Зола обратится огнём опять

«Что же это за боль. Тело словно сдавливается со всех сторон. И вода. Везде вода. Неужели снова упал с обрыва? Нет. Боль слишком сильная и немного другая. Где я? Могу ли пошевелиться? Да, могу. А, Балрог… Что это? Свет? Да, кажется свет. Вдалеке. Проклятье…» Огромная груда камней лежала на тропе. Под ней были погребены многие тела орков. Кругом никого. Тёмные тучи чуть разошлись в разные стороны, и лучи солнца осветили бывшую тропу. Но вот камни в одном месте начали еле заметно двигаться. Мелкая гайка посыпалась вниз. И вдруг от камней отделилась фигура. Арагорн медленно высвобождался из оков камня. Вода стекала с его одежды. Дюйм за дюймом двигался Следопыт. После малейшего движения всё тело пронзала, будто бы, режущая на куски боль. Он дополз до стены, без сил привалился к ней и снова потерял сознание. … Отряд вывел из оцепенения Гэндальф. Он схватил за руку Торина и что-то прокричал. Дождь лил как из ведра. Раскаты грома заглушали все остальные звуки. Тьма окутала гномов со всех сторон. Волшебник с силой потянул Дубощита за собой. «Скорей!!!» — прокричал он. Гномы словно очнулись от сна и рванулись следом. Бильбо тоже побежал с ними. Что-то словно сдавливало его грудь, заставляя тяжело дышать. Глаза жгло, не смотря на ледяной дождь. Хоббит вдруг понял, что это его слёзы. Он не видел куда бежит, что делает. Ноги несли его автоматически. Бильбо не знал, сколько они бежали. Может полчаса, может четверть. Может быть даже несколько минут. Но ему казалось, что прошла целая вечность. Внезапно капли перестали барабанить по волосам и лицу. Хоббит огляделся и понял, что они попали в какую-то пещерку. Он сделал ещё шаг, другой. Ноги подкосились, и он опустился на землю. Рядом уже тоже сидели или лежали гномы. Бильбо откинулся на спину, закрыл глаза и провалился в сон. … Когда Арагорн очнулся, был уже вечер. Небо очистилось, несколько звёздочек проглядывалось сквозь клочья облаков. Следопыту было уже гораздо лучше. Боль чуть успокоилась, силы более-менее восстановились. Странник осторожно пошевелился, пытаясь понять всё ли в порядке с телом. Затем медленно, опираясь на стену, начал подниматься на ноги. Закусив губу от боли, Следопыт встал. Придерживаясь за стену, он дал себе несколько минут отдышаться. Затем Арагорн неуверенно сделал шаг вперёд. Мгновенно земля ушла из-под его ног, всё поплыло перед глазами и Следопыту пришлось облокотиться обратно, чтобы снова не упасть. Тогда он начал продвигаться дюйм за дюймом вперёд, крепко вцепившись в камни сбоку. Постепенно и медленно силы возвращались к Страннику. Вскоре он смог зашагать быстрее, стараясь забыть про боль. А потом и совсем ускорился, уже даже не опираясь. … Отряд спал очень крепко. Усталость одолела путников. Бильбо привиделся странный сон. Будто пол пещеры покрылся трещинами и гномы вместе с ним провалились туда. Проснувшись, хоббит понял, что это был не совсем сон. Пол действительно покрыли трещины, которые стремительно расширялись. Бильбо закричал. Гномы мгновенно проснулись, но было уже поздно. Из щелей выскочили несколько орков. Они схватили путников. Только Гэндальфа взять было не так просто. Маг отскочил в сторону и поднял свой посох. Что было дальше никто из отряда не видел. Все провалились во тьму. Гномы попали в плен к оркам. Но Гэндальф пришёл на помощь и повёл всех к выходу. Во время скитаний по подземным норам орков, Бильбо отстал от остальных и попал к Голлуму. Там он нашёл Кольцо. Бэггинс надел его, и проследив за Голлумом, выбрался наружу. Бильбо бежал со всех ног, стараясь оказаться как можно дальше от неприятного места. Наконец, он остановился. Он не знал, что ему делать дальше. Друзей поблизости не было, пони, еды — тоже. Где же Гэндальф и гномы? Неужели остались там, во власти гоблинов? И не должен ли он, Бильбо, спасти их, раз теперь у него есть Кольцо, делающее невидимым? Хоббит понимал, что должен. И только собирался он повернуть назад, как вдруг услышал голоса. Непохожие на гоблинские. Бильбо двинулся в ту сторону, крадучись, без единого шороха, как умеют только хоббиты. Вдруг он увидел чей-то красный капюшон. «Балин!» — узнал гнома Бэггинс. Всё также бесшумно, хоббит подошёл к друзьям. Разумеется, его никто не увидел, Кольцо-то было на пальце. — …и вот мы здесь, а Взломщика нет! — как раз заканчивал фразу Дори. — А Взломщик здесь! — сказал Бильбо, сняв Кольцо. Все подскочили и вскрикнули от неожиданности и бросились к хоббиту навстречу. — Бильбо! — просиял Гэндальф. Он явно был очень доволен. После рассказа о приключениях хоббита (Бильбо не упомянул в них Кольцо), гномы посмотрели на него по-новому, с уважением. — Что я вам говорил? Бильбо не так прост, как кажется, — сказал Гэндальф. При этом он бросил на Бильбо странный взгляд из-под косматых бровей, и у хоббита мелькнуло подозрение, что волшебник догадывается о той части истории, которую он им не поведал. — Но сейчас нам надо спешить. Гоблины дождуться ночи и не упустят возможности вернуть свою добычу. Отряд, устало и обречённо, продолжил свой путь. Они бежали долго, не останавливаясь. Но к ночи путь им преградил обрыв. Гэндальф остановился и устало вздохнул. Гномы тоже остановились. Последние четверть часа они еле передвигали ноги. Вдруг откуда-то снизу, из долины, донёсся вой. Так могли выть только волки. — Ещё одна напасть… — пробормотал Торин. — На деревья, быстро! — скомандовал Волшебник. Гномы бросились к высоким деревьям, многие ветви которых нависали над обрывом. И не очень быстро залезли. Только хоббит метался от одного дерева к другому, поскольку был слишком мал ростом для того, чтобы залезть. — Дори, помоги Бильбо! — приказал Гэндальф. — Почему всегда я?! Я не могу достать до него! — Да и никто из гномов уже не мог. Бильбо в отчаянии остановился у ствола дерева, думая, что вот и пришёл его конец, быть съеденным волками, и сказал «Надежды больше нет…» Внезапно чьи-то сильные руки подхватили его, Бильбо вскрикнул. — Надежда есть всегда, — тихо шепнул ему чей-то голос и незнакомец подсадил хоббита на ветку. Бильбо крепко вцепился в неё руками и забрался уже сам повыше, а гномы поддержали его. Хоббит оглянулся. Внизу, на поляну выбежало два волка. Они оскалили свои клыки и медленно подходили к человеку, а именно он стоял у подножия дерева. Незнакомец обнажил меч, засветившийся белым светом, похожим на лунный. Свет ослепил волков. Они взвизгнули от неожиданности. Но и этой секунды промедления хватило человеку. Клинок разрубил одного волка пополам и вонзился другому в спину, он взвыл от боли и ему ответили совсем рядом, с разных сторон на поляну выбежал ещё, как минимум, десяток злобных тварей. — Странник! — закричали хором Бильбо и Гэндальф. Следопыт, а это был именно он, отбросил в сторону ещё одного волка, и с ловкостью кошки, забрался на дерево. Волки скрежетали зубами, зло рычали, но ничего сделать не могли. Особенно яростно они смотрели на Арагорна, который посмел убить троих их собратьев и уйти от их клыков. На поляну вышло несколько орков. Положение отряда было безвыходным. Орки прекрасно лазили по деревьям. Внезапно Арагорн радостно воскликнул: «Орлы летят!» И действительно, к ним приближались эти огромные и прекрасные птицы. Они подхватили гномов, волшебника, хоббита и человека и взмыли вверх к звёздам. Приземлились они уже к рассвету. По просьбе мага, орлы принесли их практически на границу Лихолесья. Здесь Гэндальф поблагодарил их и птицы улетели. Арагорн смотрел им вслед, думая о том, что ещё не раз спасут они и людей, и эльфов, и хоббитов, и самого Гэндальфа. Все ещё несколько минут лежали, отдыхая от немного страшноватого полёта. Первым поднялся Торин. Он подошёл к Следопыту, тот уже сидел и чистил от крови волков свой меч. — Торонгил… Жив, всё-таки. Но как тебе это удалось? — что-то поменялось в голосе гнома. Раньше он обращался к Следопыту очень приветливо и дружелюбно, за исключением их первой встречи. А сейчас голос его стал холодным, и словно, немного презрительным. Арагорн почувствовал эту перемену и пристально посмотрел на Торина. К ним подошёл Гэндальф и Бильбо, которым тоже хотелось послушать. — Да повезло просто. Я успел отскочить и камни не сильно задели. Я поспешил за вами, так быстро, как мог в том состоянии. — И не попал к оркам в плен? — спросил Торин почему-то насмешливо. — Нет. — ответил Арагорн, продолжая сверлить взглядом собеседника, думая, что именно Торину не понравилось. Гэндальф тоже заметил, что гном холоден с Торонгилом. — Быстро отпустили, небось, друга своего? — неожиданно проговорил Торин и отошёл. — Что? — не понимая, спросил Бильбо. Гэндальф повернулся к Торонгилу: — Ты не обращай внимания. Он должно быть немного злится, что попал в плен к оркам и не смог сам выбраться. И теперь срывается на добрых друзьях… Следопыт посмотрел на мага, и от его взгляда, Гэндальфу, самому Гэндальфу! , стало не по себе и он усомнился в правильности собственных слов, в самом ли деле «добрых» друзьях… Яркие серые глаза Следопыта смотрели холодно и злобно, где-то в глубине словно зажёгся огонёк ущемлённой гордости и гнева. Торонгил, всё также держа в руке меч поднялся. Он возвышался над магом как скала, из-за своего двухметрового роста. Гэндальф, не зная, что происходит, невольно отступил на шаг. Бильбо, ошарашенный не меньше волшебника, тоже отступил. Но Следопыт опустил взгляд и вернул меч в ножны. По его лицу ничего нельзя было понять. Он вдруг вздохнул. И вновь поглядел на Гэндальфа с Бильбо. Но страшный огонёк в глазах уже погас. Маг все равно смотрел в ответ настороженно. Странник лишь улыбнулся, и взъерошив волосы Бильбо, сказал: — Гэндальф, нужно уходить отсюда. Орки своего не упустят. Мы должны успеть скрыться до темноты. Да, я понимаю, сейчас отряду нужен отдых, — добавил он, — И мы можем себе это позволить. Но не долго. Мы должны успеть дойти до дома Беорна. — Беорна? — удивлённо переспросил Бильбо. — Да, мой дорогой хоббит. — Но Беорн может нас и не пустить. Характерец у него, что надо, — возразил Гэндальф — Да, есть такое. Но я его знаю, хоть и он меня — нет. Он нас пустит. Будь уверен, — и Арагорн отошёл. — Что это сейчас было с ним, Гэндальф? — удивлённо спросил хоббит. — Не знаю, Бильбо. Но знаю одно, Торин зря обидел его, — обеспокоенно проговорил маг — Ты думаешь… думаешь, Торонгил наш враг? — Не знаю, — повторил Гэндальф. — Но даже добрый человек, разозлившись, способен на многое. — У него был такой… такой… такой странный взгляд. Я никогда раньше не видел, чтобы смотрели вот так… — Да, Бильбо. Гэндальф вздохнул. Он был недоволен Торином. Хотя, быть может, он и прав. Волшебнику не давал покоя взгляд Следопыта. Конечно, Торонгил сразу же овладел собой и не сделал ничего. Но не из-за того ли, что испугался выдать своей истинной натуры? Что если он действительно шпион врага? «Нет,» — твёрдо сказал себе Гэндальф. «Вспомнить хоть Азога. Торонгил сам его и убил. И остался там, чтобы дать нам время уйти. Нет. Торин всё-таки перегнул палку.» Арагорн отошёл от волшебника с хоббитом. «Торин. Решил, что я веду двойную игру. Хах. Интересно. В принципе, так и есть. Только вот он ошибся с одной из сторон. Я одновременно и им помогаю, и Валар в борьбе с Сауроном. А он думает, что я на стороне старого Майрона*. Да-а-а. Не удивлюсь, если Торин будет первым гномом, который выведет меня из себя. И скорее всего последним. Гимли ещё это не удавалось». Следопыт усмехнулся. Но сразу вновь погрустнел. «Да и не удастся уже. Ладно, буду стараться терпеть до последнего. В конце концов, из себя меня выводили только Боромир, но там всё по-другому было, я отчаялся тогда, и Эльдарион. Вот тогда я перестал контролировать злость. Он наверное, до сих пор помнит тот день. Да и придворные тоже.» Арагорн вновь усмехнулся. «Король Элессар в гневе. Да уж. Даже оркам наверное не так доставалось. Эльдарион, помню, придумывал различные каверзы, придумывал. Я его прощал, прощал. Но вот один раз он сбежал из дома. И на него напал отряд орков. А он, дурачок десятилетний, сражаться задумал. Его и моё счастье, что тогда Леголас с Гимли шли к нам в гости. Эх, Эльдарион, Эльдарион. Никогда не забуду тех острых ощущений, когда хочешь разорвать всё, что видишь, на кусочки. В том числе и собственного сына. Ему очень повезло, что Арвен — эльф, и её вывести из себя нельзя. Хотя она тоже злилась, но не так как я, и она меня успокоила. Да, думаю, он помнит тот день. Помню, несколько орков сбежали от моих друзей, поскольку для тех было главной задачей освободить Эльдариона. Да вот только недалеко. Не знаю, как я выглядел в тот момент, но от орков мало что осталось. Я собственно, даже не особо помню, что делал. Только безумная, неугасающая ярость… Зато Эльдарион больше так себя не вёл. Хотя, как. Он Следопыт. Бывало и уходил. Но я уже был за него спокоен, поскольку прошло много лет, и он стал прекрасным воином и опытным следопытом. Да. Хотел бы я ещё раз его увидеть…» Задумавшись, вспоминая ту, далёкую от него жизнь, он не заметил, как последние слова произнёс вслух, и не услышал Бильбо, тихо подошедшего со спины. — Кого хотел бы ещё раз увидеть? — спросил хоббит. Арагорн удивлённо оглянулся. — Увидеть? А… Да друга старого. Мы с ним не виделись уже несколько месяцев, и я даже не знаю, что с ним. Бильбо был, сам не зная почему, удивлён, что у Следопыта есть друг, и друг настолько близкий, что Торонгил грустит из-за не такой уж и долгой разлуки. — Это девушка? — непонятно почему, спросил он. — Ой, извини, — опешил он от собственного вопроса. — Нет, — ответил ему Странник, ухмыльнувшись. — Это именно «друг». Но уже про себя добавил: «И девушку тоже, и друга не одного.» — Ладно, Бильбо. Выкладывай, что хотел. Не просто так же подошёл. — Да… Там гномы просто тебе позавтракать предлагают. — Гномы? — «И Торин тоже?» Следопыт иронично изогнул одну бровь. — Ну да. Гномы. Так что? Пойдём? — Да ладно. Я не буду. Благодарю. — отмахнулся Арагорн. — Торонгил… Но как же… Есть же надо… — у Бильбо просто не укладывалось в голове. — Я ел уже. — Несколько дней назад? — с сарказмом спросил хоббит. — Нет, сегодня. — Да, да. Я понял — Бильбо решил, что Странник просто не хочет есть с гномами, и огорчился. Он грустно опустил голову и вернулся к компании. Но Арагорн всё же не остался сидеть на прежнем месте. Он поднялся и подошёл к гномам. Те очень весело и дружелюбно, за исключением Торина, конечно, приветствовали его. Они были искренне рады его возвращению. Они предложили ему сесть рядом. Арагорн принял предложение, но от еды отказался. Торин сидел далеко, и Следопыт был совершенно спокоен. Ему стало настолько приятно сидеть с новыми друзьями, что он даже начал рассказывать истории, чем не занимался вот уже сотню лет точно. Гномы подивились, сколько он их знает, и задумались, сколько же ему самому лет. Только Бифур решился спросить Следопыта об этом. Арагорн в ответ лишь усмехнулся. — Ну сколько? — Сорок? — Пятьдесят? — Пятьдесят пять? — допытывались гномы. — Ну, знаете ли, друзья мои, дунэдайн живут очень долго. И вы можете сейчас ошибаться. — проинформировал их Гэндальф, но и ему был интересен возраст Следопыта. Но тот был неумолим. — Можете считать, что мне больше шестидесяти — неопределённо сказал он. И на этом гномы отстали, поняв, что большего добиться не получится. _________ *Майрон — напоминаю, ещё одно имя Саурона.