Зола обратится огнём опять

— Значит, вы буквально натолкнулись на назгул? Сквозь неплотно закрытые шторы еле пробивались тусклые первые лучи, и в покоях Элронда царил предутренний полумрак. Гэндальф, по обыкновению укутавшийся в свой серый плащ, сидел в кресле в углу и пускал из трубки колечки дыма. Арагорн, только что закончивший рассказ о случившемся, терпеливо отвечал на вопросы владыки Элронда, расхаживающего взад-вперёд по комнате и сосредоточенно обдумывающего услышанное. — Да, но я сомневаюсь, что это была случайность, — Следопыт проводил взглядом сквозь щель между шторами очередную снежинку, мягко опустившуюся на покрытую инеем траву. Эльф остановился и заинтересовано поднял взгляд на Арагорна: — Точно сделать выводы сложно даже для меня. Ты узнал что-то новое? Вождь Дунэдайн ответил не сразу. Те ли все же это, о ком говорил несколько месяцев назад призрачный владыка Элронд, посланный разъяснить все Арагорну? Действительно ли Гэндальф и нынешний Элронд «не подведут», если Следопыт доверится им? Хотя и подумать глупо, что эти двое смогут предать союзника, даже если может еще не считают его своим другом. — Посудите сами, вряд ли назгул, случайно встретивших одиноких путников, привлечёт именно десятилетний мальчик. Я думаю, что Тёмный Властелин как-то узнал об Эстеле больше, чем нам хотелось бы, и отправил назгул сюда с целью убрать с дороги важного для нас человека. Элронд и Гэндальф тревожно переглянулись. Арагорн перехватил их взгляд и добавил: — Да, я знаю правду об Эстеле. Знаю, насколько он нужен нам. Знаю, что он наследник Исильдура. И да, я знаю его настоящее имя, — он на мгновение замолчал, бесшумно пересёк комнату и выглянул в коридор. Никого не увидев, Следопыт все также тихо закрыл дверь и вновь повернулся к собеседникам, окончательно отбросив все свои сомнения. — Думаю, что продолжать умалчивать и скрывать правду от друзей бессмысленно. Дело в том, что, когда я якобы первый раз побывал в Имладрисе, я был в полном смятении и не представлял, что делать, хоть вы этого и не заметили. Никто не узнавал меня, да и я сам многих видел впервые. Места, которые я знал, возможно лучше любого, казались мне совершенно незнакомыми и чужими. И лишь спустя несколько недель я узнал, что попал в прошлое. Повисла гробовая тишина. Казалось, что трое даже не дышали. Элронд застыл на очередном развороте, будто окаменев. Дымящая трубка Гэндальфа замерла на полпути ко рту, но хозяин похоже забыл про нее. — Торонгил, как ты уже узнал, Гэндальф, мое не настоящее имя. Меня так когда-то прозвали, но не более того. Я Арагорн, сын Араторна, или Эстель, как меня называли в детстве. Ошеломлённые маг с эльфом похоже потеряли дар речи. Даже на побледневшем лице Элронда, казалось, до этого застывшего холодной маской учтивости, отразилось глубочайшее удивление, смешанное с недоверием. Гэндальф внимательно взглянул на Следопыта из-под косматых бровей и вдруг хитро улыбнулся в бороду: — Великая сила — интуиция. Если использовать ее с умом, столько всего можно узнать раньше других. — То есть ты давно догадывался об этом? — если бы это действительно было так, Арагорн бы уже не сильно удивился. — О том, что ты из будущего, я и понятия не имел, но мои размышления о твоем истинном имени были близки к реальности. Помнишь, я говорил, что был у леди Галадриэль, и именно у нее узнал многое о тебе. В зеркале я увидел, как ты представляешься наследником Исильдура, но я не поверил, так как Эстель — единственный сын Араторна и наследник трона… Там же я обратил внимание на твой меч, и до сих пор, кстати, не мог с точностью сказать, что это за клинок. — Да я тоже размышлял об этом мече, — подал голос эльф. — Дай взглянуть на него ещё разок, пожалуйста. Меч Элендила звякнул и комнату наполнили лучи света, как от заглянувшего в комнату заходящего солнца. На стенах заплясали яркие отблески. Элронд с Гэндальфом подошли поближе. Арагорн положил меч плашмя на ладони и протянул к собеседникам. — Если мои глаза не обманывают меня, это Нарсил, меч королей, реликвия, охраняемая потомками Исильдура? — лицо эльфа озарили радость и восторг, когда он увидел вновь целый клинок. — Андрил, скованный из обломков Нарсила, — кивнул Следопыт. И помедлив секунду, осторожно спросил. — Вы мне верите? Серый Маг поднял взгляд с клинка, лежащего на ладонях Арагорна, на лицо его хозяина, бледное, изможденное нападением назгул и длительными разговорами о предстоящем походе. Эмоции Следопыта можно было легко увидеть, будто маска, всегда до этого скрывающая их, треснула. — Не знаю, были ли у нас с тобой дружеские отношения в будущем, но знаю одно… они есть в настоящем, — уста Гэндальфа тронула улыбка. — Я уже привык тебе верить, верю и сейчас. Арагорн посмотрел ему в глаза. Он почувствовал, как благодарность другу переполняет его и будто бы согревает изнутри. Но все еще не укладывалось в голове, что для него он будет тем, кем является на самом деле, что он наконец отдернул эту завесу тайн, разделяющую их. — Это многое объяснило бы… Хоть и с трудом верится, что такое вообще возможно, но я согласен с Гэндальфом. Только что теперь делать с Эстелем? — Элронд устало провёл рукой по лицу. — Оставаться здесь или в любом другом месте Средиземья для него, и для меня тоже, слишком опасно, — мрачно сдвинул брови Арагорн. Повисло молчание. Воздух в комнате стал вязким, как соус. За дверью слышались лёгкие шаги эльфов, негромко переговаривающихся между собой по поводу первых утренних забот. Через открытое окно до собеседников долетали звуки пробуждающегося поселения, приглушенный инеем стук копыт пробежавшей мимо лошади, обрывки эльфийской речи, мелодично журчащей, будто ручеек. Трое одновременно подняли головы и встретились взглядами. Мысль, посетившая каждого из них, повисла невысказанной в воздухе. — Его можно было бы отправить на одном из отплывающих за Море кораблей, — озвучил эту мысль вслух Элронд. — Это было бы, пожалуй, самым верным решением, — согласился Гэндальф. Арагорн молча кивнул. Предстоящий разговор с Гилраэнь не предвещал ничего хорошего. Убедить мать отправить маленького сына в место, откуда он уже не вернется, если вообще возможно, то ценой огромных усилий. Волшебник поднял на него тяжелый взгляд. Косые слабые лучи, пробивающиеся в комнату, легли на чуть суровое лицо Следопыта. Серебристый взгляд был устремлен в пол, но горел по-прежнему ярко. Гэндальф вспомнил их первую встречу несколько месяцев назад, тогда он уловил некое сходство в хмуром Страннике со старым другом Араторном, но легко списал это на далекое родство всех дунэдайн. Теперь же маг увидел перед собой сына Вождя Дунэдайн, наследника Исильдура, сильного и непобежденного Врагом пусть даже и после столь роковых событий. — Ты бы, наверное, хотел остаться для остальных Торонгилом? — прервал наступившую тишину Элронд. Следопыт покосился на закрытую дверь. — У Врага много ушей. Но вам я доверяю, как самому себе, — тихо произнес он. Внезапно к ним постучали. — А вот и провинившиеся, — обреченно вдохнул эльф. … «Да я обязательно должен проводить Бильбо, но что лучше сделать после этого? Вернуться в Ривенделл или хоть немного разведать дальнейший путь? Как же здесь красиво! Этот лес и шум водопада всегда сводили меня с ума. Жаль, что Бильбо ещё не приноровился к стихосложению, я бы предложил ему описать это место в стихах…» Арагорн стоял, прислонившись к стволу вяза. Застывший пустой взгляд был прикован к спадающей с высокого утёса воде, в солнечных лучах, несмотря на окружающий ее зимний холод оттенков, окрасившейся в тёплые тона. Шум водопада вперемешку с шелестом листьев и щебетом лесных птиц приятно успокаивал, давая возможность любому поразмышлять здесь в одиночестве и спокойствии. «Но что это за аромат? Опять тот запах свежей душистой сирени. А я забыл про него…» — Так тебе действительно нравится это место больше всего? Значит, я не ослышалась тогда, — прошелестел у Арагорна за спиной чей-то голос. Следопыт почувствовал, как всё внутри болезненно сжалось в комок. По коже побежали мурашки от мелодичности знакомого до боли голоса. — Не ожидал встретить вас здесь, леди Арвен.