Дневник Дэвида Поттера

Два года я каждый день боролся с ненужными мыслями. Моë настроение постоянно менялось. Я чувствовал себя то прекрасно, то ужасно. В этом проклятие всех умных людей: они слишком много думают. Я по праву относил себя к этой категории. Как бы мне иногда не хотелось стать дураком и ни о чëм не думать, это было невозможно. К концу третьего курса я смог привести себя в нормальное состояние. Я научился не убеждать себя в том, во что сам не верил. Оглядываясь назад, я не могу поверить, что предположение слизеринца, которого я даже не мог уверенно назвать другом, так сильно выбило меня из колеи. Тогда я и предположить не мог, как незначительны все мои проблемы.

Три года назад

В один из дней лета Дэвид услышал у себя в голове шёпот. Он словно звал его куда-то. Мальчик не мог разобрать ни слова, но почему-то точно знал, куда нужно идти и что делать. Слизеринец пришёл в коридор восьмого этажа. Там он обнаружил дверь, которой раньше никогда здесь не было. Дэвид вошёл в неё, а когда обернулся, увидел только стену, завешанную картинами. Никакой двери не было. Только сейчас он заметил перед собой до боли знакомый силуэт. Высокий худой мужчина в чёрном плаще, держащий в руке волшебную палочку. — Волан-де-Морт, — могильным голосом произнёс мальчик. — Я бы сказал, что ты подрос, но в предыдущую нашу встречу я был слишком занят убийством твоей семьи, чтобы обратить внимание на мальчишку в сундуке, — Тёмный Лорд ухмыльнулся. Дэвид не испытывал злости, страха или ненависти. Эмоции уступили место холодному расчёту. Злейший враг пригласил его в комнату без дверей, но всё ещё не убил. Значит… — Что тебе нужно? — громко спросил Поттер. — Я осознал свою ошибку. Ты очень умён. Перед тобой человек, убивший мать у тебя на глазах, когда ты был ещё ребёнком, а ты не боишься. Тебе всего четырнадцать, но ты не уступаешь в силе выпускникам Хогвартса. К тому же, ты знаменит и уважаем. И Шляпа по неведомой мне причине определила тебя в Слизерин. Я хочу, чтобы ты присоединился ко мне, Дэвид Поттер. — Нет. Теперь я могу уйти? В наступившей тишине послышался холодный смешок. Дэвид со вздохом опустился в мягкое кресло, которое появилось из ниоткуда, стоило мальчику о нём подумать. Он не понимал, сон это или реальность. В любом случае, у него было не самое подходящее настроение для дружеской беседы с великим и ужасным тёмным волшебником. — Ты же не думал, что я настолько глуп, чтобы верить, что ты захочешь встать на мою сторону? — О, нет, ты определённо гений. Ты залез в мою голову, чтобы заманить в телепатическую комнату. — Знаешь, я не ожидаю от тебя почитания, но мог бы проявить хотя бы уважение, — сквозь зубы прошипел Тёмный Лорд, он явно злился. — Не забывай, я могу убить тебя в любой момент. — Сомневаюсь. Я нужен тебе не только потому что я такой классный. Дело ведь в том, что я брат Гарри, верно? — Дэвид оставался всё также спокоен. Казалось, кто-то отключил его эмоции. — Значит, ты согласен? — Нет, — мальчик откинулся на спинку кресла. — Я предлагаю тебе сделку. Ты будешь моей правой рукой. У тебя будет власть над всеми Пожирателями Смерти. Я дам тебе любую информацию, какую ты попросишь, и буду лично обучать тебя. Ты станешь самым могущественным волшебником в мире, не считая меня. Взамен я прошу лишь абсолютную верность мне. Прими Чёрную Метку. — Нет, тебе нечего мне предложить. Казалось, Волан-де-Морт сдерживался из последних сил, чтобы не уничтожить весь замок в Адском пламени. — А что насчёт твоего брата? К сожалению, я не могу оставить его в живых. Но будет грустно, если малыш Гарри погибнет, так и не увидев Хогвартс и любимого старшего братика. У Дэвида перехватило дыхание. Он молчал, разрываясь на части. Волан-де-Морт заставляет его сделать выбор между временной безопасностью Гарри и тем, за что боролись и погибли его родители и их друзья. Заставляет его предать всё, во что он сам верил. Но разве он мог пожертвовать родным братом, которого поклялся защищать любыми способами? Любыми. Ответ очевиден. — Я согласен, — мальчик чувствовал, как яд растекался по его телу. — Подойди и дай мне левую руку. Дэвид на ватных ногах подошёл к волшебнику. Теперь он мог его разглядеть. Кожа была бледной, почти белой, и чешуйчатой. Вместо носа виднелись лишь две щёлки, как у змеи. Глаза горели красным, а зрачки в них вертикальные. Он был настолько худ, что голова походила на череп. Тёмный Лорд схватил левое предплечье мальчика ледяной рукой с неестественно длинными костлявыми пальцами, после чего прикоснулся к нему кончиком волшебной палочки. Руку пронзила невыносимая боль. Дэвид не издал ни звука. Ему нравилось чувствовать боль. Он считал, что заслуживал её. Через несколько секунд на руке стал выступать силуэт черепа со змеёй, выползающей изо рта. Она постепенно наливалась цветом, пока не стала графитно-чёрной. Боль прекратилась, но осталось лёгкое жжение. — Хочешь узнать, как она работает? — спросил Волан-де-Морт, но продолжил, не дожидаясь ответа. — Это прямая связь с моего разума с твоим. Теперь я в любой момент могу узнать, что ты видишь, что слышишь, что чувствуешь и о чём думаешь. Не волнуйся, я знаю, что в мыслях ты никогда не будешь мне предан. Мне не важно, о чём ты думаешь. Я буду контролировать лишь твои действия. А сейчас попробуй мне солгать. — Ты красивый, — Дэвид сказал первую ложь, что пришла ему в голову. Руку мальчика тут же будто обожгло. Она непроизвольно дёрнулась. Тёмный Лорд улыбнулся. — Ты будешь приходить сюда каждый день после уроков. Я научу тебя тёмной магии. А теперь иди. Тот-Кого-Нельзя-Называть указал рукой за спину Дэвиду. В стене вновь появилась дверь. Мальчик молча вышел. Он медленно брёл по коридорам, чувствуя, как яд поглощает его. Он предал всех, включая самого себя. Перешёл на сторону врага, лишившего его семьи. Продал душу чудовищу взамен на три года жизни брата.