Там, где ты есть

      Девушка делает глубокий вдох и прикрывает глаза, ощущая, как голову тянет вниз от боли и хочется упасть действительно обратно. Было что-то сродни переутомления после тяжёлых дней, но и отдыха было уже предостаточно перед новыми странствиями. Бамбуковые перегородки были раздернуты в разные стороны и через них в небольшую комнатку врывался холодный воздух, от которого спина покрывалась гусиной кожей, реагируя ещё и на капельки холодного пота.              Опустив голову, дева взваливает ее на свои руки и делает ещё один вдох, шумный и бьющий по ушным раковинам, от чего она кривит лицо, начиная массировать пальцами виски.              Не было сомнений - пить в кругу счастливых от побед воинов она более не будет, или хотя бы не в таком количестве.              Возвращение на родину для воинов ознаменовало победой над силами зла, что угрожали их землям уже которое время.              Мин Суань была рада не меньше своих славных товарищей по оружию, пила не меньше других, как ей казалось, только вот после каждого такого выпитого бокала она замечала, что на один ее приходилось по два или три таких стакана у ее отца.              То тут, то там шумели солдаты личного состава, желающие своему прекрасному Генералу долгих годов жизни и любящего мужа, а уж не молодому Мин Пею счастливого будущего и радости в лице многообещающих детишек.              Суньнин улыбалась им и каждый раз поднимала свой наполненный бокал в тосте, в мыслях возвращаясь к полю боя, где эти самые радостные людишки во всю защищали ее спину. Не зря воины, что сидели пред ее глазами, были удостоены чести быть ее личным составом, именуемый непобедимой сотней.              И все же тот пятый бокал, и последующие, были явно лишние для молодого организма.              Поднявшись на ноги, Суань скрипит кроватью, привлекая чуткое внимание лежащего силуэта за ширмой. Она мелькает к окну, где уже виднелось светлеющее небо, а свежий воздух одурманивал, зазывая выйти наружу и продрогнуть до каждой косточки в холодной воде небольшого озерка.              — С чего в такую рань подрываться?              Голос сзади привлекает внимание уже девичье и Генерал оборачивается, глядя на лежащего спиной к ней юношу. Обняв себя руками, грея оголенные сорочкой плечи, девушка чуть клонит голову, диву даваясь тому, насколько же чувствителен слух ее брата. Это заставляет улыбнуться, мягко и нежно, пропуская по спине парня пробежку мурашек.              — Мне не спиться. Все думаю о том, что пора прекращать забавы. Стоит относиться серьезно к собственной жизни. Мне все же скоро уже шестнадцатый год будет, может отец все же замуж выдать захочет.              Ох, времена-времена! Главным врагом юной героини была не Смерть, странствующая за ней по пятам, а что куда более обыденное и приземлённое - выбор собственного мужа.              А Суньнин та ещё переборчивая штучка - подавай достойного ее нравам и силе! А ни то, как и всех остальных, на смех людям вышвернет за двор.              Мин Суань мотает головой и присаживается на небольшой подоконник открытого окна.              Внутри девушки вспыхивает невероятное желание поинтересоваться о том, что тревожит ее младшего брата, который впервые за долгое время глядел на нее с завистью и презрением в день, когда она принесла радостную весть о своем победоносном возвращении.              Между ними, в последнее время, слишком много недосказанных мыслей и тянущего на дно молчания. Мин Янь словно что-то скрывал от собственной сестры, и это ужасно ее задевало, ведь она привыкла и привила ему ту мысль, что если в его жизни произойдет что-то, с чем отец не в состоянии помочь, то она обязательно найдет любую возможность выкарабкаться.              На самом деле, на плечах этой девушки было трое младших братьев и сестра, которым она привила одну аксиому - она тот, кто выслушает, не осудит и поможет, главное сказать правду.              А вот только Янь что-то скрывал от нее, но хотел что-то точно рассказать с тех пор, как Суньнин с отцом вернулись из позапрошлого похода. И его молчание, язвительность, дерзость, излишняя саркастичность — следствие чего-то, что гложет молодого человека.              Гложет с тех пор, как его любимую старшую сестру окрестили Генералом. С тех пор, как он услышал от людей столько презрительности к ней. С тех пор, как она оставила его одного, отправившись в дальние расстояния.              — Жизнь не легка для тех, кто имеет на своей шее удавку человеческих надежд, но что делать, если ты брат того, кто накинул на твою шею эту удавку?              Юноша задаёт весьма прямолинейный вопрос, расставляя на место некоторые пазлы в голове девушки. Он ребенок, которому вечно показывают пальцем и говорят "будь как она".              А ведь Янь парень души нежной, обидчивой. Суань выросла среди воинов и полей битв, бегала с оружием в руках с маленьких лет, а он сидел и учился днями напролет, радуя ее своими небольшими рассказами, которые давал на прочтения во время поездок.              Он совсем не был таким, как она.              Янь выбирает извилистые и тонкие дороги, желая обойти опасность издалека, видя мелочи и каждую яму.              Суань идёт вперёд, рассекая мечом навстречу своим мечтам, чтобы позади идущие могли не бояться острых веток.              — Жизнь, на самом деле, сама по себе, с самого зачатия, дарит лишь боль и потери. Тебя лишают права выбора в самом начале. Никто не спрашивает: чего ты желаешь? Никто не интересуется: хочешь ли ты появиться на этом свете? Именно в этой семье? Тебе нравятся твои будущие отец и мать? Тебе не будет известно о том, как они отнесутся к тебе. Будут ли они холодны и известно заняты, от чего им и дела до тебя как от Земли ли Луны пешком туда и обратно. Или же твоя семья будет заботиться о тебе так, как ни о ком другом в этом мире.              Вставая со своего места, девушка медленным шагом пересекает расстояние между собой и младшим братом, тут же присаживаясь рядом с ним, чтобы склониться и положить голову на плечо его.              — Увы, бывает и такое, что люди не выдерживают ту ответственность, что вешают на них тяжким грузом. Люди не в силах смириться с тем, что их, ещё не родив, лишают права голоса и выбора. Ставь ультиматум - никто не услышит. Львёнок, ты тот, кто может сделать выбор и я помогу тебе донести его в массы, как это когда-то сделал наш отец. Сейчас время, когда мой голос услышат, а если нет - я загрызу их. Все ради того, чтобы ты не был как я.              Янь вздыхает и оборачивается к сестре, притягивая ее к себе, чтобы девушка легла рядом. Положив голову на ее плечо, как в детстве, молодой человек тяжко вздыхает, ведь кто, если не она, остудит его пыл.              Прикрыв свои глаза, Мин вспоминает от том, насколько конечно ее брат умеет накручивать себя по мелочам. Бесспорно, она верила в то, что ее брат был безрассудно загноблен ее славой, но и с этим она так же может справиться.              Ради него.              — Знаешь, мне в голову пришла невероятно глупая мысль. Хочешь услышать? - Прерывает тишину Суньнин, повернув голову на успокоенное лицо своего брата, заставив его распахнуть глаза и неуверенно-заинтересованно кивнуть. - Человеческая форма - глупое изобретение.              — Мы по образу Божьему. — На выдохе отвечает Янь, удивляясь девичьим мыслям, пока она тихо издает смешок.              — Значит, у Бога тоже болит спина, и он, вероятно, сожалеет о своем решении.              Теперь уже смешок сдавил сам юноша, диву даваясь тому, насколько остроумно умеет ответить на любую его фразу сестра. За это, собственно, он и любил Мин Суань, способную поднять голову и отшутиться в ответ на его лёгкое раздражение.              Как она умеет разрядить ужасную ситуацию и перевернуть все в яркий смех?              — Неужели из зоопарка теперь выпускают? — съязвил Янь, как только девушка поднялась с постели, выгибаясь в потягушках, от которых в воздухе и ушах зазвинел хруст ее косточек, утомлённых неудобными постелями в походных палатках.               — Ты всегда такой придурок или просто притворяешься? — Интересуется девушка, хотя ответ она всегда знала, но для поддержания ситуации даже повернулась к молодому человеку, склонив голову, начиная в шутку делать вид строгой и обиженной старшей сестры. — Маленьким щенкам, между прочим, слова в этих комнатах не давали. Ты, кстати, нахлебник, спишь тут только потому что я тебе разрешила отправиться со мной в охотничий домик.               — Тобой Бабайку в детстве не пугали? — Прищурившись, юноша дёрнул Суньнин за локон волос, заставляя ее несдержанно рассмеяться, прикрыв тыльной стороной ладони рот. — А, нет, прости. Перепутал. Мне кажется, что тебя из стойла выпустили, перепутав с конем. Ржешь точь в точь как Орешек.              — Ох, ладно-ладно, Великий Поооэт, ты выиграл. Сказать мне тебе нечего. На сегодняшний день этот бой ты выиграл, но наша война не окончена, понял? — Улыбнувшись, девушка поднялась с постели и накинула на себя мягкую ткань, скрывая за длинной сорочкой ночное белье. — Поспи ещё, Львёнок, сегодня днём долгая дорога.              — Я не Львёнок. — Словно обиженный ребенок, бурмотит под нос отвернувшийся Янь.              — Это еще почему? — Диву даётся дева.              — Потому что лишь тебя так зовёт Отец.