Mother Ukraine (RU)

      В жизни она была одиночкой. Сама себе на уме. Её никто не понимал так, как её бывший. Среди товарищей по оружию отдельного полка частной кампании «Чайковец» ее называли «Мама». Все остальные конкуренты из криминального мира его знали как «Фюрер» или «Рыжуха». Свою первую погремуху она заслужила, очевидно, за свой воинственный характер. Чуткая к своим и яростная по отношению ко всем, кто посмеет им мешать выполнять поставленные задачи. Всегда скрытна. По вечерам она обожала сидеть у себя на базе, подальше от посторонних глаз, под надежной охраной верных людей, за стаканом коньяка или рюмкой коктейля из русской водки и энергетика. И не спеша смаковать напитками за камином. Иногда, когда было совсем тяжело на душе, почти невыносимо, она доставала из кобуры свой крупнокалиберный пистолет марки «Desert Eagle» и принималась стрелять по стаканам. Иногда вместо стаканов были портеты конкурентов. А порой портреты менялись на самих конкурентов. Никто бы не мог поверить, если бы узнал, что за видом молодой девушки с рыжими вьющимися волосами, и её миловидным лицом в широких очках, скрывается хладнокровная убийца. И, кроме того, предводитель полка наемников, за плечами которых боевой опыт в десятках горячих точек по всему миру.       Сегодня утром Мама была очень в плохом настроении. Барышня спокойно, едва заметно шагая вместе с охранником зашла в хранилище, затем, передав в руки мужчине свое ярко красное пальто, достала пистолет и принялась изувечивать портрет Жида. Одноглазый мужчина, который был возле нее с позывным «Тайгером» — здоровая, неповоротливая машина для убийства. Он предпочитал холодное оружие и поэтому держал на поясе полуметровый военный кортик. Перебывая рядом с госпожой в момент стрельбы, он не повел и глазом на подобные причуды. — Госпожа Фюрер, может, хватит? — наконец заговорил Тайгер. — Тайгер, хватит меня останавливать! Я сама знаю, когда мне уже достаточно! Жид меня обвел вокруг пальца! Операция была безупречно продумана до мелочей. — Госпожа, кто же мог подумать, что Барухов решит заехать на нашу резервную базу за инструментами? — Заткнись! Я не хочу даже слышать об этом! Я знала, что Барухову нельзя доверить даже за руль сесть. Теперь его нужно убрать. — Но ведь… — Молчать! — Фюрер схватила Тайгера за плечо и сжала так, что бойцу сразу стало не по себе. Охранник со страхом смотрел в глаза шефа. Её лицо скривилось в гримасе бешеной ярости, но мужчина не придал этому значения. — Госпожа Фюрер, успокойтесь… Давайте, я сейчас все проверю? Может быть, все не так плохо, как может показаться? Возможно, это не Мендель угнал автомобиль и мы сейчас все вернем? — охранник достал из кармана телефон и начал поочередно набирать знакомых военных, которые были в то время у здания суда и сразу узнал все, что произошло. Услышав у кого действительно находится товар, Фюрер не надолго успокоилась.       В рай отделе Южного с трех часов утра все были на кипише. Особенно это стало заметно, когда узнали чей автомобиль захватил Правдивый. Водитель ни с кем не захотел разговаривать, потому что знал, что жить ему осталось недолго. У последнего были изъяты автомат АК-47 и пистолет-пулемет АЭК-919К «Каштан» (явно российского происхождения), не считая гранат, бронежилета и других деталей военного снаряжения. Для многих в отделе было очевидно, что это был один из чайковцев. До семи утра автомобиль стоял во дворе на штраф-площадке. Вокруг нее приставили охранять весь отдел привенции из семи участковых офицеров и пяти инспекторов, отдав приказ не допускать никого, кроме начальника отдела. Иногда к коллегам подходили оперативники и интересовались, что внутри. Однако им было запрещено отвечать на этот вопрос.       В это время Владимир, пренебрёг приказом руководства не заниматься этим делом. И сел печатать объяснение бандита вместе с уведомлением о подозрении. Следствие отказалось открывать производство, поэтому оставалась надежда только на руководителя прокуратуры города, на которого он понадеялся. Вдруг раздался громкий стук в дверь. Вова не обратил внимания. Постучали снова. — Вова, ты здесь? – Правдивый узнал настороженный голос Макса, – если ты здесь, тебе лучше открыть. Здесь к тебе пришло начальство.       Максим не услышал ответа. С противоположной стороны двери продолжали раздаваться звуки щелчков по клавиатуре компьютера. — Вова! Они будут выбивать дверь! — крикнул крайне взволновавшийся Максо.       Вдруг старенькая деревянная дверь под сильным напором начала хрустеть. Их Вова давно планировал заменить металлическими, но всё не было времени. То и дело ощущались громкие удары по дверям, но последние постепенно сдавали и в результате были вынесены. За дверью стоял Валентин Вергилиевич, рядом с ним были Влад и Валерий Викторович, а сзади выглядывал из-за спин Максим. Вова успел закончить и нажал кнопку печати документов. — Я не понял, Вова! Это что за хуйня? — завизжал Валерий Викторович, идя к Вове, — ты не слышал, что в дверь стучат? — начальник быстро подошел к оперскому столу и быстро выдернул только что распечатанный документ и пробежал глазами по тексту. — Что это такое, Вова? Ты не слышал, что я просил тебя писать объяснение?       Вова встал и посмотрел в глаза руководителю, — я совсем не понял, что я нарушил, раз я должен писать объяснения? — Ты нарушил прямое указание руководства. — Какою? А вы уверены, что ваше указание было законным? Разве вы в курсе, что я задержал газель, заполненную под завязку наркотой и оружием?! Это тот самый автомобиль, который причастен к вчерашней перестрелке возле Порта. — Ты здесь больше не работаешь, Вова. Можешь собирать свои манатки и уходить, чтобы я тебя здесь до обеда не видел… — не успел договорить Донченко, как в кабинет пришел молчаливый долговязый охранник в черном костюме.       Увидев его, Донченко умолк и от такой неожиданности чуть не поперхнулся слюнями. Следом за ним в кабинет вошла кудрявая молодая девушка в красном пальто, под которым был красный деловой костюм. Почувствовав запах дорогих духов, Правдивый понял, что пришли серьезные люди, но сделал вид, что не придал этому внимания. — Простите, но вы зашли без проса в рабочий кабинет, — заметил оперативник. — А вот как, — улыбнулась девушка, — тогда мне точно к вам. Я ведь не ошиблась? — с радостным выражением обернулась девушка к стоявшему позади Вергилиевичу, едва державшемуся на ногах. Он смог только кивнуть головой. Столь животным был его ужас. — Господин полицейский, я к вам с заявлением. Можете его у меня принять? — незнакомка продолжала навязываться Правдивому. — Уважаемая, разве не видно, что я здесь общаюсь с руководством? Пожалуйста, обратитесь на первый этаж к участковому. Там он у вас примет заявление.       Валерий Викторович стал в стороне и обратился вежливым тоном к девушке, — нет, сударыня, пожалуйста. Мы с Владимиром Дмитриевичем уже закончили. — Ах, Владимир Дмитриевич… Хорошее имя… — Да, пожалуйста, садитесь. Владимир Дмитриевич с вами будет очень вежлив, — выдвигая стул из-под стола, Донченко посмотрел с серьезным выражением в глаза Правдивому, дав понять сколь серьёзный ему предстоит разговор.       Девушка, улыбаясь полицейскому присела за стул. — Давайте, я вам помогу снять пальто. У нас здесь немного жарковато, сударыня. — Викторович осторожно стянул с женщины пальто и передал охраннику потом вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. Правдивый обратил внимание, что у девушки из-под жакета торчала рукоятка пистолета. — Как вас зовут? — начал придирчиво допытываться Вова, достав бланк заявления с ручкой. — Меня зовут… Зовут… — девушка, по прежнему улыбаясь, подняла глаза на Тайгера, который стоял позади, прикрывая хозяйку своим корпусом, и улыбнулся ей в ответ, — точно! Меня зовут Фюрер! Так и запишите, господин полицейский. — Хорошо… — опер многозначительно глубоко вздохнул во всю грудь и начал записывать бланк, — место рождения? — Москва! — нагло продолжала женщина. — Хорошо… Дата рождения?       Фюрер хихикнула, прикрыл хрупкой ладонью сверкающие губы, — у молодой девушки не принято задавать подобные вопросы! Кто вас такому учил, господин полицейский?       Вова промолчал, не отрываясь от бланка, и продолжил согласно формы бланка задавать вопросы гостье, — место работы? — ЧВК «Чайковец», — протараторила она. — Это что? — удивлённо поднял глаза на собеседницу Владимир.       Он догадывался, что подобными структурами страна была наполнена с 2014 года. Это были действительно не сказки. Наёмники всех стран в Украине решали свои шкурняки согласно с контрактами своих нанимателей. Только Богу известно, чем они занимаются в Южном. — Частная военная кампания «Чайковец», Правдивый. — Я не называл свою фамилию. Откуда она вам известна? — Удивился оперативник еще больше.       Неожиданно охранник девушки вырвал из рук полицейской бумагу с заявлением и передал своей хозяйке. Она нагло достала из кармана золотистую зажигалку с изображением орла на корпусе и подожгла бумагу. Затем Тайгер подал девушке сигару. Фюр вставила её в свои белоснежные зубы и начала дерзко раскуривать горящим заявлением на глазах полицейского. — Видите, господин полицейский. Вы даже в своем кабинете не можете себя чувствовать в безопасности, — Фюррер выпустила столб сигаретного дыма в глаза Правдивому, потом встала со стола и направилась на выход. Вове оставалось только наблюдать за тем, как они уходят. Так близко, и в то же время так далеко к своей цели он еще ни разу не был. Понимая, что попытки задержать преступницу могут кончиться трагически для него. Сейчас его жизнь почти ничего не стоила. Донченко вместе с Морекой готовы хоть лично помочь бандитам затащить в багажник свободолюбивого оперативника. Охранник бережно открыл дверь перед руководительницей. Барышня остановилась в дверях и повернулась к офицеру, не вытаскивая из зубов сигары, — не лезь в нашу игру, красавчик. Если хочешь дожить до пенсии, тебе лучше под ногами нам не путаться.       Не прошло и часа, как здание полицейского отдела покинул автомобиль чайковцев вместе бусиком с товаром, а в помещении СИЗО обнаружили повешенного водителя, личность которого так и не удалось установить. Правдивый в этот день больше не появлялся на работе, поскольку начали ходить слухи, что Вергилиевич по старой «крысиной» привычке обратился к коллегам из Департамента внутренней службы Южного, чтобы те поскорее прибыли в отдел для проведения обыска. На том основании, что один из оперативников, будто бы, барыжит наркотиками. Конечно, это было пожелание заказчиков топить Володю.       В тот же день около семи вечера Гоча в компании наиболее приближенных головорезов сидели в ресторане «Рапсодия» и обсуждали свои дела. В центре стола сидел сам Адаев, по правую и по левую руку сидели предводители двух других известных тейпов крымчаков — Дядя Гога и Осмаев. Стол был характерен для крымско-татарской кухни. Среди напитков было контрабандное крымское вино, коньяк, чача. Никто из присутствующих не прикоснулся к еде, ожидая, пока не начнет первым главарь. Особое внимание на сходняке было уделено вопросу о пропавшем фургоне, поскольку они еще до конца не знали в чьих руках товар. А также товарищи были обеспокоены возможными провокациями со стороны националистов. Было понятно, что со дня-на-день начнётся новый виток борьбы за контоль над городом. Россияне не спешили с ответом, казалось, что крымчаки останутся лицом к лицу с могущественным врагом. Успокаивало, что Хан в ближайшее время вернется из-за границы и сможет удержать ситуацию. Но это было не точно. Гоча был настроен вооружать своих ребят по-взрослому, выводить из складов прибереженные со времен Вторжения джевелины, байракторы, бронетранспортеры и другую технику для полноценной войны в городе. В таком случае вопроса сохранения города в целостности не стояло. Крымцы отстаивали позицию «либо мы в Южном, либо не будет Южного». Покидать город без боя никому не хотелось.       Внезапно в ресторан подъехала черная «Ауди», из нее выбежали четверо неизвестных, одетых в черную одежду с балаклавами. Неизвестные держали наготове заряженное автоматическое оружие. Всё произошло настолько быстро, что охрана крымцев не успела отреагировать. В ресторане раздалась пулеметная очередь. Никто из бандитов не остался в живых. После, ресторан забросали бутылками с легковоспламеняющейся смесью и подожгли. Позже в тот же день разыскиваемый автомобиль найдут в нескольких кварталах от пожара и будет установлено, что он числился в розыскных базах в угоне. Также, на месте происшествия будет найден российский пистолет-пулемет АЭК-919К «Каштан». Прибывшая на место пожара следственно-оперативная группа установит, что найденное оружие было недавно взято на учет работником уголовного розыска Правдивым Владимиром Дмитриевичем и должно находиться в камере хранения отдела полиции Южного       Утром на следующий день вернулся и Бекир Кужогедович. Хан разрывался от злобы. семьи погибших авторитетов требовали кровной мести за нанесенный позор. Ещё никто с довоенных времен не смел заявиться на сходку авторитетов, расстрелять всех присутствующих и исчезнуть в неизвестном направлении. Обнаруженное оружие на месте массового убийства указывало на Фюрер и её сторонников. Угнанный автомобиль, по словам стукачей из рай отдела, присвоен также чайковцами. Будучи больше не в силах терпеть такую дерзость и наглость со стороны россиян, Хан приказал своим воякам готовиться к вооруженному полномасштабному вторжению на восточную часть города, контролируемую бойцами российской ЧВК. В ночь на третье марта военная техника крымцев в составе трех моторизованных брагад пересекла мост из портовой зоны и отправилась по направлению к Приморскому проспекту по улице Приречной. Как им было известно изначально, россияне хранили свои боеприпасы в здании, расположенном напротив ЮГА. Не успев проехать и два километра от моста, как в небе взвилась вспышка от сигнальной ракеты. Затем, вслед за вспышкой, последовал черед ракетных ударов, выпущенных из противотанковых систем и гранатометов, рассредоточенных в соседних домах. Раздалась воздушная тревога. В воздухе запахло новой войной.       Тем временем Алоиз Абрамович Мендель отдыхал в бане с двумя проститутками класса «люкс» у себя на даче, у рыбзавода на севере города. Пухлый и весь красный сидел в бане в одних трусах возле него сидели две высокие блондинки без одежды. Мендель имел довольно странную внешность: большая лысая голова, узкие плечи, короткие ручки и ножки, крупные кисти рук, непропорциональные ступни ног, имел характерную пучеглазие для своего рода. Обычно он носил костюмы с пролоновыми вставками-плечиками и галстуками-селедками (потому что в обычных галстуках он смешно выглядел). К нему молчаливо пришел один из охранников и передал трубку. Это был один из тероборонцев. Он радостно сообщил важную новость своему шефу о том, что их план все-таки сработал. После этого разговора Алоиз Абрамович дал указание охраннику набрать Хана, что тот незамедлительно исполнил и потом передал трубку своему хозяину. — Алло, Бекир Кужогедович? Рад вас слышать! — дружески поздоровался Жид, — слышал у вас недавно рашисты вероломно расстреляли ваших людей? — Да, так и есть, эффенди. Ты навернае что-та мне хател сказать? — вежливо отвечал Хан, скрывая отвращение и пренебрежение к собеседнику. — Я только лишь хотел предложить вам свою помощь. Вы же знаете, как мы их ненавидим. Мы должны были зачистить Южный ещё пять лет назад, как только орки зашли в город, но всё это время должны были их терпеть. — Что ты хочешь, Жид? Гавари уже пряма. Я терпеть ни магу, кагда ты уходишь на прямую ат атвета. — Я хочу, чтобы всё было так, как мы с вами договорились: наш север, ваш — юг. Как только мы покончим с руснёй, наши договорённости будут в силе. Про машину с товаром можете забыть. Будем считать, что уладили это недоразумение. — Харашо, эффенди. Тагда пагаварим, кагда наши луди встретятся на Администрации после взятия паследнего апорника русских.