Точки давления

Каждый позвонок в спине Нила хрустнул, когда тот поднялся с пола. Он широко зевнул и растянул позвоночник, с ностальгией вспоминая номер мотеля, который он освободил вчера. Пол в раздевалке был из пропитанной потом резины, не намного мягче, чем бетон под ней. Он на мгновение прислонился к шкафчикам, прислушиваясь, не зайдет ли кто в раздевалку, пока Нил вставлял свои линзы. Он всегда спал вне поля зрения двери, достаточно близко к туалетам, чтобы быстро вскочить и создать видимость, что пользуется кабинкой. Он моргнул, вставил контактные линзы на место и потянулся еще раз. Нил достал из вещмешка полотенце и направился в душ. Его разум был приятно затуманен сонливостью, и он задержался под водой чуть дольше, чем обычно. Брызги утихли, и Нил насухо вытерся полотенцем, обернув его вокруг талии. Он смахнул воду с глаз и шагнул за угол. — Какого черта? Нил вздрогнул, ударившись плечом о стену. Возмущенное выражение лица Дилана было сосредоточено на испорченной груди Нила. Он дернул полотенце вверх, сжимая его вокруг своего тела, словно оно могло стереть шрамы с кожи. Он сделал два шага назад, но замер, прежде чем броситься наутек. Друг Дилана стоял в дверях, его рот был открыт и перекошен от отвращения. Вещмешок Нила лежал на полу между ними, молния была расстегнута, а одежда разбросана вокруг. Дыхание Нила замерло в груди. Его папка лежала на полу, наполовину погребенная под грудой учебников. Холодный воздух обдувал его голые плечи, отчего по рукам пробегали мурашки. В его голосе слышался страх, когда он прорычал: — Что ты здесь делаешь? Друг Дилана вздрогнул, но брошенный вызов заставил Дилана воспрянуть. Он усмехнулся: — Боже, ты просто омерзителен. Нил стиснул зубы. — Убирайся. Убирайся к черту от моих вещей. — Это родители тебя так искромсали? Неудивительно, что ты все время прячешься здесь. — Дилан, нам пора идти, — пробормотал его друг, все еще глядя на Нила, потрясенный до глубины души. Никто из них не обращал на него внимания. — Какого черта ты хочешь? — Надрать твою тощую задницу, — усмехнулся Дилан. — Но я согласен на это. Его руки поднялись. В одной была куча одежды, заляпанной чем-то жирным и опаловым. В другой… Нил бросился вперед, не обращая внимания на полотенце, развевающееся вокруг его ног. Маленькое пламя вспыхнуло в руке Дилана и жадно лизнуло промокшую ткань. Нил схватил Дилана за запястье, но пылающая рубашка уже падала на кучу одежды. По комнате пронесся гулкий треск, в нос Нила ворвался запах бензина. Он сменил направление, забыв о Дилане, и нырнул к своей папке. Ботинок Дилана ударил его в грудную клетку, отбросив к шкафчикам. Он едва почувствовал это. Нил бросился к быстро разгорающемуся пожару, пламя охватило все его имущество. Дилан снова ударил его ногой, и он задохнулся от боли, пронзившей его живот. Нил упал, но Дилан снова толкнул его носком ботинка в бок. После ботинок уперся в горло, надавив достаточно сильно, чтобы перекрыть доступ воздуха. — Ты должен был догадаться, что со мной лучше не шутить, — прошипел Дилан. Нил распустил полотенце и схватил Дилана за лодыжку. — Дилан, мы должны идти! — Заткнись, блядь, — прорычал Дилан, давая Нилу последний прощальный пинок. Все его тело сжалось, он свернулся в позу эмбриона, поскольку его бок пульсировал. Шаги исчезли в нарастающем треске искр. Дым заволок воздух. Призрак его матери восстал в запахе бензина. Чистый инстинкт выживания заставил его встать на колени. Тепло нахлынуло на него, как стена, но его цепкие пальцы сомкнулись на краю папки. Он дернул его к себе, шипя от боли, когда пламя жадно впилось в его пальцы. Один угол переплета уже загорелся, обложка плавилась и обугливалась. Нил попятился назад, шлепая растущим пламенем по полу. Его пальцы судорожно сжались, когда огонь выжигал волосы на его руке, и он безвольно уронил папку. Схватив полотенце, которое запуталось вокруг ног, он затушил ее и закашлялся, когда дым заполнил его легкие. Вонь плавящейся резины усилилась, но это было почти облегчением после ядовитых воспоминаний о горящем бензине. Пошатываясь, Нил поднялся на ноги и обмотал полотенце вокруг талии, прижимая переплет к груди. Обложка все еще была горячей на его коже. Он уставился на пылающие останки своего вещевого мешка. Его одежда уже истлела, пепел и расплавленная полиэфирная слизь валялись на полу. Учебники вспыхнули ярким пламенем, заставив его попятиться назад. Его дыхание вырвалось из груди. Все пропало. Все это… Нил споткнулся о свои ноги, дико озираясь по сторонам. Он не мог уйти вот так… Воздух сгустился, шкафчики мерцали в дымке. Его мышцы застыли на месте, он был слишком напуган, чтобы двигаться. Резина под его ногами стала горячей. Огонь жадно лизал деревянные шкафчики, неуклонно разрастаясь, подбираясь к Нилу. Пожарная сигнализация завывала, заглушая грохот пульса Нила. Его мысли были в беспорядке, и тогда появился Эндрю, мелькавший в клубах дыма, на мгновение он был уверен, что это галлюцинация, порожденная его собственным отчаянием. Эндрю остановился на мгновение, его взгляд метнулся от кучи обугленной одежды к полотенцу на груди Нила. Он пересек комнату в три шага, одним плавным движением сняв куртку. Он сунул ее в руки Нила, и тот попятился назад, в панике глядя на Эндрю. Куртка чуть не упала, руки Нила крепче сжались вокруг его папки. — Двигайся, — прорычал Эндрю, снова бросая куртку в лицо Нила. Он вздрогнул, поймав ее кончиками пальцев. — Эндр… — Двигайся. Нил снова сосредоточился, накидывая пиджак на одно плечо и не ослабляя смертельной хватки на папке. Эндрю натянул рубашку на нос и потащил Нила за запястье к выходу. Дым стал таким густым, что им приходилось приседать, чтобы отдышаться. Они вырвались в коридор, задыхаясь. Нилу удалось как-то просунуть обе руки в куртку Эндрю, и он вцепился в нее, чтобы скрыть свою голую грудь, слишком сильно трясясь, чтобы воспользоваться молнией. — Я не могу… — он зашелся в приступе кашля. — Эндрю, я не могу выйти в таком виде. Эндрю уже двигался, буксируя его в сторону гимнастического зала. Нил не сопротивлялся, слишком занятый тем, что делал неглубокие вдохи, которые прочищали его легкие от дыма. Они вбежали в кабинет физкультуры, в беспорядке покинутый учителями. Эндрю толкнул Нила в сторону бюро находок и встал рядом с дверью. Нилу хватило одного взгляда, чтобы убедиться, что Эндрю не смотрит в его сторону. Он покопался в корзине с испачканной потом одеждой и нашел пару тренировочных штанов и кроссовки на два размера больше. Он быстро переоделся, испытывая почти головокружительное облегчение от того, что он одет. Он запихнул свой скоросшиватель в пластиковый пакет и повесил его на запястье, пока возился с молнией куртки Эндрю. Он возился с ней так долго, что Эндрю нетерпеливо обернулся. Увидев проблему, он отбросил руки Нила в сторону и сделал это за него, его проворные пальцы быстро справились с задачей. Нил беспомощно держался за папку. Ничто в выражении лица Эндрю не указывало на то, что он заметил серьезные шрамы, покрывавшие его грудь, но Нил знал, что он видел. Куртка казалась хрупкой и прозрачной, а шрамы — неоновым светом, который он не мог игнорировать. — Эндрю, — начал он, но Эндрю прервал его. — Сюда, — сказал он и пошел по коридору. На выходе из здания кабинета сигнал тревоги прозвучал слишком громко для слов, и Нилу было просто не до этого. Они вышли через дверь запасного выхода на противоположной стороне спортзала. Учительница, которую Нил не узнал, в это время завернула за угол, следом за ней шла толпа скучающих учеников. — Сюда, к месту эвакуации! — сказала она и поманила Нила и Эндрю за собой. Они беззвучно последовали за ней. Остальные ученики продолжали болтать, не подозревая о реальном пожаре, проникающем в раздевалки через стену спортзала. Они собрались на парковке в беспорядочное сплетение. Автобусы, в которых находилась большая часть учеников, как раз подъезжали к автобусной остановке. Кто-то крикнул, указывая на темный шлейф дыма, поднимающийся над школой, и внезапно легкое настроение сгустилось в нечто холодное и тревожное. Нил прижал к груди пластиковый пакет и его драгоценное содержимое, пытаясь нормально дышать. Выражение лица Эндрю рядом с ним было безучастным, но Нил видел мурашки на его шее от холодного воздуха. Его футболка и повязки не слишком защищали от морозного январского утра. Его взгляд привлек внимание Эндрю. Он медленно повернулся, словно воздух был густым и движение требовало слишком больших усилий. Мгновение он изучал выражение лица Нила, прежде чем отмахнуться от него. — Прекрати. Нил не понял, что он имел в виду, но все равно отвернулся. Он окинул взглядом толпу и заметил Дилана и его друга, прислонившихся к цементному ограждению парковки. Дилан заметил его и торжествующе ухмыльнулся. Через пару минут на парковку с визгом въехала пожарная машина, несколько пожарных бросились в сторону самой густой части дыма. Директор школы взял управление в свои руки, приказав учителям собрать классы на первый урок и провести учет посещаемости. Ученики, находившиеся в школе, были оттеснены в сторону, их держали отдельно. Нил понял, почему, мгновение спустя. Полицейская машина криво припарковалась за пожарной машиной, из нее вылезли два офицера в форме. — Эндрю, — сказал он, — дай мне свою зажигалку. Эндрю перевел взгляд на него. — Я не подозреваемый, — процедил Нил, — но если они тебя узнают… Эндрю не нужно было больше ничего слышать. Он засунул руки в карманы джинсов, нащупал сигарету и зажигалку и вложил их в ладони Нила, спрятав между ними. Его пальцы были сухими там, где они касались кожи Нила. — У тебя есть нож? — прошептал Нил. — В куртке. Нил кивнул, провел рукой по влажным волосам, вдыхая слабый запах дыма. Он переминался с ноги на ногу, морщась от боли в подушечках ступней. По мере того как адреналин выходил из его крови, боль становилась все сильнее и резче. Синяки от ударов Дилана пульсировали, обжигая кожу. Полицейские кружили в толпе потенциальных свидетелей, задавая заученные вопросы и быстро ни к чему не приходя. Нил был достаточно близко, чтобы услышать бесхитростный ответ Дилана. — Извините, офицер, я ничего не видел. Чем ближе они подходили к Нилу и Эндрю, тем быстрее билось сердце Нила. К тому времени, когда они стояли перед ним, пульс так громко стучал в ушах, что он чуть не пропустил вопрос. — Где вы были, когда начался пожар? Нил дернул головой, чтобы встретить взгляд офицера, и увидел, как раздуваются его ноздри и сжимаются брови в подозрении. Он перевел взгляд на именной бейдж мужчины — Хэллоуэй — и ответил так невинно, как только мог. — Мы собирались встретиться с моим тренером по бегу, — сказал он, жестом показывая между собой и Эндрю. — Я почувствовал запах дыма, и тогда сработала пожарная сигнализация. — Вы видели кого-нибудь еще поблизости? — Нет, сэр. Офицер открыл рот, чтобы надавить сильнее, но его напарник прервал его. — Миньярд, верно? Эндрю перевел свой скучающий взгляд на него, затем снова в сторону. — Где ты был, когда начался пожар? — спросил второй офицер. Нил заговорил, когда Эндрю никак не отреагировал. — Он был со мной. Оба офицера, казалось, ничего не заметили. — Выверни карманы, — потребовал Хэллоуэй. Эндрю смотрел на него так долго, что Нил боялся, что он не уступит, но в конце концов он вывернул карманы, показав только ворс. «Повернись и положи руки на эту машину». — Эй, — запротестовал Нил, — он не сделал ничего плохого. — Это просто обыск, — огрызнулся второй офицер. — Вы не можете делать это без достаточных оснований. — У Миньярда есть послужной список. — Не за поджог. — Уйди с дороги. — Нет, — прорычал Нил, шагнув к Эндрю и отпихнув офицера назад, когда тот попытался обойти его. Лицо мужчины ожесточилось, и в груди Нила запоздало вспыхнул страх. — Не заставляй меня арестовывать тебя за нападение на офицера, — пригрозил он. Нил сжал кулаки, но рука на его плече остановила его. Он оглянулся на Эндрю. Его пальцы на мгновение впились в его плечо, тяжелые и заземляющие, а затем он оттолкнул его с дороги. Нил смотрел, кипя от беспомощной ярости, как двое офицеров раскрутили Эндрю и прижали его руки к холодной крыше промерзшей машины. Он был достаточно близко, чтобы видеть, как на лице Эндрю застыла злобная гримаса, когда они тщательно его обыскивали, не щадя ничего. Эндрю молча терпел, пока один из офицеров не оттянул пояс его джинсов и не начал ощупывать бедро в поисках спрятанного оружия. Он резко дернулся, схватил офицера за руку и вывернул ее из своего тела. — Нет, — прорычал он. Второй офицер поймал свободную руку Эндрю: — Остынь, — предупредил он, но Эндрю вырвался и перешел в оборонительную позицию. Месяцы спаррингов обучили Нила понимать каждую реакцию Эндрю, и он увидел, что сейчас произойдет, раньше копов. Он бросился вперед, оказавшись между ними, когда кулак Эндрю сомкнулся, готовый нанести удар. — Эндрю, остановись, — сказал Нил, подняв руки вверх, раскрыв ладони. Он не стал трогать Эндрю, но тот все равно поймал его за запястья, оттолкнув на шаг назад. Нил отступил, не сводя глаз с Эндрю. — Не вставай у меня на пути, — прорычал он. — Все в порядке, — сказал он, сосредоточившись на тепле рук Эндрю, а не на двух полицейских позади него. — Эндрю. Посмотри на меня. Они ничего не смогут тебе сделать. В глазах Эндрю горела ярость. — Я ненавижу тебя, — прошипел он, его голос был грубым, как наждачная бумага. — Я знаю, — пробормотал Нил, склоняясь к Эндрю, даже не задумываясь об этом. Он опустил одно из запястий Нила, чтобы схватить его за плечо, удерживая на расстоянии, но и не отпуская. Копы ворчали, угрожая, но, воспользовавшись умиротворяющим присутствием Нила, закончили обыск. Когда они обыскивали его пах, хватка на запястье Нила сжалась так сильно, что хрустнули кости. — Все в порядке, — прошептал он. Глаза Эндрю пылали, как жидкий огонь, но он не отводил взгляда от Нила в течение той вечной минуты, которая потребовалась офицерам, чтобы закончить обыск. Когда они, наконец, встали с места и принялись рыться в ботинках Эндрю, Нил посмотрел на них через плечо Эндрю. — Удовлетворены? — ядовито сплюнул он. — Твоя очередь, — рыкнул офицер. — Нет. У вас ничего нет. У вас не было права обыскивать его, и если вы попытаетесь, я засужу ваши задницы к чертовой матери до самого конца. Убирайтесь к черту от нас. Это была пустая угроза, но полицейские этого не знали. — Джентльмены! Все повернулись, пораженные вторжением. Мисс Херли властно шла к ним, ее короткие каблуки цокали по земле. — Какие-то проблемы? — Просто обыскиваю этих двоих, — Хэллоуэй ткнул большим пальцем в сторону Нила и Эндрю. — Они подозреваемые? — Ну… — перед грозным ликом мисс Херли оба офицера выглядели удивительно похожими на непослушных школьников. — Я буду благодарна, если вы прекратите домогаться моих учеников, — холодно сказала она. — Пока мы не узнаем, что на самом деле было совершенно, вы будете воздерживаться от любых уголовных расследований. — Они мешали полицейскому расследованию, — запротестовал второй офицер, но было ясно, что их победили. Пальцы Эндрю, нащупывающие его точку пульса, вернули внимание Нила к нему. Он надолго задержал взгляд на лице Нила. — Достаточно, — сказал он и оттолкнул Нила. Нил согнул свои налитые кровью пальцы, стараясь не обращать внимания на очевидную дрожь в руках Эндрю, прежде чем сложить руки на груди и спрятать их от посторонних глаз. — Мальчики, вы в порядке? — спросила мисс Херли. — Мы в порядке, — сказал Нил, глядя на удаляющиеся спины полицейских. — Думаю, теперь я хотел бы пойти домой. Мисс Херли бросила на него оценивающий взгляд, а затем кивнула. — Если вам что-нибудь понадобится, не стесняйтесь просить. — Спасибо, — рефлекторно сказал Нил и повернулся к Эндрю. — У тебя есть машина? Постояв немного, Эндрю кивнул и повернулся на пятках, направляясь к задней части парковки. Нил последовал за ним, не оглядываясь назад. — Ключи, — сказал Эндрю. Нил порылся в карманах куртки Эндрю, пока не нашел их и не бросил в его руку. — Куда мы едем? — спросил он, развалившись на пассажирском сиденье. — Домой, — прорычал Эндрю, включив передачу и выезжая со стоянки, как будто не мог убраться достаточно быстро. Нил схватился за край двери и держался, пока Эндрю проносился по улицам. Костяшки пальцев Миньярда побелели на рулевом колесе. Нил смотрел на профиль Эндрю всю дорогу. Мышцы на его челюсти подскочили, и Нил проглотил желание протянуть руку, чтобы попытаться успокоить его. Он не знал, откуда взялась эта ярость, и было слишком поздно пытаться выяснить это. Пора было покидать Колумбию. Прошли считанные минуты, прежде чем они въехали на подъездную дорожку к дому Эндрю. Эндрю вышел из машины, захлопнув за собой дверь, а Нил последовал за ним более медленно. Когда он подошел к двери, Эндрю уже был внутри и, не говоря ни слова, исчез на лестнице. Нил надолго задержался в прихожей, прежде чем сделать последний шаг в дверь. Он закрыл ее за собой и проверил руки. Запах дыма еще сохранялся, и он почти видел кровь, запекшуюся под ногтями. Он остановился рядом с дверью, оглядываясь вокруг на свидетельства жизни, окружавшие его. Справа от него была гостиная, в которой повсюду были разбросаны приставки для видеоигр и пустые пакетики из-под чипсов. На журнальном столике стояла полупустая бутылка виски. Прямо перед ним виднелась кухня, возле раковины росла куча немытой посуды. От этой обыденности у Нила заболели кости. — Поднимайся сюда. Взгляд Нила резко вскинулся. Эндрю стоял на верхней ступеньке лестницы, в его руках был сверток с одеждой и полотенцами. Нил тупо уставился на него, и тот нетерпеливо вздохнул, бросив сверток на верхней ступеньке. Эндрю надел еще один слой одежды, возможно, после того, что произошло на стоянке, ему понадобилась более мощная броня, чем просто повязки. Он присоединился к Нилу у подножия лестницы. — Иди в душ, — сказал он, — я разберусь с этим. — Эндрю, — сказал Нил, — нет… не может быть никаких разборок. Я должен идти. — Не будь дураком. — Я не могу остаться. Об этом узнают все СМИ. Меня найдут. — Я справлюсь с этим. — Я угрожал офицеру полиции! И Дилан… — Что насчет Дилана? — Он видел мои шрамы. И это он поджег мои вещи. Он не собирается просто оставить меня в покое. — Это моя проблема, а не твоя. Нил наблюдал за выражением лица Эндрю, ненавидя себя за желание поддаться, опереться на парня. Он отвел взгляд и стал возиться с папкой, скользя пальцами по переплету, где прятал отмычки. Он вытащил ключ Эндрю и долго смотрел на него, прежде чем протянуть. — Прости, — сказал он. — Он твой, — сказал Эндрю, — оставь его себе. Нил еще секунду подержал ключ в руке, а затем медленно сжал его в ладони. — Спасибо, — сказал Нил, слова не шли. Ему казалось, что он тонет. Последние четыре месяца казались ему сном, как будто он наконец-то вынырнул на поверхность на один глоток воздуха, а теперь его снова затягивает в глубину. Нил впитывал каждую деталь лица Эндрю, словно тот был последним проблеском света перед тем, как темные воды окружат его и выбьют воздух из легких. Рука Эндрю сомкнулась на его шее, большой палец уткнулся в артерию. — Прекрати, — сказал Эндрю. Нил обмяк в руках парня. Он все еще чувствовал себя потрясенным и потерявшим равновесие, но рука Эндрю была якорем, тяжелым обещанием безопасности. Нил знал, что это иллюзия, но он ухватился за расстегнутую молнию куртки Эндрю и уцепился, желая остаться еще хоть на минуту. — Прекрати, — сказал Эндрю. — Ты не уйдешь. — Эндрю, я не могу, — Нил глубоко вдохнул, почувствовав запах бензина. — Я не могу остаться, — прошептал он, звук его голоса расколол что-то глубоко внутри него. Эндрю был всего в футе от него, его лицо было повернуто так, что его холодный взгляд устремился на Нила, но казалось, что он находится на расстоянии океана. Уйти было самым трудным, что Нил когда-либо делал. — Спасибо, — прошептал он. — За все. — Я ненавижу тебя, — сказал Эндрю и пересек океан. Его пальцы впились в череп Нила, когда он сделал выпад вперед и сжал их губы вместе, словно пытаясь поставить синяк. Рот Нила открылся в шоке, и горячий воздух ворвался в его легкие. Большие пальцы Эндрю впились в его скулы, и в голове Нила не осталось ничего, кроме горячих и яростных губ Эндрю, прижавшихся к его губам. Так же внезапно Эндрю отстранился, и Нил покачнулся вперед, все еще цепляясь за куртку Эндрю. Эндрю отбросил его руки и отступил назад, вытирая рот тыльной стороной ладони. Нил не мог подобрать слов. По его телу разлился жаркий румянец, кончики пальцев покалывало. Он открыл рот, но из него не вырвалось ни звука. Эндрю зарычал, дергаясь и теряя управление. — Я думал, ты меня ненавидишь, — сказал Нил. — Ненавижу. — Но… — его мысли застряли на месте. — Эндрю… — Нет. Нил поднес руку к губам. От прикосновения его пальцев по позвоночнику пробежал холодок, и он не смог подавить легкую дрожь. — Ты ничего не говорил, — сказал Нил. — Почему? Нет смысла, — Эндрю покачал головой. — Я знаю лучше. Он глубоко вздохнул и застыл на месте, натянув маску на лицо. — Иди и приведи себя в порядок, — приказал он. — Не делай ничего необдуманного. Нил тупо кивнул и пропустил Эндрю мимо себя, стараясь не задеть его. Эндрю открыл свой телефон и набрал номер, приложив его к уху, когда выходил из дома. Дверь с грохотом закрылась, прежде чем Нил успел услышать что-то еще. Он уронил руку, застыв в темном коридоре. Ключ от дома в какой-то момент упал на пол, и Нил поднял его, проведя большим пальцем по знакомым зазубринам, как делал это десятки раз до этого. Он перевернул его на ладонь и обхватил рукой, сжав так сильно, что почувствовал, как тот режет кожу. Затем Нил скинул свои огромные кроссовки и, прихрамывая, поднялся по лестнице в ванную.