Медиум

Доска была самой обычной. На зов Хуайсана отозвался дух, хотя ему для общения доска была не нужна. - И почему тогда не сработало? - Хуайсан, подпирая подбородок одной рукой, водил пальцем другой по планшетке, даже не смотря на фигуру, сидящую напротив. - Да откуда ж я знаю! Я думал, со мной общаться будут, а не душу изливать! - Дух возмущался. Этот, видимо, из тех, кто любит поговорить с живыми. А Хуайсан все рассказывал и рассказывал о Цзян Чэне. - Ну все, отпусти меня. А не то я могу наслать на тебя страшное проклятие! - Хуайсан небрежно толкнул планшетку на выжженное в дереве "Goodbye". - Да кому ты нужен. - Бурчал он себе под нос, вставая из-за стола. Вообще все это было весьма странно. Настолько, что время уже перевалило за полночь, а Хуайсан ни в одном глазу. Он принялся перебирать свои атрибуты. Руны, разные колоды карт Таро, в его коллекции даже пара редчайших древностей были! Золотой скарабей из Египта, например. Практической ценности он не имел, но энергетика у этой вещицы была сильной. Хотя, быть может, Хуайсан просто не знает, как его использовать. Мысли уходили от основной проблемы, но вскоре возвращались к ней, слепо предполагая. Почему дома у Цзян Чэна ничего не получилось? Может дело в доме? В идеале бы осмотреть его на наличие оберегов. Хуайсан не заметил зеркал. Может быть в спальне осталось хотябы одно? Но вламываться в чужую спальню как-то не очень этично. Хуайсан вздохнул, решив подумать обо всем этом днём, но сон все равно не шёл, мысли плавали от одной темы к другой, но всегда возвращались к Цзян Чэну. К пустой квартире и такому же пустому взгляду. И даже в трауре этот человек остается таким сильным, что именно с ним Хуайсан чувствовал себя в безопасности. Призраки его любили с детства, да и энергетика у Хуайсана располагала к контакту с ними. Но то, что притягивает призраков, притягивает и других сущностей. Не сказать, что Хуайсан их прям боялся. Они вообще редко могли взаимодействовать с физическим миром, так как утратили телесную оболочку, но все же жутковато было видеть мёртвых. Особенно в детстве и в своей комнате. Хуайсан и сейчас, устроившись в кровати рядом с грелкой, смотрел на тёмный силуэт у окна, даже не зная, прогнать его, или пусть смотрит. Такие обычно просто наблюдают, даже не говорят. Иногда могут питаться энергией - для Хуайсана все ещё остается загадкой, как именно они это делают - и становиться сильнее. Но это ограничивается мелкими пакостями для привлечения внимания. Там чашку немного подвинуть или уронить что-то, что и так держалось на честном слове. Хуайсан был уверен, что все эти рассказы о летающих столах, полтергейстах и убийствах призраками - такие же выдумки, как и книга Цзян Чэна. И вот опять все мысли сводятся к нему! В приступе раздражения Хуайсан бьёт ладонью по кровати. - Хватит думать о нем! - Ругал себя, запуская руку в волосы и чуть сжимая их у корней. Да еще сущность эта перед глазами маячит. - А ты чего смотришь!? Проваливай! - Кажется, призрак испугался. Ну еще бы! Не знать, видят тебя или нет, да еще и попасть под горячую руку. Призрак сразу рассеялся, оставив Хуайсана наедине со своими мыслями. Хуайсан тщательно исследовал доску еще раз, снова призвал дух и снова убедился, что все с ней в порядке. Но почему именно в тот момент она не сработала? Надо попробовать еще раз. Цзян Чэн сейчас работал над новой книгой, об этом знали все фанаты первой. Только вот Хуайсан не знал, где именно он этим занимался. Дома у мужчины был оборудованный для этого рабочий стол, но, видя состояние квартиры, было понятно, что дома он проводил крайне мало времени. Поэтому Хуайсан сначала пошёл в офис издательства. Но там отшутились, что мужчина работает из дома. - Наверное, трясёт с жены новые сюжетные повороты. - Шутка получилась ужасной, но Хуайсан промолчал. Таким людям было бессмысленно что-то объяснять. Дай бог своим умом дойдут до осознания состояния Цзян Чэна, не почувствовав на своей шкуре такое отчаяние. Значит, Цзян Чэн дома. Без приглашения приходить не хочется, но и оставлять все, как есть тоже нет никакого желания. Поэтому Хуайсан решает вернуться домой за доской и придти под предлогом, что надо ее вернуть хозяину. Но на выходе из издательства его уже ждут. - Ну чего ты за мной таскаешься? - Хуайсан отмахнулся от тёмного силуэта, направившись домой. Только вот он был не один. За ним просто по пятам шёл тёмный дух, не отстаивая ни на шаг. И это ужасно бесило, хотелось кинуть в него чем-то, да только насквозь пройдёт. - У тебя семьи нет, что-ли? Вот к ним и приставай. - Такие тёмные сущности, без явных черт, больше похожие на размытую тень, не в состоянии вспомнить свою жизнь. Но Хуайсан все равно старается его прогнать. Уже дома, когда Хуайсан решил запаковать доску, чтобы не привлекать лишнее внимание на улице, сущность подошла совсем уж близко. Она будто изучала его, наблюдала, хотела узнать и ощутить больше. Настолько, что в один момент коснулась руки Хуайсана. Его до сего момента призраки физически не касались. Но ледяное прикосновение вызвало просто животный ужас. Волосы на руках встали дыбом, сердце ушло в пятки, а кожа головы будто занемела. - Ты что творишь! - Хуайсан отдернул руку, тут же спустив до этого закатанный рукав. - Не трогай меня. Я же сказал, близких своих донимай! - Хуайсан вздрогнул, будто от зябкого холода, принялся с силой растирать место прикосновения, чтобы избавиться даже от фантомного ощущения. После он взял со стола обернутую старыми газетами доску и покинул дом. Но Тень, как мысленно ее окрестил Хуайсан, никуда не ушла. Продолжала неотступно за ним следовать, нервируя и без того находящегося на взводе Хуайсана. Тень в дом заходить не стала, что уже порадовало. Хотябы от разговора отвлекать не будет. Цзян Чэн открыл дверь не сразу. Он выглядел измотанным и уставшим, под глазами залегли глубокие тени, да и тон кожи при дневном свете выглядит нездоровым. - Простите, я вас разбудил? - Хуайсан прижимал к себе доску, обеспокоенно смотря на мужчину. Даже при такой усталости он одет аккуратно, пусть и в домашнее. Ему очень идет шерстяной свитер. - Я еще не ложился. - Цзян Чэн помассировал переносицу, зажмурившись, будто у него болят глаза и голова одновременно. - Чем обязан, господин медиум? - Это явная издёвка, которую Хуайсан пропускает мимо ушей. - Я вашу доску принёс. - Хуайсан протянул свёрток мужчине, который неохотно, но принял его. - Это все? - На самом деле нет... у меня дома доска сработала как надо, поэтому я хотел бы кое-что проверить. Позволите? - Цзян Чэн смерил парня недовольным взглядом, но все же отошёл на пару шагов, пропуская Хуайсана в квартиру. Квартира при свете дня выглядит еще хуже, чем вечером. Совершенно унылая и пустая. Уставший хозяин идеально гармонирует со своим жильём. - Позволите осмотреться? - Хуайсан по привычке закатал рукава рубашки, как обысно делал перед работой. - Я ничего трогать не буду, просто осмотрюсь. - Да, конечно. - Цзян Чэн бросил доску в потухший камин, подняв небольшое облачко пепла. У Хуайсана в этот момент сердце сжалось. Такая доска может стоить целое состояние, а для медиума и вовсе бесценна, а Цзян Чэн собирается просто взять и сжечь ее вечером. Но Хуайсан поджимает губы и отводит взгляд. Это вещь Цзян Чэна и только ему решать, как с ней поступать. В квартире мало мебели и бытовых предметов, поэтому осмотр на наличие оберегов и талисманов проходит быстро. Но внимание привлекает фотография. На ней Цзян Чэн с девушкой. Оба выглядят уставшими и болезненными. Девушка сидит на стуле, а Цзян Чэн стоит рядом. Обычное фото. Девушка англичанка, хотя они обычно избегают браков с иностранцами. Хуайсан позволяет себе взять рамку и рассмотреть фото повнимательнее. Закрадываются некоторые сомнения, поэтому он смотрит на фото внимательнее, стараясь найти детали. Но фото из рук забирают и ставят на место, а после опрокидывают изображением вниз. - Это посмертное фото? - Нет. За год до. - Хуайсану стало немного легче, ведь он не понимал традиции фотографировать покойников. Лучше запоминать людей живыми. - Она перед тем, как уйти, переживала, что нехорошо выглядит. Попросила не делать никаких фотографий. Хуайсан поджал губы, тяжело вздохнув. Он никогда не мог подобрать подходящих слов, поэтому и сейчас может только сочувственно смотреть на мужчину. - Ты закончил? - Сопереживания ему явно уже осточертели, поэтому вопрос прозвучал довольно грубо. - Почти. Я бы хотел еще поговорить с вами. - Цзян Чэн изогнул бровь. Хуайсан немой вопрос понял. - Ничего такого, просто поговорить. Вы против? - Цзян Чэн посмотрел в сторону своего рабочего стола, вокруг которого грудой лежали скомканные листы бумаги. Наверное, он должен работать. - Простите. Не буду отвлекать. - Нет, все хорошо. Мне все равно нужно немного передохнуть. - Хуайсан кивнул, а Цзян Чэн пошел ставить чайник. Чай был таким же отвратительным, как вчера, но Хуайсан все же сделал пару глотков для приличия. - Расскажете о вашей жене? Каким человеком она была? - Цзян Чэн, хоть и был готов, к этому вопросу, но все равно задумался. Конечно он мог не отвечать, но он все же начал. - Она была яркой. Всегда весёлой, даже в периоды обострения болезни. - Он гладил большим пальцем ручку чашки. Должно быть, привычка. - Она не боялась смерти. Часто говорила, что не не против уйти молодой, просто не хочет оставлять меня одного. Хотела ребенка завести, но не получалось. Да и ее тело бы не выдержало беременности. - Плохо. Это очень плохо. - Как думаете, она бы... хотела остаться здесь для чего-то? - Призрак может остаться или уйти, если ему больше нечего делать в мире людей. - На знаю. Она считала, что обременяет меня своей болезнью. Может она сама хотела уйти. А может, хотела бы прожить другую, более свободную и счастливую жизнь. - Цзян Чэн смотрел на чашку в своих руках, будто тонул в ней, в своих воспоминаниях и в своём горе. - Думаешь, я ее не отпускаю? Возможно. - Нет, что вы. Если бы она была здесь, то она бы вам ответила! Боюсь, ее душа просто упокоилась. - Хуайсан был в этом не уверен, но считал, что эта ложь - единственное, что сейчас может хоть немного помочь Цзян Чэну. - Хорошо, если так. Я бы не хотел насильно ее удерживать. Пауза была немного неловкой. Больше похожей на минуту молчания по ушедшим от нас. Тишина давила, но ее не хотелось прерывать. Да и не было подходящих слов, чтобы сделать это. - Расскажете о своей новой книге? - Вопрос удивил мужчину. Он поднял взгляд на Хуайсана и даже рот приоткрыл, чтобы что-то ответить, но будто не знал, что именно сказать. - Да нечего рассказывать. Хотел написать еще книгу про общение с призраками, но идеи еще на первой кончились. Все, что ни напишу, все про одно и то же выходит. Боюсь, придется забросить эту идею. - Может, я смогу подбросить вам пару историй? - Ты? - Цзян Чэна будто осенило. Точно! - А давай. Рассказывай все, что знаешь об общении с духами. За разговором прошёл не один час, не одна чашка чая, который оказался не таким уж противным. Даже солнце выглянуло, что само по себе являлось редкостью. - Правда? То есть, сам вызывал духа и сам чуть не умер от страха, когда он ответил? - Да! Он еще и забыл, обряд закрыть. Душа не могла уйти обратно и начала ему пакостить! Дом с призраком, дом с призраком. А делов-то было, на две минуты. Но я от этого призрака многому научился. По большей части, крепким словам. У него появилась маааленькая неприязнь к тому, кто его вызвал. - И квартира выглядела не такой пустой и гнетущей, и цвет лица Цзян Чэна стал немного ярче. Солнце уже пряталось за крыши домов, свет из окна пропал. И только сейчас Хуайсан заметил, что за ними все это время наблюдала Тень. Но она вела себя странно, била кулаком о стекло. Рука не касалась окна, но и не проходила насквозь. Это было странно, ведь вариантов воздействия с физическим миром обычно только два. - Что такое? - Цзян Чэн обернулся на окно и ожидаемо никого не увидел. - Что-то на улице произошло? - Он встал с места и подошел к окну. Тень в панике отлетела подальше от окна, но все еще наблюдала. Только теперь ее выражение стало более суровым, а очертания чёткими. Так вот оно что... Это многое объясняет. - Господин Цзян, - Хуайсана перебили. - Ваньинь. - Юноша кивнул, подходя к мужчине. - Можете отойти от окна на пару шагов? - Цзян Чэн послушно сделал два шага, а Хуайсан победного улыбнулся. Тень снова полетела к окну и принялась бить по нему, но удары словно не доходили до тонкого стекла. - У вас сильная энергетика. Это интересно. - Меня пугает, когда человек, вроде тебя, вот так смотрит в окно и говорит "интересно". - Цзян Чэн нервно посмеялся. Хуайсан на это не ответил, лишь предложил вернуться к беседе.

***

Сны у Хуайсана всегда были яркими и чёткими. Если другие помнили их урывками, если вообще помнили, то он мог с точностью воспроизвести и проанализировать каждый момент сна. Иногда они были бредовыми, иногда страшными, иногда вещими, а иногда вовсе перерастали в сонный паралич. Новое научное объяснение хоть и было мало понятно Хуайсану, но казалось ему более правдоподобным, чем истории о злых призраках, которые душат людей во сне. От Цзян Чэна он вернулся в приподнятом настроении, сделал некоторые дела по дому, немного почитал, а уже после отправился в постель. Сон ускользает от него, заменяемый мыслями о Цзян Чэне. О холодном, грубом, немного надменном. И какого черта именно этот человек его притягивает? Вскоре сон накрыл Хуайсана, уводя в просторы подсознания. Он стоял за фотографом, наблюдая за происходящим перед ним. Цзян Чэн с женой готовились к снимку, всячески поправляя одежду и выбирая позу. Они были уставшими, у обоих под глазами залегли тени бессонных ночей, Цзян Чэн казался более худым, чем на самом деле. Он ласково касался хрупких плеч, бережно целовал то в висок, то в щеку, всем видом показывая, как горячо любима эта девушка. Они выглядят такими несчастными, но вопреки внешности от них словно веяло любовью и радостью, что они есть друг у друга. Фотограф поднимает малый лоток с магнием, просит обоих смотреть на него, а после снимает крышку с объектива камеры. Щелчок кремня, вспышка, и все замирает. Перед глазами снова то фото, но девушка смотрит иначе. Пристально вглядывается в Хуайсана, словно рассматривает его душу, которая от этого взгляда будто тело покидает. Страшно даже вздохнуть. А после Хуайсан видит, как беззвучно шевелятся ее губы, однако нечеловеческий голос звучит прямо в голове. — Помоги ему. — Сердце сжимается, болит. Хуайсан начинает ловить воздух ртом, только сейчас понимая, что он не может вдохнуть. Паника нарастает с каждым мгновением, с каждой болезненной попыткой сделать хоть один вдох, накрывает полностью. В следующую же секунду Хуайсан подрывается с кровати, увидев промелькнувшую перед глазами фигуру. Тень, отпрянув от него, злобно смотрела, так же заглядывая в душу, как и девушка с фото. — Чтоб тебя! Зачем так пугать? Хуайсан трёт шею, прикрывая глаза. Хочется пить. Он идет до зала, где стоит графин с водой. Тень снова по пятам следует за ним, не отводя свирепого взгляда. Стакан с водой оказывается пустым за считанные секунды, второй же Хуайсан осиливает лишь наполовину, не выдерживая пристального взгляда. — Да что тебе от меня надо?! — Он с грохотом ставит стакан на стол, после чего Тень рассеялась. Хуайсан наконец вздохнул спокойно, прикрыв глаза на секунду. Это ведь просто сон. Просто сам Хуайсан слишком впечатлительный. В эту же секунду он вздрагивает от оглушающего в тишине ночи скрипа. Открылась дверца буфета, стоящего напротив стола. Всего-лишь не смазанные петли. Но тут дверца захлопывается обратно, да с такой силой, что стёкла вылетают и сыпятся прямо под ноги Хуайсана. Ужас сковывает все тело, Хуайсан неотрывно смотрит на буфет, словно может там что-то увидеть. Не своди взгляд с предмета страха. Следующим сдвинулся стол, на котором от движения упал графин и разлилась вода. Стакан упал на пол, но не разбился. Правда он тут же влетел в другую стену и звук битого стекла резанул по ушам. Хуайсана охватила настоящая паника. Руки дрожали, поперёк горла встал крик ужаса, глаза бешено бегали по комнате в попытке поймать взглядом хоть что-то. Вскоре он почувствовал ледяное прикосновение к своей шее, а следом за ним толчок. Ноги, что и так были ватными, поддались такому лёгкому давлению. Хуайсан успел выставить руки, одну из которых порезало стеклом. Он тут же вскочил на ноги и помчался к своему шкафчику с амулетами, в ужасе осознавая, что большинство из них для общения, а не для изгнания или усмирения. Все свалилось из рук, на пол падали книги, блестящие амулеты и редкие камни, хрустальные маятники, рассыпались по полу руны и карты Таро. И тут под руку попался тот самый бесполезный скарабей. Хуайсан схватил его и прижал к груди, тут же опускаясь на пол. Он закрыл голову одной рукой, другой прижимая к себе амулет, надеясь, что он хоть как-то поможет. Он слышал звук битого стекла, хруст этого самого стекла, будто под подошвами ботинок, скрежет деревянных ножек о пол и много других звуков, которые не смог опознать, прижимая голову к коленями и зажмурившись. Вскоре, звуки прекратились, но зловещее чувство не покидало, ни на секунду. Хуайсан в один момент подскочил на ноги, наскоро накинул пальто прямо на ночную рубаху и надел туфли, не зашнуровав их, в панике покидая свое жилье.