Лампочкино облачко

      Тем временем в столице в ночной тьме под одеялом лежали в обнимку будущие супруги. Пик аккуратно целовал её в губы и шептал что-то ей на ухо. — Как я понимаю, что ты впервые наденешь платье. — Фу, боже. Это главный минус в нашей свадьбе. — Знаешь, я уверен, что ты будешь красивая и в платье. — Фу!.. Лёня написала? — Да, сказала, что она закончит с кое-какими делами и тут же поедет к нам. Сказала, что ей хватит дня, а потом приедет. — Это хорошо.       Женщина привстала, опёрлась о грудь Пикового короля и посмотрела на жениха. Пик впустил руку в её волосы, смотря ей в глаза, и вздохнул.       После длительных разговоров Алекс уснула на его груди, а Пик потом переложил её на подушку и уснул.

***

      Лёня без мундира и плаща, в коем она ходит, пришла к Адаму в комнату и остановилась перед возникшей фигурой. Парень обеспокоенно смотрел ей в глаза, держа за плечи. Молчание продолжалось до момента, когда губы Адама не прошептали: — Почему он позволяет себе бить тебя? Не ври, что ты ошибаешься, ты не умеешь ошибаться в письме. — Каждый может ошибаться, Адам. — Лампочка, с тобой что-то не так. Скажи. — Всё в порядке, — шатен поцеловал её мимолётно в губы, а потом затянул в поцелуй. Когда разорвал его, он расстегнул пуговицы на рубашке девушки и открыл её плечи. Такому сладостному искушению поддались оба, падая в объятья кровати и перины, подобной облакам. — Ты же едешь в столицу? — Да, а что? — спросила Леонида, заканчивая с бумагами. — Нас с отцом пригласили на свадьбу, поэтому я поеду с тобой. — Хорошо. Буду знать. Экипаж будет готов ближе к 16:30. Как раз к этому времени будет всё готово. — Очень рад за тебя, Лёнь, — и поцеловал её в губы. — Всё, не отвлекай меня, иди, погуляй, — сказала Лёня, и наигранно обиженный Адам ушёл.       Сразу же пришёл Джокер, который проводил презрительно Адама и закрыл за ним на ключ кабинет. — Ты ему ничего не сказала? — Нет, — и прикусила губу, потому что не заметила шанса сказать. — Вот и хорошо. Когда поедешь в столицу? — На свадьбу? — Да. Когда? — Сегодня. — Я еду с тобой. — Что?! — Ничего! Я здесь хозяин. И перед тобой будет одна роль: вести себя, как послушная собачка. Сыграй, будто ты моя возлюбленная. Вот. — Но отец знает про то, что я встречаюсь с Адамом. — Скажи: мимолётная влюблённость, по-настоящему влюбилась в меня. Фу! Как отвратно звучит. — Хоть где-то я с тобой согласна… — Ты меня поняла? Иначе если заподозрят… — Да, я тебя поняла.       На балконе по просьбе Леониды встретилась она с Адамом, который был очень обеспокоен этим. — Адам. — Лёня, что случилось? — спросил Адам, поняв, что его возлюбленная обеспокоена. — Адам, нам нужно расстаться. — Что?! Почему?! — Понимаешь, мы из разных государств, редко видимся, я вечно за работой. Это не отношения, прости. — Если ты так думаешь, если тебе будет легче, то давай, — поник Адам, понимая, что всё, чего он добился, исчезло. — Ты только не расстраивайся. Мы можем быть друзьями и вместе общаться. — Да, конечно. Как в старые добрые? — Как в старые добрые.       На этом их разговор прервался, и Адам ушёл. Словно тень, Уилл выполз из-за угла и похлопал её по плечу в знак того, что он удовлетворён её решением. — Из-за тебя я потеряла парня, из-за тебя я не могу сделать лишний шаг. Как же я тебя ненавижу. — Ох, дорогая, я тоже. А как я ненавижу тебя. Но скажу честно: твой потенциал с последней нашей встречи заметно вырос. Мо-ло-дец, если бы не он, то я бы давно убил тебя бы, — на это Лёня лишь вздохнула и ушла.

***

      Дорогая машина подъехала ко дворцу, сплошь украшенный к будущему празднику, и из неё вылезли Адам, Леонида и Уилл.       Их встретили молодожёны. Пик пожал руку парням и обнял дочь, что аналогично сделала Алекс, но вот Уилл решил выпендриться и поцеловал ей руку, самой невесте это не понравилось. — Я так понимаю, Вы — Уилл, — сказал Джокеру Пик. — Да, советчик и возлюбленный Вашей дочери, господин-император, — такая новость ошарашила всех, кроме этих двоих циркачей. Адам, чтобы не поднимать ссор и конфликтов, не стал ничего возражать. — А как же Адам? — спросила Алекс. — Мы поняли, что это всего лишь влюблённость, никакой любви быть не может, — ответил Адам.       Леонида готова была провалиться сквозь землю, лишь бы не устраивать этот цирк, не краснеть перед отцом и не играть роль возлюбленной того, кого она ненавидит. — Лёня, давай отойдём на пару минут, — сказал родитель и увёл дочь, пока его невеста увела парней.       Их путь лёг в сад, где в тени крон они шли первое время молча. Пик знал, что, чтобы разговор, он должен сначала помолчать, а потом говорить. И вот молчание прекратилось, и он спросил: — Лёня, ты сама не своя. Неужели поездка в Икине так тебя изменила? Где моя девочка с взрывным характером? Ты какая-то… Хм… Дай скажу… Покорная, будто что-то случилось, ты уверена вообще в выборе? — Да, всё в порядке. Время меняет людей… Я хочу быть достойной своего парня. — Но не опускаться же до низов. Ты — дочь императора. — Признаюсь честно, мне нравится подчинение. — Лёнь, ты какая-то бледная. Ты не заболела? Он с тобой ничего не делал? Не бил? — Нет. — А откуда синяк? — В темноте ударилась о притолок. — Надеюсь, что это так. — Пап… — Что? — Мне плохо… — и девушка упала в обморок, но отец успел её схватить и унести в медпункт.       На место происшествия вскоре прибыли Алекс, обеспокоенная состоянием падчерицы, и Уилл, игравший роль обеспокоенного парня. Оба стояли у входа и страшно боялись за девушку. Вдруг это не просто обморок, а предвестник чего-то ужасного?       Всё так и оказалось. Озлобленный Пик вылетел из кабинета и схватил за шиворот Уилла. — Какого чёрта, подонок?! Ей всего лишь 17! Совсем обезумел?! — опешивший Джокер ничего не понимал, потому что не знал, что именно случилось. Это из-за битья? Он ей чтото повредил? Она умрёт? — Я Вас не понимаю, о чём Вы? — Джокер мог его прибить, но надо играть роль беззащитного. — Моя дочь сюда приехала с интересным сюрпризом под сердцем, и ты не знал?! Если не ты, то кто?! — вот тут даже и Джокер охренел. Когда эта сучка успела переспать с кем-то? Видимо, с Адамом. Ладно, не с Адамом, а с Уиллом. — Простите, я просто… Боже! — и побежал, всё также исполняя роль возлюбленного.       В палате он присел перед ней и спросил шёпотом: — Ты где успела уже?! — Тебе зачем? — Чтобы не палиться, выкладывай. — Адам, позавчера. — Ясно. Говоришь, что ты спала со мной и это наш ребёнок, тебе понятно? — Да. — Вот и хорошо, а теперь тебе придётся потерпеть, чтобы не палиться.       Джокер выдавил из себя слёзы радости и поцеловал в губы Лёню. Боже, как они хотели вырвать, лишь бы не проделывать всё это.       Тем временем Пик и Алекс обсуждали это в коридоре. — Беременна? — Да. Видимо, было это ошибкой отпускать её одной туда. Не доглядел, дурак. — Если она любит его — значит всё нормально. — Рожать в 17 — глупо! Она несовершеннолетняя, и с кем-то уже Лампа переспала. Круто. Что скажешь?! — То есть ты намекаешь на аборт? — Да. — И если я забеременею — тоже аборт? — Не, мы с тобой взрослые люди, которые готовы, а не 17-летняя девушка и какой-то 23-летний, наверное, мужик. — Пик. — Что?! — Я понимаю твоё беспокойство. Но это её жизнь, ей решать, а не тебе. — Пожалуй, ты права. Пускай делает, что хочет, не моё дело. Не мне мучаться. — Господин-император, нужна Ваша роспись, — сказал врач. — Зачем? — Как зачем? Пациентка запросила аборт, а мы, как знаете, несовершеннолетних без росписи родителей не обслуживаем в этом плане. — Я же сказал, — и подписал. — Ни ума, ни фантазии.       Вечером Адам и Лёня опять встретились на балконе. Заговорили они не сразу, но по делу. — Так ты рассталась с ним из-за него. — Когда-нибудь ты узнаешь, почему. — Хотелось бы сейчас. — Не сейчас. Позже, — а через пару минут молчания Лёня сорвалась на слёзы и встала на колени перед сидящим Адамом и сказала: — Прости, прошу тебя. — Эй, эй! Чего ты? — спросил он, поднимая её. — Я убью нашего ребёнка.