Моя головная боль

Чимин сидел за своим рабочим столом, уронив голову на руки. Всю левую половину головы словно жгло огнём, отдаваясь колющей болью в левом глазу. — Ты как? — Шшшшшш, Тэ, не кричи так… Это длилось уже месяц. Сначала он списывал всё на усталость: тяжелый период на работе, много часов за компьютером, переезд в новую квартиру, проблемы в личной жизни. Ну, как проблемы, скорее, её долгое отсутствие. Всё началось, как обычная головная боль — немного ломило затылок, шумящая пустота в голове, сонливость. Лёгкого обезболивающего хватало, чтобы избавиться от этих ощущений, но на следующий день они возвращались. И на следующий. На второй неделе Чимин начал что-то подозревать. Стал записывать, в какой день боль снова появлялась, и по прошествии недели понял, что не провёл без неё ни дня. Нужно было что-то делать. Чимин не любил оставлять всё на самотёк. Он не мирился с проблемами, а искал их решение, и эта ситуация не стала исключением. Первым делом он отправился в ближайшую клинику, посетил терапевта. Сдал общие анализы, ему измерили давление — всё оказалось в норме. Следующая остановка — невролог. Назначенное МРТ не показало ничего криминального, однако на снимках заметили кисту в левой гайморовой пазухе. Из-за этой кисты Чимин был направлен к ЛОРу. ЛОР поохал, покивал, отправил на КТ. На этом снимке киста виднелась ярче, больше и страшнее. Врач посоветовал сходить на всякий случай к стоматологу — бывает, что зубная боль ощущается, как головная. Но если стоматолог ничего не найдёт, тогда он перенаправит в другую, оперирующую клинику отоларингологии. Ожидаемо, стоматолог сказал, что зубы в порядке. Новый ЛОР посмотрел на Чимина, как на идиота, назвал это ерундой, которая сама рассосётся. «Это — воспаление тройничного нерва, идите к неврологу». Подходила к концу третья неделя мучений, так что Чимин вышел из больницы в слезах бессилия. Вернулся к неврологу, всё пересказал, показал заключения предыдущих осмотров. Невролог резко отверг предположение ЛОРа, прикоснулся пальцами к лбу и щекам Чимина и сказал: — Если бы это действительно было воспаление тройничного нерва, вы бы уже кричали от боли, стоило мне только коснуться вашего лица в этих точках. Начался новый поток исследований: МРТ-ангиография сосудов головного мозга, МРТ на аппарате 1,5 Тесла (первый МРТ был 0,7 Тесла, что показало недостаточно чёткий снимок), даже какое-то странное исследование, когда на голову крепится сеточка из датчиков, а в это время тебе задают вопросы и то светят лампой в глаза, то просят их закрыть. По окончании исследования незнакомый доктор, который его проводил, сказал задумчиво: — Дааа, молодой человек, я не понимаю, как Вы вообще можете ходить, с такими-то показателями. Чимин в тот день так устал, что не нашёл в себе сил попросить объяснить эти слова. Получив на руки результат, прочитал — и совершенно ничего не понял. Врачебная абракадабра. Он даже сменил невролога, но это не дало результатов. От чувства собственного бессилия Чимин то злился, то паниковал. Возможно, именно из-за этих перепадов настроения ему стало хуже — боль периодически стала резкой, пульсирующей, появлялась то в одной, то в другой половине головы. Он терял аппетит, сон, работоспособность стремилась к нулю. — Чиминааааааа… — уже тише сказал Тэхён, — твой невролог — идиот, сходи к другому. Этот уже ничем тебе не поможет. Сколько можно обследовать твою голову, скоро весь будешь светиться от радиации! — Это и так уже второй. Ну, он же знает, что делает, в конце концов. И отзывы у него хорошие, я проверял. — Почему он тебя не лечит? Почему до сих пор ничего не назначил? Чимин даже голову поднял, но тут же поморщился и прикрыл ноющий глаз ладонью. — А вот это — хороший вопрос! — Ну! — Тэ воодушевился. — У моего друга, Чонгука, помнишь его? Так вот, у него были похожие проблемы, я могу узнать контакты врача, который его лечил. Хочешь? — Ему помогло лечение? — Он больше не жаловался, но я могу узнать. — Да, спроси, пожалуйста. Хотелось бы заранее знать, насколько хорош этот врач. — Отлично! Мы спасём твою тупую башку! Я уже устал смотреть на это кислое лицо! Чимин на это только закатил глаза, скривившись от боли. *** — Чим, Чим, Чим! Я узнал!.. — Шшшшш! — Прости, я не говорю на парселтанге, Пак Чимин! На какой глаз ты пират сегодня? — Правый. Что ты там узнал? — Эй, я, вообще-то, для тебя старался, можно побольше заинтересованности?! Чимин только вздохнул. — Знаешь, я уже столько врачей прошёл, столько анализов, и всё впустую. Не верится, что хоть какой-то доктор мне поможет. — Перестань, пожалуйста, на тебя уже страшно смотреть. Сколько обезбола пьёшь? Сколько спишь? — Недостаточно. На оба вопроса. — Пойдём, прервёмся, подышим воздухом. Весна на дворе, а ты хандришь! Они вышли из офиса на улицу. И правда, погода была прекрасная — самое начало мая, а солнце так греет, будто лето. И небо голубое, и травка — молодая, зелёная. Живи, радуйся! Чёртова голова… Они присели на лавочку в ближайшем к офису парке. Тэхён даже притащил чай для них обоих. — Ты же знаешь, я пью кофе. — Давно пора завязывать с кофе, в твоём-то состоянии! — Ладно, проехали. Что ты хотел рассказать? — Вот, — Тэхён достал из кармана смятую бумажку, — название клиники и имя доктора. Мин Юнги, двадцать девять лет, невролог. И ты даже не представляешь, насколько он хорош! Чимин посмотрел на эти данные с сомнением. — Всего на два года старше меня? Что он вообще смыслит в неврологии? — Подожди, я не договорил! — Тэхён даже вскочил от возмущения. — Ты стал таким невыносимым! Повезло, что я люблю тебя, друг, иначе страдать тебе в одиночестве, с таким-то отношением! Чимин почувствовал, что неправ, но из-за ноющей головы было очень тяжело сдерживать своё раздражение. Закрыл глаза руками и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. — Прости, Тэ, я просто… отчаялся? Месяц прошёл, а никто так и не сказал, что со мной. Я уже никому не верю. Глотаю обезбол как конфеты. Становится легче на пару часов, а потом по новой, и кажется, каждая следующая таблетка помогает меньше предыдущей. Тэхён тут же перестал дуться и вернулся на скамейку. — Я понимаю, но держи себя в руках. Что если ты сорвёшься на начальство? — Прости… — Всё, я прощу, если ты меня выслушаешь, идёт? — Чимин поднял руки в жесте «сдаюсь». — Чонгук мне столько рассказал! Он классный чувак, немного замкнутый, но очень умный, столько всего знает! Сейчас работает над кандидатской диссертацией, ему нужен для неё материал — сильные головные боли, чтобы их потом в работе описать. Оказывается, даже Чонгука спрашивал, нет ли у него знакомых с такими проблемами. Твой случай подойдёт идеально! Тем более, доктор Мин — красавчик! — А это тут к чему? Пусть он хоть квазимодо будет, лишь бы помог, — не удержался от едкого комментария. — К тому же, врач и красавчик — не самое лучшее сочетание. — Это ещё почему? — Потому, что красивым людям обычно всё легко достаётся. Если ты красавчик, то и учиться, и работать проще, к тебе лояльнее относятся. — По себе знаешь? — хитро подмигнул и ухмыльнулся Тэхён. — Хоть бы и так, — засмеялся Чимин. Сам себя не похвалишь — никто не похвалит. — Среди врачей это не работает. Он был лучшим на потоке и в ординатуре, и он — следующий в очереди на должность главы неврологического отделения. — Да откуда ты всё знаешь? Ещё скажи, что он богат и у него три кошки! — Насчёт богатства не знаю, но кошек у него нет, есть пёс по имени Холли. — Да я же пошутил, божечки, ты сталкерил его? — Чонгук… — Чонгук сталкерил?! — Да нет, дашь ты мне сказать уже? Они с Чонгуком знакомы несколько лет, вот и подружились, Чон постепенно всё узнал. И Чону лечение помогло, сейчас у него почти не бывает приступов мигрени. Он ещё наблюдается, но всё хорошо. Прекрати париться, просто позвони и запишись, сейчас же! — Хорошо, я схожу к нему, — Чимин обречённо выдохнул и потянулся к телефону. Тэхён умеет быть настойчивым, когда хочет. *** Юнги в очередной раз просматривал свою диссертацию, и ему снова что-то не нравилось. Он убил на перечитывание и доработку все выходные, но хорошие идеи так и не приходили. Потянулся, разминая затёкшую спину, и потёр красные от усталости глаза. Один случай из описанных в работе был, откровенно говоря, слабоват. Сюда не хватало чего-то посерьёзнее, посложнее, с историей. Конечно, ещё есть время, чтобы найти подходящий случай и успеть вписать в работу, но, как назло, ничего «этакого» не появлялось. Юнги услышал звук уведомления на телефоне — это снова Чонгук. Он писал ему с середины прошлой недели про какого-то «друга его друга», бла-бла, «голова»… Ха, да у каждого второго его пациента голова болит, и что теперь? Зачем привлекать столько внимания? Хотя, Юнги сам виноват. В порыве отчаяния найти интересные случаи для кандидатской, он сам спросил про знакомых Чона, страдающих от головных болей, и вот напросился. Только не учёл той степени беспокойства, которое будет показывать друг. Хотя, мог и догадаться, чем всё это может закончиться. — Привет, Чонгук. Да… да, я проверил, твой «друг друга» записался ко мне на завтра, на 09:00. Да, Пак Чимин, я уверен. Да, я проверил… Чонгук, остановись, пожалуйста. Я всё понял. Да. Извини, я сейчас занят. Да, пока. Юнги закатил глаза. «Почему он записался так рано?» К нему редко записывались на девять утра, обычно приём начинался с обеда или вечером — большинству в это время легче отпроситься с работы. Из-за этого его помощник, Хосок, приходил не раньше десяти, а то и позже, и ему, Юнги, придётся завтра самому заполнять карту пациента, что он делать не любил, особенно с утра пораньше. «Этот Пак Чимин — уникум. Хочет быть первым? Уф, он мне уже не нравится. Ещё и Чонгук так над ним трясётся, странно всё это». *** Утро понедельника. Что может быть хуже? Только пациент на 09:00, с которым придётся провести наедине около часа, выслушивая бесконечные жалобы и нытьё. Юнги, конечно, считал себя реалистом, но всегда предполагал самое худшее. В 09:01 раздался тихий стук в дверь, и в кабинет заглянул какой-то парень. — Пак Чимин? — кивнул в ответ. — Пожалуйста, проходите. Меня зовут доктор Мин, прошу, присаживайтесь. — Здравствуйте. Чимин тихо прикрыл за собой дверь, прошёл до указанного места и сел. У парня был нездоровый вид: бледное лицо, искусанные полные губы, опухшие глаза. Походка была нетвёрдой, он немного сутулился и натягивал рукава своей кофты, пряча ладони. — Что привело Вас сюда? Взгляд Чимина по уровню усталости мог с лёгкостью победить Юнги, несмотря на то, что усталость — это его второе имя. Чимин молча достал из рюкзака увесистую папку с результатами обследований, конверт с дисками и распечатанными снимками МРТ и передал всё это доктору. Юнги углубился в чтение. Все документы рассортированы по датам, что даёт +100 очков этому пареньку. Идеальный порядок помогал выстроить всю картину его состояния. Аккуратный. В ход пошли снимки. Сначала распечатки, но их Юнги кажется мало, и он начал просматривать диски. Чем дальше, тем больше просыпался интерес. Что-то есть в этом случае, может быть, это — то самое, чего не хватало его кандидатской. Юнги, наконец, усилием воли оторвал себя от снимков и обратил внимание на пациента. Он только сейчас понял, что парень за всё это время не проронил ни слова. Ожидал драмы и нытья, а на деле… Тихий. — Итак, господин Пак, расскажите, пожалуйста, что Вас привело… — Вы же только что прочитали все документы. Юнги тихонько вздохнул, по привычке продолжая анализировать пациента. Дерзкий. — Да, я прочёл всё. Но, это — записи других докторов, а они могли что-то упустить или неточно записать, поэтому и прошу Вас рассказать всю историю. Чимин в ответ только молчал. Упрямый. — Хорошо, тогда поступим иначе. Сначала я Вас осмотрю, потом задам некоторые вопросы и подберу лечение, хорошо? Интерес уже бил через край, ему срочно хотелось получить ответы. Юнги даже улыбнулся, лишь бы пациент дал согласие, но в ответ получил только скептичный взгляд и лёгкий кивок. Недоверчивый. — Так, присаживайтесь на кушетку. Сейчас я проверю ваши рефлексы. Юнги начал свой обычный ритуал осмотра, строго по протоколу. Проверка сухожильных рефлексов с помощью молоточка, тест координации, равновесия и походки. Приблизившись, прощупал мышцы шеи, невольно почувствовав лёгкий аромат цветов от волос Чимина. — Не больно, когда так надавливаю? — Нет. — Хорошо. Пересаживайтесь обратно на стул. Чимин сделал так, как сказал Юнги. Послушный? — Как давно у вас болит голова? Судя по записям, чуть больше месяца, верно? — Да. — Как именно болит голова? — Чаще всего вот так, — Чимин охватил голову руками с двух сторон, — будто шум в голове, или пустота, и она давит виски и затылок. А иногда, — он убрал руки от волос и закрыл ладонью левый глаз, — колет одну сторону головы и отдаёт в глаз. Это была первая длинная фраза, которую Юнги услышал от своего нового пациента. Голос тихий, спокойный, лицо незаинтересованное, будто он уже смирился со своим состоянием. Усталый. — На сколько это больно по шкале от одного до десяти? Чимин на секунду задумался. — Первая — на четыре. Вторая — на семь, в самые плохие дни — на восемь. — А сегодня? — Сегодня — шесть. Юнги стало понятно поведение пациента — ему просто очень больно. Как он ещё умудрялся спокойно сидеть и терпеть этот допрос? Сильный. — Перед началом приступа головной боли бывает аура? Размытость зрения, головокружение, тошнота? — Нет, ничего такого. — Были травмы, падения, операции? — Нет. — Не замечали, после чего начинает болеть голова? Может, громкие звуки, определённые запахи, еда… — Нет, моя голова просто постоянно болит. Юнги мысленно хлопнул себя по лбу — это было во всех документах. Кажется, пора заканчивать расспросы — Чимин выглядел так, будто готов его покусать. Нетерпеливый. — Эм, так… Что касается диагноза. Предварительно — мигрень. Мигрень — хроническое заболевание, его нельзя вылечить, но можно купировать приступы. Первоначально мы снимем болевой синдром, я назначу курс лечения длительностью десять дней, после этого снова приходите на приём, по результатам я скорректирую тактику лечения. Что вы принимаете сейчас? Чимин назвал пару обезболивающих препаратов. Юнги взял бланк и начал выписывать рецепт. — Наверняка, это уже не помогает. Я выпишу рецепт на более сильные обезболивающие. Не самые сильные, но получше тех, что вы принимаете сейчас. Вот, первые в списке — пить курсом десять дней, по одной в день. Вторые — можете принять одну сразу после этого приёма, их можно пить только при болях уровня шесть и выше, не более одной таблетки в день. Третий препарат — миорелаксант. У вас есть некоторое напряжение в мышцах, это может провоцировать усиление головных болей. Нужно принимать по одной таблетке утром и вечером, так же десять дней. Если будет сильная сонливость — принимайте только на ночь. Четвёртый — ноотроп, нормализует метаболизм мозга, уменьшает тревожность, стабилизирует эмоциональное состояние. И заключительный — курс внутривенных инъекций, десять дней, по одной инъекции в день. Этот препарат улучшает мозговой кровоток. Прочтите, всё понятно? Юнги передал рецепт Чимину и заметил, что его взгляд немного оживился. Кажется, будто у него появилась надежда. Милый? Чимин хмыкнул. — Что-то не так? — Ничего, просто… а вы точно врач? Ваш почерк слишком понятный для врача, никогда такого не видел. Чимин чуть улыбнулся, а Юнги растерялся. Не ожидал, что услышит шутку от такого грустного пациента, пусть и банальную. Или Юнги ошибся насчёт него. Забавный? *** — Ну, как всё прошло? — Ты знаешь, лучше, чем я предполагал. Он мне выписал столько всего, я в жизни так много не принимал. Но ещё рано что-то говорить, посмотрим, как это всё подействует. — Я не сомневаюсь, что поможет! Чонгук так про него рассказывал, будто он гений. Я не об этом спросил — он горячий? — Тэхён, озабоченная твоя голова, ты как обычно! Не знаю, нормальный. Техён разочарованно выдохнул. — Эх, ничего от тебя не добьёшься. Ладно, я пошёл работать, — он махнул рукой и вернулся на своё рабочее место. Чимин задумался. И правда, как ему доктор? Доктор как доктор. Хмурый, серьёзный. Непривычно молодой для врача. Ранее он всегда выбирал постарше, думая, что они более опытны, чем их более молодые коллеги. Не понятно, какой реакции ждал Тэхён? *** Головная боль окончательно стихла на третий день лечения. Чимин даже не сразу это понял. Как обычно, встал пораньше, сходил в ближайшую клинику на инъекцию, приехал на работу. Только на обеде подумал, что что-то не так. Зверский аппетит, и еда такая вкусная. А солнце как светит, просто чудесно! Чимин даже заулыбался, чем привлёк внимание Тэхёна. — Что с тобой? Ты прямо светишься сегодня! — А что со мной не так? Всё хорошо! Смотри, какая погода! Пойдём, прогуляемся? — Голова?.. Чимин замер. Прикрыл глаза, прислушиваясь к себе. Голова? Вот она, на месте. Он не забыл причесаться с утра, всё должно быть в порядке. — Что-то с моей причёской? — Чимин, приди в себя! Болит? — Что?.. Нет. — Нет? — Нееееет! Тэхён от радости захлопал в ладоши. Не болит? Не болит! Не может быть! — А я тебе говорил, этот Мин Юнги — гений! С тебя пиво! — Невероятно! Согласен, хоть ящик пива!