Во время снегопада

Николь не рассказала Финну, куда едет. Он бы точно остановил ее, не позволил бы поехать. И, возможно, был бы прав. Но Николь чувствовала, что это правильное решение. Она подошла к нужному дому, обнимая себя обеими руками. Вечерний холодный ветер проникал под пальто и свитер. Николь чувствовала, как огонь тухнет и она медленно движется обратно к глыбе льда, которая держала ее в плену все эти годы. Она тряхнула головой, отбрасывая мысли. Она найдет убийцу, чего бы ей этого не стоило. — Боже, — Николь протянула к звонку дрожащую руку и нажала на него. Тишина. Николь замерзла еще больше и начала перепрыгивать с ноги на ноги. И еще раз нажала на звонок. Из дома она позвонила Стелле и представилась детективом по делу, спросила, может ли она приехать и задать еще несколько вопросов. Та согласилась. А сейчас не открывала. Николь потянулась, чтобы нажать на звонок третий раз, но услышала шаги, а потом, как открываются замки с другой стороны. Она облегченно выдохнула. Стелла медленно открыла дверь, хищно осматриваясь за спиной Николь и пустила ее внутрь. От нее пахло крепким алкоголем, а ноги еле-еле держали ее на ходу. Николь поморщилась, но тут же натянула улыбку, щипая себя за руку. К счастью, женщина не спросила документы. Николь придумала чудесную легенду, почему она забыла документы, но, к счастью, ее не пришлось использовать. — Я ответила на все вопросы, пока сидела в вашем крысятнике, — с трудом выговорила Стелла. Она хотела потянуться к полупустой бутылке, но Николь коротко кашлянула. Женщина цокнула и пригласила ее в гостиную. В этот момент Стелла подошла достаточно близко к Николь, чтобы та за темными кругами и морщинами под глазами с ужасом узнала в ней Оливера. Они были так похожи. У Николь защемило в сердце, но она собралась с силами и еще раз ущипнула себя за руку. Николь села на кресло, Стелла раскинулась на диване. Она недовольно бубнила что-то под нос, пока Николь рассматривала комнату. Дом был маленьким, изношенным и пропитался запахом алкоголя. В гостиной одиноко стоял диван, кресло и захламленный журнальный столик с глубокими трещинами. — Полиция арестовала вашего брата. Скоро начнется суд. Расскажите, что произошло в тот вечер? — она достала из кармана пальто блокнот и ручку и сделала вид, что собирается что-то записывать. — Говнюк приехал среди ночи, когда мы отмечали день рождения моего парня. Среди друзей завязалась драка, он начал разнимать их, взбесился и порезал всех. Мы с парнем успели убежать и вызвать полицию, — буднично ответила женщина, будто пересказывала сюжет сериала. — Он твой... — Николь закусила губу. Она даже бровью не повела, когда рассказывала о брате. В глазах читалось ровно ничего, она не была зла, не грустила. Абсолютная пустота. Отстраненность от происходящего. Как когда-то была у отца Николь. — Вы были близки? — он сжала губы и написала несколько несвязных слов в блокноте. И выделила несколькими линиями имя Оливера. — Нет, — она зевнула и потянулась к пачке сигарет. Зажгла одну, сделала затяжку и выпустила изо рта кольцо дыма. — Он возомнил из себя родителя. Постоянно бегал за мной, читал свои тупые нотации. Я была счастлива не видеть его несколько лет. Николь не сдержала гримасу отвращения. К счастью, Стелла на нее не смотрела. — Зачем он приехал в тот вечер, если до этого вы долго не общались? — Николь наклонила голову вбок. Женщина замялась. Она почему-то не ожидала этого вопроса и начала заикаться, меняя ответ несколько раз. В конце концов плюнула и пожала плечами. Николь подозрительно прищурилась. Она решила, что не знает, что еще спросить. Она не могла заглянуть в дело и попытаться хитростью вытянуть больше ответов, так что поднялась и покинула дом, в голове прокручивая следующий план. Она надеялась, чтобы Финн поможет ей с исполнением. — Боже, Николь. Я надеюсь, ты шутишь, — Финн устало вздохнул. — Молю тебя. Я чувствую, что-то не так. Она ведет себя странно, Оливер ее выгораживает, — Николь ходила по пятам за другом, который от стресса наворачивал круги по комнате. Финн резко затормозил и развернулся на пятках, Николь от неожиданности врезалась ему в грудь. Он взял ее за руки и приложил их к сердцу. — Значит, он сделал свой выбор. Ни, прошу тебя, просто оставь это. Не впутывайся в это дело. — Нет, — она попыталась вырвать руки, но Финн продолжил их держать, — Я не могу. Это нечестно. Почему жизнь всякий раз лишает меня людей, когда я к ним привязываюсь? Я старалась быть одна. Я старалась не пускать в свою жизнь никого, кто мог бы разбить сердце. Но это казалось таким... правильным. Николь заплакала и обмякла. Финн отпустил ее руки и крепко обнял. А она хотела закричать. О том, что отец вспомнил о ней только на пороге смерти. О том, что Финн забыл о ней на несколько лет, потому что нашел женщину и теперь глупая ранимая Николь ему была не нужна. О том, как люди отворачивались от нее и она винила только себя, потому что не могла ничего с этим поделать. И когда она впервые за много лет почувствовала себя дома, ее дом собираются разобрать на дрова и сжечь до угольков. — Прости, что меня не было рядом, — Финн еще крепче сжал Николь и положил голову ей на макушку. Он медленно раскачивался из стороны в сторону и поглаживал ее по спине. — Я облажался. И боюсь облажаться еще больше, если что-то пойдет не так. Николь молчала и просто двигалась в такт друга. Они посмотрели друг другу в глаза. Финн тяжело вздохнул. — Ладно. Хорошо. Я помогу. Но пообещай не геройствовать слишком сильно, — он поднял голову Николь, держа ее за подбородок, и нахмурил брови. — Обещаю, — Николь крепко обняла его. План был до безобразия прост. Финн должен был так же прийти к дому Стеллы и отвлекать ее так долго, как только мог. Он взял с собой Ванессу, упустив половину подробностей. Они собирались играть хорошего и плохого детектива. И отлично справлялись с ролями, пока Николь пыталась залезть на кухню через открытое окно, ведущее на задний двор. Используя мусорные баки, она смогла бесшумно заползти на кухонную столешницу и спуститься с нее на пол. Она задела несколько пластиковых бутылок и замерла, затаив дыхание. Через пару секунд она услышала голос Стеллы, которая отвечала на какой-то вопрос, и выдохнула. — Пожалуйста, — шепотом сказала она, прикасаясь к ручке двери и молясь, чтобы она не издала громкого звука. Ей повезло и дверь без проблем приоткрылась и выпустила Николь в коридор. Она глубоко вдохнула и буквально через два широких шага оказалась в гостиной, через которую смогла попасть в спальню. Она молилась, чтобы найти хоть что-то, хоть одну мельчайшую зацепку. И она нашла ее. Это был незаблокированный ноутбук с несколькими открытыми вкладками. Николь сделала несколько медленных шагов и принялась быстро изучать почтовый ящик, постоянно прислушиваясь к разговору у входной двери. Почта оказалась неинформативной: куча рекламных рассылок, предложения о работе и сомнительные ссылки. Николь расстроенно хмыкнула и перешла в браузер. Первой открылась соцсеть, а в ней переписка с незнакомым ей мужчиной. Ее глаза расширились. Они обсуждали какой-то нож, который мужчина спрятал в гостиной. В этой гостиной. Стелла приказывала ему избавиться от улики, она ругала его за глупость и жаловалась, что обыскала весь дом, а он уверял, что дом полиция уже проверила и ничего не нашла. Они могли с легкостью найти нож в реке или мусорном ведре. Николь быстро осмотрелась вокруг. Где он мог спрятать нож? Она сфотографировала мужчину, его имя и часть переписки. Николь подскочила с места и стала в панике осматриваться. Она проверила полки, подняла матрас и поняла, что если и полиция, и Стелла осматривали дом, нужно искать более скрытое место. Она закрыла глаза и попыталась вспомнить, где обычно герои книг прячут улики. Она на цыпочках обошла спальню, перевернула все картины и плакаты и не нашла никакого тайного сейфа. Вдруг она с ужасом услышала, как Стелла ругается с Финном и Ванессой и собирается уйти. Она хотела убежать, но Финн пригрозил ей каким-то выдуманным законом и она осталась. — Боже, — вслух сказала Николь. Она так перепугалась, что на лбу выступил пот. Она грызла ногти и крутилась вокруг своей оси. В доме было так мало мебели, что осматривать было нечего. Николь проверила диван, осмотрела тумбочку для телевизора, на которой не было телевизора и вдруг ее осенило! Она подцепила ботинком край ковра и, заткнув нос, свернула его почти полностью, а потом потопталась по дощечкам и нашла ту, которая больше всего шаталась. Она подняла дощечку и ахнула. Внизу лежал окровавленный нож. Она запаниковала и нащупала во внутреннем кармане платок, которым взяла нож, обернула его и крепко сжала, будто единственная улика могла исчезнуть прямо сейчас. Стелла ответила на последний вопрос и хлопнула дверью, в слух жалуясь на надоедливую полицию. Николь быстро развернула ковер и юркнула в спальню, дрожащими руками потянула окно вверх и выпала из окна. Она приземлилась в лужу грязи, образовавшуюся от дождя и уползла в сторону главного входа, вцепившись в уже грязный платок. Финн пытался разглядеть что-то в окно, стучал в дверь и ругался на хозяйку дома. Ванесса первая заметила грязную Николь, которая сидела на коленях и широко улыбалась, подняв в воздух трофей, и пихнула жениха в бок. Они оба облегченно выдохнули.