Затихнет ветер

Иногда Рокэ любит, чтобы Ричард обходился с ним в постели жестоко. Тянул за волосы и прижимал к простыням всем своим немалым весом. Одной рукой перехватывал горло, пока другой придерживает за бедро, направляя и задавая бешеный ритм. Сегодня Рокэ не в настроении. Точнее, в настроении капризничать. Ричард ловит его - перехватывает одной рукой поперек узкой талии, а другой удерживает за плечи. - Если ты не хочешь, просто скажи,- жаркий шёпот на ухо и Рокэ закрывает глаза, вдыхает глубоко, чуть поворачивается, чтобы легко поцеловать куда попал - скула или щека между носом. Прежде, чем рвануться. От неожиданности Дик разжимает руки. Рокэ ничего не говорит. Будучи пойманным второй раз, он выворачивается и кусает за руку, державшую его запястье, не сильно, но чувствительно. Дик цедит ругательства, и Алва снова пойман поперек живота, оторван от пола, в два взмаха перекинут через плечо и в два шага возвращён в постель. - Не хочешь, так и скажи. - повторяет Ричард, но Рокэ молчит и выворачивается из крепких рук Дика, но все равно оказывается схваченным у основания шеи и уткнутым лицом в подушку. Рокэ получает звонкий шлепок по заднице, и когда перестает извиваться, Дик, перехватив его за горло, поднимает, привлекает к себе, прижимает спиной к своему животу и груди. Рокэ чувствует, не может не чувствовать, так явно восставшее желание разгоряченного Дика и то ли вскрикивает, то ли всхлипывает в ответ, охотно подаваясь назад и поводя бедрами. - Сегодня вы особенно весело скачете, - фыркает Дик и принимает решительные меры: перевязывает Алве запястья стянутой с его волос лентой, ограничивая возможность двигать руками, подумав, оставляет ноги свободными и ставит плененного эра, на колени и локти и, не удержавшись, ещё раз от всей души хлопает по заду, выбив вместе со звонким вскриком протяжный стон предвкушения. Крепко держа за бедра, Ричард, наконец, берет Рокэ, наспех подготовив, он сам уже стонет от еле сдерживаемого жара. Соитие выходит быстрое, мокрое, жадное, ненасытное, а ещё - громкое. Рокэ заполошно частит в порыве страсти на кэналлийском, а Дик закрывает ему рот, то рукой, то поцелуем, развернув его голову к себе, и тогда Рокэ шепчет в губы Ричарду "Люблю тебя, люблю, люблю..." Когда все заканчивается и оба расслабляются в изнеможении прижимаясь друг к другу, Дик стягивает с запястий Алвы импровизированные путы и долго, властно целует в губы. А после нежно. Лицо: щёки, глаза, скулы. Лоб у переносицы, подбородок, кожу ниже скулы у самого уха. Рокэ подставляет пострадавшее горло и едва не постанывает от неги, когда Дик зализывает розовые отметины, расцеловывает каждую царапину на ключицах, которую успел сотворить на нежной бледной коже. Согревает дыханием и осторожно, трепетно касается губами заалевших маленьких сосков, которые вот только безжалостно с удовольствием выкручивал. Ричард обнимает Рокэ, устраивает в объятиях и широкой ладонью, по-хозяйски, оглаживает ещё подрагивающие от пережитой страсти холеные белые его плечи. Рокэ тянется обнять, но Дик перехватывает руку и целует пальцы, запястье, ладонь и тыльную ее сторону, и только потом дает обхватить себя и прижаться. Ричард гладит Рокэ по бедру, спине и плечам, слушает мерное его дыхание. Вздохи уже не рваные, не надрывные - глубокие и спокойные. Рокэ льнёт и закрывает глаза, доверяя Дику укутать их одеялом. Ричард не перестает осторожно ласкать и поглаживать, а Алва ластится потягиваясь и нежась, как доверчивый пёс, подставляющий бока под хозяйскую руку. После страсти Рокэ любит нежно.