскурсовод? Ответ очевиден. – Вот. Завод закрылся, здание осталось, пустовало. Не так давно здесь организовалось модное местечко. Всякие выставки, барчики, магазинчики. И все время что-то новое. Но это по словам Арса, я тут только один раз был.              — А порт почему?              — Вероятно поэтому? – Антон отходит в сторону, давая Арсению возможность оторвать взгляд от его довольного лица. Вау.              — Это река, через которую мы сегодня переходили? Нева? Почему такая широкая?              — Потому что тут она впадает в море, смотри. – Антон тычет пальцем, Арсений переводит взгляд в нужном направлении. Вау. Просто широкое водное пространство, которое он увидел сначала, становится просто бесконечным и край его надо искать уже за горизонтом. Через воду тянется длинный и высокий мост, видимо, тот по которому Антон предлагал проехать, пока мосты в центре города были разведены. Арсений завороженно шагает к широким перилам, и, остановившись около них, продолжает смотреть на легкую, блестящую на солнце рябь.               — Ну как тебе тут? – Антон встает рядом, но смотрит не на пейзаж, а на Арсения.              — Свободно... – глубокий вздох наполняет легкие свежим морским воздухом. – Легко.              Антон подвисает.              — Приму эти слова за положительные комментарии, — отвечает он после небольшой паузы. — Давай вон там посидим? – Он обходит Арсения, невесомо проведя ладонью по его спине, а затем цепляет за локоть и легко тянет вдоль берега. Там, впереди, между зданием завода и водой раскинулся свежий, ровный, залитый солнечным светом газон. Пара человек, расстелив коврики, делают утреннюю гимнастику, пожилая дама сидит на скамейке с книгой в руках, а они направляются к странной конструкции: торчащей из земли деревянной, сколоченной из нескольких брусьев панели. Она немного наклонена, а внизу маленькая площадочка, чтобы можно было встать на нее, откинуться спиной на брусья и стоять, созерцая проплывающие мимо яхты. Однако Антон плюхается на эту площадочку задницей, ерзает, устраиваясь, и выжидающе смотрит на Арсения, который не испытывает должного энтузиазма от сидения на грязных досках.              — Ну че ты? Она же сухая, — Антон понимает все без слов и сметает ладонью песок рядом с собой. – Ну, хочешь, я свою куртку постелю? – Он уже начинает возиться, выпутываясь из рукавов, но Арсений закатывает глаза и все-таки усаживается рядом. Крылья аккуратно укладываются на газон, книжка поверх них.              — Оденься обратно. Не хватало только, чтобы ты заболел из-за меня. Скоро уже вернусь домой и постираю штаны, если что.              — Ладно.              Повисает тишина. Немного неловкая, как бывает, когда приехал проводить друга на вокзал и вот у вас есть еще несколько минут, а сказать уже особо и нечего, кроме как «Ну ладно, привет маме», но после этой фразы остается уже только уйти в вагон. Какую-то долгую беседу смысла заводить нет, все равно поговорить не успеете. И вот вы стоите и молчите. Некоторые стоят обнявшись. Некоторые вспоминают каких-то общих знакомых, которым надо тоже передать привет или обсудить как они там, хотя дела всех, кто вас по-настоящему волнует, вы уже давно обсудили. Общих знакомых у них с Антоном как будто и нет. У них вообще нет ничего общего, кроме этих последних суток, проведенных вместе. Поэтому они просто сидят, соприкасаясь плечами, и смотрят вдаль. Антон медленно вращает на пальце кольцо, зачем ему их столько? Это же абсолютно нефункциональные побрякушки, они не концентрируют магию, не имеют высоко технологических функций, просто метал. Ладно, красивый метал. У Антона вообще красивые руки. Красивые пальцы, длинные, прямые, с аккуратными ногтями, видно, что он за ними ухаживает и физического труда, особо не касается. Вдруг пальцы двигаться перестают, и Арсений моргает, понимая, что залип. Он переводит взгляд на Антона и видит, что тот, откинувшись затылком на доски, тоже на него смотрит. Давно? Взгляд ничего особенного не выражает, просто блуждает по Арсению, по его лицу, волосам, останавливается на глазах.              — Что?              Антон в ответ молча качает головой и продолжает пялиться. Что за херня? Хотя выражение лица знакомое, где-то уже было. А-а-а. Арсений усмехается.              — Это что, томный взгляд?              Лицо Антона удивленно вытягивается, взгляд мечется в сторону, но потом упрямо возвращается обратно. Он открывает и закрывает рот, не находя правильных слов и все также продолжает смотреть.              — Ты меня так хорошо знаешь? – выбрал, все-таки.              — Не тебя. – Арсений мягко улыбается, тоже стараясь подобрать нужные слова. – Я же с Антохой встречаюсь, конечно, я видел этот взгляд. Очень сильно пугающая херня, если честно. Когда решишь подкатить к Арсу, выбери что-нибудь другое, ладно?              — Ну да, как же. Я ведь тот еще секс-инструктор из НАТО. У меня целый арсенал способов привлечения внимания мужиков. — Антон опускает взгляд на свои руки, снова начинает крутить кольцо. Он же так палец сотрет. Арсений накрывает его ладони своей, останавливая бессмысленное действие.              — Антош. — Он вскидывает взгляд и в нем видится такая надежда, что слова застревают у Арсения в горле. Да что же это. Он прокашливается и продолжает. – Я уверен, вы с Арсом отлично друг другу подходите. Я прям в этом уверен. Именно вы двое, именно здесь. Коллеги, юмористы, импровизаторы. Все у вас будет хорошо, просто надо сделать первый шаг.              — Да ну, – Антон снова отводит глаза. – Ты не знаешь Арса, он ведь совсем не такой как ты…              — Ты говорил, что мы похожи.              — Похожи, да. Но не во всем. Он очень замкнутый, не подпускает никого близко. Не представляю, чтобы мы сидели с ним вот так. – Антон сжимает свои пальцы вокруг ладони Арсения.              — Опять же, исходя из твоих рассказов, тебя он подпускает. Ты был у него дома, ездил за рулем его машины…              Антон фыркает.              — Просто потому, что он напился в баре, а такси заказывать не захотел.              — Ну разумеется! Потому что он хотел провести это время с тобой вдвоем! Ты просто сам не допускаешь какой-то мысли о ваших возможных отношениях. Вспомни, как вчера утром ты шарахался от каждого моего взгляда и прикосновения. Заметь! Я вел себя так, подразумевая, что вы с Арсом в отношениях. А ты?              — Это все потому, что вокруг люди. – Антон начал крутить перстень уже на пальце Арсения. Так ну только этого не хватало. Он отнимает руку и снова кладет её поверх ладоней Антона, сжимая их.              — Сейчас тоже вокруг люди.              Антон оглядывается и равнодушно пожимает плечами.              — Им все равно.              — Главное, чтобы было не все равно тебе. Если Арс тебе нравится – действуй, и все получится.              — Я впервые подумал, что мне может нравиться мужчина только сейчас, когда общаюсь с тобой. – У Арсения в животе что-то сжалось. Может, от слов Антона, а может потому, что его скоро отсюда дернет. Но на этой ноте разговор заканчивать точно нельзя, поэтому он глубоко вздыхает, пытаясь расслабиться.              — Это потому, что я веду себя соответствующе. Все эти заигрывания… Видимо, переборщил. Хотя я и правда хотел от тебя добиться подобной реакции, чтобы ты понял что-то про себя и допустил уже вероятность иных отношений, кроме тех, что у тебя есть с Ирой. Ну ты же понимаешь, что мы с тобой…              — Да-да, понимаю. – Антон его перебивает, вытаскивает из захвата одну руку и начинает дергать травинки. – Ты из другого мира. У тебя есть другой Антон. Он во всем лучше меня.              Арсений глубоко вздыхает. Ощущения в желудке становятся все менее приятными, остаются считанные минуты. А Антон в раздрае. Шикарная стратегия, Арсений. Он клянется себе больше никогда не лезть в чужие отношения, психолог блять.              — Да, Антон самый лучший для меня. Потому что он мой. А ты лучший для своего Арсения, я это точно знаю. Мироздание показало мне кучу миров, где Антон и Арсений подходят друг другу как две детальки пазлов, идеальные детальки, которые можно, конечно, воткнуть в пару с кем-то другим, но они только помнутся, перестанут быть собой, а картинки красивой все равно не получится.              Антон тихо смеется.              — Ебать ты философ.              — Да не философ, — Арсений говорит быстро, надо все успеть, — это моя работа. Предназначение даже. Ну, мне хочется в это верить. Что я родился странником не только для того, чтобы бешеным псом метаться по мирам и таскать безделушки умным людям, которые разберутся, что с ними делать, а еще и затем, чтобы видеть мир шире. Видеть, анализировать и показывать другим. Тебе я пытался показать, что ты можешь быть счастлив со своим человеком. Может, я здесь именно за этим? Может, моя цель – не книжка, а вот это твое смятение? Может, не случайно мне показали девять миров, где Антон и Арсений идеальная пара, а десятым вот этот? Где вы шарахаетесь друг от друга, даже не допуская возможности посмотреть друг на друга прямо.              — Это твое десятое путешествие? – Антон мягко улыбается. Кажется, успокоился. Арсений кивает и продолжает глубоко дышать. – Юбилей получается? Поздравляю.              — Спасибо.              — Да нет, это тебе спасибо. Ты действительно, показал мне некоторые вещи с другой стороны. – Антон улыбается и утыкается лбом в плечо Арсению. — Может, ты – мой подарок судьбы?              — Может. – Арсений усмехается и треплет мягкие кудри. Вот теперь можно и домой. – Антош, давай вставать, меня буквально через минуту выдернет отсюда.              Антон резко вскакивает на ноги и взволновано смотрит. Арсений тоже поднимается, вешает на плечо крылья, прижимает книжку к груди и встает на площадочку, на которой они только что сидели, так, чтобы скрыться от лишних, хоть и не особо любопытных глаз.              — Мне было очень приятно провести время в этом мире, — ну вот теперь точно вокзал, — вы крутые и делаете классные вещи!              — Спасибо, что помог с концертом. – Антон стоит рядом и снова нервничает, заламывая пальцы.              — Спасибо, что помог со всем остальным. – Арсений порывается вперед и обнимает Антона за шею, тот в ответ обхватывает его двумя руками и крепко сжимает.              — Антош, все, отпускай, не хватало только, чтоб мы с тобой вместе перенеслись, — Арсений усмехается. Антон быстро шагает назад, но цепляет руку Арсения, и отпускать не спешит.              — А это возможно?              — Не знаю. Никогда не пробовал. Но ведь все, что я держу в руках, переместится со мной. Так что… — Хватка на желудке просто стальная. Железный кулак судьбы начал свое движение. – Все, потащило, давай. – Арсений тянет руку на себя, но Антон держит цепко. – Антон!              Тот стоит, таращит свои зеленые глаза и выглядит завороженным. Арсений никогда не видел, как выглядит его перемещение со стороны, но знает от Антона, что пространство вокруг него искажается и как будто засасывает тело, тянущееся как смола. Все происходит быстро и весьма незаметно, но если стоять близко и вглядываться… Вот Антон, видимо, и оторопел.               — Антон! – Арсений со всех сил дергает руку, пальцы разжимаются и мир схлопывается.       

***

             Антон рядом, это всегда хорошо. Арсений его еще плохо видит, постепенно привыкая к полумраку комнаты, но ясно чувствует. Родные зеленые глаза напротив смотрят взволнованно, как будто что-то не так, как будто что-то случилось.              — Антош?              — Арс? — Голос дрожит, испуганный взгляд скользит в сторону и осматривает помещение. — Я не успел отпустить?              Арсений медленно выдыхает и закрывает глаза.              Блять.       

Открытый финал