i'll worship like a dog

ким сону вспоминает, как впервые увидел шим джеюна. робкий и застенчивый мальчик классом старше, переведенный в прошлом году из австралии, его красивое лицо и очаровательная улыбка, его первое впечатление о нем и то, как их школьная форма подходила к его широким плечам. сону помнит, как он вошел в класс со стопкой бумаг в руках и своим умеренным голосом тихо разговаривал с классным руководителем. мимолетный взгляд, и сону даже не счел бы это случайностью, но с первого взгляда джеюн пробудил его интерес, и подсознание кима начало постоянно замечать старшего. все началось с мелочей, когда выяснилось, что он был отличником, всегда лучшим в своем классе. узнал, как он был членом футбольной команды, даже одним из их лучших игроков, и узнал, как он вполне мог быть самым совершенным парнем, о котором сону когда-либо слышал. его лицо часто закрывали оправы очков, которые он носил, и сону всегда наслаждался днями, когда тот носил контактные линзы — например, в дни, когда у джеюна была футбольная тренировка (не то, чтобы сону вел счет) и младший мог видеть его красивое лицо. от корки до корки. его униформа всегда была такой ухоженной, его галстук всегда завязан самым аккуратным виндзорским узлом, который сону когда-либо видел. сону часто мечтал о том, как джеюн завязывает ему галстук по утрам, как ловкие пальцы умело направляют ткань, оборачивая и переплетая ее, и задается вопросом, как будет выглядеть галстук джеюна, завязанный вокруг него — будь то его запястья, глаза или рот. в те редкие моменты, когда у сону была возможность пройти мимо футбольного поля, пока команда шима тренировалась, ким мог мельком увидеть загорелую кожу джеюна, его сильные ноги и пульсирующие мышцы под его футбольной формой, задаваясь вопросом, что еще было под этой раздражающей одеждой. иногда старший стоял в стороне, и сону вспоминает, как однажды джеюн откинул голову назад, с бутылкой воды в руке, с видимыми венами на предплечье, его кадык дергался, пока он отчаянно глотал холодный напиток. и сону не может не представить, как джеюн сосет его член и глотает его сперму. теперь в их школе было хорошо известно, что сону был шлюхой. регулярный секс с различными известными представителями школьных клубов. его хорошими связями были президент студенческого совета чхве субин и волейбольный капитан чхве ёнджун, времена, когда они объединялись вместе с младшим, были одними из любимых встреч сону, а также всех остальных, потому что это было одной из тем для разговоров в школе в течение нескольких месяцев после этого. так что, если раньше это не было очевидно, то сону действительно хотел, чтобы джеюн трахнул его. он не помнит, когда в последний раз он тек по чужому телу так долго. обычно он моргал своими лисьими глазками и этого было достаточно, чтобы его трахнули. но было что-то в джеюне, из-за чего сону стесняется подойти к нему, и ким понимает почему, когда видит шима на церковной службе в воскресенье, на которую родители заставили его пойти. его мать замечает, что сону постоянно смотрит на старшего и говорит ему, что он действительно должен поучиться у джеюна тому, как он смиренно посещает церковь каждую неделю и даже добровольно изучает библию, ходя в воскресную школу с детьми. так что он прихожанин, и к тому же довольно преданный этому. сону уже мог представить отвращение на лице джеюна, если бы младший сделал ему предложение заняться грязными делами. но сону не против вызовов, и одно из его любимых убеждений заключается в том, что ты не достигнешь цели, если даже не будешь пробовать. все начинается с того, что сону чаще ходит в церковь, это изменение в его поведении очень приветствуется родителями, даже если ким сидит там сердитый, сонный и совсем не слушает, но, возможно, несколько часов, которые сону мог провести веселее, чтобы пялиться на затылок джеюна, стоят того. и когда футбольный клуб, в котором находится джеюн, сообщает, что им нужен дополнительный менеджер, сону не колеблясь подает заявку, его предыдущая репутация наконец где-то пригодилась, когда его почти единогласно принимают. похотливые ублюдки просто не оставляли его в покое, пак сонхун и пак чонсон никогда не терпят неудачу в попытках трахнуть его в раздевалке, к большому огорчению сону, когда джеюн заходит, он видит руку сонхуна в штанах сону, и то, как он целует шею младшего. сону не знает, возбудило ли это всё интерес джеюна, его покрасневшие щеки и он, выбегающий из раздевалки после зрительного контакта с сону, заел в его сознании. сону даже начинает ходить на изучение библии, несмотря на осуждающие и пристальные взгляды, которые он получает от некоторых людей, знающих его, но ким не обращает внимание и всегда сосредотачивается только на том, как джеюн застенчиво избегает его взгляда, как его пальцы перелистывают тонкие страницы библии, и думает о том, как он хочет эти пальцы в своей заднице. может быть, прошло пару недель с новым распорядком дня сону, когда джеюн наконец забавно подходит к нему в церкви, нервно спрашивая, что он думает о сегодняшнем послании. в тот день сону выпалил какой-то непонятный, расплывчатый ответ, что заставило старшего слегка усмехнуться, и это почти лишило сону дара речи от того, насколько он красив. и с тех пор короткие беседы в промежутках между тренировками по футболу, изучением библии и церковной службой — это то, чего с нетерпением ждет сону. сексуальные контакты кима с течением времени становятся менее частыми, и джеюн может спокойно зайти в раздевалку, пока тот делает минет чонсону или когда ким с сонхуном, который трахает пальцами младшего за шкафчиками. это всё становится не таким уж и неловким. джеюн также кажется моногамным, и если это то, что нужно, чтобы залезть к нему в штаны, то сону, возможно, не возражает. итак, пару месяцев спустя ушел застенчивый, робкий прихожанин, так как сону трахнули почти до смерти в исповедальне в церкви. большие ладони джеюна так сильно сжимали его бедра, его обычно безупречная воскресная рубашка и галстук были растрепанными, расстегнутыми и свободными, заставляя его так глубоко садиться на толстый член джеюна. — …дже..юн-хен… — все, что может сделать сону – это захныкать в свой свитер. слезы текут из его глаз, потные руки слабо сжимают глубокий дуб исповедальни, тихий скрип от старости, страх перед одним из пастырей или прихожан - даже их родителей, что могут зайти. и как ни странно, это начал джеюн. сону не знает, может быть, это сдерживаемая похоть из-за недотраха, но шим всегда так жестко и грубо трахает его, пока они оба не выйдут за пределы своих возможностей, и обе его ноги не станут как желе, сону тем более. ким думает о том, какое сильное влияние он, должно быть, оказал на ранее невинного мальчика джеюна, раз старший предложил заняться сексом и совершил кощунственный поступок. всё болит, не то чтобы они пришли в церковь с целью сделать это, было очень неожиданно, когда джеюн притащил младшего сюда, как только утренняя служба закончилась, целуя его в шею, грубо плюнув себе в ладонь и тут же засовывая ее в брюки сону, обхватывая пока что вялый член и заставляя кровь приливать к головке. это приятное трение, когда джеюн поглаживал головку его члена, сону пытался оттолкнуть шима в знак протеста, потому что этого было слишком много, слишком быстро, но старший всегда был сильнее его, не обращая на его действия внимания, только спуская брюки сону вниз, ускоряя темп. сону не потребовалось много времени, чтобы кончить в руку старшего, так смущающее быстро, как джеюн резко накрыл головку и собрал сперму, пара капель упала на пол, ким знает, что они забудут убраться. джеюн не дал ему времени передохнуть, сразу же просунув два своих длинных пальца, влажных от спермы сону, в узкую дырочку младшего, другой рукой сжимая плюшевую ягодицу сону. — больно, хён, — заскулил ким, удовольствие от чрезмерной стимуляции заставило его ноги дрожать, а член снова быстро налился кровью. джеюна это не волновало, он думал, что, учитывая, насколько сону шлюховатый, младший должен был привыкнуть к этому. чего джеюн не знает, так это того, что сону ни с кем не трахался, когда больше сближался со старшим. — заткнись, сону, — выдавливает старший. и когда его пальцы двигались быстрее и были только глубже, скользя и небрежно растягивая кима, пока тот хныкал и плакал, джеюн только шлепнул свободной рукой одну из ягодиц сону, — ты говоришь, что не хочешь, чтобы тебя поймали, но вот же, ты плачешь, можешь с тем же успехом начать кричать, чтобы они поймали тебя и заодно меня. — ммх… нет! — сону снова заскулил, что побудило джеюна стянуть с него кофту и засунуть ее младшему в рот. не очень надёжный кляп, но, тем не менее, он заглушил хныканье кима. ощущение всего этого заставило младшего чувствовать себя так головокружительно, таким торопливым и тихим, поражаясь, насколько безрассудными они были. и когда джеюн толкается своим толстым членом в покрасневшую дырочку, руки перемещаются к бедрам кима и быстро натягивая его, чтобы он сел на его член по самые яйца. сону отчаянно цеплялся за предметы в его окружении в тесной исповедальне. сону почти кричит от того, насколько всё это было потрясающим, если бы не рука джеюна, которая поспешно прикрывает рот младшего. сону задается вопросом, как это звучит для любого снаружи, шарканье ног в комнатке, скрип старого дерева и тихие шлепки потной кожи, ким думает, что это не оставляет многого воображению. — …выбью из тебя всю дурь, сону, — бормочет джеюн на ухо младшему, тот ощущает его горячее дыхание, когда шим задает резкий темп. минимальное количество смазки создает грубое трение, старший заставляет кима сидеть так глубоко на его члене, ему кажется, что он может его чувствовать в своем животе. — это все, на что ты способен, хён? — младший знает, что он паршивец, но ему нравится, когда джеюн толкается так глубоко, напрочь забывая о пределах, и он чувствует слабость. он слышит ухмылку джеюна за спиной, рыча, когда одна из его рук перемещается, чтобы шлепнуть сону по внутренней стороне бедра. — я трахаю тебя так, как ты того заслуживаешь, — ухмыляется джеюн, злясь и снова накрывая член сону, заставляя младшего издать прерывистый стон. ноги сону дрожат, он слаб и не может даже попытаться встать ровно, только принимает в себя толстый член джеюна. старший растягивает сону так хорошо, что он почти чувствует головку, когда вытягивается, только для того, чтобы снова ощутить то, как старший входит по самые яйца, так глубоко и горячо. младшему это бьёт в голову, он чувствует, насколько душно стало в комнатке, и почти теряет сознание от того, как джеюн трахает его так грубо. он хочет кончить, он хочет быть наполненным спермой джеюна, так глубоко, чтобы она оставалась там еще ближайшие пару дней. есть что-то в мысли о том, что они будут полностью перевоспитаны в этой церкви, в храме, их родители через здание, мысль о том, что какая-то бедняжка пройдет мимо и поймает их, как ужасно это будет для них обоих, в большей степени для старшего, чем для сону, но ему все равно. — хён, пожалуйста, — вопит младший как можно тише, слезы текут по его щекам, — х-хочу кончить, х-хочу, чтобы ты наполнил меня, — прежние мысли о том, чтобы быть дерзким, забыты, заменены отчаянием и желанием кончить. сону чувствует, как губы шима формируют улыбку на его плече, он чувствует край своего оргазма, когда его ноги начинают трястись сильнее, он сжимается вокруг члена старшего, который толкается внутрь с небольшим сопротивлением, он чувствует, что он кончает. ким так близко, когда… джеюн крепче сжимает основание члена сону, фактически останавливая оргазм сону, пока тот бессвязно бормочет, он пытается слезть с члена старшего, но безрезультатно. шим встает с маленькой скамейки вместе с сону, все еще сидящим на его члене, младший пытается балансировать на своих трясущихся ногах, в то время как старший прижимает его к стене, входя в него с такой силой, что ким боялся, что они в конечном итоге сломают исповедальню. — непослушные мальчики не получают наград, шлюха, — усмехается джеюн в висок, холодная древесина касается щеки сону, когда он так сильно прижат к твердой поверхности, — я собираюсь кончить внутрь, глубоко насаживать на член, и это все, что ты получишь. даже не думай кончить. сону только вопит, когда шим снова входит в него на всю свою длину, одна его рука перемещается к нижней части живота и нажимает, чтобы младший мог почувствовать, как глубоко старший трахает его. он наполовину теряет сознание, когда чувствует, как его хён наполняет его, слезы неудержимо текут. старший издает такие порнографические стоны в ухо сону, и это заставляет его быть еще более отчаянным, он хочет кончить, поскольку джеюн продолжает трахать сону в безжалостном и грубом темпе, и снова начинает надрачивать ему. — пожалуйста, хён! просто дай мне кончить… — почти истерически плачет младший, тяжело дыша, умоляя о пощаде. — ты ведь уже кончил, нет? — жестоко дразнит шим, трахая и наполняя сону спермой, как он любит, пока тот насаживается на член, — ты такой отчаянный, не так ли? око за око, сону. не будь жадным. все, что может сделать сону, — это выть и тихо повторять «пожалуйста», когда джеюн делает последний толчок до упора, переводя дыхание и наконец, выходит из сону, быстро натягивая боксеры и брюки кима, прежде чем привести себя в порядок. сону чувствует себя таким нервным, все, о чем он может думать, это о том, чтобы кончить, также думает о том, чтобы оттолкнуть джеюна обратно на скамейку и прижаться к его бедру, но его ладонь уже лежит на ручке двери, он готов уйти. — х-хён… — снова отчаянно хнычет сону, дрожащим голосом поворачиваясь к стене камеры в поисках помощи, сжимая предплечье джеюна и глядя на старшего умоляющими глазами. — вытри слезы, сону, — строго бормочет джеюн, избегая взгляда, — люди возвращаются на дневную службу. сону хочет только рухнуть на землю и безнадежно зарыдать, но джеюн прав и это было подозрительно, как они исчезли на обеде. поэтому младший только кусает губу и смотрит в пол, пока шим нежно держит его за запястье, выводя из комнаты. они почти рядом с церковными скамьями, где сидят их родители, шаги заставляют сперму вытекать из чувствительной дырочки сону, только сильнее возбуждая младшего и заставляя его извиваться, надеясь, что явное мокрое пятно не образуется. джеюн внезапно поворачивается, притягивая младшего ближе, чтобы он мог прошептать ему на ухо, прежде чем они займут свои места рядом с родителями на скамьях. — взбодрись, детка, — старший так близко, что его губы почти касаются уха сону, – мои родители уезжают на свидание сегодня вечером. приходи и я трахну тебя напротив нашего молитвенного стола. и сону мычит от восторга, нерешительно глядя на красивое лицо старшего, слабый румянец на его щеках делает его таким милым. что-то незнакомое наполняет сердце сону, он не уверен, что это такое, но его это не волнует. внезапное желание обнять старшего за его широкие плечи, наклониться и поцеловать его мягкие губы так нежно накатывает на него. он, конечно, ничего не делает, время и место неподходящие, и сону уверен, что джеюн видит в нем только выход для сексуального развлечения, а не что-то романтическое. есть причина, по которой только старший может удовлетворить сону в эти дни, он не хочет вдаваться в подробности, но все, в чем он уверен, так это в том, насколько он счастлив, когда он рядом с джеюном.