Его Яд

— Можешь себе представить, существует целое учебное пособие для девушек из подобных весенних домов! Щебетливый голос Ши Цинсюаня зазвучал чуть более глухо — юноша перевалился через изящный письменный столик, заглядывая под него с внутренней стороны. Мин И, стоявший чуть в стороне с мрачным выражением лица, без зазрения совести направил прямой взгляд на его ягодицы, красным флагом мельтешащие у него перед глазами. — Они не просто должны быть красивыми и страстными, - продолжал тем временем Повелитель Ветров, — но и образованными, интересными, талантливыми... Не найдя никого под столом, небожитель сменил положение, и теперь он уже сидел на столешнице, пряча лицо за распахнувшимся веером. Одни глаза с бесовским блеском сверкали поверх него. — Им положено знать, как следует двигаться, улыбаться, флиртовать, манипулировать. Целое искусство ведения интересных бесед. Что скажешь, пришел бы ты ко мне, если б я был таким цветком? ~ — Нет, - коротко буркнул Мин И в ответ. В ту же секунду Ши Цинсюань поменялся в лице и начал было обиженно канючить, но Повелитель Земли бесцеремонно оборвал его: — Нечего романтизировать проституцию. В их несчастных судьбах нет ничего поэтичного. Слезай со стола. Столь резко осажденный небожитель смущенно пробормотал себе под нос: «я ведь не всерьез», и действительно слез с чьего-то рабочего места. Мин И вечно балансировал в эмоциональном диапазоне между брезгливым безразличием и глубокой угрюмостью, однако сегодня он решил переплюнуть в сварливости самого себя. Тень легла на его лицо еще в ту секунду, когда Повелитель Ветров поведал ему о сути произошедшего в этом торговом городке. В какой-то момент Ши Цинсюаню показалось, что лучший друг и вовсе откажется помогать ему, но, пусть и с явной неохотой, Мин И все же поплелся следом. Как водится, в процветающих приморских городках публичных домов как звезд в небе — значительный спрос в виде моряков рождал предложение. Не редкостью было, когда один-два матроса не возвращались после стоянки обратно на судно. Кого-то увлекла в любовные объятия прекрасная дева, кто-то терялся в алкогольном опьянении, кому-то и вовсе не суждено было более проснуться в последствии череды печальных событий. Одним словом, такие ситуации не были патовыми и никого особо не удивляли. Но чтобы за раз пропадала вся команда в полном составе — тут уже у любого капитана глаза на лоб полезут. Обычное, человеческое расследование ни к чему толковому не привело. Местные правоохранительные органы лишь руками развели — сбежали небось от бестолкового капитана, либо же бесы попутали, а это уже, в обоих случаях, не юрисдикция смертных. Тогда покинутый обратился с мольбами к своему божеству, вытряхнул червонцы и зажег столько палочек благовоний, чтоб их вьющийся кольцами дым достиг самого Повелителя Вод Ши Уду. И тот услышал, благосклонно послал разобраться с ситуацией, попахивающей демоническим самоуправством, подчиненных. Однако ни один из участвующих в расследовании служителей Средних Небес так и не вернулся. Сообщение об этом получил Ши Цинсюань, оставил отсутствующему на тот момент брату весточку, схватил подвернувшегося под руку Мин И и направился со всей ответственностью разобраться с проблемой. Последний отчет, полученный от служителей Средних Небес, повествовал о публичном доме, у порога которого обрывался жизненный след всех членов той злосчастной команды. Ветер Инь дыхнул небожителям в лицо едва отворилась дверь — тяжелый, пронизанный злым женским началом. Однако при том, что дуновение загробного мира буквально укутало двух вторженцев, никто не торопился заключать их прямо с порога в любовные объятия. Более того, весь Весенний Дом казался звеняще пустым. — Разделимся, - коротко предложил Мин И в своей безрадостной манере и Повелитель Ветров с ним тут же согласился. Они даже не обсуждали, кто в какую сторону направится — разошлись каждый в свое крыло так, как делали много раз до этого. Дворец удовольствий представлял из себя спутанную сеть коридоров с бесчисленными комнатами. Куда более необъятную, чем казалось при первом взгляде на здание снаружи. Оба мужчины поочередно открывали все попадающиеся на пути двери, однако так и не встретили ни единой живой души, не считая друг друга. — Демоницы, однозначно, наивно полагают, что, не найдя никого, мы покинем их гнездо с пустыми руками, - распахнул свой веер Ши Цинсюань, когда, описав круг, они с Мин И вновь встретились на распутье коридоров. То, что нечисть оказалась столь предусмотрительна и не стала атаковать двух пышущих духовными силами мужчин, автоматически присуждало им галочку напротив графы «интеллект». Засевшие тут создания не относились к тем, с кем после смерти остались лишь животные инстинкты. Демоническое логово свили себя более чем осознанные покойницы, решившие, однако, заглотить рыбку слишком большого размера. Ши Цинсюань с достаточно неуместным энтузиазмом хлопнул в ладоши: — Значит, придется их выкуривать! В ту же секунду над пальцами Мин И пестрым ворохом искр засиял огненный шар, увеличивающийся в размерах. Пламя соскользнуло вниз, устремившись к полу — который, однако, повел себя неожиданно неприлично. И он, и все пространство вокруг, внезапно вспыхнули осколками калейдоскопа; наваждение рассеялось словно лопнувшее зеркало, брызнувшее поддельной реальностью в разные стороны. Брожение по удивительно длинному лабиринту дворца удовольствий натолкнуло обоих небожителей на одинаковую мысль — демоницы решили свить вокруг них морок, чтобы спровадить нежеланных гостей без лишней крови. И теперь, когда настоящий облик здания вскрылся, взорам Повелителей Стихий предстали ощетинившиеся в разных углах комнат покойницы. — Мы столь милостиво позволили вам уйти, однако же вы выбрали свою смерть! - зарычала сквозь стиснутые зубы красивая женщина, единственная сохраняющая свою человеческую форму посреди воцарившегося безобразия. Не сложно было догадаться, что роль среди остальных девушек она занимала лидирующую, так как покойницы, едва та взмахнула рукавом, как по команде бросились на вторженцев. На губах Ши Цинсюаня заиграла снисходительная улыбка. Ни одна из демониц так и не успела приблизиться, когда веер в его руках играючи создал ветряной вихрь, раскидавший девиц в стены. Со звонким буханьем девушек словно бабочек прибило прежде, чем с таким же звуком повалило на пол. — Вы-ы! - с еще большим остервенением взвыла все же оставшаяся на ногах хозяйка местного беспредела. — Ну-ну, госпожа, не стоит так волноваться, - остался Ши Цинсюань глух к ее искренним возмущениям. — Прежде, чем мы поможем вашим душам упокоиться с миром, позвольте узнать, куда вы дели пропавших мужчин? — С миром? С МИРОМ? Человеческий облик хозяйки все же начал искажаться, не выдерживая клокочущей в ней злости. Женщина вся сломалась, кожа ее вспухла фиолетовыми и алыми пятнами — следами прижизненного насилия. Оставалось лишь нехотя гадать с тихой печалью на сердце, какие действия привели к их возникновению. И пусть к подобного рода вещам небожителям положено было относиться со здоровой долей равнодушия, действуя только в рамках дела, невозможно было не ощутить сочувствия к столь печальной судьбе. — Где была ваша помощь, когда мне приходилось продавать себя в бордель лишь для того, чтобы оплатить похороны моих бедных родителей?! В голос демонессы сперва незаметно, но с каждой секундой все навязчивее, начало вплетаться клокотание остальных женщин. Нечеловеческие звуки, которые они издавали, скорее походили на треск цикад и в душе неподготовленного человека наверняка бы поселили семя ледяного ужаса. Краем глаза Повелители Стихий заметили, как ощетинившиеся покойницы, изламываясь подобно своей предводительнице, поднялись на ноги. Вместе с тем и без того густой запах женских духов, присущий подобным заведениям, словно бы усилился. — Где она была, когда мужчины предавали меня? Когда насиловали и, в конце концов, убивали?! Времени на сочувствие несчастной покойнице у небожителей не было — запах стал уже совершенно невыносим. Однако, едва Ши Цинсюань вновь возжелал воспользоваться своим духовным артефактом, как Мин И глухим голосом рявкнул ему прямо на ухо: — Закрой рот! Повелитель Ветра даже не успел подивиться, чем же уже успел провиниться пред другом, что тот потребовал от него закрыть и без того закрытый рот. Однако в тот же миг клокотание резко смолкло. Несколько десятков ртов раскрылось, извергая в Повелителей Стихий настоящую бурю влажной пыли, мгновенно окружившей и забравшейся, казалось, во все семь отверстий цицяо разом. Ши Цинсюань, надышавшийся в ту же секунду трупной пыли, весь в ужасе покрылся гусиной кожей и по примеру Мин И поспешно прикрыл лицо рукавом. — Мать честна, какая мерзость! - в сердцах вскрикнул Цинсюань, порывом ветра отсылая демоническую отраву обратно в покойниц. Однако девушки уже прыткими ящерицами, выскользнувшими сквозь пальцы, устремились врассыпную, покинув зал. Небожителям, отплевывающимся от пыли, не оставалось ничего, кроме как поторопиться следом. Подозрительная активность организма дала о себе знать, едва они разделились, отправляясь на поиски демониц. Не нужно было даже словесного подтверждения, дабы догадаться, что именно этой дрянью покойницы травили своих жертв пред дальнейшей расправой, включавшей в себя сексуальные игрища. Не пройдя и до конца коридора, Ши Цинсюань, тяжело дыша, привалился к дверному косяку, низко опустив голову. В ту же секунду чьи-то нежные ручки обвили его за плечи, а звонкий женский голосок сказал: — Ни один мужчина не устроит пред таким прекрасным цветком, как я ~ Рядом раздалось несколько девчачьих смешков, несомненно очаровывающих своей игривостью любого обладателя сердца. Против такого давления сложно устоять и в обычном состоянии, не то, что бы под воздействием афродизиаков. — Умоляю, барышня... - Ши Цинсюань пылким движением накрыл ладошку демоницы рукой. Хрипло вздохнул, однако продолжил совершенно обычным, звенящим от веселья голосом: — Взгляните на меня. Я сам как прекрасный цветок! Словно журавль среди кур! Секундное недоумение, казалось, почти материальной тяжестью повисло в воздухе. Чары демониц несомненно были сильны: крохотной пылинки их яда хватило бы, чтобы свалить в постель взрослого мужчину. Даже на служителя Средних Небес оно сработало бы на ура, однако перед покойницами предстали два настоящих божества. Яду требовалось время, чтоб хоть немного возбудить в них желания, не говоря уже про безумную похоть, в которой, по задумке демониц, они должны были погрязнуть. Осознав это, барышни попытались было броситься врассыпную, однако смогли лишь отчаянно завизжать: порыв ветра, вырвавшийся из небольшого мешочка в руках Ши Цинсюаня, стремительно засасывал их всех внутрь. Не прошло и минуты, как Повелитель Ветров, закончив, вернул мешочек обратно в рукав ханьфу и неторопливо направился дальше. Им потребовалось некоторое время, чтобы отловить всех демониц, притом методы Ши Цинсюань определенно были куда более милосердные, нежели у Повелителя Земли. Когда Повелитель Ветров нашел друга, то застал его сжимающего за растрепанные волосы верещащую демоницу, со всех сил сопротивляющуюся поимке. — Последняя, - сквозь стиснутые зубы прошипел Мин И и Ши Цинсюань с некоторым изумлением узнал во взъерошенной покойнице хозяйку беспредела. Женщина несомненно пыталась очаровать прекрасного мужчину с холодным лицом, рассчитывая на силу своих чар, однако с Мин И это сработало не более, чем с Ши Цинсюанем. Крики демоницы смолкли, когда ее также, как и остальных сестер, засосало в мешочек для отлова нечисти. Младший Ши удовлетворенно отхлопал ладонями, обозначив тем самым дело законченным. Однако, пусть и самая грязная работа была успешно выполнена, оставалось еще кое-что. Благо, Мин И неожиданно хриплым голосом сказал: — Знаю где. Узнал. Идем. Брови вскинулись на хорошеньком лице Ши Цинсюаня, когда он заметил неожиданный отпечаток румянца в облике Повелителя Земли. Пусть Мин И и поспешил отвернуться, но нежно-розовые пятна расцвели уже не только на его лице, но и на шее и ушах. Юноша невольно прыснул коротким смешком, но все же воздержался от комментариев и поспешил за стремительно удаляющимся другом следом. Они нашли похищенных в околочердачных помещениях... Ну, то, что от них осталось. Из многоголовой команды ныне отсчитывалось не более десяти человек, судьба остальных была, однозначно, безрадостна. Из положительного — служители Средних Небес в полном составе остались живы, хоть и встретили своих спасителей с несколько сконфуженными лицами. На повышение им рассчитывать явно не приходилось. — Ваше Превосходительство, демоницы и вас пытались поймать в свои сети? - чуть погодя, когда Ши Цинсюань передавал подчиненным мешочки с добычей, спросил один из служителей. Юноша отмахнулся, изящно взмахнув своим веером: — Нет нужды беспокоиться, Мин-сюну не страшны подобные чары. Встревоженный служитель слегка изменился в лице и кинул косой взгляд в сторону молчаливого спутника Ши Цинсюаня. Должно быть, он впервые воочию видел Повелителя Земли, столь скрытного и столь редко появляющегося на небесах. Впрочем, младший небожитель проявил стойкую вежливость, не став таращиться на него, и вернул свое внимание Цинсюаню: — Ваше Превосходительство, этот служитель не смеет сомневаться в ваших силах, однако же ваше лицо... — Мое лицо?! Ши Цинсюань тут же встревоженно прикоснулся кончиками пальцев к собственной щеке, ощутив неожиданный жар, исходящий от нее. Вопросы, связанные с внешностью, пробуждали в юноше какие-то воистину потусторонние силы, иначе сложно объяснить, каким волшебным образом в его руках тут же появилось небольшое зеркальце. И правда — лицо у Ши Цинсюаня было румяное и, кажется, лишь сильнее краснело с каждой секундой. В остальном все, разумеется, как всегда было безупречно, но яд демониц все же добрался уже до внутренних органов. Словно только дожидаясь этого осознания, тело Цинсюаня резко бросило в жар. Однако, вопреки этому, юноша сохранил достойное самообладание, поспешив успокоить подчиненных. Лишь быстрее обычного будоражащий воздух веер выдавал происходящее. Очевидно, пытаясь реабилитироваться в глазах высших божеств, служители Средних Небес с небывалым энтузиазмом предложили еще разок перерыть весь бордель вверх дном, дабы наверняка убедиться, что все покойницы были схвачены. Однако Ши Цинсюань на это лишь качнул головой: — Мы сами займемся этим. А вам я поручаю вернуть моряков на их корабль, а так же доставить демониц на небеса. Выполняйте. Служители охотно приняли распоряжение своего божества и засуетились, организовывая растерянных и слегка-неслегка неадекватных мужчин в путь. Не прошло и нескольких минут, когда главные двери захлопнулись за всей этой братией, оставляя небожителей вновь наедине. И вот тут-то самоконтроль наконец подвел Ши Цинсюаня. Небожитель уже некоторое время боролся против облизывающего внутренности жара, волнами растекающегося во все уголки организма с каждым новым шагом. С его губ сорвалось хриплое дыхание — еще недостаточно громкое, но уже слабо контролируемое. Повелитель Ветров, ощущая бесконтрольную слабость, поспешил окликнуть Мин И, однако тот, хоть и стоял прямо рядом, не ответил. Выглядел Повелитель Земли неважно. Куда хуже, чем младший Ши; видимо демоническая хозяйка успела отравить его дополнительной дозой своего афродизиака. Его грудь часто вздымалась и опадала, лицо горело ярким румянцем, а от виска по щеке прямо на глазах воздушного божества скатилась капелька пота. Пусть Мин И и продолжал держать безупречную осанку, но мелкая дрожь выдавала то, насколько сложно она ему дается. Ши Цинсюань не мог вспомнить момента, в котором его ледышка Мин И выглядел бы столь неожиданно уязвленным, и отчего-то этот вид подкинул дров в и без того всепоглощающий пожар внутри. Юноша, не сдерживая любопытства, мазнул взглядом по фигуре Мин И и громко сглотнул, заметив спрятанный за слоями одежды едва заметный бугор в районе паха. Однако последней каплей стал совершенно мутный взгляд, который Повелитель Земли коротко кинул на Цинсюаня из-под ресниц. Такой, будто еще мгновение и он кинется на Повелителя Ветров прямо тут, не останавливаясь, даже если служители Средних Небес прямо сейчас решат неожиданно вернуться. —...идем, - схватился Ши Цинсюань за рукав Мин И. Он хотел бы взять его за руку, но это было чревато. Повелитель Земли же, кажется, не был в состоянии сопротивляться, так что непривычно послушно двинулся следом. Оба небожителя быстрым шагом миновали главный зал и углубились в коридоры ныне пустующего борделя. Ши Цинсюань, по крупицам собирая утекающие остатки разума, вломился в первую попавшуюся дверь — и ему было абсолютно все равно, куда она ведет: в чьи-то прекрасные покои, либо же в мрачную коморку. Он затылком чувствовал тяжелый взгляд Мин И и без слов догадывался, что мысленно тот уже раздел его догола. На их счастье, за дверью оказалась уютная комнатушка для личных приемов. Помимо кровати тут был и низкий столик для вкушения блюд, и несколько музыкальных инструментов, чьими звуками весенние цветы этого борделя очаровывали гостей. В прочем, очевидно, что обоих Повелителей Стихий местное убранство беспокоило в последнюю очередь. Единственная мысль, мелькнувшая в голове Ши Цинсюаня, когда тот толкнул Мин-сюна спиной вперед на кровать, была: «...молюсь, чтобы эта постель была чистая». Однако даже она полноценно не успела прозвучать в его голове, ведь, падая, Повелитель Земли успел схватить его за руку. В итоге они оба плюхнулись на мягкую простынь, замирая на несколько томительных секунд в той позе, в которой приземлились — лежащий пластом Мин И и нависающий над ним на вытянутых руках Цинсюань. — Как удачно, что мы оказались в данной ситуации вдвоем, - захихикал Ши Цинсюань, когда чуть затянувшиеся гляделки вынудили его начать нервничать. Глаза напротив все темнели, и было совершенно непонятно, что происходит в голове Мин И. И происходит ли вообще, ведь по своим собственным ощущениям Повелитель Ветров мог судить, что здравое формулирование мыслей в их ситуации было задачей не из легких. — Мы вечно. Попадаем в такое. Из-за тебя, - наконец, видимо, собрав остатки сил воли, процедил сквозь стиснутые зубы Мин И. Его голос показался Цинсюаню очень далеким, заглушенный звуком собственного забившегося сердца, когда ладонь Повелителя Земли легла ему на затылок и надавила, вынуждая наклониться. Губы соединились пылко, жадность не оставляла места для предварительной нежности. Обрушившаяся сладость поцелуя вспышкой ударила в голову, ноги в тот же миг подвели Ши Цинсюаня и он прекратил удерживать свой вес на коленях, почти плюхаясь Мин И на бедра. Последний глухо застонал ему в губы, чем вызвал взрыв восторга у воздушного божества — он буквально ощущал задницей чужой стояк и это кружило ему голову не хуже демонического афродизиака. Словно в лихорадке, Цинсюань подрагивающими руками схватился за одежды Мин И, силясь избавиться от них как можно скорее. Его собственные губы, жадно пьющие запах Повелителя Земли, коснулись мимолетно скулы, а после прижались к коже под ухом, запечатляя на ней свое присутствие. — Мин-сюн... Мин-сюн, не молчи. Ты так редко балуешь меня стонами, - оставив еще один засос на шее, промурлыкал Цинсюань, бессовестно пользуясь тем, что пребывал в чуть более сознательном состоянии, чем лучший друг. Тот же ответил сперва что-то совершенно неразборчивое, утонувшее в почти скулящем стоне, прежде чем осилить нечто более внятное: — Цинсюань... Заткнись. Не услышав ничего нового, Повелитель Ветров со смешком сполз чуть ниже, распахивая чужие одежды и принимаясь за штаны. — Иначе что ты сделаешь? Заткнешь меня насильно? - ликовал Ши Цинсюань в своем несомненном превосходстве. С его собственных губ сорвался нетерпеливый вздох, когда эрегированный, истекающий густой смазкой член обнажился прямо перед его глазами. Бессовестный провокатор, облизнув враз пересохшие губы, собирался было вернуться к приспущенным штанам и белью, чтобы избавиться от них окончательно, однако этому помешали неожиданно зарывшиеся в его волосы пальцы. Та же рука, не позволяя Цинсюаню отстраниться, тут же подтолкнула его голову ниже. Слегка растерявшийся от этого Повелитель Ветров послушно обхватил губами пульсирующую в истоме головку и, на сколько этого позволяло положение, поднял на Мин И глаза. — Заткну, - порождающим настоящую бурю внутри Цинсюаня голосом сказал мужчина, — и с огромным удовольствием. В ту же секунду Повелитель Ветров издал смазанный звук, приглушенный ворвавшимся ему в самое горло членом. Сквозь проступившие в уголках глаз слезы он не мог видеть лица Мин И — однако его полный удовольствия голос говорил сам за себя. Перед глазами заплясали звездочки; в прочем, Ши Цинсюань не торопился отнимать голову, пусть грубая хватка на его затылке и ослабла. Хриплое дыхание, чередующееся со стонами его друга и любовника, было лучшей наградой за такие незначительные неприятности. Вконец испорченная прическа распалась мягкими волнами по плечам и спине небожителя. Одежда — явно лишняя в этой прекрасной картине — местами сползла и задралась. Длинным мазком розовый язык прошелся по всей длине члена, прежде чем плотное кольцо губ захватило его вновь. Рот Ши Цинсюаня был таким горячим — горячее, чем обычно — что плавил остатки разума Мин И словно метал при ковке. Его ощущения были обострены до предела, зрение туманилось темными пятнами, каждое движение ощущалось в десятикратном размере. Его мозг был готов взорваться, а тело ныло в ожидании оргазма. Однако как хорошо ему сейчас ни было бы, как приятно ни делал ему своим ртом Ши Цинсюань — ему было мало. Ему было чертовски мало. Ши Цинсюань застонал удивленно и немного обиженно, когда его старания прервали, вновь вцепившись в волосы. Головка с пошлым звуком выскользнула у него из губ, лишь паутинка слюны повисла в воздухе напоследок. Мин И с безграничной жадностью во взгляде наблюдал эту картину, прежде чем притянул к себе столь вызывающе выглядящего небожителя. Повелитель Земли тут же вжал Ши Цинсюаня в одеяла, обрушиваясь на него с отчаянными поцелуями. В лихорадочных прикосновениях Мин И забрался ему под одежду, торопясь избавиться от всего, что мешало мокрой от пота коже соприкасаться друг с другом. Небожителям в едином порыве казалось, что они задохнутся от физической жажды, если сию же секунду не станут еще ближе друг к другу. Любовь Мин И по отношению к воздушному божеству всегда была несколько грубой: с россыпью укусов и засосов по всей шелковистой коже, пятнами от пальцев и следами от шлепков. Но Ши Цинсюань никогда не протестовал. Повелитель Земли точно знал где и как следует касаться, чтобы его грубость приносила лишь сладкую истому и тягучее наслаждение, минуя реальную боль. И потому взъерошенный Повелитель Ветров под ним скулил лишь от нетерпения, пусть его шея, ключицы и грудь уже были безжалостно истерзаны метками Мин И. И все же — все еще было мало. Ши Цинсюань был готов начать умолять человека перед собой сделать что-то с этой безумной необходимостью слиться в одно целое, когда ощутил горячие пальцы на своих бедрах, а после и на паху. А в следующую секунду небожитель и вовсе задохнулся собственным голосом: Мин И, размазав большим пальцем влагу предэякулята по набухшей головке, ногтем надавил в щель уретры. Тело под ним словно в судороге вздрогнуло, хорошенькое лицо напротив растеряло все остатки осмысленности. Однако прикосновения не задержались в одном месте: словно дразнясь, пальцы играючи провели вдоль всей длины члена и мягко скользнули в ложбинку между ягодиц. Чутко реагирующий на каждое прикосновение Цинсюань, вцепившись ноготками Мин И в плечи, длинно и нетерпеливо заскулил, покорно разводя ноги в стороны. Послушный как никогда, Повелитель Ветров, кажется, с удовольствием оседлал бы своего любовника сию же секунду, не заботясь о безопасности собственной задницы. Тем лучше, что Мин И все еще вжимал его в кровать, не выпуская из ловушки своих рук ни на секунду. Анальное отверстие с легкостью приняло в себя один, а после два и три пальца. Что, собственно, не удивительно: — Да все... Нормально... - заелозил Ши Цинсюань, едва находя в себе силы на связную речь. — Мы были вместе буквально сегодня утром. Со мной все... Все нормально, - отрывисто и к тому же очень возмущенно продолжало воздушное божество, ощущая, как исследовавшие его изнутри пальцы покидают тело, оставляя после себя невыносимую пустоту. Это было правдой — они действительно провели предшествовавшее этой вылазке время вдвоем. И потому у Мин И не было ни единого шанса избежать этого задания, ведь ловить демониц его потащили прямо из теплой постели. В тот момент они оба еще не знали, сколь скоро вновь окажутся в объятиях друг друга. Ши Цинсюань забормотал что-то едва ли связное, торопя Повелителя Земли, и последний не стал идти ему наперекор, быстро избавляясь от последних, все еще мешающихся деталей одежды. Тело сгорало в невыносимой муке, набухший кровью член до боли требовал к себе внимания. И единственным спасением казалась минута, когда мышцы Цинсюаня, не оказывая никакого особенного сопротивления, раскрылись ему навстречу. Повелитель Ветров, перестав дышать на несколько мгновений, сильнее обвил руками шею мужчины над собой. После их утренних развлечений он был достаточно растянут, чтобы не ощущать никакого дискомфорта; да и, признаться честно, вряд ли иное его сейчас остановило бы. Ноги сами собой обхватили бедра нависающего над ним небожителя, лодыжки сомкнулись на пояснице Мин И, а тот, в свою очередь, нагнулся в поисках поцелуя, проглатывая рвущиеся с чужих губ звуки. Повелитель Земли медлил, руками прижимая к себе податливое тело в слепой тяге. Пальцы тонули в мягкой, некогда безупречной, коже, сокращающиеся вокруг члена мышцы кишечника опьяняли. Задыхаясь от недостатка воздуха, Ши Цинсюань, увернувшись от жадных губ, вновь попытался что-то сказать. И тогда бедра Мин И наконец отстранились, а когда обжигающий изнутри член уже почти выскользнул из истомленного тела — резко толкнулись на всю длину. Повелитель Ветров издал громкий вскрик: толчок пришелся ровно в то место, от которого по всему телу разряд молнии прострельнул. Перед глазами и без того заплясали белые пятна, когда Мин И, склонившись к нему, обжог ухо низким от придыхания голосом: — Я определенно делаю что-то не так, раз ты еще в состоянии болтать. Ши Цинсюань не возразил — не смог. Убедившийся в том, что распаленное тело Повелителя Ветров готово принимать его до конца, Мин И более не видел необходимости сдерживаться. Удерживая юношу под собой за по-девичьи тонкую талию, Повелитель Земли наконец набросился на него, втрахивая в помятые одеяла. Они были слишком возбуждены и до одурения разгорячены, чтобы процесс продлился слишком долго. Палочки благовоний не успели бы и на половину сгореть, как свирепые толчки сменились несколькими короткими. Глухо простонав Цинсюаню в губы, Мин И кончил внутрь. Чего не скажешь про младшего Ши, несколько обделенного в этом плане. Однако прежде, чем Повелитель Ветров успел возмутиться на столь тотальную несправедливость, крепко удерживающие руки резко потянули его к себе. Мин И рывком сел, увлекая за собой жалобно пискнувшего Повелителя Ветров: не смотря на уже случившуюся разрядку, член внутри него, кажется, стал лишь тверже. И сейчас, когда поза сменилась, он вошел под несколько иным углом, врываясь еще глубже. Ши Цинсюань заскулил от переполнившего его мучительного ощущения заполненности. Руки, удерживающие его талию, переместились чуть ниже и вцепились в ягодицы: достаточно сильно, чтобы на коже остались новые следы, и достаточно крепко, чтобы контролировать скорость вновь возобновившихся толчков. Повелитель Ветров, не успев отдышаться, с трудом глотал раскрытым ртом воздух, давясь своими стонами. Пошлый шлепок сопровождал их каждый раз, когда Ши Цинсюань опускался вниз; Мин И двигался внутри быстро и сильно, словно собираясь испытать себя и небожителя в своих руках на прочность. Непослушные ноги трясло от напряжения, так что, полностью отдавшись в руки Повелителю Земли, Ши Цинсюань лишь сильнее обвил его руками вокруг шеи и ткнулся носом в висок. У них не было сил отвлекаться даже на поцелуи; к тому же плотно прижимающиеся друг к другу тела дополнительно стимулировали эрегированный член Повелителя Ветров, взрывая у того перед глазами миллионы звезд. Бедра выкручивало от сладострастных спазмов, пронзающий его Мин И из раза в раз задевал самую чувствительную точку, вынуждая Ши Цинсюаня до боли кусать губы, безуспешно сдерживая крики. Безостановочное трение внутри и снаружи изводило Повелителя Ветров, напряжение все нарастало, однако увлеченно трахающий его Повелитель Земли даже и не собирался останавливаться. Ши Цинсюань, спотыкающимся о стоны голосом, несколько раз позвал Мин-сюна, однако так и стался неуслышанным. Тогда, не найдя более подходящего варианта, юноша укусил его за плечо, сжимая зубы до тех пор, пока над ухом не раздалось болезненное шипение. Толчки замедлились, однако член еще несколько раз настойчиво вбился в точку удовольствия. Обволакивающая Повелителя Земли теснота мучительно сжалась; по всему телу Ши Цинсюаня прокатилась длинная судорога, прежде, чем не сконцентрировалась в паху. Юноша кончил, все еще сжимая зубами покрасневшую кожу Мин И. На некоторое время в голове воцарилась абсолютная пустота. Ши Цинсюань медленно приходил в себя, пытаясь справиться с собственным дыханием, когда удерживавшие его руки распорядились вновь сменить положение. Член выскользнул из него, чтобы вновь прижаться головкой к покрасневшей дырочке спустя несколько секунд, когда Повелитель Ветров казался опрокинут грудью на одеяла. Ладонь Повелителя Земли скользнула ему на живот, вынуждая приподнять таз и гибко прогнуться в спине. Ши Цинсюань застонал с некоторое долей возмущения, однако, когда чужие руки крепко сжали его тонкие кисти, все недовольства растворились в небытие. Демонически афродизиак продолжал свое действие и, не смотря на усталость, тело требовало продолжения, а член наливался кровью с новой силой. И все же Мин И делал все правильно — Ши Цинсюань более не смог произнести ни единого связного слова до самого конца, не считая непрекращающихся стонов. Они обваляли собой не только кровать, но и еще несколько поверхностей в помещении, прежде чем яд в их организме наконец ослаб. Ныне, если бы кто попросил Ши Цинсюаня назвать наиболее безудержно-яростное соитие в их сексуальной жизни, то он бы, не задумываясь, назвал этот день. — И все же хорошо, что ты сегодня составил мне компанию, - уже после того, как они — грязные и измотанные — без сил рухнули на кровать, устало пробормотал Ши Цинсюань, располагая голову у Мин И на груди. После нескольких часов любовных утех они оба были размазаны, однако это не помешало Повелителю Ветров захихикать. — На то мы и лучшие друзья, чтобы попадать в неприятности вместе. Мин И тут же вяло буркнул: — Мы не друзья. — Ну как это не друзья? - заводит свою привычную шарманку воздушное божество, однако его тут же бесцеремонно перебивают: — ...Цинсюань, мы БУКВАЛЬНО спим друг с другом. Мы кто угодно, но не друзья. — Одно другому совершенно не мешает, - легкомысленно отмахивается Повелитель Ветров и Мин И понимает, что тот действительно так считает. Не найдясь, что ответить на подобное заявление, после недолгого молчания Повелитель Земли припечатывает: — Ты невыносим. И Ши Цинсюань, не споря, лишь негромко хихикает на это. Его глаза уже закрыты, дыхание замедляется. Вконец изнуренный, юноша быстро утекает в уютную дремоту, пока Мин И с кошачьей леностью разглядывает следы любовных отметин на его теле. Заклейменные доказательства их связи — багровых и пурпурных оттенков — невероятно идут Ши Цинсюаню. И несказанно радуют нечто, спрятанное внутри демона. Однако он нарекает это мстительной кровожадностью и смиренно закрывает глаза, позволяя своей человеческой оболочке справиться с усталостью.