Итальянские каникулы

Тимоти лежал на диване, куда его положил мистер Хаммер, и со страхом думал, что же теперь будет. Их разговор в погребе был словно в бреду, но он понимал, что теперь профессор все знает, и мысль о словах мистера Хаммера про наказание была еще страшнее, чем боль в коленях. В этот момент профессор вернулся с миской, полной воды со льдом, и тканью. Он вздохнул, подвигая стул и садясь рядом с парнем. - Сейчас должно стать полегче, компресс поможет. Посмотрим, что будет утром, если хуже, то я отвезу тебя к врачу. - Мне уже лучше, - заверил Тим, нервничая и осторожно глядя на мужчину, чтобы понять, злится ли он. Но на данный момент лицо мистера Хаммера было непроницаемо. - Боюсь, мне придется тебя осматривать, каждый день, - сообщил профессор, смачивая ткань и прикладывая к коленям Тимоти. - Все тело. Парень испуганно посмотрел на мистера Хаммера, надеясь, что это просто слова. - Все будет хорошо… - пробормотал он. - Не нужно вам… - Я тебя предупреждал. Я не допущу, чтобы в моем доме происходили вещи, подобные этим. Ты и в Нью-Йорке этим занимался?! - строго спросил профессор. - Нет, - тихо ответил Тимоти. - Значит, это я виноват, что ты это делаешь? - мистер Хаммер посмотрел на него. Тим покачал головой. - Не будем об этом сейчас, - мужчина закончил с компрессом и отставил миску с водой. - Точно, не хочешь вернуться домой сразу? - Нет, мистер Хаммер, я себя хорошо чувствую… Парень чувствовал лишь страх, потому что их разговор как бы откладывался, и его чутье подсказывало, что профессор что-то задумал. А, учитывая то, что Витторе, Лучиана и Беатрис вернутся только завтра… Значит, как минимум, сегодня вечером они опять будут одни… Чуть позже вернулся Альберто с лососем, к тому времени Тимоти уже был в сидячем положении, и все выглядело, как ни в чем не бывало. Они отправились обедать в уютную гостиную синьора Кавалли, где тот начал нахваливать профессора, стоило ему выпить несколько бокалов вина. - Тебе, Тимоти, очень повезло, - заявил чуть раскрасневшийся хозяин дома. - Мистер Хаммер - лучший преподаватель из тех, что я знал. Мало того, что он очень умен и опытен, так еще и красив и богат. - Альберто! - усмехнулся профессор. - Спасибо, конечно, но, думаю, Тимоти это неинтересно… Что ты меня, как невесту на выданье, рекламируешь? - Я знаю, - робко вставил Тим. - Мистер Хаммер очень хороший. Профессор взглянул на Тимоти, улыбаясь. - Но есть у него, конечно, один недостаток… - Альберто было уже не остановить. - Он так же постоянен в своих увлечениях, как аромат вина в месяц назад открытой бутылке. Мистер Хаммер закатил глаза и покачал головой. - Так и знал, что не может быть все хорошо, Альберто, завязывай. Тимоти поглощал лосося, поглядывая на синьора Кавалли и искоса на профессора, хоть и понимая, что все это шутки, но осознавая, что в каждой из них есть доля правды. - Я все жду, - хозяин налил себе еще бокал вина. - Когда уже найдется тот, кто приберет его к рукам, и, самое интересное, кто же это будет? Итальянская синьорита, красивый горячий парень или кто-то из Америки… - он взглянул на Тимоти с улыбкой. - Я всегда отдаю предпочтение студентам, - рассмеялся профессор. - Ты же знаешь, работа прежде всего. Потом разговор плавно перетек в русло виноделия, обед закончился, и они вышли прогуляться по виноградникам. Тимоти был удивлен, никогда в своей жизни он не видел столько виноградных деревьев. Учитывая его колени, много ходить не пришлось, но удалось поесть винограда и даже понаблюдать за мистером Хаммером, который с интересом ощупывал гроздья и выбирал те, что получше. А после получил их в подарок от синьора Кавалли. - Будете сегодня есть виноград на ужин, - рассмеялся уже порядком пьяненький хозяин дома. - Слышал, что Витторе и твои кухарки уехали в отпуск? - обратился он уже конкретно к мистеру Хаммеру. - Ну, вроде того, - профессор мельком взглянул на Тимоти. - И с чего это ты так расщедрился, что отпустил их на две недели? Тимоти обернулся, забыв о виноградниках, и посмотрел на мистера Хаммера. - Они давно не отдыхали, - сказал тот, не глядя на парня. - Справитесь вы вдвоем? Тяжеловато, наверное, с таким большим домом… - заметил Альберто. - Я думал, они уехали на два дня… - Тим вопросительно посмотрел на мистера Хаммера. - Они умоляли отпустить их подольше, - профессор улыбнулся ему. Обратно Тимоти и мистер Хаммер сначала шли пешком. Синьор Кавалли не мог их везти по причине того, что уже едва держался на ногах. Тим заявил, что колени не сильно болят, но уже через десять минут ходьбы снова ощутил боль. Наверное, прогулка по виноградникам была его крайним пределом. И теперь он шел, стараясь не показывать своих страданий, однако, профессор быстро это заметил. - Тимоти, я вижу, что ты не можешь идти, я отнесу тебя, - твердо сказал мужчина, останавливаясь. - Не надо, - помотал головой Тим. - Я посижу немного, мне нужно отдохнуть… И он сел на корточки, вздыхая и чувствуя себя помехой их прогулке. Солнце уже начинало опускаться за горизонт, и жара немного отступила, поменявшись с приятным теплом. - Здесь недалеко, не стесняйся, ты совсем легкий, - мистер Хаммер подошел к нему и присел рядом. - Тут красиво… - Тимоти огляделся. Повсюду было поле. Отсюда еще не было видно виллы мистера Хаммера и уже не было видно дома синьора Кавалли. Сейчас они были в открытом поле, заросшим довольно высокой травой. - Давайте посидим тут немного… Парень пытался отсрочить неудобную ситуацию. Не очень-то хотелось, чтобы почти десять минут профессор нес его до дома. - Ну, давай, посидим. Мистер Хаммер сел рядом, опираясь на руки и глядя на Тимоти. - Зачем вы соврали, что ваши помощники уехали на два дня? - обреченно спросил парень. Профессор помолчал какое-то время, а затем улыбнулся и, протянув руку, поправил выбившуюся прядь волос Тима. - Не хотел тебя пугать. - Пугать? - Тимоти чуть улыбнулся. - Почему я должен пугаться? - Ты же боишься оставаться со мной наедине? - мистер Хаммер сорвал колосок и теперь бесстыдно дотрагивался им до шеи парня, чуть щекоча. - Вы же мой преподаватель, как я могу… - парень засмеялся, чувствуя, что колосок спускается ниже по шее, дотрагиваясь до края выреза футболки. - Преподаватель, который тебя хочет, - уточнил профессор. - Подними футболку. Тимоти удивленно взглянул на мужчину, как бы поражаясь этой фразе. - Я уже отдохнул, может, пойдем? - поспешно сказал он. - Подними футболку и ляг на спину, давай, не спорь со мной, - настойчиво сказал мужчина, подвинувшись к парню и кладя ему руку на грудь. - Мистер Хаммер, вы напились, что ли? - Тим постарался схватить руку профессора, но его тут же уложили на спину. Мужчина навис над ним, глядя в его глаза, а его ладонь плавно поглаживала футболку Тимоти. - Я хочу тебя, - выдохнул он, чуть наклонившись над парнем. - Так сильно, как никого еще не хотел. Тим беспомощно схватился руками за траву, шаря по земле, потому что понимал - он не сможет остановить мистера Хаммера, даже если попытается. - Подними футболку, и я немного поиграюсь с тобой. Если не сделаешь этого, то я тебя трахну прямо здесь. - Это шантаж, - прошептал Тимоти, нервничая и чуть дрожа. - Да, это он, - мужчина улыбнулся. - Ты же хочешь еще немного побыть непорочным и чистым? И я оказываю тебе такую услугу. Тим кусал губу и понимал, что тут невозможно спорить. Он осторожно потянулся к краю футболки руками и потянул ее наверх, оголяя живот, и краснея. - Выше, - требовательно сказал профессор. - До самых подмышек. Тимоти потянул выше, надеясь, что никто их тут не застукает, иначе бы это было самым ужасным моментом в его жизни. Мужчина ждал, и когда футболка открыла грудь парня, он тут же погладил по ней ладонью. Тим напряженно вдохнул, зажмурившись. Ему было стыдно и непонятно, зачем это нужно. Мистер Хаммер вдруг дотронулся до его правого соска, Тим вздрогнул, понимая, что это все тот же самый колосок. И это было крайне возбуждающе. Проклятая травинка скользила по груди парня под руководством профессора, заставляя тело распаляться. - Не надо… - с мольбой сказал Тимоти, интуитивно закрывая руками грудь. - Почему? Это же приятно… - мужчина наклонился, проводя языком по пальцам Тима. Это подействовало, Тим тут же отдернул руки, чувствуя себя загнанным в угол. Мистер Хаммер, видимо, решил, что руки парня могут снова стать помехой, поэтому прижал обе ладони к траве и улыбнулся. - У тебя уже встал? - Мистер Хаммер! - возмутился Тимоти. - Отпустите меня! - Я бы мог просто проверить, но я не буду трогать твой член, пусть он томится в трусах, потому что ты сегодня наказан. И да, уверен, ты беспокоишься, накажу ли я тебя за колени… Да, Тимоти, я накажу тебя, сегодня ночью. Профессор наклонился над грудью парня и, взглянув в его глаза, языком коснулся левого соска, лизнув его мимолетно. Тим похолодел. Он думал об этом, но сейчас все стало еще хуже, он, почти обездвиженный, лежал под мистером Хаммером, а тот и не думал прекращать. Тимоти было обидно, ведь, он был прав. В трусах у парня стало тесно, и грозило стать еще более тесно, если профессор не закончит эту пытку. Мужчина стал лизать его сосок, словно старался его растопить или добраться до чего-то еще более вкусного. Он не останавливался, упорно гладя языком. Тимоти всхлипнул, чувствуя, как все тело содрогается против его воли. - Хороший мальчик, - мистер Хаммер с наслаждением посмотрел на парня. - Мне нравится, когда ты послушный. Тим не успел даже что-то ответить, как язык мужчины уже занялся правым соском, чуть касаясь его кончиком и дразня еще больше. Профессор был опытным не только в преподавании, он мастерски владел своим языком, это пронеслось в плавящемся мозгу парня, пока его жадно вылизывали. Тимоти тихонько всхлипывал и иногда быстро дышал, приходя в ужас от того, что было приятно. Когда мистер Хаммер начал засасывать и целовать губами, парень беспомощно заныл. Профессор был доволен результатом, и Тим ощутил, как соска касаются зубы. Он вздрогнул и чуть напрягся, беспокоясь. Мужчина сосал, лизал, целовал, и вдруг немножко укусил, тут же лизнув поверх укуса. - Мистер Хаммер… - в страхе пробормотал Тимоти. - Давай я буду лизать и покусывать правый и мять левый пальцами? - профессор улыбнулся, глядя на дрожащие ресницы парня. Тим только замотал головой, но это уже не имело значения. Мужчина выполнил задумку, сжимая левый сосок между пальцами и приятно оттягивая. Тимоти трогал себя, но это были глупости по сравнению с пальцами профессора. Сейчас все было очень приятно, приятно настолько, что парень даже не осознавал, что ерзает по траве, пытаясь хоть немного коснуться мистера Хаммера твердым, как камень, членом. Но это было безуспешно, профессор выбрал такую позицию, чтобы Тим не мог его дотронуться. - Пожалуйста, - взмолился Тимоти. - Пожалуйста, перестаньте… Вы меня мучаете! - Ничего. Небольшое воздержание полезно, ночью кончишь, как следует. Мистер Хаммер улыбнулся и теперь теребил пальцами его соски, иногда наклоняясь и немного посасывая их ртом. Тимоти не нашелся, что ответить. Он, конечно, привык страдать и терпеть, но вдруг подумал, что боль терпеть проще, чем удовольствие. Это наслаждение было нестерпимым. Вот оно, что такое. Грех. Искушение. Томление. Вот почему люди предаются разврату. Теперь Тим начинал понимать, как нестерпимо горит в трусах, когда есть двое. Один он не мог такого ощутить. Он стал отвратительным и грязным, потому что хотел продолжения. Губы профессора были невыносимыми, язык был желанным. Тимоти хотел этой грязи, этого мужчину. Он хотел быть полностью голым, положенным перед ним, как агнец на заклание, и чтобы мистер Хаммер сделал с ним все грязные вещи. - Мистер Хаммер, - со слезами на глазах прошептал Тим. - Я сейчас… я… Мужчина отпустил его. И руки, и грудь. Даже футболку опустил. - Прости, Тимоти, я не хотел доводить до этого. Тимоти тяжело дышал и не мог оправиться, чувствуя, как сводит член от неполученной разрядки. - Вы что-то со мной сделали, - он отвернулся, закрывая глаза, из которых потекли слезы. - Я грязный, грязный. - Ну, ладно, не плачь, что такого случилось? - строго сказал профессор. - Поигрался с сосками и всего-то. Что будет, когда я тебя трахну? Тим всхлипывал, закрыв лицо руками. - Мне нужно на исповедь. Это ужасно! - Вот еще! - возмутился мистер Хаммер. - Чтобы потом священник разнес слухи по всему городу. Тимоти рассердился и немного осмелел. - Да вы и так тут со всеми… Все знают! - Ну, пока не со всеми. Есть тут один нетронутый американский мальчишка. Тим шмыгнул носом. - Я не гей, - отчаянно крикнул он. - Вы просто что-то такое умеете, приятно делать. - Не хочу тебя огорчать, но, не будь ты геем, самые умелые ласки тебя бы не распалили, - усмехнулся мужчина. Тимоти с ужасом посмотрел на профессора, думая, что если так, выхода нет. Но тут же ему в голову пришла мысль. - Ерунда! Секс с мужчинами - это разврат, не более. Если бы у вас были моральные ценности, вы бы нашли женщину и завели семью. Это все похоть и грех! Я смогу с этим бороться! - А ты крепкий орешек. Но я и не таких раскалывал, не переживай, у нас еще три недели, - заявил мистер Хаммер без тени сомнения. - Для вас люди, как подопытные свинки? - Тимоти мрачно взглянул профессору в глаза. - Тимоти, ты мне нравишься. - Вам никто не нравится, - парень замотал головой. - Вы просто хотите разврата. - Я настолько тебя раздражаю? - с какой-то грустью спросил мистер Хаммер. Тим чуть перевел дух и искоса взглянул на мужчину. - Вы хороший преподаватель, я думаю. Но зачем я вам? Вы же меня сломаете. Не будьте таким жестоким… Я слабый. Поэтому и заслуживаю ремня. - Про ремень я тебе уже сказал. Ты заслужил наказание, - мистер Хаммер нахмурился. - Давай вернемся. Тимоти встал, решив, что как бы не было больно, он пойдет сам. К счастью, колени немного затихли, и он смог добраться до дома без помощи профессора. Случившееся в поле еще больше расстроило Тима. Теперь он считал себя слабаком. Все восемнадцать лет своей жизни он думал, что неплохо справляется с поставленными перед ним задачами, но эту задачу он уже почти провалил. Задача была, как ему казалось в начале, предельно проста - приехать на месяц в Италию, посмотреть что-то новое и подучить язык. Потом она немного усложнилась - нужно было сопротивляться недвусмысленным ухаживаниям и посягательствам профессора. Но он все еще справлялся. Но как-то резко и совершенно позорно он оказался близок к краю обрыва. Мало того, что мистер Хаммер уже вовсю имел над ним свое греховное влияние, так еще и сам парень внутри себя чувствовал какой-то надлом, словно он не имел уже ни выдержки, ни уверенности, ничего. Тим знал, что все, во что он верил - было правильным и истинным, но его тело стало совсем слабым, и как бы он не старался его усмирять, ничего не выходило. Плоть слаба - это ему было известно, но его плоть оказалась ну совсем легкой добычей, такого он не ожидал, это повергло его в бездну отчаяния. И все, о чем он мог думать сейчас - нужно сохранить хотя бы свой дух, если уж тело ему больше не подчиняется. В одном парень был уверен - он никогда не позволит этой греховной сущности внутри одержать верх. Даже если здесь, в Италии, он оказался так слаб, когда он вернется домой, в привычную жизнь, все пойдет на лад. Он будет снова учиться, трудиться, много читать Библию, а потом приедет девушка Анна. Тимоти думал об Анне, как о спасительном ангеле. Ему представлялось, что связь с девушкой, конечно, не сексуальная и греховная, а дружеская, с уклоном в будущие семейные отношения - это то, что нужно, после такого странного, накрывшего его с головой помутнения. Вечером Тим и мистер Хаммер ужинали в столовой. Тишина была слишком гнетущей. В голове у парня стояли страшные картины из поля, а профессор выглядел довольно поникшим, даже не смотрел на Тимоти. Когда парень доел и тихонько положил вилку на тарелку, мужчина вдруг сказал: - После полуночи приходи ко мне в комнату. - Я уже буду спать, - возразил Тим, просто поражаясь такой наглости. - Спать ты будешь, когда понесешь наказание за свои проделки, - мистер Хаммер отставил тарелку и взял в руки стакан с водой, отпивая. - Я всегда сдерживаю свои обещания. - Какое наказание? - не выдержал Тимоти. - Опять вас обнимать или что-то такое? - Принеси ремень, - мужчина сказал это сухо и безразлично. Тимоти сжался, вспоминая боль в коленях. Неужели мистер Хаммер будет его бить?! - Зачем? - тихо спросил он. - Для наказания. - Вы меня будете бить? - волнуясь, спросил Тим. - У меня другие методы работы, - усмехнулся профессор. Теперь парень волновался еще больше. Он осмотрел столовую, возвращаясь взглядом к мистеру Хаммеру. - А мы будем заниматься сегодня итальянским? - поинтересовался он, качая ногой под столом. - Чем бы ты хотел заняться? Может, посмотрим кино вместе? На итальянском. Профессор встал из-за стола. - Какой фильм? - Тимоти обрадовался, потому что это хоть немного походило на занятия. - О чувственных наслаждениях, - мистер Хаммер улыбнулся. - Что это за фильм? - подозрительно посмотрел он на профессора. - Пойдем, я тебе что-то покажу, в библиотеке. Тим чувствовал, что все не просто так, но, конечно, пошел следом за мужчиной, начиная нервничать. Мистер Хаммер вошел с ним в библиотеку и прикрыл дверь. - Иди сюда, к стеллажам. Парень последовал за профессором, останавливаясь рядом. Они стояли напротив полок с книгами. Ничего особенного, Тим вопросительно взглянул на мужчину. - Книги. И что вы мне хотели показать? - не выдержав, спросил Тимоти. - Вот это, - мистер Хаммер нажал куда-то снизу одной из полок, и стеллаж начал раскрываться, вращаясь. Через пару секунд перед ними уже был не стеллаж с книгами, а несколько полок с дисками, на которых были фильмы. Тимоти посмотрел на то, что ему открылось, и стал медленно, но верно заливаться краской. Все диски, которых было великое множество, вероятно, были фильмами для взрослых, такой вывод можно было сделать, посмотрев на названия и недвусмысленные картинки. Самое ужасное было то, что везде были изображены мужчины, женщин там не было от слова совсем. Тимоти еще не успел прийти в себя от шока, а мистер Хаммер уже взял один диск с полки и протянул ему, говоря: - Может, вот этот? Здесь как раз про учителя и его крайне способного ученика… - Я это смотреть не буду, - твердо сказал Тим. - Вы все это смотрели?? - он не мог поверить, что можно сохранить здравый рассудок после столь длительного просмотра такого непотребства. - Поверь мне, Тимоти, моя жизнь иногда бывала более насыщенной, чем сюжеты этих фильмов, - профессор улыбнулся. Тим поморщился, отходя чуть назад. - Давайте лучше книги читать. - Чтение у нас было вчера, может, тогда займемся разговором на итальянском, а фильм я, все-таки, возьму, вдруг у тебя будет потом настроение… Мистер Хаммер нажал кнопку, скрывая свой тайник греха, и проследовал к креслу, садясь на него и внимательно глядя на парня. - О чем поговорим? - спросил он уже на итальянском. Тимоти подошел и осторожно сел на диван напротив, поглядывая на диск в руках у мужчины и радуясь, что его не заставили смотреть насильно. - Об искусстве, - уверенно сказал парень, эта тема ему казалась нейтральной и очень даже безопасной. - Хорошо, - профессор кивнул и достал сигарету, закуривая и поудобнее устраиваясь в кресле. - Эпоха Возрождения, например? Хочешь, я расскажу тебе интересное о Флоренции? Тимоти приготовился слушать. То, как рассказывал мистер Хаммер, он мог бы слушать вечно. - Флоренция была невероятно популярным местом среди людей нетрадиционной ориентации… - начал профессор. Тим вздохнул. - Знаешь, какое место пользовалось популярностью среди приверженцев такой любви? - Наверное, публичный дом… - проворчал Тимоти, не слишком-то разбираясь в местах, подобных этим. - Да нет, - мистер Хаммер усмехнулся. - Переулок Буко. Знаешь, как переводится с итальянского “буко”? Тимоти напрягся и тяжко вздохнул. - Дырка, - сказал он, краснея и злясь, от того, что опять не удалось избежать этого кошмара. - Этот переулок очень узкий и темный, поэтому такое название, но люди определенного круга использовали это слово для… - Мистер Хаммер, я не думаю, что это имеет отношение к искусству, - взмолился Тим, представив, что еще мог рассказать профессор. - Ну, расскажите уже про искусство. - Леонардо да Винчи? - мужчина с интересом посмотрел на него. - Да, это чудесно! - растерянно вздохнул Тим, ерзая на диване. - У Леонардо был любимый ассистент, Джакомо Капротти. Он дал ему ласковое прозвище Салаи, что значит “чертик”. И да, Леонардо воспевал гомосексуальность в своих прекрасных работах, например, рисуя античных богов. Тимоти, он видел в этом божественный промысел. - У вас все про одно… - парень покорился неизбежному, понимая, что разговоры сегодня будут лишь о геях в искусстве. - Иди сюда, я покажу тебе некоторые работы, может, ты их не видел… - мистер Хаммер повернулся к столу, вытаскивая из ящика какой-то альбом. Тиму хотелось немного разбавить эту “чудесную” тему, поэтому идея смотреть картины ему понравилась. Он осторожно подошел к столу и наклонился над тем, что перед ним открыл мужчина. - “Ангел во плоти”. Нравится? - профессор с улыбкой взглянул на Тимоти, глаза которого расширились. - Но… вроде как… Эта картина… Там не было… - Члена? Да… - мужчина, явно, был доволен впечатлением, что он произвел на Тимоти. - Это эскиз. А ты видел уже готовую картину. Красивый? - Мужчина? - Тимоти был пунцовый и нервный. - Член. Мне нравится форма… И величина, что надо… Толщина, такая приятная. - А другие картины есть? - Тим чувствовал странное возбуждение, когда смотрел на это бесстыдство. - Гвидо Рени. “Святой Себастьян”. - мистер Хаммер перевернул лист и перед парнем открылся вид юноши, привязанного к дереву и пронзенного стрелами. - Ты только посмотри, он просто прекрасен, такой покорный… - Да его стрелами пронзили… - заметил Тимоти. - Может, это стрелы любви? - профессор улыбнулся и захлопнул альбом, переходя на английский. - Хватит с тебя, уже поздно. Тимоти со страхом взглянул на часы на стене, было без пятнадцати двенадцать ночи. - Я тогда спать пойду… - осторожно предложил он, отметив, что мужчина тоже смотрел на время. Профессор встал с кресла и положил ему руки на плечи, чуть сжимая и наклоняясь к его уху. - Через пятнадцать минут я жду тебя в своей комнате. Не опаздывай. И не забудь принести свое орудие самоистязания. - Мистер Хаммер… - начал Тимоти, в панике уже и не зная, что придумать, лишь бы не ходить. - Не бойся. Больно не будет, - мужчина улыбнулся и погладил его по волосам. - Ты - как весенний цветок, как же я хочу, чтобы ты раскрылся, - рука профессора переместилась на его лицо и скользнула к подбородку, приподнимая его. - Раскрылся на моих глазах, истекая сладким нектаром. Тимоти в ужасе смотрел на профессора, краснея и бледнея, он уже не совсем понимал эти метафоры, но чувствовал, что все это ужасно пошло и грязно. - А если я не приду? - выдавил из себя Тим, умоляюще намекая. - Но ты, ведь, придешь? Ты же не хочешь, чтобы я был тобой недоволен? Выйдя из библиотеки, парень быстрым шагом отправился в комнату. В его голове были мысли от “сбежать из дома” до “запереться в комнате”. Обе казались глупыми. Тимоти понятия не имел, как его будут наказывать, но, судя по тому, что ему обещали, ничего хорошего ждать не приходилось. Парню хотелось бы думать, что мужчина не сделает ничего плохого, ведь, профессор ему нравился. Умный, красивый, заботливый, нежный… Тим перечислял положительные свойства, надеясь, что это спасет его от чего-то нехорошего. Кажется, за неделю мистер Хаммер ничего непоправимого не сделал… Ну, только немного. Тимоти решил пойти, но быть смелым и не давать спуска. Всё-таки, ему еще три недели жить вместе с преподавателем, и показывать свой страх уже сейчас - значило почти сдаться. Парень достал ремень из шкафа и вздохнул, потому что при одном виде этой вещи, колени предательски заныли. Потом он взглянул на себя в зеркало. Выглядел он чуть испуганным, но в остальном все было в порядке. Тим всмотрелся. Был ли он таким же привлекательным, как парни на картинах Эпохи Возрождения? Неужели он бы стал любовником мужчин, если бы жил в ту пору? Тимоти представил, как мистер Хаммер рисует полотна, закусив конец кисти, а он приносит ему краски. - Раздевайся, - прошептал мужчина. - Мне нужно вдохновение. Тим вздрогнул, смахнув из мыслей наваждение, подступившее от глупых рассказов профессора. Он пойдет и ничего не случится. Мистер Хаммер всего лишь преподаватель, да, развратный, но это Тимоти без разницы. Парень решительно отправился к мужчине в комнату. Мистер Хаммер открыл ему в одних шортах. Майки на нем уже не было. Он указал на кровать. - Ложись. - Зачем? - Тимоти жалобно посмотрел на него. - Тимоти, ложись на кровать. - Что вы хотите сделать? - Тим с тоской посмотрел на дверь, сразу забыв о своей смелости. - Этот тот ремень? - мужчина взял то, что Тимоти держал в руках. Парень стыдливо кивнул. - Не бойся, ложись. На спину, - уточнил профессор. В комнате горел одинокий ночник, даря немного тусклого света. Окно было настежь открыто. А на кровати одна только атласная простынь персикового цвета и единственная подушка. Это было слишком провокационно. Лечь в кровать к профессору… Но Тимоти решил, что не будет противиться, может, все было не так плохо, как выглядело. Он осторожно подошел к кровати и лег, сняв кеды и носки и аккуратно положив их у кровати. Мистер Хаммер подошел к нему, останавливаясь у изголовья и чуть наклонившись. - Сними футболку, - ласково сказал он. В его руках были какие-то куски материи. Тимоти совершенно испугался, воображая самое страшное. - Вы… Что вы хотите сделать? - прошептал Тим. - Доверься мне, это просто небольшое наказание, - успокоил его мужчина. Тимоти снял футболку и подумал, что если что случится, то он будет вынужден кричать, кусаться, вырываться, может, даже позвонить в полицию. Мужчина сразу сбросил его футболку на пол и сел на кровати, оседлав Тима. Это поза перекрывала всяческий доступ к побегу. Тимоти часто задышал и расширил глаза, глядя, как мистер Хаммер берет его руку и и прикладывает ее к спинке кровати, начиная привязывать чем-то мягким. Он всполошился и дернулся, но профессор пришпорил его коленями. - Не дергайся, - предупредил он. Тимоти и глазом моргнуть не успел, как профессор привязал и вторую руку, расположив их на одинаковом расстоянии от головы парня. - Вы привязали меня! - воскликнул Тим, впадая в состояние паники. - Чтобы ты не мешал мне, не волнуйся, это мягкий атлас, ничего не останется, ни единой вмятины. Я бы не позволил себе портить это сладкое тело. Тим задергался, понимая, что ноги все еще свободны. - Я сниму джинсы, они нам не нужны, - мистер Хаммер взялся за пуговицу джинсов Тимоти, расстегивая сначала ее, потом молнию, и резко стягивая их с бедер парня. - Пожалуйста, не надо… - в отчаянии прошептал парень. - Сейчас сниму до конца, не шевелись, а то будет больно коленям, - предупредил профессор, в процессе раздевания осторожно избегая ран. Тимоти помнил о боли, поэтому предпочел не шевелиться. Джинсы были сняты и брошены на пол. Мистер Хаммер взял в руки ремень и вернулся к Тиму. - Итак, Тимоти, я тебя предупреждал. Зачем ты делал себе больно? - он постукивал сложенным ремнем о свою ладонь. - Потому что я грязный, я совершал плохие поступки, - пожаловался парень. - Отныне я несу за них ответственность. За твои раны и ушибы. Каждая отметина на теле - наказание будет все более суровым. Сегодня мы немного тебя накажем. Потому что это первый раз. Тимоти был уверен, что его сейчас отхлестают ремнем. Он напрягся и закрыл глаза. Мистер Хаммер сел на кровать с ногами, и в тот же самый миг ключиц Тима коснулось что-то металлическое. Парень испуганно открыл глаза и понял, что это пряжка ремня. Профессор вел ею от шеи вниз, держа ремень в руке. Это испугало парня больше, чем если бы его ударили, что это была за странная игра? Пряжка скользила медленно, и добралась до соска, начиная его аккуратно обводить круговыми движениями. Тимоти перестал дышать. В глазах профессора было желание и интерес. - Приятно? - спросил он. - Что вы делаете? - прошептал Тим, спрашивая совершенно искренне. - Смотри, ты мог бы вот это делать с ремнем, а не бессмысленные побои! Рука профессора повела ремень вниз, скользнув по пупку, чуть ниже, и добравшись до трусов. Тимоти был в ужасе. Мистер Хаммер посмотрел ему в глаза и улыбнулся, начиная гладить по члену пряжкой, чуть касаясь, но достаточно, чтобы Тима это возбудило. Парень попытался сжать ноги и как-то прикрыться, но профессор тут же раздвинул его ноги и теперь удерживал их своими коленями. - Ну, не надо, Тимоти, ты уже завелся. А впереди самое приятное. Мое наказание… - мужчина чуть стукнул по члену кончиком пряжки, и парень ахнул, чувствуя невероятную судорогу внизу живота. Член уже стоял почти полностью. - Зачем вы так делаете? - Тим хотел заплакать, чтобы как-то это остановить, но слезы не появлялись, а в трусах было чуть влажно и дико твердо. - Ремень не понадобится, я просто хотел тебе показать, что этой штукой ты мог бы поласкать свой разгоряченный член. Тимоти чуть выдохнул, когда ремень был отброшен профессором на пол. Он подумал, что наказание подошло к концу и с надеждой проследил за мужчиной взглядом. - Ну, а теперь приятная часть, - мистер Хаммер улыбнулся и взглянул на трусы Тима. - Чем сильнее будешь стонать, тем лучше работает наказание. Парень испуганно посмотрел на профессора, но сделать не мог ничего. Руки были привязаны, а ноги удерживались коленями, и только его сердце билось в неудержимом ритме. - Тимоти, у тебя такой стояк! - мистер Хаммер улыбнулся. - Ты совсем себя не контролируешь. И это мне нравится. Парень закрыл глаза, думая, что это конец. Он никогда больше не сможет забыть этого позора. Но тут профессор сжал его яички, ведя языком по члену через трусы. Тим ахнул. Одно движение и такое, что он оказался за пределами всего этого ада. - Я полижу тебя через трусы, ты же у нас такой невинный… - мужчина ласково игрался с его яичками, перекатывая их пальцами. Тимоти задрожал и всхлипнул. Сначала мистер Хаммер лизал, лизал пока трусы не стали мокрыми. Тонкая синтетика быстро промокла насквозь, и Тим застонал уже тогда, кусая себя за губы так, что грозила пойти кровь. Он даже не мог говорить, стало все равно. Он собирался подумать потом, но не сейчас, когда там было так хорошо. Он чувствовал, что головка члена чуть выбралась из трусов, и мистер Хаммер иногда проходится по ней губами. В первый момент Тимоти почти кончил, но профессор вовремя остановился. - Сразу бы так, - довольно сказал мужчина и сосредоточился на том, что чуть дул на член Тима и потом мял яички. Тимоти стонал, не понимая, как эти звуки вылетали из его рта, но это уже был не он, словно он полностью потерял контроль над этим безвольным телом. Тим чуть напряг ягодицы, приподнимаясь и выгибаясь, всхлипывая и чувствуя, что нужно еще немного, чтобы получить желанное удовольствием в полной мере. Мистер Хаммер обхватил ртом его член, и сосал, и лизал, почти прихватывал губами, и Тим кричал, а потом охнул, и его накрыло. Сперма тонкими струйками выплеснулась ему на грудь из чуть торчавшего из трусов члена. Остальное Тимоти помнил, как во сне. Вот Мистер Хаммер развязывает его руки. Вот он вытирает полотенцем его грудь. Вот ложится рядом с ним и чуть поглаживает по плечу. Дальше наступила темнота. Парень проснулся, вскрикнув, словно вырываясь из кошмара, который его не отпускал и затягивал все глубже в страшную липкую безысходность. Осознание произошедшего и понимание, что это был вовсе не сон, раздавило Тима. Он сразу заплакал, так горько, словно жизнь его была кончена. Тут же его обняли сильные руки и притянули к горячей груди. - Тимоти, Тимоти, - повторял мистер Хаммер. - Я с тобой. Но это не могло успокоить парня. Это только доказывало - он не только принимал во всем это участие, но и получил от этого удовольствие. Он трясся, долго. Рыдал, обвинял профессора в чем-то, и тут же снова плакал. Наконец, слез не осталось, и Тимоти начал просто вздыхать и тереть глаза руками. - Иди ко мне, я тебя поцелую, - мистер Хаммер взял его за подбородок и взглянул на губы. Тим вопросительно смотрел на профессора. По всему видимому, ожидая. Мужчина наклонился и коснулся губами его подбородка, чмокнув. Тимоти сморщился и приготовился расплакаться, но мистер Хаммер улыбнулся и добавил. - Да шучу я, шучу. Конечно, в губы, - и накрыл рот Тима своим, нежно раскрывая его языком и проникая внутрь. Это было не так, как Тимоти представлял. Не просто какой-то влажный поцелуй. Мистер Хаммер целовал нежно, но напористо, не отрываясь, ласкал губы Тима языком, трогал его язык во рту своим, чуть останавливался и снова целовал, целовал, заставляя Тимоти расслабиться. Парень понял, что если против касаний и настойчивых домогательств и существовали какие-то приемы, то против губ он был беспомощен. Сам он не шевелился, но послушно открывал губы и позволял там орудовать мистеру Хаммеру, распоряжаться и владеть всем. Что же такого было в этих поцелуях? Тимоти полностью растаял и боялся, что это закончится, потому что знал, сам попросить он не сможет, и вообще, утром ему, наверное, придется убить себя. Но это утром, а сейчас пусть целует его. - Тимоти, - профессор погладил его по щеке, когда все же оторвался и напоследок чуть лизнул его губы. - Ты и внизу, и тут, - он коснулся пальцами его рта, - сладкий, как мед. Тим закрыл глаза и ждал продолжения. И оно незамедлительно последовало. Профессор целовал его, долго и много, пока за окном не начало светать. Тимоти не хотел, чтобы утро наступало. Он не знал, как теперь искупить то, что произошло. Но пока еще их укрывала ночь, он тихонько уткнулся в плечо мужчины, желая продлить это затишье перед надвигающейся бурей.