Затихнет ветер

Маленькие щупальца с крошечными присосками сжали возбужденные твёрдые соски. Мокрые от сочившихся слизью щупалец волосы, эти самые щупальца держали крепко, намотав на себя, но тянули не сильно, скорее придерживали. Обвившее шею, гладило по подбородку и щеке. Больно не было, было хорошо. Щупальце толкалось внутрь так, что, казалось, в животе бугрилось, и обещание жаркого наслаждения разливалось от каждого толчка. Опустив голову, Рокэ увидел, как проступают очертания на животе изнутри, и вдохнул глубже - перехватило дыхание, чувствуя толчки конечности Спрута. Что это именно Спрут, сомнений не было, хотя тела он и не видел - откуда-то знал. За волосы потянули, снова заставляя смотреть вверх, и голову пришлось поднять. В клюв, бывший сейчас на месте губ, толкнулось мягкое, заставляя открыть рот и Рокэ облизнул смачивая извивающийся отросток слюной. Оно затрепетало в ответ, играя с его тонким маленьким языком. Конечности Спрута терлись и проникали где только можно, тонкие, мягкие "лизали" уши, забирались внутрь, так что Рокэ слышал только мокрые шлепки и приходилось признать, что он даже не представлял раньше, что бывает так хорошо. В зад проникало то несколько тонких, то одно толстое, такое большое, что Рокэ даже удивился, как оно все поместиться там? Кроме удивления, легкого интереса и подступающего наслаждения он не чувствовал ничего неприятного и странная эта страсть перемежавшаяся с нежность с этой многоногой тварью, пожалуй, ему даже нравилась. Основательно вытрахав его, но так и не дав кончить, щупальца сжались и излились все одновременно, так что по бедрам потекло вязкое и густое. Хотелось посмотреть какого оно цвета, но скорее всего он бы не разглядел ничего в царившем полумраке. То маленькое, которое Рокэ облизывал, думать про такое "целовал" было странно, в последний момент, скользнуло сначала в клюв, а затем глубже в горло. Рокэ глотал солоноватую жижу, стараясь не давиться, её было много, и стараясь не прикусить, не оцарапать ненароком тонкую кожу щупальца. Перестав извиваться, оно выскользнуло из зада и, ослабив немного хватку на щиколотках и запястьях, принялось гладить по телу Рокэ, оставляя влажные дорожки, которые холодило на воздухе. Перья топорщились и то, что на руках были перья, а пальцы заканчивались когтями не вызывало никакого противоречия, как будто они всегда там были. Зудело под хвостом, чуть ниже копчика, и тянуло в паху. Рокэ оглянулся, хвост был птичий, красивый, но незнакомый. Не вороний, ни еще какого клеста или павлина. Длинные лоснящиеся перья мешались с пушистыми короткими и все они вместе приподнимались, стоило поджать мышцы на спине. Естество ощущалось вполне человеческим, только чувствовалось в паху всё очень остро и никак не хотело получать свое удовольствие. Тянуло и восставало напряженно, на грани невыносимого. Рокэ попытался дотянуться до себя рукой, но щупальца обвили запястья и, не сильно, но и не слишком осторожно, вздёрнули руки вверх. Рокэ протестующе то ли всхлипнул, то ли каркнул и маленькие щупальца с присосками, обвили его бедра, разводя ноги в стороны, и стали касаться ласково, хоть и слишком осторожно, но так, что по телу пробежала дрожь, а перья на руках и спине встали дыбом. Это ощущалось как если бы волна мурашек побежала и не схлынула, а застыла, покалывая, на пике. Ещё более толстое извивающиеся щупальце, чем то, которое только что из него выскользнуло, погладило у саднившего и так порядком растянутого входа и толкнулось глубже. Из горла вырвался не стон даже - утробный клёкот. - Рамон! - проснувшись, Рокэ приобнял давешнего любовника, порадовавшись, что вспомнил имя. Тот потянулся со сна, перелёг ближе. Человеческое объятие дарило спокойствие. Не то, чтобы Рокэ испугался сна, ему было даже любопытно, но проснувшись сделалось страсть как неуютно. - У тебя в роду не было вассалов Волн, а? - М... Да мы все в какой-то степени... - моряк хмыкнул, - Мать говорила, что прабабка согрешила с эорием, да понесла. Имя я и забыл. Врала поди. - Скорее всего. Рамон сел, положил свою лапищу Рокэ на плечо, погладил. - А неплохо же сладилось? Может на днях ещё свидимся? Наш корабль до Весенних Ветров тут будет стоять. Рокэ мотнул головой. - Нет. - не стал пояснять, заговорил про другое, - Есть у тебя монеты? Пойдём до весёлого дома или вдовушек каких. - Для такого дела найду, - хмыкнул паренёк и ткнулся несмелым поцелуем Рокэ в уголок губ, - Не понравился я тебе, а, красавчик? Рокэ пальцами прошёлся по его волосам. Сел. Отстранил от себя, улыбнулся. - Шадди можно сварить и в апельсиновой корке, но зачем, если есть джезва? - А если нет? Рокэ улыбнулся, ответил легким касанием губ к щеке парнишки. - Ты понравился. Только я понял, что предпочитаю в джезве. - Смешной ты. - Какой уж есть. Ну, идём?