Затихнет ветер

В коридорах замка, на конюшне, у спален, на скалах у обрыва, когда рядом никого нет, они почти касаются друг друга, почти сцепляют пальцы, но Дик не решается завершить движение, а Рокэ не хочет настаивать. Их так и тянет друг к другу, пусть Ричард большего, чем задержать прикосновение себе не позволяет, а Рокэ боится разрушить то хрупкое, что между ними теплится. Море лечит все беды, смывает всю боль, со временем юноша оживает и снова улыбается, снова смеётся. За собой же Рокэ замечает - ему давно не было так спокойно. Взгляд Дика, сидящего у кресла Рокэ, как когда-то давно, жадный, просящий, почти предвещает бурю и Рокэ тяжело выдыхает сквозь зубы. Знал же, что делал, когда спаивал его, подливая вино. - Эр Рокэ, - лепечет юноша, - Мне очень надо. Рокэ кивает. Если "очень", то можно. Тебе, мой нежный, всё можно. Рокэ ждал, что Дик прижмется губами к губам, осторожно целуя. К этому он был почти готов, но тот не встаёт, только меняет позу, тыкается в руки, сухо, но со всем пылом, целует пальцы Рокэ, прижимает его ладонь к своей щеке, кладёт голову на колени. Рокэ гладит по щеке, а другой рукой ведёт по спине вниз и вверх, невесомо дотрагиваясь. Ричард дрожит от желания ли, от того ли, что осмелился попросить больше, чем обычно себе позволял и получил желаемое? Он поднимает на Рокэ мутный, осоловелый взгляд: - Я так хочу. Мне нужно... Обнять вас. Как завороженный, Рокэ соскальзывает из кресла к Дику и попадает в жаркие, крепкие объятия, которые длятся и длятся. Дик обнимает, чуть качает в кольце рук, прижимается теснее, замирает, стараясь насладиться каждым мгновением, всё возможное взять от этого момента, и от этого так хорошо, так покойно, но Рокэ встаёт и настойчиво тянет Дика к камину. Там, на теплых шкурах у огня, они снова устраиваются рядом, прижимаются щекой к щеке, тело к телу, сцепляют, переплетают пальцы. Рокэ водит ладонями по подрагивающим плечам Дика, а тот несмело гладит Рокэ по волосам, дотрагивается лица, заглядывая в глаза. Дрожь утихает, Ричард расслабленный дремлет не разжимая объятий, а Рокэ в недоумении, но как же ему сладостно. Не осмелился юноша его зайти дальше или, также как Рокэ, не желал большего? Как было бы удивительно и хорошо - встретить кого-то, чувствующего также кротко. Чья страсть естественного свойства не буйная - скорее тихая и довольствуется малым, а бурь не желает, хоть и не боится. Но юность должна быть жадной до чувств, и Рокэ решает выяснить не хватает его юноше смелости или и правда довольно того, что есть? Они совершенно не пьяны, разве что очередной близостью друг друга, предвкушаемой ночью вместе, даже если каждый вкладывает в это ожидание свой смысл. Лежа в объятиях Дика, которые чувствуются уже привычно необходимыми, Рокэ кладёт ладонь ему между ног и медленно поглаживает через одежду: - Хочешь? - шепчет он своему драгоценному чуду в самые губы, - Ты ведь хочешь меня? Дыхание Дика сбивается и он отвечает не сразу и слишком робко. - Если хотите вы. - Тебе страшно попробовать?- подсказывает Рокэ неправильный ответ и замирает в ожидании приговора. Нет, вердикт ему не страшен: если Дик боится, но все же хочет, сделать ему приятное будет только радостью. - Мне, - Ричард, глубоко вдохнув, явно набирается смелости, а потом улыбается, решившись на откровенность, - Мне с вами хорошо и так. Не потому что вы... Или я... Я могу! Но... - Всё в порядке, я понял, - останавливает Рокэ, убирает руку и касается губами щеки. - Так вы не обижены, что я... Не хочу? - Недоверчиво уточняет Дикон утром, после ночи полной нежных касаний и тихих сокровенных объятий и Рокэ качает головой - не обижен, и видит в глазах Дика отражение своего собственного облегчения от того, что чувства их прояснились. Улыбка откровенно счастливая так и пляшет на губах. Рокэ жаждет признаться: - И мне с тобой хорошо и так. Просто с тобой. Обнимать, чувствовать рядом. Когда ты гладишь по волосам или позволяешь гладить спину. Рядом лежать и чувствовать твоё дыхание. Дик подхватывает, ободрённый. - Когда вы обнимаете и смотрите с нежностью. От этого... Так тепло. - он прижимает руку к груди не зная как выразить точнее, - Правильно. Понимаете? Рокэ понимает и эта разделённая не страсть сродни экстазу. И все же Рокэ должен сказать: - Если захочешь, сообщи мне, хорошо? Если передумаешь. - Дик смотрит недоверчиво и Рокэ поясняет, - Так бывает, иногда это чувство... Просыпается. Он не знает, как объяснить: раз или два он чувствовал себя в этом смысле почти нормальным и, кажется, действительно хотел бури. Дик кивает, принимая на веру, то чего не чувствует. Рокэ, обняв за плечи, укладывает его обратно на подушки и внешний мир за пределами сонной постели снова перестает существовать.