Временный парадокс имени Шастуна

      Кажется, Оксане и не надо было ничего рассказывать, чтобы она поняла суть. Всё же Антон довольно поверхностный человек: его эмоции и чувства всегда видны, как не пытайся скрыть.       С момента их с Антоном знакомства прошло несколько дней. За этот период они умудрились встретиться пару раз, причём по инициативе девушки, что немного удивляло. Зачем ей водиться с мелким другом её братца? Антон задавался таким же вопросом, пока не спросил напрямую:

Антошка-картошка Оксан, а почему ты со мной общаешься? 22:34

      Общались они через телеграмм, потому что оба считали общение в Вк кринжовым (их переписка с Арсом не в счёт — это забавно). Оксаночка-выручалочка Глупый, чтобы общаться с тобой мне нужна причина? 22:35       Звучало это странно, но мило. Оксана воспринимала Антона как дальнего родственника, за которым должна присмотреть. Было у них общее что-то, схожее, заставляющее её так к нему относиться. Возможно, Антон мог бы в будущем стать ей хорошим другом.

Антошка-картошка Нет, но всё же интересно было бы узнать) 22:37

      Оксана не отвечала несколько минут, а после и вовсе вышла из сети. Антона это немного напрягло, но он не параноик (если только это не относится к Арсению).       Вскоре девушка всё же вернулась, отправляя с ходу фотку. На ней был изображён, видимо, маленький Арсений в милой панамке (его можно было узнать по волосам и родинкам на лице. Да и кого ещё могла ему отправить Оксана?). Сама фотография была старая, а подпись «17.07.2008» это доказывала. Антона это улыбнуло, даже слишком. Оксаночка-выручалочка Из-за этого паренька. Хочу помочь, если ты понимаешь о чём я ;) 22:47       Антон немного переменился в лице.

Антошка-картошка Не особо 22:48

Оксаночка-выручалочка Ой, да не придуривайся) 22:48 Не я же спрашивала у сестры друга про его отношения, и не я же так хотела услышать про его поцелуй с парнем 22:49       Антону бы поплохело, если бы не было так смешно. «Ну да, чего же я ещё ожидал? Что она на это забьёт?»       Несмотря на свою стеснительность, он всё же набирает честный ответ:

Антошка-картошка Поймала меня. Не отверчусь, ладно 22:50 Ну и как ты хочешь помочь? 22:50

      Антон представляет, как Оксана по ту сторону экрана хитро улыбается, но видит перед собой лишь надпись «набирает сообщение…».       Долгожданный ответ приходит быстро. Оксаночка-выручалочка Хочу помочь тебе ему понравиться 22:51

***

      — Так, это наш план. Слушай внимательно!       — Ты серьёзно принесла на нашу встречу блокнот с записями, как завоевать сердце твоего брата?       Оксана буквально замерла с эмоцией на лице, по типу: «Что за вопросы, молодой человек?», прям как у школьного учителя, если ему мешают проводить урок. Ещё большей свирепости ей предавало стоящее положение, в то время как Антон сидел на лавочке и смотрел на неё снизу вверх.       — Сделаю вид, что я этого не слышала, Антон! — она закатила глаза, переворачивая первый лист. — Пункт «А» — красивые глазки.       Антон внимательно, хоть и с улыбкой на лице, уставился на разрисованную бумагу. Первым делом в поле зрения оказался кривой рисунок зелёных глаз, которые, если уже сильно утрировать, похожи на его собственные. А дальше уже пункты под цифрами.       — Пункт «А» заключается в том, чтобы без вреда для себя намекать на то, что он тебе симпатичен. А сделать ты это можешь взглядом и ничем другим.       Девушка строила из себя гениального профессора, который занимается, допустим, разработкой зелья для влюблённых, только без самого зелья. Что ж, чересчур самоуверенно.       — То есть? — Антон вопросительно приподнял брови, а Оксана фыркнула на такую, видите ли, глупость.       — То есть смотреть на него долго без причин, обязательно в глаза и, не знаю, томным взглядом?       — Томным?       — Именно, глупый! Как ещё ты хочешь ему намекнуть и добиться расположения?       Антон прикрывает лицо руками, явно не доверяя этому плану. Оксана бьёт его по лбу и переворачивает страницу.       — Пункт «Б» — больше романтики.       — А это ещё что? — Шаст проводит пальцами по ещё одному нелепому рисунку, видимо, его и Арсения, которые держатся за руки, а сверху ещё летает розовое сердечко. Как мило.       — Обязательно тебе всё объяснять? Это же не так сложно, Антошка.       Оксана явно была разочарована тем, что её не воспринимают всерьёз.       — Да ладно, не бесись. Мне правда интересно.       — Читай тогда, — она указала на цифры под большой буквой «Б». «1. Гулять по вечерам, во мраке, либо сидеть у кого-то дома (одни!). 2. Больше телесного контакта, случайных прикосновений. 3. Говорите о звёздах, любви и котиках!»       — Ты думаешь, третье поможет? Первые два ещё сносны, но…       — Не смей.       Взгляд Оксаны был угрожающим.       — Ладно, но как мне это поможет?       — Опять ты строишь из себя глупого, — девушка качает головой и садится рядом, положив блокнот на колени. — Я тебе отвечаю, если ты поговоришь с ним про космос или, может, мистику — он твой.       — Поверю на слово.       — Конечно поверишь.       Приближающаяся жара даёт о себе знать, поэтому Антон снимает кофту и остаётся в одной футболке. Оксана же продумала всё до мелочей: сразу пришла в лёгкой одежде. Ветерок немного охлаждает, но несильно. Помог бы сейчас только дождь или мороженое.       — Окс, может по мороженке? — предлагает Антон, улыбаясь.       — С радостью.       Они встают и уже собираются уходить, как Антон неожиданно для себя спрашивает:       — А что там дальше? — и кивает на блокнот.       — Ну, я думаю, у тебя и за два пункта всё получится.       Антон хмыкает. Сам-то в себе он не особо уверен.       — Если серьёзно, есть третий пункт?       — Есть, но там уже что-то посерьёзнее. По типу играть в правду или действие, попробовать поцеловать, попробовать признаться в чувствах.       — О нет, к этому я ещё не готов!       — А я о чём. Знаю же, что ты та ещё ссыкуха.       Антон сделал вид, что не особо доволен обзывательством, хотя про себя посмеялся.       — Сейчас ты у меня отхватишь!       Оксана рванула вперёд, толкая незнакомцев локтями, попутно извиняясь и дико ухахатываясь на всю улицу. Антон побежал следом, не торопясь, так как может поймать девушку за долю секунды, если и правда разгонится. Рост берёт своё.       В общем, им было весело. Шастуну явно было легче проходить это с кем-то, нежели одному. Он с Оксаной может быть максимально честным; говорить, о чём думает; да и вообще, наконец завести друга. Арсений не в счёт, он вроде как потенциальный парень (пока лишь в мечтах Антона).       Вот только он не знает, что прямо сейчас усложняет свою задачу.       Арсений замечает его у ларька. Он не планировал сегодня идти гулять, да и вообще выходит из дома, но Алёна настояла на прогулке. Путь домой мог занять в сто раз меньше времени, если бы Попов не пропустил автобус и не пришлось бы идти через парк. Там-то он и наткнулся взглядом на Антона.       Его вообще было трудно не заметить: длинный немного несуразный силуэт; его эта привычка переступать с ноги на ногу, когда чего-то ждёт, и множество браслетов на руках. Улыбка появилась на лице сразу же, а день больше не казался таким уж замученным.       Арсений уже собрался окликнуть его или подойти поздороваться, как заметил ещё одно чересчур знакомое лицо. Сложно не узнать в милой девушке рядом с Антоном собственную сестру.       Попов сначала думает, что это глупое совпадение. «С чего бы им гулять вместе, когда они незнакомы?» — крутится в голове что-то похожее на правду, пока Антон не приобнимает Оксану за плечи и не направляется с ней в другую сторону. Видимо, чего-то Арсений может и не знать.       Некая обида накатывает с головой. Нет, это вполне нормально, что они общаются, это не запрещено, просто… Непонятно, что при этом чувствует сам Арсений. Наверное, предательство? Хотя тут нет ничего близкого с этим. Они не ругались с Антоном, тот его не кидал, да и Оксана была, кажется, лучшей сестрой на планете. Тогда в чём же проблема?       Наверное, в последнем жесте. Это же сразу наталкивает на одно совсем не двусмысленное слово «отношения». И сколько бы раз Арсений себе не повторял, что это нормально, что они могут нравиться друг другу, в голову всё равно ударили гнев и обида.       Арсений пытался убедить себя, что дело не в самом факте их отношений, а в том, что никто из них, казалось бы, близких людей, не рассказал ему. Но врать самому себе тоже идея провальная.       Арс просто не хотел делить Антона ни с сестрой, ни с кем-то ещё.       Пока это чувство нельзя было описать одним словом, но оно не давало покоя уже сейчас, когда у Арсения хорошие отношения с прекрасной девушкой, когда у Антона тоже, похоже, всё налаживалось, да и у Оксаны. Внутри всё горело и жгло от мысли, что Антон теперь может быть занят.       «Вот блять».       Информация даже не подтверждена, а уже так пугает.       Вечером, оказавшись дома, Арсений всё не мог прекратить думать. Этот образ друга и сестры лез в голову, заставляя писать первому, пока тот не появится в сети.

Арсений Попов Привет, как день прошёл? 20:38

      Антон не отвечал. Логично, так как в сети его тоже не было. «Гуляет», — тут же додумал Арсений, матерясь.       Время шло слишком долго. Ничего не помогало скоротать ожидание: ни просмотр сериала, ни дурацкие шоу, ни любимая музыка. Арсений только и мог, что лежать на кровати, смотреть в потолок и проверять каждое уведомление. Конечно же расстраиваясь, потому что Антон так и не ответил.       Когда Попов уже хотел было отчаяться и позвонить, желанная зелёная точечка загорелась под аватаркой Антона, а сообщение вмиг стало прочитанным. Ответ пришёл через минуту. Антон Шастун Арсюх, привет. Всё хорошо, ничего интересного. У тебя как? 22:11       Обычный ответ, ничего такого. Антон всегда так писал, вот только Арсению всё казалось каким-то… лживым? Почему просто «хорошо», где подробная информация? Напрягает всё с самого начала.

Арсений Попов Да стабильно. Вот сегодня с Алёной вышел прогуляться ненадолго 22:11

      Антон набрал сообщение, кажется, слишком быстро. Антон Шастун Ты гулял? А вроде писал, что не собирался 22:12       Попову было приятно, что он запомнил, и, наверное, это бы его улыбнуло, но не сейчас.

Арсений Попов Не собирался, она уговорила. Такие дела 22:12

Антон Шастун А 22:12 Понятно 22:12       Арсению очень хотелось узнать всё напрямую, но он не мог. Что-то его сдерживало. Как же глупо, ведь они с Антоном вроде как друзья, а друзья обычно ничего не скрывают.       Ага, а ещё не скрывают глупые чувства.

Арсений Попов А ты? 22:13

Антон Шастун ? 22:13

Арсений Попов Ну, гулял сегодня? Погода была классная 22:14

      Никогда они ещё не обсуждали чёртову погоду. Антон Шастун Не, как-то не получилось. Все заняты были, вот я и просидел весь день дома 22:14 Ужас, правда? 22:15       Арсений замер, прочитав эти сообщения. Он бы не осудил, если бы Антон написал что-то по типу: «Гулял сегодня с твоей сестрой. Она классная. Это же ничего?», но Шаст этого не сделал. Он соврал. А зачем люди врут? Что бы что-то скрыть — это ясно как день.       Значит, Арс был прав. Они встречаются у него за спиной. А иначе зачем скрывать такую обыденную вещь, как прогулку в парке?       Было неприятно осознавать, что тебе врут. Арсений не привык к этому, так как всегда вёлся и не искал правды. Возможно, ему и врали, но чтобы так напрямую — никогда. Это казалось… жестоким. Особенно от Антона.       Злость смешалась с обидой. Немного детской, но всё же. Желание продолжать диалог скатилось к нулю.

Арсений Попов Ага 22:17 Я спать. Спокойной 22:17

Антон Шастун Так рано? 22:17

Арсений Попов Устал 22:17

      Арсений захлопнул крышку ноутбука и откинулся на спинку стула, тяжело вздыхая. «Ну надо же было так вляпаться».       Через секунду пришло ещё одно сообщение, но Попов был слишком горд, чтобы отвечать (хотя очень хотелось). Он просто лёг на кровать, рассматривая потолок. В голове не укладывалось, что его сестра и Антон… Это же даже не звучало!       Мысли заполняли разум, мешая спать. Да и рано было — усталость ещё не пришла, забирая руками и ногами в царство Морфея. Хотя какое царство: максимум посёлок городского типа. Сны у Арсения никогда не были красочными, а если и были, то плохие. И что-то ему подсказывало, что даже во сне эта глупая тема с Оксаной и Антоном не уйдёт. Он будет всю ночь видеть, как они гуляют за ручку по парку и мерзко целуются.       В это же время Антон думает об Арсении и о том, почему врёт. Смотрит на своё последнее сообщение:

Антон Шастун Отдыхай тогда, соня. Спишемся завтра? 22:18

      И ждёт, когда же оно наконец станет прочитанным. Естественно, это произойдёт не сегодня. Арсений ясно дал понять, что спит, даже из сети вышел уже как несколько минут назад. Но почему-то такое чувство, будто диалог не закончен. Что-то тут не так.       С этим всем появилось и желание увидеть Попова. Просто приехать и забить на всё: на собственную усталость, нормы приличия и морали. Посмотрев на время, он жалобно простонал: «22:25». Доберётся до друга он только к половине двенадцатого, так что тот уже будет дрыхнуть. А это, знаете, некрасиво.       Вряд ли Арсений уже успел уснуть. Наверняка ещё что-то делает: ни то умывается, ни то пытается устроиться поудобнее, но точно не спит. Люди же так быстро не засыпают?       Был бы у него ещё способ добраться к нему прямо сейч…       — Я гений! — Антон вскакивает, одновременно останавливая время. Настенные часы наконец перестают надоедливо тикать. — Погнали.

***

      Сил не осталось от слова совсем. Ехать час на транспорте это одно, а вот идти то же расстояние пешком — чистая пытка. Но Антон привык. Он ходил в таком состоянии в несколько раз дольше: может быть, даже несколько дней. Должно быть, несколько часов через ночную Москву для него не станет проблемой? Ага, ещё чего.       Но как бы Антон не ныл, что ноги уже отваливаются, это место (он даже не знает, как его называть. Безвремье?) восстанавливает силы. Ты как бы устаёшь, но вроде и нет. Такой, можно сказать, временный парадокс. Единственные проблемы — это скука и неумение рассчитывать реальное время, за которое он в итоге добирается.       Дом Арсения никак не изменился: всё та же пятиэтажка, рядом с которой Антон недавно познакомился с Окс. Свет на втором этажа горел, а значит, Арсений не спит. Это победа.       И поражение.       — Нет, нет-нет-нет…       Антон прикрывает рот рукой, в надежде, что сможет сдержать истерический смех, но не получается. Шастун смеётся на всю улицу, сгибаясь пополам.       — Гений, блять. Ага, просто прекрасно!       Кто бы мог подумать, что он забудет про главный минус своей способности уже тогда, когда будет на месте. Он просто прошёл этот путь зря, так как Арсений, как и все, замер, и никто ему ни то что не ответит, даже дверь не откроет. А вернуть ход времени нельзя: Антон просто окажется у себя дома. Замечательно!       Побесившись немного (много), Антон пытается принять решение: либо признать полное поражение и свой идиотизм, возвращаясь домой; либо попробовать пробраться в квартиры, чтобы… чтобы что? Просто увидеть? Звучит странно, но Антон никогда не признается, что порой бывает тупицей.       Придётся лезть через окно. Прикинув свои силы, Антон понимает, что не сможет открыть подъездную дверь, несмотря на хлипкие магниты. Просто не сможет, так как дрыщ (это ему признать по силам). Открыть дверь тоже не вариант: не будет же он лазить по курткам у прохожих, в надежде, что найдёт жильца этого дома? Остаётся одно — открытая форточка.       Антон в этом не особо хорош: ноги и руки длинные — да, но вот опыт… Когда в лагерях были различные конкурсы, связанные то с канатами, то со стенами, на которые надо взбираться, Шастун всегда был в пролёте. Но любовь сильнее страха! Наверное.       Первая попытка проходит неудачно: Антон наступает на выпирающих кирпич у окон первого этажа, хватаясь за решётку, но нога соскальзывает. Раньше он задавался вопросом: а может ли в «Безвремье» пойти кровь? Теперь же ответ на вопрос был: да, может. Кровь течёт по подбородку, давая понять, что ей остановка времени не мешает. Да и пофиг.       Вторая попытка кажется более чем удачной. У него получается крепко встать на прутья и приподняться на руках до козырька над входом в подъезд. Это маленькая победа в ужасной войне. Дальше только страшнее: нужно долезть до окна. Благо, оно буквально в метре от края, где стоит Антон. Вот только как он будет лезть в эту форточку — непонятно.       С горем пополам он справляется со страхом, креститься, хоть и никогда не верил в Бога, и наступает на выступ, дотягиваясь рукой до окна. Уже неплохо. Остаётся только схватиться посильнее и перешагнуть полностью.       Казалось бы, вот она — победа! Но жизнь научила его не радоваться раньше времени (как пару минут назад). Две дрожащие ноги еле держатся на тонком металлическом выступе, а в чёртову форточку поместится только голова. Польза от длинных ног оказалась никакой, а вот руки ещё поборются. Антон подтягивает себя, упираясь подбородком в шершавую поверхность облупленной краски, шипя: рана естественно ещё даёт о себе знать.       Пришлось стоять в такой позе, пока ладонь не нащупала ручку, дёргая вверх. Окно поддалось, открываясь вовнутрь. Антон облегчённо выдохнул, когда почувствовал, как колени проваливаются внутрь комнаты. После он пролез весь.       Раньше он тут не был. Получалось всегда так, что они либо гуляли, либо сидели у Шаста. Теперь же Антон узнает, как живёт его друг.       Первое, что он замечает, так это почти пустой подоконник, который у него, напротив, завален кучей хлама. У Арсения же стоит лишь один кактус в углу и маленькая лейка. «Мило», — отмечает про себя парень, спускаясь.       Шторы светлые, больше похожие на тюль, но плотнее: видимо, это у него не солнечная сторона. Комната самая обычная, ничего такого: мебель, обои без рисунков, фотографии и личные вещи. Лишь только немного оглядевшись, Антон замечает самого хозяина данного места.       Арсений лежит на спине, подложив под голову ладонь. Его взгляд направлен вверх — Антон следует за ним по инерции, но ничего не находит, кроме скучного потолка со старой люстрой. Шаст подходит ближе и не может сдержаться, чтобы не коснуться его чёлки. Мягкая.       Попов даже в мятой домашней одежде, с уставшим взглядом и в естественной позе кажется таким красивым, что у Антона даже щёки начинают пылать от желания смотреть на него такого сутками. Это ненормально, но до жути притягивает. Особенно осознавая, что тебя не видят и не могут за этим застукать.       Да и не только за этим, ведь так?       Антон несколько секунд корит себя, но всё же не передумывает. Он аккуратно стягивает обувь (вряд ли что-то испачкает, но всё же) и перелезает через Арсения на другую сторону кровати, конечно же немного задержавшись над ним. Это выглядит безумно странно, но Антона успокаивает.       Не верит он в то, что Арсений, весь такой натурал (может и не совсем), встречающийся с девушкой, ответит ему взаимностью. Это бред, а Антон — реалист, поэтому радуется тому, что есть.       Ложится рядом, сначала на спину, а потом переворачивается на бок, рассматривая уже профиль Арсения. «Даже, блять, с этого ракурса идеален». Проводит взглядом от плеча к ладони, задерживаясь на пальцах. Рука непроизвольно скользит вниз, сжимая чужую. Приятно. Вряд ли в «Безвремье» можно ощущать чужое тепло, но Антон чувствует его даже фантомно.       Голова двигается ближе на подушке, а через секунду Антон уже тычется носом в чужую щёку. Опять же вряд ли «тут» и запахи есть, но Антон чётко ощущает, чем пахнет Арсений: своим парфюмом и кремом для лица. Всегда им мажется. «Может, у него поэтому идеальная кожа?»       А потом щеки касаются и губы. Вообще, это не был запланированный поцелуй, Антон просто пододвинулся поудобнее, а так получилось случайно. И это, казалось бы, безобидное действие его напугало.       — Господи, что я делаю?!       Антон резко отпускает руку и отсаживается. Чувствует себя извращенцем, и поэтому на душе становится горько и мерзко от себя же.       Ему приходится перебороть себя, чтобы встать, надеть кроссовки и закрыть окно (скрыть следы). А после ещё и заставить себя прекратить пялиться на Арса, возвращаясь обратно. Перемещение не было чем-то странным — не впервые же, — вот только в своей комнате с тикающими часами почему-то слишком пусто и холодно, нежели было у Арсения в полной тишине.       Он ложится спать, стараясь забыть своё глупое поведение, но из раза в раз вспоминает эти дурацкие прикосновения и становится плохо. Приятно плохо. Бабочки в животе делают своё дело, а поэтому и безумно бесят. Помогает лишь музыка на полную в наушниках и только потом глубокий сон.       Арсений же в это время чувствует себя не лучше. Да и немного глупо, так как последние минут десять держит руку у щеки, как в забвении. Он явно сходит с ума, ведь ему показалось, возможно, наверное, что кто-то… коснулся его щеки. Это было лишь мгновение, но такое реальное. Словно фантомное ощущение, которое ты уже испытал раньше.       Вот только Арсений такого не помнит, а Алёна уж точно не часто целует его в щёки.