Несколько секунд предобморочного состояния

***

      Демон не стала ходить вокруг да около и, нацелив покрытую венами когтистую руку на девушку, молнией метнулась к ней, на что Саито неосознанно зажмурилась от осознания скорой бесславной кончины, вся сжалась. — Неужто Её Высочество так легко вывести из себя? Я бы воспользовался этим способом, чтобы лицезреть что-то кроме беспристрастного личика, но он чересчур жесток, — произнёс над ухом чей-то игривый голос, и Минамото распахнула зажмуренные глаза.       Перед ней, закрыв истребительницу своей мускулистой спиной, стоял Тенген, что своими клинками отразил атаку удивлённой дамы и оттолкнул её на несколько метров. Не контролируя себя, Саито громко с облегчением вздохнула и сползла коленями на обжигающе-холодные морозные гвозди. Ледяной снег встретил её с распростёртыми объятиями, пропитав униформу. Мужчина обернулся к ней с привычной самоуверенной улыбкой, нависнул тенью, и в голове девушки на мгновение пролетели воспоминания, словно сравнивая с настоящим, как исказилось в гневе и отчаянии его лицо в ту роковую ночь. Словно ничего и не было. Она мгновение сверлила взглядом протянутую широкую ладонь и в конце концов встала самостоятельно, незаметно прижав сломанную руку так, чтобы не совершать лишних телодвижений, не вызвать новую волну боли. — Двое? Так даже интереснее, — хищно заявила женщина, о которой словно забыли, и исцелила кровоточившую царапину на руке, нанесенную клинками Тенгена. — Много чести принимать вашу помощь, — неожиданно грубо, но тихо пробормотала девушка, а продолжила уверенно и громко, намеревавшись покинуть поле боя. — Я буду обузой. Сейчас же сообщу в ассоциацию, чтобы как можно скорее выслали подкрепление.       Узуй упорно молчал, что-то решив для себя, и, ещё немного посверлив цепким взглядом покрасневших малиновых глаз наверняка не полностью зажившую спину девушки, повернулся лицом к демону.       Минамото вернулась в дом, свечи внутри которого уже погасли, только камин слабо освещал гостиную, коротким свистом призвала громкого ворона уз, что своевольно ворвался в приоткрытые ставни окна, и предложила сесть на здоровую руку. — Отправляйся к достопочтенному главе и передай, что нам сюда в срочном порядке требуются минимум один столп и отряд какуши. Позже оповести уважаемую Кочо-сан о том, что мне нужна медицинская помощь.       Ворон открыл клюв, издав громкий звук в качестве согласия, и выпорхнул из здания. На самом деле ситуация складывалась куда хуже, чем Минамото могла себе представить даже с учётом того, что нежданно-негаданно прибыл Тенген. Если бы он не появился, тут и рассуждать было бы нечего, финал один — смерть и опустевшее место столпа льда. Тяжко быть единственным ребёнком, несравнимая ответственность. И всё же нынешнее положение всяко лучше смерти. Если, конечно, будучи обузой, Минамото не спровоцирует кончину сразу двух столпов… Шестая старшая луна заставила их попотеть в прошлый раз — двух величественных столпов буквально выкапывали из-под обломков с повреждениями на недельное лечение. Что уж говорить о третьей, причём Тенген там совсем один… Могла ли Саито сделать что-либо сейчас на поле боя и не принести больших неприятностей? Могла! Щёлкнув пальцами, девушка вспомнила о брошенной катане. План пришлось придумывать экстренно.       Выскочив из дома быстрее взбунтовавшейся лошади, памятуя о сражавшемся в одиночку Тенгене, девушка тяжело дышала от непонятного волнения и нервозности, выпуская тягучий пар. Рука нестерпимо болела, но терпеть приходилось, как ни крути. Был способ помочь бесповоротно и особо не мешаться притом. — Узуй-сан!       Стрельнув потемневшими от концентрации и экстаза глазами в Минамото, мужчина резко оттолкнул демона и ее острые смертоносные когти скрещёнными клинками на несколько метров. Он метнулся к девушке, смотря то на прижатую к талии руку, то на капельки пота, стекавшие по вискам. — Рука… — Буркнул Тенген, потянувшись к пострадавшей конечности девушки, но, осознав, попытался мгновенно себя одёрнуть, хоть и от её чуткого взора ничто не могло ускользнуть. — У меня есть план. Но, — резко склонившись в поклоне прямо перед ним, Саито ровным тоном продолжила: — защитите меня. — Я… — Чёртовы отребья! — Взревела ударившаяся о ствол крупной ели дьяволица, выбравшись из-под толщи снега.       Фыркнув, мужчина метнул в её сторону несколько сюрикенов, вынудив сменить план с нападения на изворотливое временное отступление. — Я, конечно, Бог Празднеств, но хватит, — неожиданно слегка сбивчиво пробормотал мужчина, как можно аккуратнее и нежнее положив ладонь на плечо здоровой руки. — Естественно тебе ничто не угрожает. — Полагаюсь на Вас.       Задержав ненадолго взгляд на серьёзной и хмурой Минамото, Узуй прокрутил цепь в руке, поигравшись с лезвиями на концах, и уже через мгновение был вновь сцеплен с чрезмерно агрессивно настроенным демоном. Его целью было продолжать держать прицел внимания на себе, ни в коем случае не позволив навредить и так раненному, державшемуся на силе воли исключительно столпу льда. И с этой задачей он был рад справиться безупречно, защищая… Её. Знаете, о птичках, к слову, это было сложно. Чертовски невыносимо и буквально убийственно, разрушающе изнутри. Даже описать сложно. Сначала была пустота, словно ничего вокруг не существовало: нет эмоций, желаний и потребностей. Узуй ничего не ел всё то время, кажется, даже не двигался. Потом очнулся резко, с осознанием — «Мертвы бесповоротно и навсегда». Слёзы текли рекой, но сам он всё ещё ничего не чувствовал, только понимал. Больше их не увидит. Ни улыбок, ни перепалок родных и любимых, ни смеха и нежных касаний. Честно признаться, не любил он их. Нет, привязался за столько лет, конечно, доверял свою жизнь, не задумываясь, и тепло на душе холил, лелеял. Но не любил этих женщин. Ни одну. Как говорится, однажды, почувствовав себя одиноким и не найдя спутника жизни, позволь любить себя тем, кто души в тебе не чает, и делай его жизнь лучше по возможности в ответ. У истребителей, тем более столпов, жизнь и так коротка, хотелось по-человечески прожить её полноценно… Да и жалко их ему было. А жалел, значит, не любил. Затем пришло осознание в полной мере. Узуй знал, что чувствовал: одиночество, горе и… Холод? От чего-то было прохладно, аж мурашки по коже. В мире ассоциации истребителей смерть в нынешнем положении была более чем обычным делом. Прискорбным, но не из ряда вон. И Тенген в своей жизни с этим явлением был прекрасно знаком, но… Что-то его подкосило. И всё это длилось словно вечно, но времени то прошло… Всего ничего. А Узуй уже стоял на ногах, готовый к бою, всё с тем же смертоносным блестящим великолепием. И непоколебимым желанием больше ни за что не отпускать Саито на миссии в одиночку. Плевать, что они столпы со своими собственными опасными одиночными миссиями; что они друг-другу, грубо говоря, никто. Тенгену казалось, что если и она погибнет, то на душе станет ещё холоднее, а от обморожения сердца он умереть не стремился. Да, это самозащита! Опека наследницы клана Минамото, дослужившейся до столпа льда, — защита своего собственного здоровья и нервных клеток! В чём-то они всё же были похожи — в страхе взглянуть правде в глаза. То она со своим долгом, то он с эгоизмом…       Возвращаясь в реальность… Саито уже игривой вёрткой кошечкой пробралась к невредимой, но одиноко валявшейся катане. Взяв оружие за рукоять свободной рукой, девушка сосредоточенно вздохнула, стараясь концентрироваться не на острой боли. — Пускай темнота рассеется навечно и яркое солнце ослепит недостойных. Пятая ката. Ураган чистого инея торжествует над гнётом ночи. Свет!       Воткнув катану в землю, она покрепче ухватилась за перевязанную рукоять и уверенная в успешности плана взглянула на безбожно жестоко сражавшихся шестую луну и столпа звука. От роскошного лезвия разошёлся свет, отразившись от снега, и вновь заполнил всё пространство на несколько километров слепившим искусственным солнечным блеском. Сияние распространилось мгновенно, превратив азартную схватку демона, в которой она начала уже постепенно одерживать победу, в адскую боль. Шипение и крик эхом отдалось также быстро, как и женщина метнулась в сторону раздражителя. «Солнце» сжигало до костей, превращая её первые ожоги от пятой каты в настоящие дыры. В этот момент Минамото окутал всё тот же страх — убийственный взгляд существа, которое могло за секунду раскромсать её в нынешнем положении. Но и это было учтено. Тенген оттолкнул дьяволицу, прикрыв девушку своей спиной, покорённый блеском и роскошью этого навыка; самоотверженным, серьезным, в каком-то смысле благоденственно-жертвенным образом наследницы величественного клана, что из последних сил старалась принести пользу благому делу. — Да что вы!.. Не понимаете ни черта, черви! Да я!.. Я же исполняю благую волю Господина, не смейте мешать мне! — Последние слова её растворились в предсмертном крике, который она даже в такой момент не посмела испортить жалкими нотками. Даже уважаемо в каком-то смысле.       Выдохнув с облегчением, девушка опёрлась лбом о рукоять, согнувшись в три погибели над оружием. — Давно хотел спросить, Ваше Высочество, какого демона из двенадцати лун ты убила, чтобы заслужить звание столпа? — Вроде выказав словами своё любопытство, спросил Узуй тоном, словно говорил о вкусном ужине. Подойдя ближе, застыл за левым плечом и раздумывал, положить ли ей руку на плечо, или ещё как помочь… Но так ни на что не решился, цыкнув себе под нос, словно разочаровался. — Четвёртую младшую луну. Это… Ух, была непредвиденная ситуация, но тогда я даже не смогла отличить её от обычного демона. — Ого, принцессе не чуждо бахвальство! — Смеясь, заметил мужчина, но девушка шутку не оценила и, ругая себя за несдержанность в выражениях, вспыхнула румянцем. — Прошу меня простить, — стушевавшись, ответила Саито и склонила голову ещё ниже, наклонив оружие, чтобы нельзя было рассмотреть выражение её лица. — Кому здесь нужна помощь? — Раздался в отдалении звонкий неунывающий голос Кочо, за спиной которой ровным строем шёл отряд какуши, а по правое плечо сопровождала преемница.       Логическое завершение дня оказалось на удивление не слишком ужасным. Правда, для этих двоих ничего ещё не закончилось, им предстояло настоящее рандеву…

***