Итальянские каникулы

Тимоти проснулся от какого-то гулкого шума. Открыв глаза, он сначала долго смотрел в потолок, словно надеясь, что вчерашнее было его страшным сном, и сейчас окажется, что он лежит у себя на кровати. Шум не прекращался. Постепенно до Тима начало доходить, что это звук стеной падающего дождя, кажется, было открыто окно… Он чувствовал небольшие порывы долетающего ветра. Уже тогда Тимоти знал, что это не сон, потому что вместе с дуновением свежего воздуха до него долетал запах сигаретного дыма. Кто-то рядом курил, и парень ощущал всем своим существом присутствие мистера Хаммера поблизости. - Доброе утро! - прозвучало где-то напротив него. Тимоти приподнялся на локте, взглянув вперед и увидел профессора, сидящего на диване у противоположной стены. Мужчина курил, глядя на него, и был совершенно одетым: черные брюки, белая рубашка, даже волосы у него были аккуратно уложены, словно он собирался куда-то на выход. Тим сел, натягивая одеяло, и почувствовал, что в носу предательски щиплет от подступающих слез. Это было худшее утро в его жизни. И он был так слаб, что не знал, как с этим справиться, сидел, чувствуя, что его использовали и посмеялись. Тимоти даже не стал отвечать, сразу нагнулся, проверяя на полу, где его одежда. - Я все отправил в стирку, твои джинсы были в крови. Хочешь, принесу тебе что-то? - невозмутимо спросил профессор. Парень только всхлипнул и передернул плечами. Он не мог говорить, боясь, что заплачет. Тимоти надеялся, что мистер Хаммер молча принесет одежду, и на этом их встреча подойдет к концу, но не тут-то было. Профессор затушил сигарету в стоящей на столике пепельнице и медленно подошел к кровати, садясь на одеяло в опасной близости от Тима. - Ты расстроен? - он заглянул в его глаза. Тимоти замотал головой, избегая встречаться с ним взглядом. После того, что случилось, парню было страшно даже посмотреть на мистера Хаммера. - Ничего, Тимоти, все в порядке. Все хорошо, - мужчина протянул руку и взял его за подбородок, приподнимая лицо и заставляя Тима на него посмотреть. Тут уже парень не выдержал, и из его глаза покатились слезы, капая на персиковый шелк мистера Хаммера, который он натягивал, чтобы прикрыть свою обнаженную грудь. - Колени болят? - спросил мужчина так, словно других причин плакать у Тимоти не было. - Мистер Хаммер… - произнес, всхлипывая, Тимоти. - Я поеду в Нью-Йорк. Лицо профессора нахмурилось, и он обеспокоенно посмотрел на Тима. - Ну, потерпи еще три недели, - сказал он. Тимоти плакал, потому что он не мог терпеть даже одну минуту. Ему хотелось вскочить и убежать бегом отсюда, навсегда. А после читать Библию и жить одинокой отшельнической жизнью, годами искупая свой грех. То, что случилось, было невыносимо, и даже не то, что мистер Хаммер вытворял с ним, а то, что Тимоти при этом чувствовал. И сейчас, вот, тоже, почему он не ненавидел профессора? Не желал ему гореть в адовом огне, не чувствовал к нему отвращения? Мужчина был таким красивым, и снова хотелось отмотать на момент вчерашней ночи, когда Тим касался щекой его плеча, когда они целовались… Тимоти испуганно сглотнул, вспомнив, что вчера у него во рту был язык мужчины. - Я принесу тебе одежду и кофе, отдыхай пока, - успокаивающе сказал профессор и ушел из комнаты. Тим чуть выдохнул, когда остался в комнате один. Но его передышка длилась недолго, потому что за дверью раздался стук каблуков, и через пару мгновений в комнату влетела Франческа. - Мистер Хаммер, вы готовы? - крикнула она и замерла, увидев Тимоти, который испуганно натянул одеяло чуть ли не до носа. - Тимоти? - удивление девушки длилось буквально секунду, а потом он разулыбалась и сказала: - Кого я вижу! Тимоти, ты, наконец, добрался до шелковых простыней! - и тут же подбежала, садясь на кровать. Парень был в ужасе, худшего он и придумать не мог. Теперь Франческа думала, что случилось что-то более существенное, чем оно было на самом деле. Но он молчал, потому что не знал, что сказать в свое оправдание. - Ну, как, тебе понравилось? - девушка нетерпеливо качала ногой в лакированной туфельке. На ней было розовое обтягивающее платье мини и такого же цвета сумочка. - Наверное, прийти в себя не можешь? От счастья! - она захохотала. Тимоти грустно посмотрел на нее, даже в какой-то степени завидуя, что жизнь Франчески так проста и безмятежна. Тут дверь в комнату отворилась и вошел профессор. Он слегка удивился тому, что на кровати теперь был не только Тим. - Франческа? - в руках он держал кофе и одежду, которую, видимо, взял в шкафу парня. - Я же сказал, что не раньше трех! - Я хотела, чтобы мы порепетировали, - надулась девушка. - Мой отец может что-то заподозрить. - Не волнуйся, я профессионал, - усмехнулся мистер Хаммер, взглянув на ничего не понимающего Тима. - Иди и подожди в библиотеке, мы с Тимоти заняты! Франческа посмотрела многозначительно на Тима, а потом на профессора и загадочно улыбнулась. - Не буду вам мешать. Когда звук ее каблуков стих на лестнице, мужчина подошел к Тимоти и повесил его одежду на спинку кровати, а затем протянул кофе. - Не думал, что она придет так рано, - пояснил он. Тим ничего не спрашивал, просто пил кофе, потому что деваться ему было некуда. - Ее родители приезжают сегодня из Рима. Боится, что родители узнают, какой разгульный образ жизни она тут ведет, вот и попросила представиться ее женихом. Так что сегодня у меня знакомство с родителями, - рассмеялся мистер Хаммер. Тимоти перестал пить кофе и удивленно посмотрел на профессора. - Ты удивлен? - мужчина пожал плечами. - Ну, я иногда помогаю людям, к тому же это совсем пустяки. Потом скажет маме и папе, что полюбила другого. Ну, у нее каждую неделю другой, - он рассмеялся и дотронулся до волос Тима. - Мне нужно будет уехать на несколько часов, ты, ведь, будешь хорошим мальчиком? - Мистер Хаммер… - Тимоти собрал все свое самообладание. - Я останусь, но могли бы вы пообещать, что теперь наши отношения будут носить исключительно учебный характер? Профессор смотрел на него какое-то время изучающим взглядом, а потом вдруг покачал головой. - Ты, что, бросаешь меня? Хочешь разбить мне сердце? - театрально произнес он. - Такой жестокий… Тимоти не ожидал такой реакции и в первый момент растерялся, но тут же собрался и с укором сказал: - Как вам не стыдно! Прошу вас, ради всего святого, оставьте меня в покое! - Самое святое, что у меня есть - это твой сладкий рот, который я вчера целовал… И как я теперь могу забыть о нем? - мистер Хаммер мило улыбнулся. - Забудьте об этом. Тимоти злился. Забыть это, конечно, было невозможно, для него-то, уж точно. Он еще находился в состоянии шока, но уже чувствовал, как злость придает ему силы, чтобы бороться с этим адским искушением. - Сегодня я оставлю тебе задание. Ты должен закончить к моему приходу, - строго сказал профессор, игнорируя слова парня о том, что о поцелуях нужно забыть. - Напиши сочинение на итальянском о том, кем ты видишь себя через двадцать лет. А когда я вернусь, то прочту его, это будет твоя контрольная работа, посмотрим, как ты умеешь концентрироваться на первостепенных задачах в условиях стресса. Ты же сейчас расстроен, да? Чувствуешь напряжение? - Как вы только догадались? - Тимоти посмотрел на него чуть припухшими от слез глазами. - Бедный мой мальчик, сегодня я обязательно сделаю тебе ванну, нужно немного расслабиться. - Нет! - протестующе заявил Тим. - Тимоти, я знаю, тебе трудно. У меня тоже в жизни были сложные моменты, и знаешь, что лучше всего помогает в такое время? - Мне помогает моя вера. Тимоти снова отпил кофе и посмотрел на падающие капли дождя. - В такие моменты я начинаю жалеть, что я не священник, - мистер Хаммер улыбнулся. Это навело Тима на совсем страшные мысли, и он поставил кружку на столик. - Я напишу сочинение. - Молодец, тогда я уезжаю в город с Франческой. Вернусь, и мы с тобой поговорим о твоей работе. Профессор дотянулся до руки Тимоти и взял ее в свои ладони, поглаживая. Потом поднес к губам и поцеловал. - Я чувствую себя очень счастливым, и никакая вера это не отменит. Тимоти смотрел на это все, пытаясь подловить мужчину в насмешке или сарказме, но не заметил ни того, ни другого. Парень убрал руку, и ему казалось, что кожа горит в том месте, где мистер Хаммер поцеловал, а из головы не выходило то, что эти же губы были на его губах еще ночью. Профессор улыбнулся ему и вышел из комнаты, оставляя парня одного. Кажется, это лучшее, что могло сейчас случиться. Тим остался хоть на какое-то время со своими мыслями. Ему это было необходимо. Первое, что он сделал, когда мистер Хаммер с Франческой уехали, это отправился в душ у себя в комнате. Стянув трусы, напоминавшие о вчерашней ночи, он хотел выбросить их в мусорку, уже даже снял и скомкал. Но потом вдруг остановился и сел на кровать, как стоял, абсолютно голый, опустив плечи и убито глядя на этот предмет одежды. Закрыв глаза, Тимоти вспоминал то, что случилось вчера, и думал, что этот кусок ткани - самая греховная вещь на свете. Потом он решил пока что их не выбрасывать, пусть останутся, как напоминание о том, что случилось, чтобы такое больше никогда не произошло. Тимоти решил даже не стирать позорную вещь. Этот несмываемый позор должен был напоминать ему, чего следует опасаться. Парень осмотрел комнату, думая, куда их положить, и пришел к выводу, что лучше всего спрятать в чемодан, там, вряд ли, кто-то их найдет, даже если, как сегодня, мистер Хаммер решит взять его одежду из шкафа. Теперь, когда Тимоти избавился от того, что ужасало его более всего, он мог, наконец, принять душ и смыть с себя все, что осталось после этой ночи. Он забрался в душевую кабину и, прежде чем включить воду, дотронулся до своей груди, проводя ладонью. Ему казалось, что он всё еще чувствовал чуть липкую кожу от спермы, что вчера оказалась на его груди из-за адских манипуляций профессора. А еще Тим думал, что его тело пахнет запахом мистера Хаммера, и хотя он не мог бы объяснить, что это за запах, но он,определенно был. Какое-то время он водил по телу руками, словно сожалея о том, что все это придется смыть, но, все-таки, решительно включил воду, поливая себя из душа. Тимоти не мог даже думать о том, что произошло между ним и мистером Хаммером. И самое страшное было не то, что это случилось. А то, что он хотел. Он этого хотел. Парень застыл под каплями душа, отрешенно глядя перед собой. Могло ли это быть случайностью? Может, просто дурное влияние профессора и стресс. Может, больше это не повторится. Там, в Нью-Йорке, он не мог припомнить, чтобы чувствовал что-то похожее к парням. Это немного успокоило. Тим вышел из душа, чистый и немного отрезвившийся. Первым делом взглянул на ремень, который лежал, принесенный обратно из комнаты профессора, на кровати. Тут и думать было нечего, трогать его казалось нежелательным. Еще одного такого наказания Тимоти бы не вынес. Он осмотрелся вокруг, словно мог обнаружить какие-то предметы на замену ремню, но ничего не нашел. Нужно было приступать к сочинению. Это было не сложно, Тим всегда знал, как примерно будет выглядеть его будущее, его к этому готовили с детства, да и вообще, простора для фантазий и глупых мечтаний особенно не было. Парень оделся и пошел в библиотеку, садясь за стол и разложив блокнот и ручки. Он, действительно, отвлекся, занявшись описанием своих планов на будущее, сам не заметил, как написал несколько листов и довольно выдохнул, опираясь на спинку стула. Часы мирно тикали, показывая почти шесть вечера. Тимоти почувствовал голод. И вдруг ему пришла идея. А, что, если наказать себя воздержанием от еды? Этого мистер Хаммер уж точно, никак не сможет заметить. Тим чувствовал ликование. Он мог быть наказан и при этом не получил бы наказания от профессора. Сразу пришло облегчение. Он не будет есть два дня, это будет наказанием. Только кофе или вода. Это ему за то, что посмел получить наслаждение от грязных действий мистера Хаммера. Тимоти даже обрадовался, услышав, как урчит у него в животе. Наказание начинало действовать прямо сейчас. Профессор вернулся около семи. Он был немного усталый, но, увидев Тима в гостиной с блокнотом, лежащим на коленях, сразу же приободрился. - Ты выполнил задание? - спросил он, снимая пиджак и бросая его на спинку дивана. Тимоти окатило волной знакомого парфюма, и это вызвало сладкое нытье в боку. - Да, - сказал парень. - Как прошла встреча? - Думаю, родители Франчески довольны ее женихом. А она сама может опять сегодня предаваться наслаждениям с тем, кто ей, действительно, нравится, - он сел рядом с Тимом. - Вы ей тоже нравитесь… - предположил Тимоти. - Но вы ее не воспринимаете серьезно, не так ли? - Она хорошенькая, я всегда был с ней ласков, - возразил мистер Хаммер. - Думаю, она бы была счастлива выйти за вас замуж. Но у нее не было такого шанса… - Тиму хотелось, чтобы профессор ощутил себя виновным за такую безответственность, вспомнив, что у девушки он был первым мужчиной. - Конечно, такого шанса я не даю никому, - усмехнулся мистер Хаммер. - Я люблю разнообразие. - Это отвратительно, - парень грустно вздохнул. - Вы когда-нибудь думали о том, что могли причинить боль кому-то? - Обычно я дарю удовольствие. Не припоминаю тех, кто бы жаловался. - Я не про тело, - Тим взглянул на профессора, сердясь, потому что тот был неотразим. Ну, вот как природа могла дать ему такую внешность и обаятельность при такой нечистой душе?! - Уверен, вы ранили кого-то своей холодностью и безразличностью… - Боишься в меня влюбиться? - мистер Хаммер наклонился к парню, коварно улыбаясь. Тимоти покраснел, чувствуя, что над ним попросту издеваются. - Я написал, что вы просили, - сказал он, протягивая блокнот профессору. - Может, сначала поужинаем? - предложил мужчина. - Я уже ел… - Тим отрицательно покачал головой, с тоской подумав о холодильнике. - Ладно, тогда жди меня в библиотеке, я перекушу и займемся твоим творением, - мистер Хаммер, явно, был в приподнятом настроении, в отличие от парня. В библиотеке, пока Тимоти ждал мужчину, он вспомнил о вчерашних картинах и решил немного посмотреть тот альбом, который, как он помнил, лежал в первом ящике стола. Первые две он пролистнул быстро, но третья была невероятно притягательна. Во-первых, потому что Тим еще никогда до этого ее не видел, а во-вторых, потому что красота изображенного юноши или девушки - он не мог понять - потрясла его. Он рассматривал лицо в восхищении, даже не заметив, как вошел профессор. И только когда дверь хлопнула, Тимоти понял, что не успел убрать альбом на место. Он испуганно захлопнул его и застыл. - Я вижу, ты тут любуешься картинами? - улыбнулся мистер Хаммер, подходя к парню и склоняясь над ним. - И что тебе понравилось больше всего? Тим понял, что отпираться все же бессмысленно, поэтому покорно открыл третью картину и показал мужчине. - Это невероятно! - с восторгом сказал он, глядя на изображение. - Разве ты не видел эту картину раньше? - мистер Хаммер поднял брови в удивлении и оперся на спинку стула Тимоти. - Это же фрагмент шедевра Да Винчи “Мадонна в скалах”. - Я видел… Но… Там было другое изображение… - Тим смотрел и был уверен, это прекрасное лицо он видел впервые. - Да, то, что ты рассматриваешь сейчас - эта версия написана чуть позже и хранится в Лондонской национальной галерее. Тебе понравился ангел? Он тоже мне нравится, - с наслаждением произнес мужчина. - Такая красота… Не правда ли? - Он такой красивый… - Тимоти прилип взглядом к ангелу, изучая его черты и думая, как он мог пропустить такой шедевр. - Но я не скажу, что это лучшее произведение искусства, что я видел, - профессор забрал у него альбом, откладывая его на стол. - А какое лучшее? - парень заерзал на стуле, желая узнать, чем восхищается мистер Хаммер. - Вот это, - профессор дотронулся до кончика его носа. - Я просто ошеломлен, как природа создала этого ангела. Тимоти не выдержал и засмеялся, как не был смущен. - Ну, у вас и шутки, - фыркнул он. - Это не шутка, - мистер Хаммер развернул его к себе за плечи и рассматривал лицо. - Эта кожа, такая нежная, не тронутая загаром, вьющиеся волосы, зеленые глаза, улыбка, сладкие губы, скулы… Тимоти, ты бесценное произведение искусства, клянусь тебе… - последние слова он почти прошептал, и Тим, испугавшись, прикрыл глаза и замер. - Когда ты мне отдашься? Тимоти распахнул глаза и дернулся, чуть не опрокинув стул. Мистер Хаммер едва успел удержать его равновесие. - Проверяйте сочинение! - сказал парень, встряхиваясь, словно его водой окатили. - Хорошо, - профессор вздохнул. - Какой ты бессердечный! Не видишь, как я страдаю, желая сделать тебя своим любовником. - Боже, как вам только не надоело! - Тимоти прикрыл глаза, вздыхая. - Этого не случится. Мистер Хаммер посмотрел на него выразительно и улыбнулся, беря в руки блокнот и садясь на диван. - Посмотрим, что ты написал, - он пробежался глазами по тексту, затем взял одну из цветных ручек со стола и начал что-то подчеркивать. Это заняло какое-то время. Тимоти уже напрягся и не мог терпеть, ему был интересен приговор. - Ошибки? - спросил он нетерпеливо, пока профессор задумчиво смотрел в текст. - Да нет, дело не в ошибках. Я бы хотел обсудить некоторые моменты. - Какие? - Тим ждал. - Вот ты пишешь, - мистер Хаммер посмотрел в блокнот, а потом на Тимоти. - “Я посвящу все свое время трудам, семье…” А где тут время для удовольствий, например? - Это и есть удовольствие, - проворчал парень. - Труд и семья - это радость. - А твоя будущая жена? - профессор смотрел на него пристально. - Она должна тебе доставлять удовольствие? - Не знаю… - смутился Тимоти. - Какая разница вообще… - Ну, представь, есть прекрасный, умный мальчик, который достоин самого лучшего, и вдруг он просто проживает свою жизнь, хотя мог бы многого добиться, иметь наслаждения, друзей, путешествовать, радоваться всем приятностям жизни… - Вы думаете, что приятности жизни - это заниматься сексом со всеми подряд? - Тимоти насмешливо взглянул на мужчину. - Секс не так плох, как ты думаешь! - профессор посмотрел в написанное парнем. - Ты, конечно, расписал все отлично, но что ты вспомнишь о своей жизни, когда тебе будет сорок? - Вспомню, как усердно трудился и учился, - вздохнул Тимоти. - А меня? - мистер Хаммер улыбнулся уголком рта. - Вспомнишь, наше жаркое летнее приключение? - Боюсь, это невозможно забыть, - парень посмотрел на него с укором. - Вы очень незабываемый. Профессор расхохотался, откладывая блокнот. - И это ты меня еще плохо знаешь. Слушай, завтра в городе будет небольшая вечеринка в местном клубе, танцы, вино, соберется молодежь. Пойдем? - Да нет, я лучше дома останусь, - покачал головой Тимоти. - Это не для меня. - А я думал, что ты составишь мне компанию… - протянул профессор. - Мне нужен партнер. - Для танцев? - поинтересовался парень. - И для танцев. Мистер Хаммер достал сигарету, посмотрел на нее и закурил. - Если ты не пойдешь, придется согласиться идти с Джованни. Он уже надоел, очень назойливо меня приглашал. Тимоти вспомнил Джованни и почувствовал недовольство. В прошлый раз этому типу хватило пары часов, чтобы уединиться с мистером Хаммером. Парень представил, как профессор танцует с ним, пьет вино, а потом следует продолжение… - Ну, он красивый, вам же нравится! - пожал он плечами. - Вот с ним и идите. - Тимоти, не давай ответ сразу... Подумай, хотя бы до утра. Если я пойду с ним, то, вряд ли, вернусь вечером. Я люблю вечеринки с продолжением. - Со мной у вас продолжения не будет, я не Джованни, - заявил Тим. - Только представь, мы будем пить вкусное вино, танцевать, разговаривать, о чем захочешь. А потом я покажу тебе заброшенный пляж. Там можно купаться совсем голышом, никого нет, - мистер Хаммер мечтательно прикрыл глаза. - Я, конечно, могу найти и кого-нибудь другого, там много парней будет. Сейчас сезон, приезжают туристы, для меня не проблема хоть каждый день пробовать новенькое. - Мы закончили с сочинением? - Тимоти чувствовал себя подавленно, ему не нравилось, что он завтра останется один, пока профессор будет развлекаться с какими-то парнями. И, наверное, станет их целовать в губы и дарить им удовольствия. - Зайди ко мне через час, я сделаю для тебя ванну, - спокойно объявил мужчина. - Неужели вы думаете, что я пойду к вам мыться? - Тим усмехнулся. - Я спать пойду. - Тогда ты больше не будешь читать Библию, - сказал мистер Хаммер. - С чего это? - непонимающе взглянул на него парень. - С того, что я тебе ее не верну. Я сегодня ее забрал из твоего ящика. - Что? Вы шутите? - Тимоти не мог поверить в такое коварство. - Отнюдь. Не придешь, не получишь свою книгу. - Мистер Хаммер, вы не можете просто забирать мои вещи, - жалобно сказал Тим. - Я не забрал, просто взял, как гарантию того, что мой мальчик будет послушным. - Не называйте меня так, - взволновался Тимоти. - Я уже взрослый! - Получишь Библию, когда примешь ванну, которую я с радостью для тебя приготовлю. - Вы опять что-то придумали? - Тим беспомощно посмотрел на мужчину, не зная, чего ожидать. - Нет, я просто хочу, чтобы ты расслабился. Тимоти, конечно, в это не поверил, но ему нужно было забрать книгу. - Ладно. Зайду ненадолго, - он вздохнул. Вообще парню уже сильно хотелось есть, но сегодня и завтра он запретил себе это делать. Может, ванна, действительно, могла бы ему помочь, так он быстрее уснет и не будет думать о еде. О присутствии в комнате мистера Хаммера он старался не вспоминать. Сейчас его больше всего беспокоила завтрашняя вечеринка. Хотя Тима это не должно было совершенно никак заботить, он чувствовал какое-то жжение в животе, когда думал, что профессор пойдет с Джованни или найдет себе кого-нибудь еще. Тимоти, конечно, идти не хотел. Он не пил алкоголь, да и шумные сборища не любил, но слова о заброшенном пляже его заинтересовали. За окном все так же лил дождь, и Тим распахнул окно, вдыхая свежесть. Он немного завидовал художникам и греческим богам, потому что они могли влюбляться в мужчин, интересоваться ими, испытывать всякие неподобающие чувства… Тимоти думал, что если бы он мог, то нарисовал бы мистера Хаммера полностью обнаженным. Мысль его ужаснула, но, ведь, художник - это такая профессия. И статуи тоже чаще всего были обнажены, значит, скульпторы и художники не были греховны? Может, те, кто занимался искусством, могли себе позволить что-то сверх обычных людей? Тим неосознанно потянулся рукой себе между ног, чуть поглаживая. Ему нравилось так делать, но он торжественно пообещал, что больше не будет доводить это до конца. Всё-таки, чуть потрогать - это не самое худшее. Проклятое возбуждение неумолимо надвигалось, стоило ему лишь начать гладить. Тимоти вспомнил, что вчера был привязан за руки к кровати. Это казалось уму непостижимым! Профессор, точно, совсем ненормальный. И тут вдруг Тим представил, что он, подобно картине Гвидо Рени, стоит привязанный за руки к дереву, такой же обнаженный, беспомощный. Мистер Хаммер был тут как тут, срывая с него набедренную повязку. Тимоти прикрыл глаза, забираясь рукой в трусы. Член, горячий и чуть влажный, стоял, готовый получать ласку. В воображении Тима профессор уже грубо скользил рукой по его органу, а губы мужчины накрыли рот Тимоти и нежно целовали. Парень едва держался и пытался не заходить дальше, но неуёмная фантазия вдруг решила иначе. Ему хотелось, чтобы мистер Хаммер дотронулся ртом там, внизу. Тим отчетливо помнил ощущение его мягкого влажного рта на члене, особенно на обнажившейся головке. Тимоти даже представить не мог, как же это должно быть хорошо, если мужчина заберет его стоящую плоть в рот и будет сосать. Парень издал слабый стон, чувствуя, как все напряглось, готовясь выпустить удовольствие наружу. - Арми, - прошептал он, желая это имя. Он хотел его произносить. Но это было запретным. Тимоти сильно толкнулся в кулак, представляя, что это горячий рот профессора, и кончил в руку. Это было еще хуже, чем он мог придумать в самых страшных фантазиях. Он опять нарушал свои обещания, представлял непотребства, еще и посмел произнести это дьявольское имя. Пришлось идти мыться в душе. Тиму казалось, что от него пахнет сексом. Еще не хватало, чтобы мистер Хаммер это заметил! И только когда он, освежившийся, но все еще ужасно виноватый, вышел из комнаты, то понял, что, по привычке, перед сном надел только спальные шорты и майку. Трусов на нем не было. Тимоти хотел вернуться, но тут дверь профессора отворилась, и он вышел в халате. Это уже казалось подозрительным. - А я уже хотел идти за тобой… - улыбнулся мужчина. - Ванна готова, самое время залезать. Тимоти старался немного прикрываться руками, беспокоясь, что шорты могут просвечивать. К счастью, свет в комнате оказался приглушенным. Горел лишь ночник, окно было открыто, а в воздухе разливался лавандовый запах. - Я сделал для тебя ванну с аромамаслом. Ты любишь лаванду? - Не знаю… - Тим оробел, понимая, что, хоть ванна и находится за дверью, но присутствие мужчины не предвещает ничего особо хорошего. - Пойдем, - профессор протянул руку. Тимоти не знал, как отказаться, и дал свою мигом ставшую влажной руку. Мужчина потер внутреннюю сторону его ладони и повел за собой. В ванной комнате оказалось довольно много места. Тона были бело-зеленые, зеркало, раковина и мягкий низкий пуфик также присутствовали. Когда они вошли, Тим застыл, начиная беспокоиться. Не похоже было, чтобы мистер Хаммер собирался уходить и оставлять его наедине с самим собой. В подтверждение этого, мужчина отпустил его руку и сел на пуфик, доставая пачку сигарет и закуривая. - Можете меня одного оставить? - с надеждой сказал Тимоти. - Зачем? - профессор посмотрел на него. - Ну… Я же не буду при вас раздеваться. - Тимоти, не стесняйся, мы же оба мужчины, - пожал плечами мистер Хаммер. Парень растерялся и подумал, что он не станет раздеваться. Лучше заляжет в ванну в одежде. Он даже уже подошел к полной воды и чудесно пахнущей купальне, как мужчина вдруг затушил сигарету и встал, подходя к нему и оказываясь аккурат сзади. - Тебе помочь? - прошептал он сзади Тиму в волосы. Парень почувствовал себя несчастным. За что ему все это, почему просто не оставить его в покое?! И вдруг профессор чуть опустился вниз, обхватывая ноги чуть выше колена сзади и с жаром ведя по ним к шортам, останавливаясь там и сминая ягодицы парня. - Ты без трусов… - выдохнул мужчина ему в шею, чуть сместив левую ладонь вперед и почти проводя кончиками пальцев по члену. Тимоти показалось, что он забыл, как дышать. Рука мистера Хаммера не двигалась, но пальцы все еще касались его и сзади и спереди. - Я же мыться… Я… - Тимоти забыл все оправдания, которые бы были тут уместны. - Снимай. Голос мистера Хаммера дрожал, его руки чуть поползли вверх и задрали футболку. - Сними шорты до колен, скорее, - властно сказал он. Тим из последних сил качал головой. Но профессор был неумолим, и легко, как пушинку, развернул его перед зеркалом на противоположной стене. - Посмотри только, - он наклонился к уху Тимоти. - Мы с тобой так идеально подходим друг другу, ты словно моя маленькая лань, которую я поймал и теперь буду наслаждаться тобой, как самым вкусным блюдом. - Лань? - дрожащим голосом спросил Тим, со страхом заглядывая в зеркало. Картина была не хуже тех, что писались в Эпоху Ренессанса. Огромный мистер Хаммер в халате, держал его худенькое тело, обнажив грудь и чуть сжимая спереди почти просвечивающие насквозь шорты. - Да, мой сладкий, - мистер Хаммер наклонился и обхватил губами его шею сбоку, чуть впиваясь и засасывая. Это длилось какое-то время, и скоро Тим почувствовал немного боли, когда зубы мужчины надавили сильнее. Парень прикрыл глаза, чувствуя жар во всем теле, он не мог даже шевелиться, когда эти руки его держали. А сейчас казалось, что профессор может, действительно, его разорвать, словно голодный лев. Мистер Хаммер лизнул чуть прикушенное место на шее и выдохнул, обжигая горячим дыханием ухо Тимоти. - Давай посмотрим, какой ты красивый без одежды… - мужчина умело забрался под резинку шорт парня и потянул вниз. - Не надо, - взмолился Тим, глядя на него в зеркало. Ему было стыдно, явно, смотреть было нечего, видал профессор и куда более хорошие тела. Но мистер Хаммер даже не собирался останавливаться и быстро стащил с него нижнюю часть одежды, высвобождая оттуда, неизвестно по каким причинам, еще не твердый член. Тимоти точно знал, что одна из этих причин - его недавнее самоудовлетворение, ну, и страх, конечно. Вслед за шортами профессор стянул с него футболку. Теперь Тим был полностью беззащитен и раскрыт, мужчина держал его правой рукой обхватив за талию, а левой поглаживал шею, приподняв подбородок. - Ты такой сладкий, - мистер Хаммер осматривал его тело сверху до низу. - Я хочу облизать тебя, как конфету. Тим всхлипнул, всерьез думая, что его изнасилуют. Все было куда опаснее, чем игры вчера. - Зачем я вам? - прошептал Тимоти, зажмуриваясь. - Я хочу, чтобы у тебя встал член, давай, малыш, расслабься, - профессор легонько подтолкнул его к зеркалу, подходя почти вплотную. - Мне помочь тебе? - Вы же сказали ванна, чего вы хотите? - возмущенно проныл Тим. - Чего я хочу? - мужчина задышал чаще, и парень ощутил твердость сзади. - Хочу раздвинуть твои худенькие ноги и нащупать узкую дырочку. Тимоти просто онемел, услышав такое. Его ужасные предположения начали сбываться. - Ты же знаешь, как происходит секс между мужчинами, малыш? Или мне нужно провести вводную лекцию? - профессор убрал его прядь волос за ухо. - Не надо, пожалуйста, - замотал в ужасе головой парень. - Я хочу вставить тебе в задницу член, чтобы ты сжал меня и стонал от того, как сильно он распирает твою девственную попку. Трахать тебя на полу, в кровати, на столе. Тимоти, я бы быстро приучил тебя к этому удовольствию. Тебе понравится мой член, он большеват, но ты привыкнешь. И забудешь все глупости, когда начнешь кончать по нескольку раз в день, моя сладкая непорочная дырочка, - мистер Хаммер провел языком по щеке парня. - Ты посмотри, твой малыш стал твердым… - профессор провел большим пальцем по увлажнившейся головке затвердевшего члена парня. - Хорошее воображение, Тимоти. Мне приятно знать, что ты возбуждаешься вместе со мной… Тим чувствовал себя выжатым, как лимон, безвольной куклой, у него не осталось никаких сил сопротивляться. Было обидно, что он такой вот ничтожный, стыдно, что грязь мистера Хаммера его возбуждает. А еще он сильно боялся секса, о котором ему сказали. Он, конечно, примерно представлял, как это происходит, даже у мужчин, но сейчас вдруг понял, в самых мельчайших подробностях, как это произойдет с ним, если мужчина сейчас же не остановится. - Если трахнете меня, то отстанете? - обессиленно сказал он. - Сделайте, что хотите, да и дело с концом! В этот момент в голове парня была лишь одна мысль, может, если профессор сделает ему больно, обидит и уничтожит, то он хотя бы возненавидит этого идеального греческого бога с голубыми глазами, и это невыносимое наваждение его, наконец, отпустит?