Не тот Избранный

      Через некоторое время в палату зашла мадам Помфри, деловито расправляя белый, накрахмаленный фартук. В этот момент я уже сидела на кровати, успев ощупать себя и убедиться, что ничего в принципе не изменилось. Кожа, кости, но телосложение вполне обычное, на дистрофика или жертву концлагеря не похоже, а я пока не решила радует это меня или нет. Истерику пришлось чуть-чуть прикрутить и на лицо натянуть милую, немного смущенную улыбку. Неловко поднявшись с кровати, босыми ногами ступила на холодный пол и вздрогнула. С тихим шелестом с постели спали длинные полы сорочки, в которую я почему-то была одета. Держу пари, я появилась здесь в таком тряпье, да ещё и грязном после путешествия в лодке, что целительница попросту не пустила бы меня в больничное крыло, на чистые постельки.       — Здравствуйте, — робко махнула рукой и открыла рот, чтоб спросить про одежду, но мадам быстро меня перебила.       Один взмах палочкой, и в мои руки опускается комплект чистой одежды. Судя по маггловскому виду, она была моей, просто выстиранной. Пока я расправляла одежду, чтоб посмотреть, что она из себя представляет, женщина причитала тем самым обеспокоенным и строгим тоном, какой можно встретить у медсестер в школьных медпунктах, при этом одновременно ощупывая мою голову.       — … ещё даже учебный год не начался, и тут на тебе, ребенка приносят! Я почистила твою одежду и тебя, давай-ка одевайся быстрее и не стой голыми ногами на холодном полу! Не мешало ещё бодроперцовым тебя отпаивать…       На автомате послушно плюхнувшись обратно на кровать задницей, пробормотала «спасибо» и резко задернула штору прям перед лицом целительницы. Сказала же быстрее, вот и быстрее, не мешайся тут. Чтобы переодеться, много времени не требовалось, но чтоб оценить шмотки и обстановку у Дурслей, понадобились пара лишних минут. Спасибо, что носки и кроссовки не Дадлины, а нормальные, насчёт остального можно было и не беспокоиться. Штаны однозначно были куплены в каком-нибудь секонде, о чем прям-таки кричали ниточки, торчащие из всех швов, но в целом были годными: немного длинноватые, купленные экономно «на вырост», однако, по ширине не намного больше, зато с тянущейся резинкой на поясе и щиколотках. А вот футболка и красный бомбардировщик точно раньше принадлежали кому-то габаритами крупнее меня раза в два, но это хорошо. Одно непонятно — каким образом мне достался бомбер, ещё и в достаточно хорошем виде… Если мне память не изменяет, они должны быть сейчас популярными.       — Я готова. А где можно умыться?       Женщина окинула меня недоверчивым взглядом и рукой махнула в сторону умывальников, стоящих прямо в палате.       — Спа…       — Погоди минуточку. Ну что это такое?..       — А?..       С непониманием я наблюдала за тем, как мадам достает вновь волшебную палочку. Пару взмахов, и вот мои длинные штаны начинают укорачиваться на моих немного ахуевающих глазах, до приемлемой длины. Когда палочка нацелилась выше пояса, я простестующе замахала руками.       — Только футболку немного! Мне так нравится!       — Молодежь… — послышалось ворчание в ответ, но футболка и правда осталась свободной, а бомбардировщик она и вовсе не тронула.       — Спасибо! Мне нравится!       И мне действительно нравилось! Отойдя от постели, посреди помещения я крутанулась вокруг себя на носках, осматривая одежду с разных сторон и, в целом, осталась довольна.       — Поторопись, если хочешь успеть поесть, прежде чем отправишься в город. Ещё успеешь накрасоваться.       Окрик подействовал отрезвляюще и как пинок под зад. У раковины привычно умывшись так, что намочила волосы, пригладила пятерней непривычно жёсткие пряди.       — О, зеркало… — буркнула вслух, прежде чем вглядеться в отражение. Аж прищурившись, я подалась вперёд, пытаясь рассмотреть себя получше. К сожалению, черные волосы были и остались подавляющим геном, но глаза оказались совершенно не зелёными: мои родимые, карие. Лицо чистое, за исключением нескольких веснушек на бледноватой коже, зубы ровные… В остальном довольно милый ребенок, ничего сверхъестественного. Снейп будет ненавидеть люто, от Лили во мне ноль.       Очки разломились после первой же попытки поправить их на переносице.       — Ээ… Мадам Помфри, извините… — взгляд опустив на сломанные очки, неуверенно сделала несколько шагов навстречу женщине. Неуверенно не потому, что боялась показаться наглой со своей просьбой, а потому, что зрение у Гарри действительно было не очень хорошим, хоть и сносным. — Вы не могли бы мне помочь?..       — Ох. Да, конечно, моя дорогая.       Одно заклинание, и вот оправа как новенькая. Удивительно, что стекла совершенно не пострадали после силушки Хагрида.       — Благодарю! Вот теперь я готова.       На лице ослепительная улыбка, очки на носу, волосы во все стороны, руки в карманах, а я готова поражать и восхищать весь мир своим великолепием.       Когда мы зашли в каморку рядом с больничным крылом, на столе, по всей видимости рабочем, уже стоял поднос с завтраком, прикрытым крышкой. В животе громко заурчало, едва я успела переступить порог кабинета, как будто бы организм только сейчас вспомнил о необходимости иногда есть.       Вокруг не было ни каких-то склянок, ни котлов: только книги и свёртки пергамента. Кончиками пальцев я провела по каминной полке, отмечая про себя отсутствие пыли. Мадам Помфри была чистоплотной женщиной в силу своей профессии, хотя в замке не так-то и легко поддерживать порядок, тем более в летнее время.       Плотно позавтракать не вышло: желудок оказался маленьким и наелась я быстро. Жалко было оставлять чуть ли не половину всего наготовленного, но не через силу же в себя пихать еду, тем более, что меня ещё ждёт дорога до Косого переулка… Скорее всего камином. Как бы не укачало по пути. Не успела я придумать, каким образом мне максимально прилично оставить недоеденный завтрак, как вдруг раздался грохот. Тяжёлая деревянная дверь с силой долбанулась об стену в коридоре, и громкий голос прерывисто прогундосил:       — Гарри!       А Гарри там нет. Гарри спокойно встала со стульчика в кабинете, поблагодарила мадам Помфри и вышла в коридор встречать своего провожающего. Встав за спиной у Хагрида, который ворвался в палату и теперь паниковал из-за моего отсутствия, я тихонько кашлянула, привлекая к себе внимание.       — Гарри! — могучие плечи великана едва ли не снесли дверной проем, когда тот с разворота кинулся меня обнимать. Пока Хагрид сжимал меня в своих объятиях и рыдал, я молча висела в его руках тряпочкой, молясь о своих рёбрах и так примерно прикидывая степень их хрупкости. Пронесёт иль не пронесёт… — Я т-так виноват перед тобой! Прости меня! Я вот… Хотел тебя обра…адовать… Пода-арок пригот…товил! Я ведь… родит…телей твоих знал… Подвёл Лили и Джеймса!..       — Ээ… Простите… Вы Хагрид, да? — осторожно ладошкой похлопала его по спине, чтобы тот немного успокоился. Никогда не умела успокаивать людей, а уж ревущих великанов — тем более. — Опустите меня, пожалуйста, на пол…       — А… Д-да, конечно… Прости меня, Гарри!       Оказавшись на твердом полу, я с облегчением выдохнула и перемялась пару раз с пятки на носок, заодно потягиваясь, разминая мышцы.       — Со мной всё в порядке, не волнуйся, Хагрид. Мадам Помфри меня подлечила и стало ещё лучше, чем было! — протараторила я с широченной улыбкой и схватила за руку лесничего, потянув его за собой. — Профессор Дамблдор сказал, что мне надо купить кучу штук к учебному году! Пошли быстрее.       И тут до меня дошло. Хагрид не поместится в камин. Тогда как мы переместимся в Косой переулок? Вот же…       — Только… — я резко затормозила на полпути, не дав великану сделать и двух шагов. Задрав голову, из-под очков вопросительно на него глянула, едва заметно приподняв бровь (на большее моих способностей не хватало). — Как мы доберёмся? Или все где-то рядом?       — Насчёт этого можешь не беспокоиться, Гарри, — Хагрид добродушно хохотнул и похлопал себя по одному из нагрудных карманов, где, как я подозревала и сильно надеялась, скрывался портал. — Все здесь. Доберёмся так, что и глазом моргнуть не успеешь! Надо только выйти за территорию замка, там уж и переместимся. А то этава… В Хогвартсе-то нельзя, магия…       Мне оставалось лишь тяжело вздохнуть и снова улыбнуться. Ну что с него взять, не ругаться же. Однако не думала я, что ребенку его слова были бы ясны, скорее вызвали бы миллион вопросов.       Пока мы шли к выходу из замка, моя голова во все стороны крутилась как будто сама по себе. Успелось и стены потрогать, и оценить прохладу камня, и его рельеф, и чуть ли не на вкус попробовать. Успелось и помахать картинам, испугав их заодно тыканьем пальцев в животики. Успелось и чуть ли не упасть с лестницы… В общем, успелось слишком мало для такого огромного произведения искусства! Зато как только мы вышли замка, я спешно пробежала пару десятков метров, чтоб обернуться. И меня переклинило.       Огромная громадина из камня возвышалась так, что, казалось, самая высокая башня достанет до самых голубых небес, продырявив их. Вид наверняка оттуда потрясающий… Кстати, разве не Астрономическая башня самая высокая? Там никто и не живёт, что весьма печально, потому что если выбирать себе место жительства, то приблизительно такое… В конце концов оттуда и скинуться не грех.       — Даа, Хогвартс красивый, — пробасил рядом Хагрид и вдруг махнул рукой, заставив меня резко присесть, чтоб голова не слетела с плеч. Колени предательски хрустнули… Как ни в чем не бывало, он указал пальцем на одну из башен, которая была не намного ниже Астрономической, и с гордостью произнес: — Башня Гриффиндора! На Гриффиндоре учились твои родители, Гарри. Я полностью уверен, что ты пойдешь по их стопам.       Я не успела увернуться: в следующую секунду мне по спине прилетел «подбадривающий» хлопок рукой-лопатой, который выбил из лёгких весь воздух и чуть ли не свалил с ног. Уже даже дернулась вперёд и приготовилась носом клюнуть землю, но тут та же самая могучая рука крепко меня перехватила за шиворот, попутно придавив шею воротом футболки, и поставила на ноги.       Горло сдавил кашель. Не хотелось бы настолько глупо помереть…       — Спасибо, — прохрипела едва и вдохнула поглубже, вновь заходясь кашлем.       — Да ерунда, — а Хагрид только снова махнул рукой и бодрой походкой направился дальше. Спасибо, что не убил, да.       Бросив последний взгляд на замок (успею за семь лет насмотреться), я поспешила следом, пока великан со своими огромными шагами за минуту не опередил меня на километр. Когда мы уже вышли за пределы школы, и Хагрид достал из кармана часы-портал, в голову пришла мысль, от которой мне внезапно поплохело. Самая высокая башня, в которой можно жить, это Гриффиндорская. Мама дорогая, я не хочу в Гриффиндор!       — Гарри, хватайся!       Рука неосознанно опустилась на портал, и спустя несколько секунд нас обоих с силой затянуло в водоворот красок под оглушающий шум ветра в ушах.