Дневник Дэвида Поттера

Я наблюдаю за Гарри издалека, но продолжаю его избегать. Это тяжело. Как же мне хочется поговорить. Я знаю, что брат постоянно пытается сделать это, но я каждый раз ухожу. Так лучше для него. Мне приятно видеть Гарри счастливым хотя бы иногда. У него двое друзей-гриффиндорцев: Рон Уизли, который так похож на своих старших братьев, и Гермиона Грейнджер — умная маглорождённая девочка. Думаю, с ними Гарри лучше, чем со мной. — Дэйви! Хватит убегать! Почему ты не хочешь говорить со мной? — первокурсних быстрым шагом пытался догнать брата. Гарри уже несколько минут шёл за Дэвидом, но тот даже не оборачивался. Он не отвечал на вопросы. В конце концов староста Слизерина зашёл в тупик. Ему пришлось остановиться. Он вздохнул и повернулся к Гарри, но смотрел он куда-то поверх его головы. — Тебе лучше забыть, что у тебя когда-то был брат, — холодно сказал он, мысленно добавив «Гарри». Он не мог произносить это имя вслух. — Что? Но почему? Что произошло? И что… что значит был? — мальчик задавал много вопросов, но Дэвид не собирался на них отвечать. Он хотел, но не мог. Не должен был. Такой приказ Волан-де-Морта. Парень физически не мог его нарушить. Его Метку и так непрерывно жгло, когда его брат находился поблизости. — Поверь мне, так лучше, — Дэвид говорил так безразлично, что это выводило Гарри из себя. — О чём ты говоришь? Дэйви! Посмотри на меня наконец! — закричал гриффиндорец. Юный Пожиратель Смерти встретился взглядом с ярко-зелёными глазами младшего брата. Что-то в глазах Дэвида заставило Гарри молча замереть. В них не было никаких эмоций, не было той тьмы, которую видели другие. Это была не пустота. Что-то другое. Это была… боль. Глаза его старшего брата были наполнены болью. Дэвид долго не мог оторвать взгляд от таких родных, таких тёплых и таких светлых глаз Гарри. Они стояли так несколько долгих секунд, прежде чем слизеринец силой зажмурился. Лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы разорвать контакт. — Черепашка, — хрипло произнёс Дэвид. Раньше голос никогда не отказывал ему, но это был особый случай. После этого он ушёл, оставив Гарри в замешательстве. Это всё, что Дэвид мог сказать ему. Он не знал, поймёт ли брат то, что он пытался объяснить. Но большего он не мог себе позволить.

***

— Ну что, ты поговорил с братом? — спросила Гермиона, после того как Гарри просидел молча пять минут. — Да, — будто в трансе ответил мальчик. — Знаешь, Фред и Джордж говорили мне, что он немного странный. Говорят, он с каждым годом становиться всё более… безэмоциональным что ли? Я понятия не имею, что это значит. Но Билл и Чарли сказали, что он хороший. А Перси вообще говорил о нём постоянно! Что Дэвид такой умный, такой ответственный, он стал старостой школы на шестом курсе, — Рон попытался поддержать друга. — Гарри, что он сказал? — не успокаивалась девочка. Кажется, только сейчас он пришёл в себя. Гарри посмотрел на друзей. — Черепашка, — сказал он. — И всё. — Черепашка? И что это должно означать? — возмутился Рон. — Я… не уверен, — признался мальчик — Но у тебя ведь есть догадка? — Гермиона обожала загадки, её глаза загорелись от интереса. — Честно говоря, я не знаю, откуда у меня это воспоминание. Как я могу до сих пор всё так хорошо помнить? Наверное, это Дэйви что-то сделал. Ну, какое-нибудь там заклинание памяти или вроде того. — Парень, а не мог бы ты быть поконкретнее? — усмехнулся рыжеволосый.

Десять лет назад

Лили Поттер стояла рядом с детской кроваткой, держа на руках маленького Гарри. На другой кроватке лежал его семилетний старший брат. — Мам, расскажи сказку! — попросил Дэвид. Рыжеволосая девушка подошла к нему и села на край кроватки. Она погладила Гарри по головке и нежно обратилась к другому сыну. — Какую сказку ты хочешь? — Любую, — Дэвид просто хотел слушать, как мама говорит. Он знал, что идёт война, но от Лили исходила аура спокойствия. Рядом с ней Гарри и Дэвид всегда чувствовали себя в безопасности. — Хорошо, — девушка приятно улыбнулась. — Жила-была Черепашка, и был у неë друг — Бобëр. У Бобра были маленькие дети. Однажды они сильно заболели. Тогда Бобëр попросил Черепашку принести им лекарство, а сам остался с детьми. Черепашка тут же отправилась в путь. Но она не умела быстро передвигаться по суше. Когда она вернулась к Бобру с нужным лекарством, было уже слишком поздно. Его детки погибли. Тогда Бобëр разозлился на Черепашку и пообещал убить всех еë детей. Они ещё не вылупились из яиц, поэтому не могли избежать опасности. Черепашка решила закопать яица на берегу океана. Пока Бобëр их искал, Черепашка уплыла так далеко, что ему было до неë не добраться. Яица он так и не нашëл. Когда наступило время, дети Черепашки вылупились и выползли из песка. Но их было некому защитить. Мамы рядом не было. Пока они ползли до океана, часть из них погибла от рук хищников. Ещё часть погибла в океане. Только несколько из них, самые сильные и быстрые, сумели уплыть достаточно далеко и выжить. — Но почему Черепашка так поступила? Ведь она могла остаться и защитить своих детей! — возмутился Дэвид, он был зол на эгоистичную Черепашку. — Возможно, — мягким голосом сказала Лили и потрепала сына по голове. — Но она не была уверена, что сможет их защитить. И она не могла взять их в океан, ведь яица не умеют плавать. Наверное, дети ненавидели Черепашку за то, что она оставила их. Она сама была вынуждена прожить жизнь, зная, что не может увидеть своих малышей. — А почему она не могла найти их позже? — мальчик немного успокоился, но всë ещё не понимал поступка Черепашки. — Если бы она вернулась, Бобëр бы узнал, чьи это дети. Тогда им пришлось бы всю жизнь убегать от него. — Значит, Черепашка пожертвовала собой и некоторыми детьми, чтобы остальные могли жить спокойно? Дэвид уже не винил еë, но он не мог отделаться от чувства, что что-то было неправильно. Сам он не мог придумать, как Черепашка могла бы поступить лучше. Но он просто не мог вынести мысли, что мир так жесток и несправедлив. Казалось, Черепашка не виновата, что она не умеет быстро ползать, но Бобëр имел полное право злиться, что из-за этого умерли его дети. Конечно, он захотел бы справедливости. А Черепашка сделала всë возможное для своих детей. Но всë равно никто не остался счастлив. Даже те, кто смог уплыть, жили, думая, что мама бросила их. Это неправильно. Мальчик озвучил свои мысли вслух. — В жизни не всегда есть правильное решение, — девушка печально улыбнулась. — Иногда приходится делать то, что не хочешь, чтобы защитить кого-то близкого. Даже если он никогда не узнает, зачем ты это делаешь.

Наши дни

— Мне кажется… Твой брат говорил про себя. Это он Черепашка. Наверное, он пытается защитить тебя, но почему-то не может об этом говорить, — предположила Гермиона. — Если, конечно, он не всегда говорит загадками, — уточнил Рон. — Защитить? От чего ему меня защищать? — этот вопрос остался без ответа.