Глава 8.
11 марта 2023 г., 18:15
Примечания:
оу май гад... ху эм ай...
***
Она надеялась больше никогда не оказаться в Поместье бабочки по долгу службы, но понимала, что это всего лишь невоплотимые в жизнь мечты. Кочо вынесла вердикт: еще пару таких миссий — и на фарфоровой коже столпа льда не останется и сантиметра, незапятнанного сражениями, шрамами и болезненными воспоминаниями. Положение костных отломков при ее закрытом переломе руки оказалось настолько удовлетворительным, что потребовалась лишь фиксация пострадавшей конечности до полного сращения. Но Минамото и это не обрадовало, поскольку перевязанной придется ходить около месяца, а значит на этом ее геройства временно приостановлены. В любом случае отец бы наверняка ей гордился, ведь она очевидно превзошла его. Хотя кто еще, если не наследница великого клана, могла, только зачислившись столпом в ассоциации, уже приложить руку к убийству двух демонов высшей луны? И все это в паре с Тенгеном. Теперь это совпадение кажется несколько смущающим, может, он ее ангел-хранитель? Или наоборот. Сам Узуй остался в Поместье бабочки по собственному желанию, так сказать, ради небольшого отдыха, ведь в битву с третьей старшей луной вступил в самый последний момент и не получил значимых ранений. Если так подумать, то, не окажись они на заснеженной территории, на которой Саито чувствовала себя как рыба в воде, то все так легко не окончилось бы. Пятой катой она почти не пользовалась, как и ее предшественники, потому что в идеальных для ее использования условиях столпы оказывались не часто. — Беспокоишься, что от пошатнувшегося равновесия в мире демонов не будет смысла, если ты будешь вне игры? — Вдруг раздался пронзительный голос Шинобу, уверенной в своей догадке на сто процентов. Девушка так же нахально, как и вошла, распахнула окна в ее отдельной комнате, выделенной для комфортного выздоровления подальше от юных буйных истребителей. Солнечный свет проник в комнату, от чего Саито сощурила глаза, привыкшая одиноко лежать с закрытыми ставнями и не дергающейся от ветра свечой. — С чего Вы взяли? — Пробормотала в ответ столп льда, сев на край кровати, чтобы не показаться уж слишком неуважительной. — При прошлых посещениях поместья ты была похожа на призрака, которого, если не позовешь, он сильно отсвечивать в округе не будет, а сейчас и вовсе кажется, что тебя здесь нет — только бинты приходится в большем количестве закупать. Помолчав немного, Минамото поднялась с постели, по-прежнему аккуратно прижимая поврежденную конечность к талии. — Пройдемся? Кочо довольно хмыкает, вставая по левую сторону от нее, чтобы было удобнее корректировать положение в несколько слоев перевязанной руки. Смотря на нее, столп бабочек чувствовала в равной мере и жалость и восхищения. Ей нравилось продолжать дело своей любимой сестры, оказывать помощь раненным и всегда радушно принимать любых пострадавших у себя в поместье, но она бы никогда не смогла стать тем самым самоотверженным бойцом первой линии, что собственной силой воли прокладывает людям безопасную дорогу к будущему, в котором демоны не смогут убивать невинных направо и налево, через боль и страдания. Кроме них, на лечение около недели назад заявились все те же многообещающие сорванцы, в числе которых заинтересовавший Кочо мальчик с сестрой-демоном. В этот раз их повреждения были менее значимыми, но достаточными, чтобы задержаться в поместье на недельку. О том, что в ходе их миссии погиб столп пламени, Минамото узнала с опозданием, тем самым пропустив день траура. Она не была хорошо знакома с Ренгоку, в отличие от других столпов, но Шинобу не выглядела сильно омраченной горем. Сразу после сопоставления их с Тенгеном победы над третьей старшей луной и смертью другого столпа от когтей четвертой, ассоциация сделала вывод, что пугающий Аказа, назвавшийся так перед юным истребителями, занял ее место в иерархии. Вот что действительно лежало в основе вопроса Кочо о непродолжительности измененного равновесия. Если Минамото продолжит отлеживаться, то места погибших демонов займут новые, более сильные и надежда будет только на подрастающее поколение истребителей, ответственность на которых Саито не может переложить даже теоретически из-за чувства долга. — Минамото-сан! — Вдруг прервал ее мысли и их молчаливую беспечную прогулку по окрестностям Поместья бабочки чей-то возбужденный оклик. Сморгнув задумчивость, девушка посмотрела в упор на менее уставшего, чем в их первую встречу, Танджиро и его друзей, занимающихся профилактическими тренировками с боккенами. — Приятно снова увидеть вас здоровыми после изнурительных миссий, — поздоровалась столп, понимая, что если она не поднапряжется то со старшими лунами придется сражаться этим невинным детишкам, которым лично она бы пожелала исключительно беззаботного детства в кругу семьи. Как-то Кочо рассказала ей предысторию Камадо, когда в ассоциации вновь зашла речь об опасности его сестры-демона на так называемом испытательном сроке. Девушка не смогла выделить одно единственное непоколебимое мнение об этой ситуации да и не стала пытаться. Есть люди, поручившиеся своими жизнями за этих двоих, пусть они и думают о морали, надежде и суровой реальности. Но это не отменяло слабой заинтересованности Саито в личном знакомстве с этой Незуко. — Минамото-са-а-ан, а в этот раз Вы не потренируетесь с нами? — Пропел Зеницу, от чего пропустил удар своего кабаноголового друга. Вместо ответа она чуть приподняла перевязанную конечность и помотала головой из стороны в сторону на их соболезнования. — Как Вы смогли победить третью старшую луну? — Свободный от тренировки, пока друзья занимаются спаррингом между собой, Танджиро смело подошел к столпам, тем самым окончательно прервав их шествие. — Первый важнейший навык истребителя — приспосабливаться к окружению и использовать его себе на пользу, а второй — комбинировать это с отточенными навыками. Если бы это была не заснеженная гора… Если бы у меня не было способности создавать солнечный свет от снега… Или если бы спонтанно не появился Узуй-сан… Меня бы здесь не было. — А я отношусь больше к пункту об окружении или навыках? — Вмешался в разговор со спины нахальный голос Узуя ровно в момент, когда Камадо уже намеревался озвучить какую-то свою восторженную реплику. Шинобу обернулась, и на губах ее заиграла лукавая заинтересованная улыбка. Саито же оборачиваться не стала. — Если хорошенько подумаете, может, и поймете, — с нотками обиды буркнула девушка и, удивленная собственным поведением, склонилась к замолчавшему от присутствия трех столпов в одном месте Танджиро, чтобы закончить небольшой урок для него. — Ты обязательно вырастешь и станешь сильным, юный истребитель, ведь больше шансов победить именно у того, чья воля сильнее. И она будет только крепнуть, пока ты тренируешься и не сдаешься перед испытаниями, а их будет несметное количество. — Достопочтенный глава верит в вас и мы тоже, — вдруг произнесла Кочо, устремив взгляд куда-то за горизонт, словно, не смотря на километры, разделяющие их, могла увидеть цель, заставляющую ее продолжать жить и бороться. — Спасибо за наставления! — Парень глубоко поклонился, растягивая улыбку на губах. Без веры не взрастить стремление. — Камабоко Гонпачиро, ты чего застрял там?! Я уже разделался с этим дохляком! — Прокричал Иноске так, что вороны, пригревшиеся на крыше поместья, разлетелись по округе, и Камадо моментально отреагировал, готовясь к спаррингу, пока работницы приводили Зеницу в сознание. — Очень проникновенная речь, Ваше Высочество, — фыркает Узуй, когда она все же удостоила его взглядом. И как реагировать на его присутствие? Столько всего произошло, что Саито было тяжело собрать мысли в кучу, чтобы определиться, наконец, со стратегией. Она уже не смогла бы сделать вид, словно ничего не было и держаться подальше, да и не хотела, честно говоря. Обидеться? Разозлиться? Понять и простить? Только открылась — оттолкнули, а тут как ни в чем не бывало уже шутят и фривольничают, словно не было смерти его жен. Это сбивало с толку, злило только потому, что Минамото больше не была властна над собственными эмоциями. И Узуй словно видел её насквозь, смотрел так понимающе, что хотелось солгать и плеснуть ядом так, чтобы не думал, что в праве смотреть на нее, как на уязвимого чувствами к нему человека. Но так думала только столп льда, одновременно с тем не забывая промывать себе мозги заменяемостью понятий чувства и долг. — Знаете, вы же по состоянию здоровья не присутствовали на вчерашнем собрании столпов, думаю, вам надо ознакомиться с нововведениями. Найдите Цуюри-чан, она передаст вам письма от достопочтенного главы. А я, с вашего позволения, откланяюсь по делам. Все также лукаво улыбаясь и не позволяя задать ни единого уточняющего вопроса, Кочо словно испарилась, как только закончила свою реплику. И где прикажет искать эту Цуюри, что играла роль призрака даже лучше Саито? Еще и один на один с Тенгеном. — Если тебе нравится молчать, принцесса, то я могу говорить за двоих. Меня все устраивает. Минамото безутешно вздохнула, не понимая, хотела ли она злиться или смеяться от его отношения и слов. Хотела ли она поцеловать его так самоуверенно и нагло, чтобы он, наконец, заткнулся и не вел себя так снисходительно, будто она обиженный ребенок, а он понимающий взрослый?.. Столп тщетно ускорила шаг, чтобы поскорее найти Канао и остаться одной. Его общество не было ей противно, лишь дискомфортно от переполнявших эмоций, с которыми она вот-вот норовила не справиться. И это раздражало до мурашек, кома в горле и слез. Мужчина не стал догонять ее, непривычно молча, хотя обещал болтать без устали, следуя за ее спиной на расстоянии вытянутой руки. Территория поместья словно намеренно прятала юную истребительницу от их глаз, потому пришлось зайти внутрь в надежде на то, что она как реальный призрак порхала где-то посреди одиноких коридоров. На горизонте вскоре все-таки показалась черная макушка Цуюри, а следом и беспристрастное лицо. — Цуюри, Кочо-сан отправила нас… К тебе за письмами от Убуяшики-самы. — Секунду, — пробормотала девушка, окунув руку в тамото, и протянула им два аккуратных запечатанных конверта. — Прошу прощения. Словно у нее был маршрут, она продолжила самозабвенно расхаживать по коридорам. Чудной ребенок. Бросив короткий взгляд на своего спутника, Минамото было подумала, что могла бы распечатать это письмо в своей комнате, одна, тем более, что оно от достопочтенного главы, значит, могло быть строго конфиденциальным даже для узкого круга столпов. Но уходить все равно не торопилась, как бы абсурдно не звучало, а чтобы это не выглядело неловким — поторопилась развернуть конверт. Чтение заняло намного меньше времени, чем осознание. Ничего секретного глава не написал и наверняка в руках стоявшего напротив нее мужчины текст был точь-в-точь таким же как у нее. Ровно так же, как им в голову пришло умозаключение о том, что Аказа занял место третьей старшей луны в иерархии демонов, пришла и идея отправлять на миссии, о которых неизвестно все до мельчайших деталей, только столпов, причем исключительно парами. На остальные же задания, на которых нежданно-негаданно маловероятно могли появиться демоны из двенадцати лун, можно было ссылать рядовых истребителей, но также только относительно крупными компаниями от двух человек. По словам главы сейчас самое главное — потерять как можно меньше людей, чтобы нынешняя ситуация вновь не перевесила в пользу демонов. Видимо смерть одного столпа и победа двух в один временной отрезок наглядно показала Убуяшики, какой стратегии придерживаться. Саито глубоко вздохнула и убрала письмо в карман, думая о том, что ей еще месяц не стоит об этом думать, поскольку любые дороги из поместья для нее временно закрыты в таком состоянии. Партнер? «Брось, Ваше Высочество, у нас был блистательный и эффективный дуэт…». Девушка медленно подняла голову на все ещё молчавшего Тенгена, который наверняка и сам уже все обдумал. Он не выглядел удивленным или разочарованным сложившимися обстоятельствами. По его лицу вдруг стало тяжело что-то прочесть. С того момента, как он появился на Иватэ, девушка стала часто замечать, как его лицо принимало то выражение лица неподдельной пустоты, которое она ни разу не видела. О чем он думал? Она бы хотела, нет, попыталась узнать, если бы не отчетливые воспоминания того, как ее заботу грубо отвергли. Узуй пережил много трагедий, смертей и боли в своей жизни, Минамото знала это наверняка. Вспоминал ли он о прошлом, оставаясь в одиночестве в четырех стенах? Когда он ухмылялся и бахвалился, девушку никогда не беспокоила мысль, часто ли тень омрачала черты его лица. «Да что ты, чёрт возьми, прицепилась?!». Может, это и вовсе не ее дело? Девушка так же молча развернулась и направилась прочь отсюда, а он «как и в прошлый раз» не стал ее останавливать. Узуй расфокусированным взглядом наблюдал, как ее спина постепенно удалялась. В мыслях вертелось, что, уйдя «как и в прошлый раз», она могла больше не вернуться. Погибнуть. Что бы и произошло, не возьми он себя в руки и не отправься вслед за ней на заснеженную гору. — Стой… — Вырвалось совсем-совсем приглушенное слово из его уст, но, окрепнув, превратилось в громкое и уверенное: — Стой-стой, черт возьми, остановись. Он оказался рядом быстрее даже, чем если бы гнался за демоном, и как всегда не стеснял себя в неподобающем отношении. Аккуратно прижал хрупкую девушку одной рукой к себе за талию, чтобы не касаться еще не заживших частей ее тела, а второй склонил ее голову к мускулистой груди, чтобы не смотреть в пронзительные ледяные глаза. — Я буду твоим партнером, хорошо?.. Я прослежу, чтобы твоя рука зажила как следует. Мы вместе отправимся куда-нибудь развеяться и… Чувствуя, как в его руках находилось ее живое тело, как двигалась ее грудная клетка, как наполнялись воздухом легкие, Узуй понимал, что дело-то вовсе не в его эгоизме. Не за себя он боялся, не за свое разбитое сердце или в конец уничтоженную психику, если она умрет, а за то, что ее убийственней стужи глаза могли больше не наполниться тем светом и теплом, когда она прогуливалась по незнакомому, но такому манящему и колоритному Эдо. Бледные губы могли больше не растянуться в такую редкую, но искреннюю улыбку. Он боялся, что она умрет за свой гиперболизированный долг, так и не реализовав себя как живого человека, а не только наследницу великого клана. — Я больше не хочу, чтобы ты уходила. Тенген не видел, как промокло его хаори в области груди от ее слез, но слышал приглушенные всхлипы и чувствовал едва заметное дрожание в плечах. Что подумала бы ее дорогая матушка? «Клянусь, я не прощу тебя!». Был бы доволен отец? «Недостаточно». Если бы это непривычное, но приятное тошнотворно-щекочущее чувство рядом с ним однажды обернулось бы ей боком… Минамото в глубине души понимала, что долго не смогла бы прикрывать долгом свою заботу и волнение. Свои чувства. Если бы все было по-другому… Сжав здоровую руку в кулак на его теплой груди, Саито сделала глубокий вдох и толкнула его от себя посильнее. «Чтобы победить, Саито нужно было выжать на полную мощность свою скорость и прыткость против большого соперника, который мог бы, если утрировать, сломать её в своём захвате обеими руками как спичку». Сломать её… — Я должна уйти.***
